В ловушке

— Рук, мне кажется, пора возвращаться. Сегодня мы уже вряд ли кого-то найдем. Рук кивнула Хардинг. Да, на этот раз вылазка оказалась бесполезной. Они не первый час бродили по Арлатанскому лесу и, кажется, заглянули уже под каждый камень, но ни следа пропавших эльфов так и не обнаружилось. Не хотелось расстраивать Страйфа и Ирелин, но продолжать поиски в темноте было бы совсем опасно. — Ты права, Нитка. Обойдем только напоследок ту скалу, и разворачиваемся. Маленький отряд снова зашагал по еле заметной дорожке, под ногами трещали ветки. Рук глубоко вдохнула — недавно здесь прошел дождь, и пахло невероятно — свежестью, сырой листвой, древесиной, кровью… Стоп. — Эммрик, вы ничего не чувствуете? В воздухе. Некромант приподнял брови, но втянул воздух, и тут же его лицо потемнело. — Пахнет смертью, Рук. — Значит, мы на правильном пути. Приготовьтесь. Хардинг и Эммрик одновременно кивнули. Разведчица взяла в руки лук, морталитаси поудобнее перехватил посох, молодая Дозорная вытащила из поножей кинжалы. Замедлив шаг, они двигались в ту сторону, где дорожка круто уходила направо и огибала большую скалу. По мере приближения напряжение росло, и отряд даже дышать стал реже и тише. — Зад Андрасте… На сучьях деревьев у большой поляны ровным рядом висели пять обезображенных тел эльфов. Дозорная вскинула руку, останавливая друзей. Позади тихо ахнул Эммрик, а Нитка прикрыла рот ладонью. — Бедные души… мы должны выяснить, кто это сделал, Рук. — Боюсь, мы скоро выясним, Эммрик, — прошептала Рук, напряженно всматриваясь между деревьев, — их не просто убили, их оставили тут для нас. Это ловушка. Откуда-то сверху послышался короткий шорох, и на серой скале мелькнуло красное пятно. Натренированное тело, к счастью, сработало быстрее мозга. — Ложись! — Дозорная заорала и вслепую оттолкнула друзей в сторону, падая ничком вместе с ними в траву. Раздался свист, и кусок земли, где только что стояли трое, тут же усыпало стрелами. — Это венатори! К бою! Дважды просить не пришлось — морталитаси и разведчица уже вскочили на ноги. — Слева, Рук! Рук пригнулась — прямо над головой просвистел огромный топор и с оглушительным треском врезался в ствол дерева. Ух! Еще бы немного… Дозорная скользнула за спину неудачливому венатори и перерезала тому горло. — Спасибо! Хардинг, сними тех стрелков, Эммрик — займитесь магами. Из-за скалы выпрыгнул венатори, разбойница встретила его двумя клинками. Влажно чавкнуло, хрустнуло, рукам стало горячо и скользко от чужой крови. Справа Эммрик сделал короткое движение руками — вспыхнул зеленый свет, одного из врагов в красной мантии швырнуло в кусты. Где-то снова свистнула стрела — теперь уже Хардинг. Со скалы прямо под ноги Рук упала высокая фигура со стрелой в глазнице. Ну, понеслось. Прыжок в сторону, удар. Кувырок. Блок. Удар. Некоторые говорят, что ближний бой похож на танец — Рук была мало с этим согласна, потому что никакой красоты в упор не видела. В этом танце сейчас вместо музыки со всех сторон доносился лязг, треск и крики агонии. Пахло не парфюмом, а свежей кровью. Сердце колотилось за ребрами не от трепета, а от страха и физической усталости. Лица напротив были перекошены и обнажали зубы не в улыбке. Присесть, увернуться, пнуть в колено, загнать клинок поглубже в живот. Легкие уже горели от нагрузки, Рук хватала воздух ртом. В висках застучало, а перед глазами поплыли первые круги. Да сколько же их тут? Дозорная потеряла счет времени и убитым, а венатори будто бы даже меньше не стало. Сердце впервые кольнула паника — они так долго не продержатся. Рядовая, казалось бы, стычка переставала походить на таковую. Во время секундной передышки Рук попыталась выцепить глазами друзей. Хардинг она увидела на небольшом возвышении, за валуном — лучница выглядела уставшей, но не раненой, и метко отстреливала наступающих венатори. Только вот колчан стрел был почти пуст. Плохо дело. По левую руку мелькнул невысокий парень в капюшоне и попытался достать Дозорную клинком. Рук, отвлекшаяся на поиски членов команды, отпрянула недостаточно быстро, и бок-таки слегка обожгло лезвием. Нагов сын! Венатори согнулся от удара в пах. Дозорная снова замотала головой — где, Создатель его побери, морталитаси? — Эммрик? — Рук! Разбойница