Undertale: Kindness

Гора Эббот, зима, декабрь 20XX года В глубине леса, среди сугробов, у палатки с потрескивающим костром сидел худощавый двенадцатилетний мальчик. Его мягкие черты лица и светлая кожа были слегка покрыты румянцем от холода. Короткие, немного растрёпанные каштановые волосы тихо шевелились от лёгкого ветра, а зелёные глаза излучали тёплое, но одинокое свечение. На нём была тёплая меховая куртка медового оттенка, уютный малиновый свитер, тёмно-синие штаны и прочные зимние сапоги, слегка потрёпанные от долгих прогулок. Этот мальчик — я. Меня зовут Эггси. Я держал в ладони металлическую кружку с деревянной ручкой и медленно отпивал горячий напиток, не отрывая взгляда от пляшущих языков пламени. Треск веток наполнял тишину ночи, пока мой разум блуждал в воспоминаниях. Я всегда чувствовал себя лишним. С самого рождения. Я появился на свет в семье, которая этого не хотела. Мои родители были молоды, слишком заняты собой. Безответственные, поверхностные люди, для которых ребёнок был лишь нежеланной обузой. Но мне повезло: у меня были бабушка и дедушка. Они стали моей настоящей семьёй. Дедушка, бывший военный, прошедший через многое, был строгим, но справедливым. Он часто брал меня в лес, учил разжигать костры, разбивать лагерь, ориентироваться по звёздам. — Природа — твой лучший союзник, если научишься её понимать. — говорил он. Бабушка же была его полной противоположностью. Она учила меня готовить, вязать, помогать другим, потому что: — В доброте есть сила, Эггси. Она делает тебя сильнее, чем ты думаешь. Когда мне было девять, дедушка умер. Внезапный, беспощадный сердечный приступ. Мы с бабушкой остались вдвоём. Она держалась ради меня, а я — ради неё. Мы продолжали жить, хотя каждый день становился тяжелее. А две недели назад, за полмесяца до Рождества, бабушка тоже ушла. Родственники приехали, организовали похороны. Никто не спрашивал, как я. Их интересовало только наследство. А когда речь заходила обо мне, все судорожно искали причины, почему не могут взять меня к себе. Что насчёт родителей?.. Я без понятия, где они и как у них дела. Один Бог знает, на каком краю света они сейчас. Но я точно знаю, что у них всё хорошо. Почему? Потому что раз в год они присылают конверт, полный фотографий их «тяжёлой молодой жизни». Как удобно они устроились, сбросив всю ответственность на других… Но я не грущу из-за них. Думаю, мне лучше без этих двоих. В конце концов, у меня были бабушка и дедушка… А теперь я остался один. После похорон родственники задержались в доме — думаю, для приличия. Но он уже не был моим. Моё убежище стало чужим. Я чувствовал себя пленником, стены давили на меня. Я больше не мог оставаться там. Гора Эббот. Место, о котором мы с дедушкой мечтали. Мы часто говорили, что отправимся туда, но так и не успели. Теперь я решил сделать это один. Я слышал разные мифы и легенды об этой горе. Но в конце концов, это же просто сказки, верно? Мне ведь уже целых двенадцать лет. Я собрал рюкзак: спальник, немного еды, старую карту, фонарик и ещё несколько вещей. Оставил записку. Никто бы всё равно не заметил моей пропажи просто так — может, хотя бы записку увидят. Подъём был сложным. Холодный воздух обжигал лёгкие, снег хрустел под сапогами. Но чем выше я поднимался, тем легче становилось на душе. Здесь, среди белоснежных просторов, я чувствовал себя свободным. Разбив лагерь, я разжёг костёр. Искры взмывали в небо, растворяясь среди звёзд. Я смотрел на них, вспоминая, как дедушка учил меня правильно укладывать дрова, как бабушка рассказывала сказки у камина. Если бы они остались со мной ещё хоть немного… Мы были бы счастливее? Было бы мне ещё больнее, чем сейчас? Я вздохнул, покачал головой и сделал глоток горячего ягодного чая. Совсем скоро солнце скроется за горизонтом, окрасив небо в красные, оранжевые и жёлтые оттенки. А затем тьма разольётся по небосклону, открывая бесконечное сияние звёзд. Я мог бы смотреть на это вечно… Но тишину