Солнце

28. Бог нёс Ваби на руках, и эти объятия ощущались как самое прекрасное, что довелось испытать мальчику за всю его короткую жизнь. Он уткнулся лицом в белоснежную тогу Создателя, наслаждался его запахом и жаром его кожи. Это чувство близости к своему Творцу сметало из памяти все мучения и отчаяние, что довелось пережить во имя Бога. Хотелось быть полезным, послушным его воле, сколько бы ни осталось у него времени. Их путь закончился в большом светлом зале, где его опустили босыми стопами на прохладный пол. Помещение казалось пустым, но когда Ваби поднял голову… Вместо потолка над головой простиралось ночное небо. Звёзды мерцали на чёрном, будто бархатном фоне. Крупные и помельче, они собирались в созвездия и сияли холодным светом, такие прекрасные и недоступные в своей идеальной красоте. Пока Ваби любовался звёздами, Тонатиу плавным движением рук «отодвинул» одну из стен и шагнул в зал поменьше. Юноша поспешил за ним, и оказался в… лаборатории? По периметру высились стеклянные ёмкости с голубоватой жидкостью. Ваби вспомнил, что уже видел это место, и в одном из таких резервуаров очнулся в теле Зверя после отравления чёрным дымом. Посмотрев по сторонам, в одной из колб за толщей воды мальчик увидел своего рогатого бирюзового гиганта и подбежал к нему. Его большие вытянутые к вискам глаза были закрыты. Золотые разводы на коже будто смылись и потускнели. Мощные бёдра, крепкие руки – в них когда-то было столько силы. Большая рогатая голова была опущена, похоже, Монстр спал. - Ты скучаешь по нему? – подойдя, спросил Бог. - Да, Создатель. Поначалу мне было тяжело передвигаться, рога и хвост мешали… Я не хотел быть Зверем. Но когда ты помог мне… и потом, ну, когда… в лесу… ты трогал меня… и я тебя… Я осознал его неукротимую силу и безмерную мощь. А почему он там? – Ваби нежно погладил стекло, отделявшее его от гиганта. Он всё ещё пытался разобраться в мучившем его вопросе о своём присутствии здесь. - И почему я снова похож на человека, а не на эти кровавые цветы, которые ты просто ешь? Тонатиу тяжело вздохнул. Мальчишка оказался любопытным, сообразительным, храбрым и очень чувствительным. Божья интуиция не подвела, не зря он что-то разглядел в этом испуганном парне. Раз уж он выбрал его себе из тысячи жертв, то придётся кое-что ему поведать. - Ты помнишь свои последние слова, сказанные перед смертью? – строго спросил Бог. Ваби отвернулся от спящего в колбе Зверя и испуганно посмотрел в глаза Создателя, полыхнувшие алым огнём. - Я не помню… Было очень больно и меня опоили какой-то гадостью… И ещё всякие штуки засунули в меня… Я и говорить, наверное не мог... - Ваби краснел, стоя пред Создателем, как будто стыдясь одних только воспоминаний. Хотя противиться насилию жреца он не мог, поскольку именно ему «выпала честь» стать жертвой. - Верно, не мог. Но ты обратился ко мне мысленно. Я услышал твою мольбу здесь, в Колыбели, потому что ты не просил о пощаде, не рыдал, не пытался освободиться. Ты принял свою смерть в мою честь с достоинством. А последними твоими словами были: - Тонатиу, если ты меня слышишь, позволь мне умереть скорее!