Без особых препирательств

      — Так, давайте проясним всё сначала, — уставший голос доносится до ушей с другой стороны. — Вы утверждаете, что Альбедо в ночь на тринадцатое, четырнадцатое не подавал признаков странного поведения?       — Именно, — парень закрывает глаза, на удивление, за всё время прибывания в полицейском участке, он всё так же ведёт себя спокойно. — Все было предрешено с самого начала нашего знакомства.       — О чём вы? — полицейский наклоняет голову на бок, внимательно смотря в чужие черты лица напротив.       Ответа больше не поступает, лишь тихий вздох срывается с уст Альбериха, и тот, наконец, даёт ответ на вопрос участкового.       — Ладно, тогда, кто же такой Альбедо?       — Знал бы я сам ответ на этот вопрос.       Серые будни накрывают небольшой городок. Дождь льёт не прекращаясь, и все большая часть населения прячется от него. Запах мокрого асфальта бьёт в нос, перебивая запах надоедливого парфюма и сигарет. Зачем же он вышел в такую погоду, хотя мог бы тоже поступить так же, как и все, спрятаться где-нибудь... Но разве это выход? Прячься хоть от дождя, хоть от проблем – смысла нет.       Бросая взгляд из-под капюшона, парень внимательно смотрит в одно из окон небольшой кофейни. Счастливые студенты, скорее всего сбежавшие туда от нудных пар, предпочитая выпить лишнюю чашечку горячего напитка, просиживают своё время за стойкой. Им, кажется, весело? Бурно жестикулируют руками в разные стороны, изредка срываются на задорный смех, вот только... Кейа мог это лишь предполагать.       Сам же он этого не слышит, но, наверное, в глубине душе он был бы не против оказаться в тёплой атмосфере, и разделить её с кем-нибудь, внимательно слушать разговоры о всякой ерунде...       Но вместо этого его ожидает мрачная атмосфера библиотеки, наполненная смертной тоской и отчаянием. Альберих в этом месте ощущает себя так же, как и любой студент. С первых шагов ему уже хочется спать, ну, отчасти повеситься. Но у него нет того, с кем он мог бы провести время сейчас в такой ненастный день. Возможно, если только попытаться написать кому-нибудь, но он откладывает эту идею надолго, не желая обдумывать её в голове.       Старый компьютер с жутким дребезжанием запускается, зажигая на мониторе приветствующую запись. Откуда этот компьютер только вытащили – непонятно, но ему явно требовался ремонт, хотя бы потому, что Браузер открывается около пятнадцати минут.       Что ж, скоротать время за выполнением диплома ему тоже не светит. Светит ли ему в этой жизни хоть что-нибудь вообще? Может быть ему не нужно это образование, бессмысленные посиделки дома, не нужно о чём-то думать?       Пальцы нервно постукивают по столу, пока Альберих до крови закусывает губу. Его взгляд метает из стороны в сторону, желая лишь о том, чтобы за что-то зацепиться. И у него выходит.       Белоснежная макушка мелькает среди стеллажей, не торопясь плывет в своём направлении. Он похож на приведение, что живёт в этой библиотеке и питается чужим отчаянием и тоской.       Невысокий юноша занял своё место недалеко от места Альбериха. Кажется, что они пересекаются взглядами, но, возможно, так хочет думать только Кейа. Светлые волосы, собранные в небрежный пучок на затылке, с остальными прядями, которые стекают волнами вниз, прикрывающие шею, выглядят... Очень даже... Привлекательно? Его бежевая толстовка приятно гармонирует с миловидной внешностью, да и вообще просто отлично сидит на нём.       Да что уж там, это один из парней, за которым явно бегает толпа девчонок. Хотя, пользовался бы этот парень популярностью, то Альберих знал бы о его существовании.       Голова блондина осторожно поворачивается, внимательно, с каким-то, даже интересом, тот рассматривает перед собой смуглого студента. В отличие от него, Кейа уж точно не выглядит как прилежный студент, который пришёл сюда учиться, а не для того, чтобы скоротать время до пары.       Они молчат: лишь внимательно смотрят друг на друга, изредка скользят изучающими взглядами по друг другу.       Кейа замечает в руках блондина книгу по химии, где разные формулы пляшут по всем страницам. Так же, примечает удивительно длинные пальцы, которые то и дело, что подрагивают, наровясь погнуть старые странички книги.       — Давай займёмся сексом, — робкий голос тихо доносится до ушей.       Альберих впадает в ступор, кажется, как и всё в этом месте. Это шутка? Его пытаются смутить? Конечно, ему не стоит так долго и пристально смотреть на парня, который просто сидит рядом с учебником, но все же... Что это щас было вообще?       Кривая улыбка растекается по лицу парня. Выпрямляясь на стуле, Кейа прокашливается в сжатую ладонь.       — Прости, что? Хочешь заняться со мной сексом?       Господи, что этот парень хочет услышать... его согласие? Тогда, возможно, Альберих попадётся на рублику социальных экспериментов или какого-нибудь пранка. Ведь это же не может быть взаправду , верно?       Вот только в тот день он не подавался лишним долгим размышлением, скорее, это произошло всё быстро и спонтанно.       Сначала он помнит, как неуверенными шагами шёл рядом блондин, изредка поглядывал на Кейю. Помнит, как прижал к стене это худощавое тело, насколько же оно показалось хрупким тогда, что стоит Альбериху надавить чуть сильнее и кости с треском сломаются. Помнит каждый поцелуй и то, как неопытно и неуклюже это делал незнакомец, пытаясь повторить его движения. В воспоминаниях сохранились хриплые, сдержанные стоны, ладони прижатые к стенкам туалета, как чужие тонкие ноги бились в конвульсиях.       Все произошло в тот день быстро, даже без особых препирательств. Просто каждый что-то решили у себя в голове. Может быть просто попытались уйти от одиночества, найти спасение хотя бы таким способом.       Кейа и не знает, что думать, скорее, он не знает ответа на этот вопрос до сих пор. Он просто помнит эту первую, странную и до боли неловкую встречу, помнит каждое событие в том туалете. И, поверьте, вопрос, что творится в голове этого юноши, будет летать долго. Ещё очень и очень долго он будет изводить бедное сознание Альбериха.