обернула на голос, в животе тут же свернулся тугой узел страха. Эммрик был довольно далеко и продолжал пятится к каменной стене, пока четверо верзил с высокими щитами вытались взять его в кольцо. Словами Тааш, полный вашедан. Сматерившись, Рук бросилась к некроманту. Метнула один клинок, второй — те попали точно в спины двум венатори. «Надо купить Луканису самый дорогой кофе в Тедасе за то, что научил» — всплыла вдруг мысль, пока Дозорная летела к магу. Один из венатори сделал выпад щитом и выбил у морталитаси из рук посох. Эммрик сплел хитрый узор руками, звякнули браслеты, верзилу окатило призрачным пламенем. Тот заорал и покатился по траве, пытаясь сбить огонь. А второй венатори, подобравшись-таки к магу сбоку, занес над головой огромную секиру. Все происходило не дольше нескольких секунд, но для Рук время замедлилась настолько, что она успела разглядеть лицо Эммрика — растрепанные волосы с проседью, сжатые в тонкую полоску губы, расширившиеся глаза.С нечленораздельным воплем безоружная Дозорная прыгнула на спину верзиле, и они вместе покатились по грязи. Венатори рычал и пытался сбросить с себя некрупную девушку, молотя руками по всему, чему мог достать, но та уже перешла границу, за которой даже боль не ощущается. Рук добралась цепкими пальцами до глаз венатори. Отвратительно чавкнуло, воин высоко вскричал и обмяк. Дозорная выползла из-под тяжелого тела и, хватая ртом воздух, так бы и осталась лежать, уставясь в темнеющее небо, если бы ее не подхватил и не поставил на ноги Эммрик. Маг, не отпуская ее плеч, обеспокоенно заглянул в глаза. — Вас не ранили, Рук? Дозорная помотала головой, прислонилась спиной к стене и выдохнула. — Не… не-а. Не знаю. По-мелочи. А вас? — Я практически цел, благодаря вам, Рук. Разбойница отмахнулась, пытаясь успокоить стук в висках. Кругов перед глазами становилось только больше. — Я, кажется, больше не выдержу, Эммрик. Их слишком много, нас просто задавят количеством. Морталитаси запустил руку в мокрые волосы и покачал головой. — Признаться, Рук, я тоже. У меня уже едва хватает магических сил на простейшие заклинания. Их прервал хруст веток, и Дозорные увидели спешащую к ним Хардинг. Разведчица придерживала висящую плетью правую руку, колчан за спиной уныло болтался, абсолютно пустой. — Хардинг, вас ранили. Позвольте… Нитка помотала головой и перебила мага: — Нету времени. Это мелочи по-сравнению с тем, что с нами сейчас сделают. Они идут сюда. Целая… орда. — С какой стороны? — Со всех. Трое смотрели друг на друга в немом ужасе. В подтверждение слов разведчицы между деревьев напротив, как глубинные грибы, начали появляться фигуры венатори. — Значит, переходим к плану «П». — Что еще за план «П»? — Побег, Хардинг. Вперед! Рук вытащила из мертвых тел свои кинжалы и метнулась влево — там, между скалой и оврагом, стеной уже стояли несколько воинов. Вправо — обрыв, лететь метров десять. — Создатель… Хардинг, слушай меня внимательно. Тебе нужно бежать к лагерю Завесных странников и привести подмогу. — Но… — Не сейчас! — Рук оглянулась — воины медленно приближались. Дозорная продолжила сбивчиво шептать, — мы все вместе сейчас отсюда не выберемся, это факт. Но я и Эммрик еще можем сражаться, ты — нет. Мы отвлечем венатори и дадим тебе время сбежать. Продержимся какое-то время. Лагерь не так и далеко. Хардинг покраснела и яростно затрясла рыжей головой. — Ни за что, Рук! Ты же не думаешь, что я брошу вас тут на смерть и просто убегу? — Хардинг… Нитка. Только ты сейчас и можешь нас спасти. Ты же разведчица! Доверься мне, ладно? — Рук взяла подругу за плечи и посмотрела той в глаза. Хардинг скривилась, помялась и наконец беспомощно выдохнула. — Ладно. Не смейте тут помирать, пока мы не вернемся. Рук хмыкнула, поудобнее перехватила мокрые рукоятки кинжалов и шагнула вперед. Рядом, плечом к плечу, встал Эммрик. — Ну! Кто первый?! Первых нашлось много — на них двинулась целая толпа. Пользуясь открывшимся вторым дыханием и понимая, что хватит ее ненадолго, Рук рванула навстречу к венатори. Прыжок. Удар. Перекат. Горячая, с запахом железа влага на лице. Зеленые вспышки заклинаний Эммрика. Пригнуться, пнуть, разрезать. Снова чужой крик, снова горящие легкие. Краем глаза она