Что такое любовь?

      Глаза распахнулись. Пелена белого света застилала всё вокруг, неопознанное пространство не выглядело ни дружелюбным, ни враждебным. Здесь просто ничего не было.       Невысокий юноша помотал головой по сторонам, пытаясь сориентироваться. Чёрные и так порядком запутанные волосы переплелись от столь резких движений ещё больше. Парень спустил с лица маску, в попытке поглубже вздохнуть, и осел на пол. Хотя в этом месте и пола не было, только белёсая пустота. После пары щипков стало ясно, что это не сон, но и на явь место похоже не было. Он умер?       Сердце сковал страх. Нет, он не мог умереть. Не мог умереть наследник крупнейшей корпорации одной из ведущих мировых держав. Захотелось кричать и биться головой об пол, лишь бы это прекратилось, лишь бы всё оказалось чересчур правдоподобным сном. Парень уткнулся носом в коленки, обхватывая их руками, и мелко затрясся.       Вдруг откуда-то сбоку послышался шелест перьев, будто рядом приземляется большая птица вроде аиста или, возможно, орла. Приземление. Парень измученно поднял глаза.       – За что ж ты мне такой достался? Как можно было идти по улице средь бела дня и провалиться в открытый люк? Я отошёл на пару ваших земных минут, ещё чуть-чуть, и ты бы умер. Еле успел, но теперь тебе тут отсиживаться, пока твоё тело не придёт в себя в том мире...       Растерянный юноша не понимал, обращается ли таинственный незнакомец к нему или же нет, однако это сейчас волновало его меньше всего. Важно то, что у причитавшего на спине располагались два белоснежных крыла с лёгким напылением серебра на самых кончиках маховых перьев. Одет он был в такую же белую, как и всё вокруг, тунику, а причёску в виде распущенных чуть вьющихся волос немного ниже плеч дополнял венец, будто созданный из множества мелких кованых цветов. Пока парень оглядывал незнакомца, тот уже успел несколько успокоиться и, скрестив руки на груди, недовольно уставился в ответ.       – Так, точно, я пришёл тебя проведать и сказать, что ещё не время и всё такое. Чувствую, сюда скоро пошлют кого-нибудь старшего с выговором мне за халатность, хотя я ума не приложу, как ты умудрился там упасть... Мне пора, посиди тут немного один, тебя скоро должно вернуть на Землю. Было не очень приятно увидеться, подопечный, надеюсь, впредь будешь аккуратнее... хотя кого я обманываю?..       Окончание фразы незнакомец договорил себе под нос и уже собирался взлетать, как вдруг парень взял себя в руки и подбежал к крылатому, хватая его за запястье.       – Стой, у меня есть вопросы!       – Я не обязан на них отвечать, потом тебе всё равно будет казаться, что это лишь твоё сознание в коме подкинуло тебе такие картинки.       – Ты ангел?       Парень решил спрашивать в лоб. Незнакомца такая прямота позабавила.       – Ты сегодня догадливее, чем обычно.       Из голоса ангела будто ушла некоторая неприязнь и напряжённость, словно он смог немного расслабиться.       – Хорошо, давай расскажу. Леон, я твой ангел-хранитель. Можешь называть меня Алон. Ты сейчас находишься в коме, до которой еле дотянул исключительно благодаря моей помощи. Хранитель есть у каждого человека. Нашей задачей является поддержание баланса и следование божественному замыслу. Проще говоря, мы следим за тем, чтобы люди не умирали раньше отпущенного им Богиней срока.       – Эм, Богиней?       – По сути, она беспола, как и все ангелы, но ей больше нравится представляться в виде женщины. Это не относится ни к какой из ваших религий и одновременно относится к ним всем. У людей вообще странное представление об их мире, но давай в другой раз, ладно? Кажется, у тебя и так голова пухнет.       Алон с лёгкой улыбкой поправил шапку на голове шокированного подопечного, пока тот пытался переварить новую информацию.       – А что было бы, если бы я умер.       – Мне – крайне серьёзный выговор и, думаю, понижение, тебе – загробный мир. Но вот о том, что происходит за гранью, нам рассказывать запрещено, дабы не нарушать баланс Вселенной. Умрёшь – увидишь.       Леон недовольно насупился.       – И не показываетесь вы людям с той же целью?       – Верно! Порядок нельзя нарушать.       – А если очень хочется?       – Мне не хочется, не знаю.       Леон раздражённо фыркнул, что лишь позабавило хранителя.       – Не злись, я ж не со зла. Давай кое-что покажу. Возьми меня за руку.       Алон протянул Леону свою бледную ладонь с длинными тонкими пальцами. "Интересно, умеет ли он играть на каких-нибудь инструментах", – подумал человек и принял руку. Внезапно белое пространство стало преображаться, и вот они уже стоят на вершине заснеженной горы, глядя на уходящее солнце и пики скал всевозможных оттенков от тёмно-бордового до молочно-белого. Оранжевые тона тут же переходили в холодный синий теней и расщелин. Закат ласкал шапки величественных гор, купавшихся в лучах уходящего солнца. Казалось, что этого места и вида существовать не может, слишком он был великолепен в своей яркости и сюрреалистичности.       – Нравится?       – Безумно.       Леон так залюбовался открывающимся видом, что конечно же не заметил чуть покрасневших щёк ангела, отвернувшегося от подопечного, чтобы не видеть этого восторженного детского взгляда. Святая простота! Ангелов такими картинами нельзя было удивить, они слишком долго жили, слишком много видели или могли увидеть в любой момент по щелчку пальцев. Но люди всё воспринимали иначе. Они могли действительно проживать свою жизнь, от чего давно отвыкли ангелы. И сейчас такая искренняя радость ударила Алону в голову. Впервые он кого-то осчастливил. Безусловно, он исправно выполнял свою работу почти без осечек и любил всех живых существ, но был ли ангел счастлив? Нет. Были ли счастливы те, для кого он так старался? Ну, теперь Алон наконец может ответить "да". Его человек отвлёкся от мыслей о произошедшем недоразумении, а, значит, ему будет легче принять свою дальнейшую жизнь, не цепляясь за этот случай. Алона он наверняка забудет, как сумасшедший сон, но главное – Леон сможет жить дальше. На лице хранителя застыла грустная улыбка. По щеке покатилась одинокая слеза.       – Эй, почему ты плачешь?!       Алон взглядом, полным любви, посмотрел на обеспокоенного Леона, в глазах которого горели отблески заката.       – Рад, что успел тебя спасти.       Глаза Леона расширились, и он подошёл ближе к ангелу, взяв его руки в свои.       – Спасибо тебе за это. И за то, что место такое показал.       Алон не выдержал нежного взгляда в свою сторону и покровительственно поцеловал подопечного в лоб, тут же отстраняясь. Однако, недолго думая, Леон решил повторить поцелуй, но уже в своей манере. Искусанные и обсохшие на морозе губы встретились с губами бархатными и будто чуть сладковатыми. Леон пьянел с каждой секундой всё больше, с упоением прикусывая нижнюю губу ангела, таявшего в объятиях человека. Они оба сейчас впервые поняли, какого это: любить и быть любимым. Если Леон не сталкивался ни с чем из этого на Земле, не получая заботы ни от отца, ни от кого бы то ни было ещё – друзей он не заводил, партнёра не искал – и, соответственно никому её не давая, то Алон, эфирное создание, был создан, чтобы любить, но никогда не испытывал этого чувства по-настоящему. Его любила Создательница, его братья, он любил их и всё живое, но если все любимы, то, выходит, никто не любим. Чувства к человеку отличались от всего, что было до этого. Они в своей яркости и стремительности оказались неповторимы, а потому особенно прекрасны. Алон понимал, что так быть не должно, но его ещё никто не остановил, хотя от вездесущего взгляда богини даже намеренно нельзя скрыться. Значит, он всё делал правильно. Улыбнувшись в поцелуй, он наконец отлип от запыхавшегося Леона, который так ни к стати стал рассыпаться песком сквозь пальцы. Алон любяще погладил его по щеке.       – Не бойся, всё в порядке, так и должно быть. Ты просыпаешься.       – Но я не хочу! Я хочу остаться с тобой! Мы ещё столько всего можем посмотреть! Мне хочется так много рассказать, Алон! Не оставляй меня...       – Мы обязательно встретимся, мой дорогой.       Алон укрыл крыльями человека в своих руках, стараясь оставить ему на память хоть частичку божественного тепла, что жило в нём. Леон в ответ обнял своего ангела, полностью растворяясь в воздухе.       Вдох.       Свет.       Он живой.