Тени тишины

Они были знакомы давно, учились в одном университете. Они видели друг друга, иногда, им удавалось поговорить. Хотя, разговором это назвать было сложно. Так, просто перекинуться пару фразами и разойтись. Что мешало им подойти и нормально поговорить? Ответ настолько очевиден, что поймет даже Незнайка. Страх. Этот страх сказать что-то лишнее или отпугнуть, становился всё больше и больше, как только парни подходили друг к другу. Парень, что писал про своего знакомого стихи, или не просто знакомого, был блондином с отросшими темными корнями, темные глаза, но в них есть та искра, что вскружит голову любому человеку. Его зовут Артём. Но тот, кто заставил биться его сердце чаще, называл его «Тёма». Его губами это звучало настолько нежно, что хотелось просто растаять и словить руками его улыбку, с которой он говорил эту форму имени, и спрятать в глубине сердца. Каждый раз, когда этот человек называл его Тёмой, блондин таял. Он привык прятать свои чувства за маской спокойствия и просто спокойно улыбаться. Артём привык писать всё в своем маленьком блокноте, который ему подарила бабуля ещё много лет назад. А то, что он записывал никому и никогда не показывал и, скорее всего, показывать не будет. Ему стыдно показывать свои чувства, ему стыдно за свою писанину, ему стыдно за… ему стыдно. Артём просто стыдился всего. Молодой парень настолько стыдился себя, что боялся заговорить с тем, кто ему нравится. Он боялся говорить о своих чувствах в лицо. Ему было легче стерпеть и потом записать все свои переживания в блокнот. Было страшно обидеть человека. А тот, кто называл его так нежно, даже не подозревал, что его голос звучал в голове Тёмы каждый раз перед сном. Темноволосый, всегда слегка хмурый, будто он спорил с миром, но улыбался только в те редкие моменты, когда забывался. Михаил. Или просто Миша, но только для самых близких. Миша был настолько сосредоточен на том, чтобы не показать, как тяжело ему было находиться рядом с Тёмой, что сам не замечал, как его взгляд задерживался на нем чуть дольше, чем нужно. Особенно, когда Тёма, задумавшись, рассеянно поправлял волосы или писал что-то в блокноте. Ирония была в том, что Миша тоже боялся. Боялся быть слишком очевидным, боялся быть отвергнутым. Он уже представлял, как всё пойдёт не так: Тёма отодвинется, засмеется, скажет что-то вроде "Ты это серьезно?". Эти мысли сдерживали каждую попытку подойти ближе. Но что-то изменилось в тот день, когда они снова случайно пересеклись. Университет остался в прошлом, и казалось, что их пути больше не должны были пересечься. Но, как бывает в жизни, судьба решила иначе. Это был обычный вечер, один из тех, когда Миша приходил в маленькое кафе на углу — читать, искать референсы для своих фотографий или просто побыть в тишине. Он даже не заметил, как дверь позади него открылась, пока не услышал знакомый голос: — Занято? Миша поднял голову от телефона и замер. Он не сразу понял, что это был голос Тёмы. А когда понял, его сердце словно сделало кульбит. — Свободно, — выдавил он, кивнув на стул напротив. Тёма на секунду замер, как будто думал, стоит ли сесть, но всё-таки шагнул к столику. Он поставил чашку кофе на деревянную поверхность, аккуратно снял пальто, повесил его на спинку стула и сел напротив. — Привет, — сказал он тихо, почти неслышно. Миша улыбнулся краем губ, расслабленно откинувшись на спинку стула. — Привет. Давно не виделись. Артём кивнул, избегая смотреть в глаза. — Да, пару лет, наверное. И в правду. Они не виделись около пяти лет. За всё это время они оба сильно изменились. Михаил стал сильнее, ярко выраженные скулы. А самое главное, он стал хорошим и, в какой-то степени, популярным фотографом. Он перестал бояться. Если надо познакомиться с кем-то, то подходит первым. Потребовалось не мало времени, чтобы перебороть страхи, но Михаил справился. Артём остался всё тем же мальчиком. Он всё также писал стихи, никому их не показывая, всё также боялся, что его осудят, всё боялся, что от него отвернутся. Он сильно похудел, что не мог заметить Миша. Похудел настолько, что был в два раза меньше самого темноволосого. Говорить о худобе парень не стал, решив переключить своё внимание на руки, что до сих пор сняться во снах. Артём как раз доставал блокнот. Миша поймал себя на том, что не может оторвать взгляда от его рук. Они аккуратно поправляли ручку блокнота, который Тёма выложил на стол. Тот самый блокнот, который он всегда носил с собой в университете. — Ты всё ещё пишешь? — спросил Миша, кивая на блокнот. Тёма поднял взгляд, и в его глазах мелькнула растерянность. — Иногда, — коротко ответил он. — «Иногда» — это каждый день, да? Тёма смущённо пожал плечами, и его пальцы машинально начали выдергивать редкие заусенцы на своих руках. Он нервничал. Он всегда чувствовал себя уязвимым, когда речь заходила о его стихах. — Это неважно, — пробормотал он. Миша качнул головой: — Тёма, ты же знаешь, что это важно. Ты всегда был одним из самых талантливых людей, которых я встречал. Тёма почувствовал, как лицо начинает гореть. Он отмахнулся, стараясь сменить тему. — А ты? Ты всё ещё фотографируешь? Миша рассмеялся — громко, искренне. — Конечно. Это единственное, что у меня получается. — Ты всегда был хорош, — тихо сказал Тёма, наконец осмелившись посмотреть на него. На секунду они оба замолчали. Их взгляды встретились, и в этой тишине вдруг стало ясно: напряжение, которое они ощущали в университете, всё ещё здесь.