видит, как Хардинг исчезает среди деревьев, пользуясь моментом. Отлично, нужно только еще немного продержаться. А потом еще немного… Наконец, реакция дала сбой, и Рук пропустила прямой удар щитом, который выбил из нее остатки воздуха. В груди, кажется, хрустнуло. Дозорная тяжело рухнула в траву. Крик Эммрика — в ушах звенело так, что она не разобрала слов. Еще одна зеленая вспышка — воин с щитом безвольной колодой упал рядом. Прямо перед лицом Рук застыли его пустые глаза. «Я тоже умираю» — к Дозорной вдруг пришла простая… нет, это была даже не мысль. Понимание. Страшное, до мурашек, будто лед за шиворот бросили. «Я сейчас умру, и больше ничего не будет. Я не вернусь в Некрополь, не встречу больше друзей. А потом Эммрик умрет. Это все взаправду с нами происходит». Рук приподнялась на локтях. Мир плыл перед глазами, но даже так было видно, насколько обезображен Арлатанский лес: каждый дюйм травы был залит кровью, повсюду в изломанных позах валялись трупы, несколько деревьев горели от неметко брошенных заклинаний. Все звуки съел громкий звон в ушах. «Кинжал Соласа. Если их здесь и прикончат, нельзя, чтобы венатори вернули кинжал эванурисам». Негнущимися пальцами Дозорная нашарила рукоять, вытянула кинжал, сунула его под ближайший пень и прикопала листьями. Совсем недалеко замаячила знакомая фигура — Эммрик еще был на ногах и отбивался от нескольких противников разом. Но, наконец, один из венатори выбил из рук морталитаси посох, а двое других тут же подскочили и повалили мага на землю. — Нет! — Рук казалось, что она прокричала это, но на деле вышел тихий хрип. Дозорная видела, как крепкие венатори тащат по траве сопротивляющегося мужчину — самого дорогого ей человека, и только силой злости смогла подняться и сделать пару нетвердых шагов в их сторону. Прошла бы и больше, но с ног снова сбил мощный удар, и, наконец, перед глазами потемнело.

***

Возвращались чувства по-одному. Сначала пришло обоняние — пахло травами, составом для бальзамирования и… Некрополем. Неужели, ее не изгоняли, и все это было не взаправду? Потом настиг холод, дрожь от него было не унять даже силой воли. Потом вкус — во рту был отвратительный привкус крови. Хотелось сплюнуть, но для этого нужно было бы вспомнить, как двигаться. И наконец, пришла боль — такой острой боли Рук за свою жизнь еще не испытывала. Болело все тело, а особенно голова — в череп будто раскаленный на костре гвоздь вбили. Не понимая, где она, что случилось и как сбежать от этой боли, Дозорная застонала. — Рук? Вы меня слышите? Рук слышала, но голос не узнавала и как сказать «да» тоже пока не помнила. Кто-то осторожно потряс ее за плечи, похлопал по щекам. — Рук, вам нужно постараться открыть глаза. Голос был таким серьезным и взволнованным одновременно, что Рук подчинилась и разлепила веки. Увидела белое, внимательное лицо и ахнула. Эммрик. Арлатан. Он жив. Дозорная вспомнила все одновременно, и это было чересчур. Видимо, это как-то отразилось на ее лице, потому что морталитаси стал выглядеть еще тревожнее. — Тише, тише. Вот так. Вы молодец, Рук. Вы помните, как меня зовут? — Эммрик, — выдохнула Дозорная. Маг с облегчением выдохнул вместе с ней и даже коротко улыбнулся. — Слава Создателю! Я так боялся, что вы не очнетесь, Рук. Вас серьезно ранили, поэтому постарайтесь успокоиться и не двигаться. Рук согласно промычала что-то нечленораздельное и, собрав мысли в кучу, выпалила самые главные вопросы: — Где мы, Эммрик? Как нас спасли? — судя по ее последним воспоминания, должна была вмешаться как минимум сама Андрасте, чтобы они выжили в том аду. Лицо некроманта потемнело, он медленно покачал головой. — Нас не спасли, Рук. Мы в плену у венатори. Рук только приоткрыла рот и медленно закрыла. Теперь только она оглядела комнату: это не был лазарет Маяка. Это была тюремная камера, абсолютно пустая, не считая маленького кувшина с водой и пары факелов. И лежала она не на кровати, а на голых камнях и свернутом плаще Эммрика вместо подушки. Создатель… Рук покачала головой, о чем тут же пожалела — комната и сидящий около нее на корточках Эммрик стали расплываться, а в череп будто вбили второй гвоздь. Дозорная обхватила голову руками и снова застонала. — Голова кружится? Тошнит? Отвечать