Вся правда о мире, которому предстоит стать удобным магическим средневековьем

      — Кха-к-кха! Чёртов шторм! Кха! Чёртова, кха, буря! Черт бы побрал эти недоделанные корабли! Кха-кха-кха! Чтоб этому недоумку руки оторвали! — пытался я отдышаться, одновременно выражая своё недовольство по поводу всей сложившейся ситуации.       Обычно я не позволяю себе ругаться. По крайней мере, вслух. Мой словарный запас для этого был слишком ограничен. По крайней мере, так было. За последние три сотни с лишним лет мне довелось услышать множество слов и выражений. Но, судя по ситуации, в которую я попала… попал, всё ещё сбиваюсь, несмотря на то, что давно адаптировался к своей новой идентичности, и до сих пор не выбрался из этого дерьма.       Кроме того, я ленивый человек, которому для счастья нужно было не так уж и много. Но, к сожалению, всё это осталось в прошлом, а нынешняя ситуация с переселением в другое тело не способствовала привычному затворническому образу жизни.       Тут не было интернета.       На мои бурные возгласы о сложившейся ситуации где-то в стороне послышался чужой шум. Источником звука оказалась забавная маленькая девочка с весьма длинными, аж до пят волосами и причудливого цвета зелеными глазами, напоминавшими морскую гладь. Красиво. А ещё необычно.       Впрочем, этот мир был полон экзотики, и люди с необычными цветами глаз и волос здесь встречались, конечно, не так часто, как хотелось бы, но и не столь редко, чтобы за всю жизнь не встретить ни одного, если ты, конечно, не живёшь на каком-то отшибе, куда люди заглядывают практически никогда. В общем, да, глаза у девочки были примечательные, интересные, почти как пара мутных стёклышек, из-за чего было невозможно понять, о чём ребёнок думает, а, может, и мертвеца, при не очень удачном освещении. Но это было не так удивительно, как мои неизвестно какого оттенка розовые волосы при абсолютно чёрных глазах и едва уловимых чертах азиатов, которых в этом мире, конечно, не было.       Поверьте, я знаю, о чём говорю. Очень сложно не знать, прожив около трёх сотен лет в этом мире, тянущем на средневековье.       Кто бы мне сейчас в открытую заявил, что фэнтезийное средневековье — это весело, первым бы получил между глаз. Весело, конечно, но только при условии, что у тебя есть нечто подобное современным удобствам. И ты не вынужден вытирать свою задницу листьями, сорванными с ближайшего непонятного куста, искренне молясь, чтобы тот случайно не оказался ядовитым.       Поверьте, ощущение от использования подобия крапивы, когда у тебя всё там чешется, а ты, чёрт возьми, даже не можешь почесаться, чтобы не усугубить ситуацию — не из приятных. Как, собственно, и отсутствие душа в шаговой доступности, когда ты можешь нормально помыть голову и отмыться от запаха крови и всей той внутренней требухи животного, которую ты ещё недавно разделывал с целью получения пропитания.       Никогда не хотел устраивать кемпинг или столь «экстремальный» отдых, но кто меня вообще спросит? Вот завидую своему канонному тёзке. Тот максимум несколько месяцев был вынужден провести в подобных условиях, пока его к себе не забрал забавный и добренький старичок. И нет, это был не Гендельф, и даже не Дамблдор, чтобы всем подобным старичкам икалось.       Желаю от всей души и искренне. Потому что Нацу вредный, Нацу устал бесконечно странствовать по миру, лишь из-за того, что местные властители устроили между собой войнушку. А ещё потому, что уровень образования большинства местных жителей от средневекового времени не так уж далеко ушёл, и мальчишку, который за последние десять лет, с момента своего переезда, ни капли не изменился, разве что волосы отрастил, готовы будут заподозрить в самом худшем, будь он по своему поведению хоть апостол святой воплоти.       