Не хочу

      Он приходил сюда снова и снова. Запомнил дорогу, чтобы избежать монстров и древние механизмы. Он знал каждый разрушенный мост, каждый выступ, за который цеплялся. Даже те его семь стрел, что не достигли цели и застряли в камне.       Внутри было только одно слово: зачем? Зачем он продолжает приходить в Очканатлан? Зачем каждый день стремится достичь престола Первозданного Огня?       Оророн не знал ответа на этот вопрос. Или же не хотел знать. Фигура Капитано восседала на престоле будто бы тот всегда принадлежал ему. Но Оророн никогда не видел в мужчине правителя. Командира? Да. Ведущего, но не властвующего. Его благородная, но сухая, как крекеры из сухпайка Фатуи, душа была открыта для Оророна. Почему же он не почувствовал, что Капитан носил такую ношу? Почему странности показались лишь влиянием пораженного бездной Царства Ночи и чужой чувствительности к душам? Почему Капитано даже не намекнул о том, что бушует в его механическом сердце?       Оророн не смел подходить. Словно верный подданный оставался у основания лестницы и лишь взирал вверх. Но не сегодня. Шаг, один, другой. Оророн не знал, что вело его в тот момент. Но он знал, что так будет правильно. Правильно для него самого.       Парень подходит ближе и видит, как медленно вздымается грудь, как тихо звенит металл и шуршит мех. Тело из-за проклятия живёт. Живёт и дышит. Оророн усаживается на колени Капитано. Он отказывается принимать, что это лишь пустая оболочка. Руки обхватывают шею, нос утыкается в мех накидки. Холодно, как и всегда. От Капитано никогда не было ощущения тепла.       Оророн концентрируется, медленно дышит, собираясь сделать то, что умеет — найти чужую душу в Царстве Ночи. Он не верил, что она пропала. Не мог поверить.       Знакомый обсидиан, светлый туман и тишина. Оророн осматривается. Это часть Царства Ночи ему незнакомая, но огромный световой поток у основного монумента Вайоб не даст сбиться с пути. Он найдёт, обязательно найдёт. Тело связано с душой и сейчас он чувствует отголосок этого холодного тела. Знает, что ему нужно искать.       Светлые тени душ смотрят на Оророна с печалью. Они чувствуют зачем он пришёл. Они видят его расколотую душу, но ничего не могут поделать. Беспокоить Владыку Ночи Оророн не собирался, ещё нужно позаботиться о самом Царстве Ночи. Бездна покинула эти места, но оставила свои шрамы. Оророн справится, он обязательно справится сам.       Голубой свет, незнакомая броня, но такой знакомый холод, который нельзя ни с чем перепутать. Оророн не знает, галлюцинация ли это. Он уже несколько часов в Царстве Ночи и его начинали подводить собственные ощущения.       — Капитано, — обратился на удачу Оророн.       Голос был тихим и усталым, но полным надежды, что это всё не сон и ему и правда повезло. Тень остановилась, но не обернулась. Она была прозрачнее других, будто бы просто отголосок истории, который скоро пропадёт.       — Капитано, пожалуйста.       Оророн сделал несколько шагов к тени. Щеки неприятно обожгло. Слёзы. Он заплакал. Солёные капли стукнули о черный камень. Оророн попытался стереть влагу с собственных щёк, но не получалось. Он не должен плакать в такой момент.       Холодная рука опустилась на его голову и прижала к телу, тоже холодному.       — Тебе стоит вернуться, Оророн, — зазвучал тихий, но знакомый низкий голос прямо в ухо.       — Нет, я не хочу, не хочу, — запротестовал парень словно маленький ребёнок.       Он впился руками в светлую ткань, чувствуя под ней доспехи. Сегодня Оророн хотел быть эгоистом, поступить так, как хотел он сам, а не кто-то другой. Он не хотел отпускать.       — Ты слишком долго в Царстве Ночи, — настаивал голос Капитано.       — Я останусь здесь, с тобой.       — А как же твой огород? — рука, что зарылась в его темные волосы потрепала между ушек. — Флогистоновая тля? Другие животные? Бабушка Ситлали и твои друзья?       Оророн не знал. Он просто хотел вернуть того, кого потерял. Что он тогда сказал Мавуике? Что ему больше незачем находится рядом? О, как же он ошибся. И эту ошибку Оророн понял только, когда потерял мужчину.       Когда Капитано пришёл к нему и попросил доставить в Очканатлан, Оророн не задавал вопросов. Он полагался на Капитано, ведь научился ему доверять. Оророн поможет, потому что это правильно. Так поступают люди. Но если цена его помощи такова, он хочет вернуть всё назад.       — Подумай о себе, Оророн, — шепнул на ушко голос. — Разве такой жизни ты заслужил.       Оророн оттолкнул от себя Капитано и застыл со словами на губах. Без маски. Капитано был без маски. Его лицо не испещряли шрамы бессмертия, о которых он говорил. Голубые глаза с застывшими в них звёздами. Бледная кожа и привычные темные волосы. Так выглядит его душа, застывшее воспоминание, о том, кем он был.       — Тебе пора, не стоит приходить, — мягко сказал Капитано и положил руку на грудь Оророна. — Возвращайся домой.       — Нет, Траин!       Но всё исчезло. Оророн дернулся, будто бы ему приснился кошмар. Тело затекло от неудобной позы и ему было жутко холодно. Тело Капитано продолжало мерно дышать. Оророн расплакался, теперь в реальном мире, сжимаясь в комочек на безжизненных коленях.       Не такого покоя должна была заслужить его душа, не таких страданий она должна была пережить. Он не должен был молчать, они могли бы что-то придумать. Но его благородная душа не позволила бы кому-то другому, принимать этот грех.       — Мне вас не хватает...       Ветер пронёс этот шепот над руинами сожжённого города и растворил в воздухе. Тот, кому обращались эти слова, их не услышал.