не пришлось, потому что через долю секунды Рук закашлялась, и ее вывернуло наизнанку. Спасибо, успела отвернуться. — Простите, Эммрик. — Не беспокойтесь, Рук, вам не за что извиняться. Боюсь, у вас сильное сотрясение мозга. Вот, выпейте это, пожалуйста. Эммрик помог ей принять полусидячее положение, оперевшись о стену, и передал кувшинчик с водой. Вода была самой вкусной в жизни Дозорной, но, только осушив почти половину, она поняла, что надо оставить и морталитаси. Видимо, распознав ее виноватый взгляд, Эммрик улыбнулся и махнул рукой, звякнув браслетами. — Это все вам, Рук, не переживайте. Меня почти не ранили в бою, а вот вам нужно восстанавливаться. К сожалению, мою магию здесь венатори каким-то образом блокируют, а зелья закончились еще в Арлатане. Так что это все, чем я могу поделиться. Рук вяло уставилась на некроманта, переваривая информацию. Это просто беда. Мьерда. Вашедан. Жопа. Эммрик уселся рядом у стены, задумчиво крутя одно из колец на пальце. Маг выглядел, конечно, потрепанным: вся одежда была в брызгах крови, волосы взъерошенные, лицо белое и будто еще более худое, чем обычно, под глазами круги. Но, к счастью, кажется, действительно особенно не пострадал. Видимо, у венатори не было приказа их калечить больше необходимого и тем более убивать. Жутко было даже представить, для чего же им сохранили жизни. Ушибленный мозг Рук не дал долго подумать, и очень скоро Дозорная против воли отключилась, полусидя у стены. Сон был некрепким, болезненным, с размытыми кошмарами. Кажется, она пару раз просыпалась, потому что ее опять выворачивало наизнанку. А когда засыпала, ей видился Арлатанский лес, горящие деревья, кольцом обступившие Рук, и вот огонь подбирается ближе, ближе, как же жарко, и дышать становится все труднее… Когда пришла пора умирать, Рук услышала голос Соласа. Тот пытался докричаться до нее, но Дозорная, как ни старалась, не разобрала ни слова, и ее выбросило в реальность. В реальности оказалось не сильно краше — дышать было все также трудно, потому что при каждом слишком глубоком вдохе ныли ушибленные ребра. Ну, хоть тошнота прошла, да и голова уже не так раскалывалась. Эммрик сидел около нее, как статуя, почти не поменяв положения. «Караулил», — пришло в голову Рук. В груди потеплело от благодарности. Заметив шевеления из ее угла, маг тут же участливо улыбнулся и кивнул в знак приветствия. — Как вы, Рук? Надеюсь, после сна вам стало получше. — Спасибо, Эммрик, вроде того, — Рук поплотнее закуталась в плащ морталитаси («Укрыл ее, а сам сидит в одной рубашке», — в груди еще больше потеплело), — Что мы будем делать? Нужно понять, как сбежать из этой дыры. Эммрик помолчал, задумчиво глядя перед собой, потом встал и начал мерить шагами комнату. Пока наконец не проговорил, тщательно выверяя слова: — На этот раз положение кажется и впрямь безвыходным. Безоружные, без магии едва ли мы сможем хотя бы выбраться из этой камеры, не говоря уже о побеге. Полагаю, всё, что остается — надеяться, что наши друзья смогут найти и вызволить нас. У каждого живого существа есть шлейф, по которому его можно выследить, а нам еще и посчастливилось иметь в команде профессионального детектива. Если только… — Что? — Если только они успеют сделать это, — тихо продолжил Эммрик после паузы. У Рук холодок прошел по спине от выражения его лица. — Исходя из того, что я услышал, венатори был отдан приказ держать нас здесь, пока не прибудет Эльганан. — Зад Анд… простите, профессор. Эммрик невесело хмыкнул. — Обычно я не использую такие выражения, но в данном контексте вполне уместно, Рук. «Мда. Если сюда припрется сам Эльгарнан, то спета их песенка. Погеройствовали, и хватит». Много разве нужно времени богу, чтобы отвлечься от дел и добраться до заветной добычи? И, Создатель, как же есть хочется! Они завтракали, кажется, в прошлой жизни. Рук в слабой надежде пошарила во внутреннем кармане и, не веря первой за сегодня удаче, выудила горсть забытых, завернутых в бумагу долек сушеных яблок. — Эммрик, будете? Некромант сначала удивленно приподнял брови, а потом тепло улыбнулся и кивнул, пододвигаясь ближе к протянутому кульку. — Премного благодарен, Рук. Скромную трапезу прервали тяжелые шаги неподалеку. Секунда, и дверь