Проще говоря, люди, как обычно, найдут себе удобного козла отпущения, на которого можно будет возложить все свои грехи. Что-то из серии: кто виноват в том, что у нас выдался неурожайный год? Забавный мальчишка, что живёт по соседству! На деле же он к этому никакого отношения не имеет. Даже пальцем в ту сторону не шевелил. Как будто у него больше нет никаких забот.       Магии, что очевидно, в таком обществе обучали с оговорками и различными условиями. С теорией для пушечного мяса, которое потом бросали на убой в войне, не сильно заморачивались, а чтобы вырваться из «пушечного» мяса, нужно было проявить не абы какую упорство и навыки, чтобы тебя наконец заметили и заинтересовались тобой. И вот, может быть, только тогда тебе кинут столь желанную косточку.       Существовал ещё вариант случайно наткнуться на точно такого же странствующего мага или мага-отшельника, или же стать наёмником, который в обмен на определённого рода вознаграждение позаботится о всех твоих проблемах.       Эн да, подводя итоги, можно было бы сказать, что последние триста лет моей жизни были весьма насыщенными. Размышляя об этом, осознаю, в каком дерьме лишь не довелось побывать. Интересно, Се Лянь тоже так себя ощущал, скитаясь по всему миру на протяжении восьми сотен лет, пока не вознёсся, как и полагается божеству?       — Вы в порядке? — поинтересовался тот самый ребёнок, что суетился и мельтешил вокруг, как рыба в бочке, пока я откашливался.       — Что произошло? — перевожу разговор, потому что нет, не в порядке.       Моя жизнь — это абсолютное дерьмо, но говорить такое ребёнку — не самая лучшая идея. Плохой пример. Кроме того, не хотелось бы вызывать недовольство местных, обучая дитя дурному. Будто бы девочка сама этого не поймёт, ей богу. Совсем другой вопрос, что эта малышка не позвала взрослых, когда поняла, что их «гость» очнулся.       — Вас выбросило на берег. По-видимому, вы потерпели морское кораблекрушение. Я нашла вас и принесла сюда.       — Да? Благодарю. — окидываю девочку оценивающим взглядом. Хрупкая юная особа совершенно не напоминала собой ту, что могла бы с лёгкостью перенести до дома мужчину, обладающего миловидной, местами наивной, внешностью подростка, активно занимающегося физической деятельностью, с весом под шестьдесят килограммов. Однако в этом странном мире и не такое бывает. Так что проехали. — Кстати, где мы находимся? — надеюсь, что на этот раз моя бессознательная сущность не была выброшена на какой-то необитаемый остров.       Приключения Робина Круза, в средневековой магической интерпретации, отнюдь не манят меня своей перспективой. В прошлый раз мне пришлось провести на одном таком острове около десяти лет, прежде чем удалось выбраться. Не будь я огненным убийцей драконов, который вместо обычной человеческой пищи мог поглощать огонь и не испытывать при этом никаких неудобств, разве что с непривычки в первое время, но это не столь важно, то я бы не знал, что бы было со мной: с голодухи или от высоких температур местных действующих вулканов.       И чудесного спасения, как это было с книжным героем, которое последовало после почти тридцати лет его жизни на острове, в моем конкретном случае не произошло. Пришлось самому напрячь умственные способности, чтобы выбраться, а то полное отсутствие хоть какой-то компании, с которой можно было бы перекинуться хотя бы парой слов, начинало сводить меня с ума.       — В настоящее время мы находимся на острове Небесного Волка.       О да, это действительно прояснило ситуацию. Нет, где-то я всё-таки слышал это название, и в сознании что-то кольнуло.       — Насколько далеко это от большой земли? Может, кто-то из взрослых согласится меня туда подбросить? — поинтересовался я. Просто… Чисто хватался за последнюю соломинку.       — В общем-то… — замялся ребенок. — Это необитаемый остров и…       — Позволь, угадаю, — потираю уставшее лицо. Голова раскалывается, мир «слегка» подозрительно кружится, заставляя задуматься о возможном сотрясении. — У вас существует нечто вроде закрытой общины, в которой к иноземцам относятся, мягко говоря, настороженно, и если я осмелюсь приблизиться к вашим, то вместо радушного приёма меня будет ожидать нож в печень?       Не, ну а что?       Нужно мыслить в положительном ключе и надеяться на то, что меня случайно не закинуло к каннибалам. Прошлый раз меня в восторг отнюдь не привёл. Хотя, признаю, магия, то есть артефакты, которые, если откинуть тот факт, что они были созданы из останков погибших сородичей и так называемой «добычи», у них были достойными.         — Вообще-то, на острове только я, плюс ещё одна девочка, — произнёс ребёнок.         — Ну, бывает… — произношу, ощущая некую неловкость. Возможно, для ребёнка это болезненная тема.         — А давно… Ну, вы живёте на этом острове? — гениально, но ничего другого в голову попросту не приходит.         Далее, по мере разговора, выяснилось очень и очень многое. Девочка оказалась настоящим кладезем знаний, несмотря на свой, в целом, юный возраст — всего восемь лет. Забавно, что в свои восемь, что весьма примечательно, оригинальный владелец этого тела уже на начальном уровне был относительно самостоятельным, как для детёныша, живущего в лесу под опекой дракона. Он овладел магией убийц драконов и был вынужден пройти через сомнительного рода артефакт.         Понятно, что из последнего вышла какая-то ерунда, поскольку в будущее на четыреста лет он так и не залетел. На его месте, пусть и получив все его воспоминания, оказалась моя душа. И вот эта вот самая шутка, или мем из прошлой жизни «сбеги и качайся»… Не вызывала у меня абсолютно никакого отклика, поскольку из меня не вышел геймер с системой. Как-то не подвезло с системами и халявными знаниями сверх того, что уже было у оригинала.         Единственное, за что мне можно было бы благодарить нынешнего брата данной оболочки, это то, что он оказался не таким негодяем, как в каноне, и милостиво подарил библиотеку внутри пространственной складки, изначально привязанной к телу, а после своей активации — к душе носителя. Прямо как Узумаки из фанфиков, когда в новорождённого ребёнка для сохранения наследия запечатывают целую библиотеку.         Другое дело, что я бы никогда и не узнал о существовании этого хранилища знаний, если бы не распиаренные ещё в моем мире различные истории о магии и медитации. У каноничного Нацу, может быть, тоже была своя карманная библиотека с множеством книг по магии, но он её просто не нашёл. Или этот интересный момент в каноне не упоминался?         В любом случае, одним только старо-Ишгарским, как теперь назывался язык, на котором в своё время говорил ещё мелкий Нацу, дело не ограничивалось. В общем, для того чтобы прочитать очередную книгу, необходимо было потратить колоссальное количество времени на её перевод. И только потом можно было попытаться изучить описанную там магию.         Но не одним только этим мир прекрасен, и находились добрые люди, которые были бы не прочь поделиться своими знаниями, как та целительница, у которой было чуть ли не кредо: «Пусть каждый не уйдёт обиженным».         Хорошая женщина была.       Жаль, она была слишком идеалистична, не жалея себя, отдавая последнее, что у неё было, лишь бы исцелить страдающего. Её даже именовали святой. Однако конец её был весьма печален. Она получила смертельный удар от одного из просящих, который просто не понимал слова «Нет!», ведь её магия не была панацеей; имели место случаи, когда она, хоть и стремилась помочь изо всех сил, не могла оказать никакой помощи, как бы сильно ты ни желал и ни молился о чуде, ниспосланном Господом.         — О! — воскликнула неожиданно запнувшаяся и смутившаяся девочка. — Эм… Как вас зовут?         — Меня? — погладил себя по подбородку. — Можешь звать меня Кано. — Это был скорее псевдоним, чем истинное имя, но использовать имя предыдущего владельца тела было всё равно что во всеуслышание заявлять о том, что что-то в великом плане одного далеко не скромного чернокнижника пошло не так.         