прервал голодный урчок. — Ох, чуть не забыл про ужин. — пробормотал я. Я достал из сумки всё необходимое для готовки. Главное блюдо? Яйца. Я обожал яичницу. Самое простое блюдо с десятками способов приготовления. До сих пор помню, как мы с бабушкой мечтали приготовить огромную курицу на Рождество… Испечь пироги… Я тихо вздохнул и принялся за готовку. Сосиски, помидоры, немного соли — получилось неплохо. Я ел, не отрывая взгляда от ночного неба. Казалось, темнота уносила все мои тревоги… И вдруг я увидел её. Падающая звезда. Бабушка всегда говорила, что они исполняют желания. Не задумываясь, я закрыл глаза. «Хотел бы я найти место, где мне больше не будет одиноко… Чтобы у меня был кто-то, кто не бросит меня… Чтобы у меня был шанс начать всё сначала…» Открыв глаза, я усмехнулся. Падающие звёзды, желания… Какая глупость. Я ведь давно в это не верю. Или… Может, просто хочу поверить в чудо? Но чудес не бывает. Нужно просто смириться и вырасти. Я ужинал ещё какое-то время, пока моя тарелка не опустела, а в кружке оставалось лишь несколько капель чая. Вокруг царила тишина, нарушаемая лишь потрескиванием костра. Было спокойно… но сидеть на месте становилось невыносимо. Мысли, словно беспокойные птицы, метались в голове, не давая покоя. Думаю, небольшая прогулка не помешает. Потом вернусь, лягу спать и решу, что делать дальше. Поднявшись, я взял фонарик и направился вглубь леса, освещая себе путь. Мои шаги сопровождались хрустом снега под сапогами, а холодный воздух приятно освежал голову, словно выдувая из неё накопившуюся тяжесть. Спустя некоторое время я наткнулся на широкий проход в каменной стене. — Это… пещера? — пробормотал я себе под нос. Я посветил фонариком внутрь, но его луч казался слабым, почти теряясь во тьме. Первой мыслью было развернуться и уйти обратно, но любопытство взяло верх. Сделав глубокий вдох, я вошёл внутрь. Пещера оказалась просторной, с тонким слоем льда на каменном полу. Свет фонарика выхватывал из темноты неровные стены, а впереди зияла огромная дыра, уходящая в неизвестность. Осторожно подойдя ближе, я направил фонарь вниз, пытаясь разглядеть дно. — Хм… странно… — пробормотал я. — Я ничего не вижу. Эта яма словно бездонная. Или же… Что это там? Цветы? Да ну, бред какой-то. Я покачал головой и выпрямился. Ничего интересного. Впрочем, чего ещё ожидать? Это просто гора. Почему же все так её боятся из-за каких-то слухов? Развернувшись, я уже собирался выйти из пещеры, но стоило мне сделать шаг, как нога поскользнулась на льду. Я потерял равновесие и с глухим звуком плюхнулся на холодный камень. Пытаясь подняться, я не заметил, что оказался опасно близко к краю пропасти. Лёд подо мной оказался слишком скользким, и прежде чем я успел хоть за что-то ухватиться, меня потянуло вниз. — О-о нет… О нет! Нет, нет, нет, нет! — повторял я в панике, словно это могло что-то изменить. Я судорожно пытался зацепиться хоть за что-то, но мои пальцы лишь скользили по гладкой поверхности. Через мгновение земля ушла из-под ног, и я полетел в пустоту. Вот и всё, да? Я вот так умру? Так быстро? Так глупо? Недолго же я был разлучён с бабушкой и дедушкой… Нет… Я не хочу! Я не хочу умирать! Я не хочу остаться здесь, никем не найденным и всеми забытым! Ветер свистел в ушах, мысли лихорадочно проносились в голове, вспыхивая обрывками воспоминаний. Внезапно я заметил, что дно приближается. И… это действительно клумба с золотыми цветами? Но прежде чем я успел что-либо осознать, перед глазами стремительно сгустилась тьма. Темнота длилась недолго — или мне так показалось. Резко распахнув глаза, я вскочил, вцепившись в края одеяла, но тут же поморщился от боли, схватившись за голову. Она была перебинтована. Я моргнул несколько раз, пытаясь прийти в себя. Вокруг была комната — тёплая, уютная, явно детская. Где-то вдалеке слышался звук готовки, доносившийся из-за двери. Я глубоко вздохнул, пытаясь осознать, что происходит. — Где я?.. — тихо прошептал я.