распахнулась — в камеру вошли несколько человек. Первым Рук разглядела мага. Главарь, судя по одеждам. — Подняться. Дозорная не успела осознать приказ, как ее и Эммрика вздернули на ноги воины (мир рискованно закачался от такой резкой вертикализации), поставили друг напротив друга, а руки грубо заломали за спину. Маг шагнул ближе. — Приветствую от имени великого Эльгарнана, Дозорные Скорби. Владыка горячо рад, что скоро лично увидится с вами. Вы ведь оба были в крепости стражей и уже встречались с великой Гиланнайн? Рук хмурилась и молчала. Ответа от них тут явно не требовалось. А маг не отводил цепких темных глаз от ее лица. — Но, прежде чем владыка пообщается с вами лично, он бы хотел выяснить, куда делся кинжал Фен’Харела. А когда владыка хочет чего-то, этого хочу и я. Ты ведь всегда носишь кинжал при себе, Дозорная. Что поменялось? Рук кинула взгляд на Эммрика. Морталитаси стоял с непроницаемым лицом. — Ты ведь не надеешься, венатори, что я просто назову тебе место, где ключ от дома, в котором деньги лежат? Иначе вы, ребята, совсем тут с ума сошли. Маг хмыкнул и кивком головы подозвал поближе еще одного венатори. Хрупкого, невысокого. «И втрое более опасного, чем все те дуболомы, которые их с Эммриком держали», — Рук такие вещи уже умела чувствовать. — Если честно, не очень надеюсь, Дозорная. Но ты же понимаешь, что есть способы добыть любую информацию. Зачем сложности? Пытки. Понятно и предсказуемо, но от того не менее жутко. Рук сплюнула под ноги магу. Не страх их спасет. — Ну, так давай, маг, чего тянуть. Попробуй добыть. Венатори чуть наклонил голову и улыбнулся. — Я же не идиот. Отчаянная. Самоотверженная. Я много слышал про тебя, Рук. И я видел таких пленников, как ты. Достаточно, чтобы впустую не тратить время на «выбивание» правды из человека, который априори скорее умрет, чем что-то расскажет. Но, Рук, я также знаю, как ты дорожишь своей командой, — венатори медленно повернулся в сторону Эммрика. У Рук сердце пропустило удар. Её бросило в ледяной пот. Только не это. — Скажи мне, Дозорная, стоит ли эта тайна мучений твоего коллеги… друга? А его жизни? Предводитель венатори коротко кивнул одному из воинов. Тот шагнул к морталитаси и резко пнул его коленом в живот. Эммрик охнул и согнулся пополам. — НЕТ! Дозорная с силой рванула к некроманту, который хватал ртом воздух, но руки венатори держали прочно, и ей оставалось только смотреть расширившимися от ужаса глазами, как палач делает быстрый запах и коротко бьет мужчину по лицу. Голова морталитаси мотнулась, из рассеченной брови и носа тут же засочилась кровь. — Всё, что с ним призойдет — твоя вина, Рук. Твое решение. Каждая секунда. — Стойте! Прекратите это! Я… скажу. Только прекратите. Предводитель поднял вверх ладонь, останавливая палача. — Я его спрятала в… — Рук, нет! Дозорная замерла с открытым ртом, уставясь на некроманта. Эммрик смотрел прямо на неё. Маг тяжело дышал, а побледневшее лицо уже перепачкалось кровью, но его взгляд… Рук никогда не видела столько твердости и решимости в этих глазах и плотно сжатых губах. Рук замотала головой. Он не может просить ее о таком. — Нет, Эммрик, что угодно, но этого я не выдержу. — Выдержите, Рук. Я умоляю вас. Ради Дозора Скорби. Ради меня. Посмотрите на меня, душа моя. Если я что-то для вас значу, прошу, ничего не говорите им. Рук закусила губу. Если что-то значу… Вы значите для меня всё. Откуда ей взять столько сил? Откуда в нем столько мужества? — Я с вами, Эммрик. Что бы ни случилось. — Я с вами, Рук. — Заткнись, некромант, — сплюнул предводитель, — заставить его кричать, ее — говорить. Палач схватил морталитаси за кисть железной перчаткой, одно еле заметное движение — и раздался хруст костей. Эммрик громко вдохнул и зажмурил глаза, не проронив больше ни звука. Рук смалодушничала и попыталась отвернуться прочь, чтобы не видеть, не сорваться, но грубые руки сзади не давали. Палач, не отпуская руки некроманта, достал короткий клинок и оставил глубокую полосу на бледной коже предплечья. На пол капнула первая капля крови. — Напиши настоящее имя неваррца. Рук плохо соображала и видела, в голове стучали молотки, а зрение размывали предательские злые слезы. Кажется, она пыталась пинать венатори и, не