Не будешь

Пётр устало прикрывал глаза, как почувствовал теплое дыхание за ухом. Царь уж было всполошился,но чужая рука опустилась на плечо,а уста зашептали:,,Мин херц,это я’’. Пётр нервно выдохнул. Меншиков,зараза такая,испужал государя,чуть не довёл до очередного приступа. -Где был?Весь день тебя искали,-в голосе Романова слышалась обида. -Так я это,мин херц,у генерал-губернатора одного был,- сказал плут,что первое в голову пришло. -Стало быть, весь день гостил ?- насмешливо уточнил Пётр,зная,что тот лжёт. -Стало быть,да.-Меншиков ответил нехотя и рвано, словно не он весь день смотрел под юбки барышень и шептал всякие непотребства так,как шептал их государю. Пётр хмыкнул и отодвинулся от Меншикова на край небольшой постели. -Сегодня спишь у себя,-отрезал Романов и перетянул одеяло,заставляя Меншикова мёрзнуть Ещё минуту царь раздраженно теребил ткань и ждал ухода Алексашки,как спокойствие нарушили тонкие пальцы: Меншиков подвинулся к Петру,залез,сволочь,под нагретое одеяло и протянул руку к порткам императора.Фаланги добрались до широких спальных штанов и легли на достоинство царя.  -Значит,сегодня сплю у себя?-дерзко переспросил Меншиков и ,проведя по головке члена,вынул руку.-Тогда,я пойду. Романов хотел его убить и разорвать на виду у всех просвещенных и непросвещенных жителей Петербурга, а затем-блистать знаниями о внутреннем строении человека перед публикой. Пётр больно схватил за волосы подлеца ,ткнул лицом в подушку и ,нагнувшись, пригрозил :,,Гляжу,много себе позволять стал. Аль позабыл,кто пред тобой,шельмец?’’ Меншиков во всю улыбался но,к счастию,бесстыжую морду не было видно. Пётр перестал сжимать волосы, а Алексашка медленно развернулся к царю:они лежали на боку лицом к лицу и смотрели друг другу в глаза. Пётр смотрел тяжело,с пронзительным подозрением, Меншиков-игриво,щуря голубые глаза и поглядывая на сладкие губы мин херца. -Позволяю себе столько,сколько позволили вы,Пётр Лексеич,- издевается,гад, специально переходит на ненавистный Петру официоз. После созерцательной дуэли Меншиков забрался на Петра и засунул руку туда,откуда её доставать совсем не хотелось. Слушая вздохи царя, Алексашка водил пальцами по возбуждённой плоти и блудливо облизывался. Движения с каждым разом ускорялись,доводя Петра до забвения.Романов излился в руку преданного друга и прикрыл глаза.  -Сладких снов, мин херц,-Алексашка лёг рядом с разморённым государем и утих. Нахал,подлец.Пришёл,значит,к итак уставшему царю,встормошил тут всё и решил просто так лечь спать? ,,Нет,-подумал Пётр,-спать ты не будешь’’. Меншиков вздрогнул от неожиданности,когда его притянули за талию и вплотную прижались. Он ощутил,как сильная ладонь легла на его член. Губы плута задрожали, а зубы до крови впились в тонкую кожу, дабы заглушить полу-стоны,полу-всхлипы. За спиной тяжело дышали, а усы щекотали шею. Меншиков запрокинул голову,кладя её на чужое плечо, и вперил взор в каштановые глаза. Пётр прервал зрительный контакт,поддерживая средний темп руки, и провёл носом по незащищённой шее. Время тянулось,как нуга, когда Романов горячо дышал,целовал скулы,кадык,нежные щёки и виски фаворита. Меншиков почти не дышал: он ловил запах тёмных кудрявых локонов и пытался уткнуться в пухлые губы. Пётр издевался. Царь наблюдал, как Меншиков со спины и с запрокинутой назад головой старался дотянуться до желанных уст, но не мог. Темп ускорялся. -Мин херц,прошу,-простонал наконец Алексашка и накрыл двигающуюся  ладонь Петра своей.  Пётр не сдавался-растягивал момент и терзал Светлейшего. -Будешь знать,как обманывать,да покой мой тревожить,-злорадствовал Романов, но всё же сдался:сперва нежно,а затем рвано сминал тонкие губы.  Меншиков кончил и застыл в тяжёлых руках Петра, обвившего его талию. -Буду обманывать,-заключил Меншиков,развернувшись к Петру и уставив хитрющие глазищи в тёмными омут.