Не хочется знать, как отреагирует Зе-зе, до которого могут дойти слухи об одном ничем не примечательном маге с розоволосой шевелюрой и приметным, для него, именем. Всё-таки совпадения, возможно, и бывают, но как бы болезный не заглянул на огонёк, проверить, а тут я весь из себя такой прекрасный.         — Как скажете, Кано-сан. — И вот снова. Не понимаю, откуда это берётся. Вот вроде другой мир, а эти японские суффиксы неизвестно откуда вылезли. Разве это не было особенностью перевода в моем мире?         — Давай просто на ты. Я не настолько стар, чтобы мне выкали. — ага, всего три сотни с гаком — самый рассвет молодости, когда шило в пятой точке играет.         Впрочем, тот же Зе-зе и того старше. Хрен знает, сколько он это тело в колбе держал, пытаясь воскресить младшего братца, и сколько раз ковырялся в его внутренностях. Уже страшно становится.         — Ну, а тебя как зовут? А? Чудо? — начинаю переплетать не иначе как чудом сохранившуюся в более или менее нормальном виде, исходя из моих приключений, косу.         Очень уж хотелось принять душ. В первую очередь — помыть голову, а не ощущать всю ту гору непонятно чего в волосах, когда песок, в прямом смысле, с них так и сыплется.         Ну, не умела я нормально стричься. Без ножниц-то под рукой и с шикарной шевелюрой, густых и крепких, которые с каждым разом, чем дальше в лес, тем страннее тапки… В общем, чем больше я становилась ящерицей или демоном, тем сложнее оказывалось укротить причёску.         То-то Акнология с начёсанной шевелюрой аж до пояса таскался.         Короче, ко всему этому добавлялось моё абсолютное и полное неумение делать типично мужские стрижки. Нет, в прошлой жизни у меня был период, когда я собственными руками стригла себя, но было это не так, ибо много ли мозгов девчонке нужно, чтобы сделать себе каре, чёлку, лесенку на волосы средней длины или вообще выбрить один из висков?         Ну, на самом деле не сильно, если руки у тебя из того места растут.         К тому же, уже привычная коса, или хвостик, или пара косичек, или вообще пучок, когда волосы можно убрать так, чтобы не мешали. Ведь не все причёски требовали к себе, чтобы их нужно было переплетать каждые пару часов или каждое утро.         — Мавис.         — Ну, будем знакомы, что ли? — задумчиво чешу висок.         Стоило построить добрососедские отношения с местными обитателями, потому что, чую, на этом острове я задержусь надолго.         В общем-то, предчувствие меня не обмануло. На острове я провёл целых шесть лет в компании маленькой пигалицы и ещё одной, которая была вымышленным другом Мавис по имени Зера.

***

      Спойлер:        При первой встрече, которая состоялась значительно раньше, чем это предполагалось каноном, ибо Нацу стал одним из основателей фей, он ударил Зерефа и отчитал его, как малое дитя. Тем не менее, между ними, кажется, завязалась дружба. Хотя вскоре выяснилось, что Нацу в этой вселенной существует в двух ипостасях: канонный и наш главный герой. Так, Зереф из мира нашего героя допустил ошибку и вместо того, чтобы переместиться в будущее на четыре сотни лет, его юный двойник оказался в совершенно ином мире с аналогичной временной шкалой. Именно там он и жил, ничего не подозревая, пока старик Макаров не привёл в гильдию его молодую версию. Вот тогда наш попаданец и испытал лёгкое потрясение.       В конечном итоге, они оба вместе пытались разобраться в происходящем, пока спустя некоторое время к ним не заглянул, не иначе как чудом преодолевший своё «проклятие Противоречия», Зереф, который наконец задумался о том, что что-то не так, когда его юный двойник не появился вместе с остальными драконоборцами. Ну, не тот характер у молодого Нацу, чтобы оставаться тихим, как мышь под половицей.