переставая, что-то кричала. Эммрик все больше бледнел, сжимал зубы и глаз не открывал. Но молчал. И стоял, пошатываясь. Пока сознание не смиловалось и не покинуло морталитаси. Мужчина повис на руках державших его венатори, а на окровавленном предплечье вырисовались кривые буквы. «Некрофил». Все закончилось резко — по короткому кивку предводителя воины отпустили морталитаси, и тот безвольно рухнул на пол. С грохотом закрылась дверь в камеру. Тихо. Рук, рыдая, подползла к Эммрику и бережно уложила его голову себе на колени. Гладила спутанные волосы с проседью. Роняла горячие слезы. Потом, отвесив себе мысленную оплеуху, непослушными руками, порылась в кармане и вытащила остатки бинтов, сунутых туда с неделю назад. Туго перевязала пострадавшую руку. Создатель, сколько крови. Он такого не заслуживает. Только не он. Эммрик пошевелился, на переносице залегла глубокая морщинка. Мужчина тихо застонал и приоткрыл глаза. Что-то прошептал — Рук наклонилась ниже, чтобы расслышать. — Рук… Я так горжусь вами… — Эммрик закашлялся. Дозорная торопливо дотянулась до кувшина с водой и помогла морталитаси напиться. Слова мужчины её резанули по больному. Она гордости не чувствовала — ей было мерзко от собственной беспомощности, от очередного жуткого выбора между ужасным и отвратительным вариантами. — Эммрик, слава Андрасте! Как вы? — вопрос бесполезный, глупый, будто она сама не видела, как. — Больно, — честно ответил морталитаси, — прошу вас, только не плачьте, Рук. — Эммрик… ну как тут не плакать? Они вам навредили… а я… а вы… вы не должны таким тут быть, это неправильно всё! И как вам магию творить теперь? Простите меня. — Рук снова прорвало, и она зарыдала хуже прежнего. Было так стыдно, и остановится не получалось. Кажется, она сломалась в первый раз за все последние недели разом. Эммрик поднял к ее лицу здоровую руку и провел по мокрым щекам холодными пальцами. Слабо улыбнулся: — Это всего лишь плоть, она заживет. «Заживет», — эхом качнулась мысль. А как быть с другой раной, которую повязками не залепишь? Если они выберутся, как ей смотреть на некроманта и не прокручивать в голове все, что видела, к чему привело ее решение? — … А вот наши души, Рук, венатори так и не получили. Рук шмыгнула носом, и, неожиданно даже для себя самой, порывисто наклонилась к некроманту и оставила на его сухих тонких губах быстрый, неловкий поцелуй. Брови некроманта взлетели вверх. Справившись с первой эмоцией, Эммрик мягко улыбнулся, взял руку дозорной и поднес к своим губам, а потом прижал к груди и прикрыл глаза. Рук чувствовала, как колотится дорогое сердце. Это был самый странный первый поцелуй в самом стремном для этого месте во всем Тедасе. Но сейчас Ингельвар грозили разорвать такие эмоции, что Эльганану стоило бы поостречься приходить сюда. Ударная волна и богу опасна. Рук машинально перебирала спутанные седеющие волосы, когда услышала неладное. За дверью снова быстро топали, но к ним не заходили, то и дело камеры достигали обрывки коротких выкриков. Что-то у венатори происходило. Неужели, Эльганан?.. Суета становилась все громче, что-то взорвалось, упало. Да это же… — Эммрик. Эммрик! — Рук растолкала некроманта, — там дерутся! Мужчина моргнул, проясняя взгляд. — Наши? Рук нервно пожала плечами. Кто бы там ни был, впервые внутри шевельнулось что-то вроде надежды. Даже если это орда порождений тьмы, она отвлекла венатори, а значит, у них появился шанс. — Давайте вставать, Эммрик. Нужно быть готовыми. Дозорная приобняла некроманта и, приняв на себя весь его вес, что могла, с кряхтением выпрямилась. Мужчина был худой, но высокий и тяжелый для неё. Эммрик шатнулся, устоял, но тут же как-то нехорошо посерел, и они вдвоем сползли по стенке обратно. — Твою ж ма… БУМ! Совсем рядом грохнуло так, будто несущая стена рухнула. Кто-то заорал и стих. — Мьерда! Опять никого. Иди, проверь тот коридор, я тут закончу. — Окей! Эммрик и Рук уставились друг на друга, не веря своим ушам. — Тут дверь какая-то магическая, нужно Нэв позвать… — А ну-ка свали в сторону. БУМ! Двух Дозорных щедро осыпало каменной крошкой, а «магическая» дверь открытая, очевидно, с ноги, тяжело упала, чуть не зашибив пленников. В проеме нарисовалась рогатая фигура. — Тааш! — Рук! Некромаг! Эй, сюда