Спасённая

— Изуми! Принеси ещё чаю. — Да, мам!       Изуми с братом наперегонки, толкая друг друга, помчались на кухню. У самого входа она ловко поставила Хирото подножку, и тот растянулся плашмя. — Дура! Дура, дура! — заревел он. — Сам дурак! — Изуми показала ему язык и отвернулась, разливая горячий чай по кружкам. За её спиной мягко колыхалась от ветра тонкая занавеска, пронизанная лучами заходящего солнца. Летний вечер вливался в окна душным теплом, голосами играющих на улице детей, и стариков, режущихся во дворе в сёги. — Дай я отнесу! Дай! — Хирото не сдавался так просто. — Уйди, тебе нельзя трогать чайник, там же кипяток! А ты ещё маленький. Иди лучше отнеси маме печенье.       Хирото яростно вытер сопли кулачком, схватил пакет и с топотом побежал к родителям. Изуми шла следом, осторожно балансируя кружками. Из комнаты раздавались приглушенные взрывы закадрового смеха: семья смотрела какое-то популярное комедийное шоу.       Изуми задержалась на секунду в дверном проёме, высматривая свободное от закусок место на котацу. — Вот сюда поставь, — мама оглянулась на неё и поманила рукой. В следующую секунду в комнате обрушился потолок.       Стёкла брызнули осколками, стена со стороны окна тоже рухнула, погребая под собой телевизор. Воздух мгновенно наполнился бетонной пылью и сводящим с ума оглушительным грохотом. Изуми закричала, не слыша себя через звон в ушах. Она сделала глубокий дрожащий вдох и закашлялась. Запахи крови и чего-то кислого жгли лёгкие. Пол под ногами поехал куда-то вбок. Что-то ударило её, отбросив назад.       …Изуми открыла глаза. Было темно, и что-то тяжёлое больно давило на ноги. «Где я? Что происходит? Больно…»       В горле ужасно першило. Она сумела вытащить ноги, перевернулась и поползла, ничего перед собой не видя, кашляя и всхлипывая. Через несколько секунд ей в лицо подул свежий воздух. Изуми поползла быстрее, несмотря на нарастающую боль во всём теле. Она выбралась из-под каких-то обломков и выпрямилась, оглядываясь.       Улица исчезла. На месте старых двухэтажных домов остались одни развалины. Некоторые дома горели. Фонарные столбы были сломаны, и порванные провода бессильно искрили в лужах, натёкших из разорванных труб. Асфальт был словно вспорот чем-то острым, изломан и покрыт огромными дырами. Изуми обернулась на свой дом и едва сдержала крик ужаса: на его руинах лежал громадный отвратительный монстр, чёрный, чешуйчатый и, несомненно, мёртвый. Изуми с трудом отвела взгляд от того, что раньше было его торсом.       Было тихо. Изуми потрясла головой, потёрла уши. Звуки возвращались медленно, один за другим: плеск воды, потрескивание пламени, её собственное загнанное дыхание, злобное рычание. Рычание?..       Похолодев, Изуми уставилась в ночные тени, укрывающие дальнюю сторону улицы. Из них выступило что-то большое, куда больше, чем существо, разрушившее её дом. Монстр снова зарычал. Звук, низкий и жуткий, раскатился по окрестностям, как шум горного обвала. Изуми дёрнулась бежать, но ноги, словно превратившиеся в желе, подогнулись. — Опа, ещё один. Да сколько вас тут… Опоздаю ведь на ужин.       Изуми заморгала. Прямо перед ней на изломанную дорогу вышел человек в белом плаще. Вернее, когда-то белом: сейчас его в равной степени покрывала грязь, копоть и… кровь?       Человек неспешно направился в сторону монстра. Земля задрожала под тяжестью шагов: чудовище двинулось навстречу. У него было шесть горящих красных глаз, толстые лапы с кривыми когтями и широкая, усеянная рядами жутких зубов пасть. — Дяденька, не ходите! — Изуми закричала. — Оно убьёт вас!       Человек, не замедляя шага, чуть обернулся на её голос. Изуми поразило, насколько спокойным, даже скучающим, выглядит его лицо. Словно он находился посреди не ужасного разгрома, а овощного отдела супермаркета.       Герой? Это ведь был герой?.. помахал ей рукой в красной перчатке успокаивающим жестом. И повернулся к монстру.       Изуми, замерев, смотрела, не в силах отвести взгляд, как маленький, такой маленький рядом с нависающим монстром, человек, лениво размахивается и впечатывает кулак прямо между чудовищных глаз.       И монстр словно взрывается изнутри. Его кровь и части тела разлетаются повсюду, еще больше пачкая белый плащ. «Как он это сделал? Неужели он такой сильный? Наверное, он из один из героев S-класса!»       Человек, там временем, вовсе не выглядел обрадованным своей победой. Изуми не раз видела по телевизору репортажи, в которых герои принимали гордые позы и весело махали в камеру. Но этот герой только ссутулил плечи и мрачно поглядел на свой кулак. Потом, пробормотав что-то под нос, прошёл мимо Изуми. «Уходит!» — Дядя герой, не уходите! Не оставляйте меня тут! Мне страшно! — Изуми вцепилась в полу плаща, что было сил. По её лицу потекли горячие слёзы.       