Ломающийся дед

— Мы отлично компенсируем недостатки других друга, – проговорил Дубин, засуну руки в карманы джинс. — Это какие ж у меня недостатки? – Гром, раскинув руки, приблизился к Диме. С абсолютно ровной осанкой, выпячив грудь вперёд. Взгляд Димы метался от лица грома с насмешливым выражением к подтянотому торсу и обратно. Щеки ощутимо начинали нагреваться и гореть, Дубин испытывал явное смущение от такого вида напарника и хотел побыстрее ретироваться из квартиры грома, но при этом хотел тут задержаться??... какой-то странный избегающе-остающийся тип привязанности к человеку.

***

Выкарабкиваясь из ванны и отдергивая новоповешенную шторку, чтобы воды меньше на пол лилось, Гром посмеивался над какой-то тупой шуткой, которую ему рассказывал Дима ещё в самом начале их отношений. Обтирая тело новым полотенцем, что они вместе купили пару недель назад, Игорь углубился в свои воспоминания и начал настольгировать, прокручивая в голове старые события. На лице расцвела туповатая улыбочка, а по груди разлилось тепло, которое заполняло и распирало грудь, что, казалось, её сейчас разорвёт. Дима в этот момент направлялся к зеркалу, которое находилось рядом с ванной, но, заметив что Игорь моется, притормозил на против и остановился. Игорь никак не реагировал – ни шелохнулся, ни поменялся в лице – ни-че-го. — Игорёш, ты чего завис? – Дима развернулся лицом к Грому и протянул руки к полотенцу, один конец которого висел у Грома на плече, а второй тот придерживал на противоположном бедре, прикрывая пах. Игорь медленно начал отвисать: сначала проморгался пару раз, следом перевел взгляд с пола на Диму, который стоял и удивленно смотрел на Игоря, а потом вообще начал просто ржать. Дима, продолжая ничего не понимать и надеясь на то, что Игорь не сошёл с ума, тоже начал хихикать, прикидывая в голове как они выглядят со стороны. Димины ладони, что оказались аккуратно уложенными на ещё влажные ягодицы Грома, выглядели на фоне подкаченных мыщц довольно небольшими. Уже успокаиваясь от смеха, Дубин все-таки выхватил полотенце у Игоря, который сейчас бился чуть ли не в истерике с какой-то фигни, и начал вытирать мокрые участки тела, а в первую очередь - его жопу. А фиг ли нет, если они точно мокрые были? Игоря от этого ещё больше начало разносить и сквозь слезы смеха смог только выдавить: — Не думал, что за моей задницей будет такой лакшери уход производиться. А после этой еле выдавленной фразы, от смеха, ноги подкосились и он аккуратно сполз в ванную, предоставляя свою жопу Дубину для полной полировки темно-синим полотенцем. Тут и Дима не выдержал и в голосину начал орать, опускаясь на корточки, а позже падая на зад. Хохот в квартире стоял дикий на протяжении минут четырёх. Все же успокоившись, они оба поднялись, опираясь на все ещё слабые ноги и, чтобы снова не заряжать, отвернулись друг от друга. — Дим. А, Дим? Полотенце отдашь или как? – Гром еле сдерживал порыв смеха, поэтому говорил медленно, подбирая каждое слово. Дима, закусив нижнюю губу, растянул полотенце чтобы оно представляло из себя длинный прямоугольник, быстро развернулся к Игорю и завернул его в этот прямоугольник. Долго сдерживать смех он не смог, как ни старайся, и сдался, валясь Игорю в объятья и цепляясь руками за его поясницу. Из самой глубины лёгких Игоря доносся самый сдавленный смех что можно только представить. Дима, уже полностью отчаявшись и поняв, что успокоится им будет не суждено, решил добить их обоих, чтоб если и умереть – то вдвоём. Он, переставив руки на игореву талию и оперевшись на них, выровнялся как по струнке и, неожиданно для Игоря, взял в каждую руку по его сиське и уткнулся в пространство между ними. Почувствовав, как щеки вместе с губами упираются в мягкую и упругую кожу, Дима не выдержал и выдул воздух, плотно прижимаясь губами к теплой коже Игоря, издавая характерный звук «бульканья». Игорь, который до этого момента пытался сосредоточенно просто смотреть на Дубина, сейчас не выдержал и, чтобы снова не упасть, обнял Диму и продолжил хохотать.