все, нашлись! Рук с Эммриком улыбались кунари во все тридцать два, пропустив прозвище мимо ушей. Через долю секунды в камеру просочились Беллара с Луканисом, эльфийка ойкнула, прижав руки ко рту. Видимо, выглядели они и правда погано. — Так, идти можете? Надо валить, тут с минуты на минуту будет полный вашедан. Дозорная тут же вскочила на ноги. — Я нормально, только в глазах двоится, Эммрику помощь нужна. Тааш с Луканисом синхронно кивнули, поставили морталитаси на ноги, и, закинув его руки себе на плечи, потащили к проему. Рук, цепляясь за Беллару, перешагнула через труп на выходе и походкой моряка после шторма двинулась следом. После короткой перебежки по темным коридорам они, наконец, вывалились под долгожданное открытое небо. Дозорная с облегчением помахала рукой Нэв и Даврину, которые уже ждали их снаружи, только что отбившись от очередной волны венатори. Нэв кивнула, улыбясь уголком рта, а серый страж с такой силой хлопнул ее по плечу, что Рук мигом вспомнила о своих помятых ребрах. — А Хардинг?.. — … На Маяке, расслабься, — Даврин свистнул Ассану, который с прилива грифоньих чувств грозил сбить с ног Дозорную, — И нам надо к ней присоединиться как можно быстрее, пока венатори не устроили погоню. — Скорее, здесь недалеко есть эллювиан. И небольшой отряд поспешил прочь во главе с Нэв.

***

В лазарете Маяка со времен восстания Соласа не сновало столько народу одновременно. Никто из команды профессиональным лекарем, увы, не был, но работа нашлась каждому и, под руководством Хардинг, все даже действовали на удивление слаженно. Кто-то шил, кто-то перевязывал, кто-то вспоминал, как накладывать шины, а кто-то подносил бинты, зелья да припарки. В помещении стоял страшный галдеж. Варрик молча наблюдал со своего места, переводя взгляд то на одного, то на другого. Рук ерзала на своей кушетке, пытаясь заглянуть из-за широкой спины Даврина на соседнюю — с ней только что закончили и теперь хлопотали над морталитаси. Дозорная все порывалась помочь, пока Хардинг не пообещала привязать подругу к кровати, несмотря на свою выбитую руку, если та попытается встать хотя бы еще раз. С таким лицом, что Рук даже поверила и теперь молча изводилась. Ну, Эммрику хотя бы сейчас больно не было, некромант отключился еще по дороге в Маяк. Наконец суета начала сходить на нет. Вскоре Нэв вынесла вердикт, что они сделали все, что могли, и для Дозорных лучшим лекарством сейчас будут тишина и покой. Детектив выпроводила всех за дверь и, поймав благодарный взгляд Рук, многозначительно ухмыльнулась и наклонила голову. Последними вышла Тааш. Кунари мялась в проходе и смотрела в пол, на лице читалось смятение. — Тааш?.. — Я… Рук. Вашедан. Я никогда больше не назову его так, ясно? Это… дичь просто, — на одном дыхании выдала ривейнка и кивнула на перебинтованное предплечье Эммрика. — Передай ему, ладно? Рук почувствовала, как губы растягиваются в улыбке. Она подмигнула. — Вот ты ему потом и передай. А лучше, просто называй по имени. Не грузи себя. Тааш приподняла уголок губ, кивнула и прикрыла со собой дверь. Рук со вздохом облегчения откинулась на подушку, заведя руки за голову. Мда. — С тебя подробный рассказ, в какую передрягу вы попали на этот раз, малышка. Потом, когда будешь готова, — Дозорная повернулась к Варрику и «угукнула». Прислушалась — голос Хардинг удалился на безопасное, почтительное расстояние; с кряхтением поднялась, придерживая ребра (с ума сойти, целых три сломала), и, подтянув поближе стул, уселась на него с ногами у кушетки морталитаси. Долго рассматривала спокойное, родное лицо, прикоснулась тыльной стороной ладони к прохладному лбу. — Как ты, малышка? — теперь уже серьезно спросил гном, отложив книгу. Рук пожала плечами, не отрывая нежного взгляда от некроманта. — Я? Кажется, я… люблю. Варрик коротко хохотнул. — Ну это, Рук, даже до Ассана уже дошло. Дозорная хмыкнула и с притворным осуждением уставилась на друга — у того в глазах плясали веселые искорки. Дойти-то может и дошло, а она в первый раз даже себе это вслух сказала, не то что кому-то. — Ты только теперь это кое-кому другому повтори. Рук запустила в посмеивающегося гнома подушкой. Повторит, ага. Как-нибудь позже. В следующей жизни, возможно.