Человек посмотрел на неё с лёгким удивлением. Попробовал аккуратно выдернуть ткань из сжавшихся пальцев. Вздохнул. — Слушай, ребёнок. Сейчас кто-нибудь за тобой приедет. Типа спасатели и всё такое. А мне надо идти домой. Генос сегодня готовит удон, а я жутко голодный. — Не оставляйте меня, пожалуйста! Здесь могут быть ещё монстры! Вы же герой? — Изуми подняла мокрое лицо, с отчаянной надеждой вглядываясь в равнодушные тёмные глаза. Разгорающийся огонь от соседнего здания бросал блики на лысую голову мужчины. Он был явно моложе папы Изуми, но лысина делала его старше. В других обстоятельствах Изуми бы пожалела его, но сейчас, напуганная до крайности, едва обратила на это внимание. — Герой, ага, — мужчина поморщился. — Лысый Плащ меня назвали.       Изуми, неожиданно для себя, хихикнула. — Как будто мои одноклассники обзывалку придумали. — Вот именно! Кто вообще даёт героям такие имена!.. Нет, чтобы что-то крутое!       Человек поглядел на Изуми ещё раз. Вздохнул. — Ну, может, ты и права. Непонятно, откуда эти монстры понавылезли. Обычно они не шляются по этому району. Вдруг ещё остались? — Возьмите меня с собой, дяденька Плащ! Я буду хорошо себя вести, честно! — Куда с собой? Домой? Ну уж нет. Хотя… Генос за тобой присмотрит. Переночуешь, а завтра отведёт тебя куда надо… Ладно уж.       Изуми и моргнуть не успела, как оказалась сидящей у странного героя на шее. Она схватилась ладошками за его лысину, забрызганную липкой кровью, чтобы удержаться. Тот никак это не прокомментировал, озираясь по сторонам в поисках чего-то. Наконец он нашёл то, что искал: пару пакетов с продуктами из магазинчика на углу. Он ведь тоже был разрушен теперь?.. Изуми прерывисто вздохнула. — Эй! Не капай мне соплями на голову! — Извините, дяденька Плащ! — она яростно вытерла лицо тыльной стороной ладони. «Не плакать. Нельзя сейчас плакать.» — И не зови меня так. Давай лучше по имени. — А как вас зовут? — Сайтама я. — Извините, Сайтама-сан. Я не буду на вас плакать. Спасибо вам. — М-м.       Сайтама зашагал куда-то вглубь района, в сторону заброшенной части города. Мама всегда запрещала туда ходить. Изуми была послушной девочкой и только один раз, проезжая мимо на автобусе, видела забор из сетки-рабицы, щетинящийся множеством предупреждающих знаков.       Но, наверное, этот герой знал, что делал?.. Он был такой уверенный. Тиски страха, сжимающие её внутренности, немного ослабили хватку.       Сайтама шёл быстро, но плавно, придерживая Изуми одной рукой: той, которая не была испачкана внутренностями монстра. Во второй руке он нёс пакеты, из которых забавно торчали стебли лука-порея. Вскоре они подошли к неприметной на вид, полузаброшенной пятиэтажке. Во всём доме горело только одно окно. «Он живёт здесь? Как странно. Тут же так опасно! Наверное, он и правда сильный, раз не боится.»       Сайтама ссадил девочку с плеч и протянул руку к двери, когда она резко распахнулась. Изуми вздрогнула при виде фигуры, появившейся в проёме. Это явно был киборг — с металлическими конечностями и жуткими глазами. Картину завершали майка с оборванными рукавами и взъерошенные светлые волосы. — Сэнсэй, вы вернулись! Удон уже готов. Вас задержали монстры? Вижу, вы отлично с ними справились, как и всегда. Давайте сюда ваш костюм, я отправлю его в стирку. Давайте пакеты, я разложу продукты. Давайте сюда этого ребёнка, я… Так.       Киборг (вероятно, это и был Генос?), уставился на Изуми немигающим взглядом. Изуми, стоя на пороге, зябко охватила себя руками и опустила глаза. Сайтама прошёл мимо неё вглубь квартиры, на ходу роняя пакеты и стаскивая с плеч плащ. — Генос, ты не представляешь, в «Симада-маркет» на овощи сегодня была скидка 50%, а эти уроды мордатые напали прямо, когда я стоял в очереди на кассе! Пришлось оставить там деньги и идти их бить. И опять ничего интересного. Всех с одного удара. А, да, присмотри за ребёнком.       Его голова высунулась из-за двери, ведущей, похоже, в ванную комнату. — Как тебя звать там? — И-изуми. — Ага.       Голова скрылась. Зашумела вода.       Генос снова уставился на Изуми, в его желтых светящихся глазах что-то двигалось, похожее на оптический прицел. — Девочка, восемь лет, двадцать два килограмма. Переломов нет, порезы и ушибы. Рекомендовано очистить поверхности, обработать открытые раны, восполнить жидкостный состав и отправить в спящий режим. — Девочка? А я думал, это пацан. На ней шорты такие дурацкие. И волосы… — Сайтама вышел из ванной комнаты, уже чистый и переодевшийся в полосатую пижаму и тапки. Когда успел?.. — Волосы по большей части сожжены, сэнсэй.       Изуми схватилась за голову: и точно, бережно заплетённой утром косички больше не было. — Это… моего брата шорты… Он… Мама… Они все…       Она правда держалась, сколько могла. Но в этом домашнем тепле, пропитанном запахом свежего супа, воспоминание о сегодняшнем мирном утре сломали возведённую защиту, как детскую игрушку. Изуми заревела в голос.       Киборг стоял несколько секунд неподвижно. Потом металлическая ладонь бережно погладила её по голове.       Сайтама на кухне деловито гремел посудой.