***

Проснулась она, ощущая лбом что-то мягкое, пахнущее шалфеем и… дышащее. Дозорная резко выпрямилась, тут же краснея. Загадка, как она умудрилась вырубиться в такой позе, прямо на стуле, упершись лбом в бок некроманта. «Хардинг, зараза!» — тут же дошло до Рук. Все-таки подсунула ей вместе с зельями то снотворное. Когда она, проморгавшись, встретилась взглядом с до боли знакомыми каре-зелеными глазами, лицо бросило в такой жар, что можно лед топить. Если бы Маяк выполнял абсолютно все желания гостей, Дозорная провалилась бы сейчас в тень прям вместе с табуреткой. — О… доброе утро, Эммрик. — Добро утро, Рук. Глаза морталитаси наконец снова были живыми, как и всегда, как должно. На губах играла мягкая, чуть смущенная улыбка, на серовато-белых щеках появился легкий румянец. Рук неловко скривила губы в ответ, приоткрыла рот — так много хотелось сказать, спросить, узнать… Закрыла. Снова открыла, набрав воздуха… и закрыла. В голове было кристаллически пусто. Да и что тут скажешь? Разве остались хоть в одном языке Тедаса слова, которые не будут сейчас звучать банально, вторично, неуместно? Дозорная бросила взгляд в сторону Варрика — гном спал, с головой завернувшись в одеяло. Медленно, как заколдованная какой-то черной магией, наклонилась к Эммрику и невесомо поцеловала, давая возможность в любой момент отстраниться. Некромант сначала замер, но поддержал поцелуй, так же нежно и легко. Рук обняла стройное туловище мужчины, почувствовала тонкие пальцы на своей спине. Сердце колотилось, грозя не выдержать, но Дозорная уже не могла разобрать, чье именно. Поцелуй стал более глубоким, рваным. Не было нежно, не было грубо, не было и страстно. Было отчаянно, и Рук просто чувствовала, что погибнет, если они прервутся. Наконец, воздух в легких закончился, и они вынуждены были остановиться, прижавшись лбами друг к другу и тяжело дыша. — Эммрик… — шепнула Рук некроманту куда-то в висок, не ослабляя объятий. Она боялась, что, если отпустит его, позволит отстраниться и заглянуть в глаза, то магия рухнет, некромант исчезнет, окажется, что это был всего лишь морок, бред ушибленного мозга. Но вот он, живой, теплый, настоящий. — Душа моя, — дыхание щекотнуло шею, — как давно? — Давно. Шаги за дверью — странные, неживые — заставили их отпрянуть друг от друга, будто они были студентами-подростками и боялись попасться строгим кураторам Некрополя. Дверь лазарета распахнулась без стука. — Манфред! — хором воскликнули Дозорные. Скелет громко, с ликованием зашипел и прыгнул к Эммрику, заключая в костлявые объятия. Эммрик рассмеялся (удивительно, как такой смех может смести с лица человека десять-двадцать прожитых лет), а Рук потрепала духа любопытства по плечу. — Я тоже по тебе скучал, милый Манфред. Рук только успела встретиться с ясными глазами Эммрика, как в открытую дверь залетела новая фигура. Проходной двор, право же. — Что у вас тут… Профессор! Как здорово, что вы очнулись! — Хардинг перевела взгляд на Дозорную, и лицо разведчицы приняло нехорошее выражение, — Так, Рук, я же тебя предупреждала про вставание с кровати, разве нет? Рук ойкнула и фыркнула от смеха в кулак, подмигивая ухмыляющемуся со своего места Варрику. Пока рядом есть вся эта разношерстная шайка-лейка, она не пропадет. Против такого даже оружие богов бессильно. Оружие! Рук хлопнула себя по перевязанному лбу. — Хардинг, нам срочно надо вернуться в Арлатан. Там же кинжал Соласа в пне так и валяется!