Отголошки прошлого.

Клубень зелёных искр в момент разлетелся по площади и погас. Здесь - это обычное явление, никого этим не удивить, существа вокруг просто проходили мимо не обращая внимания на произошедшее. Доля непонимания возникла в голове, но главный вопрос остаётся открыт: «где Я и что здесь делаю, ведь доли секунд назад Мы были в пустоши.» дальше понимание происходящего теряется вкупе различных мыслей. Прошло от силы 6 капель.. или, какое времяисчисление в «а в когда он вообще?» до того момента, как Лололошка, наконец, соизволил поднять свои взоры и оглядеться. Место было до боли знакомым, сердце начало сжиматься с неистовой силой. Ведь сейчас он в Архее, точнее, в том самом дне. – Раз уж я тут, то могу себе позволить изменить все и спасти Его. – подумал Ло. Не задумываясь о бредовости идеи и о том, что это может стоить ему вольной жизни, Глассгарфовец направился к тому месту, где не так давно встретился с Эграсселем. Эльф не заставил себя долго ждать. Ведь по приходе Лололошки в тот переулок, блондин окликнул голубошарфного. – Здравствуй, друг мой! Ты не пред... – мужчину оборвали на полуслове. – У меня не так много времени чтобы объясняться, пошли в более.. уединённое место. Хорошо? – – Хорошо?.. – Эграссель был слишком удивлен поведением его лучшего друга, что просто не смог отказать. Да и, как будто бы, выбора особого то и не было, ведь его уже тянули за руку дальше от оживленной улицы. Через некоторое время парни вышли ближе к лесу, где почти никого и не было. Вот уж тут можно разглагольствовать. – В общем, без лишних прелюдий. Пообещай что ты сделаешь все, о чем я могу попросить тебя. – Ло снял свои очки с черными линзами, чтобы показать свои некогда небесно-голубые глаза, к слову, которые сейчас были почти непроглядно-черные. – Ло, ты меня пугаешь. Что случилось? – Эльф был очень напуган поведением своего друга. А точно ли это его друг, которого он знает? – Пообещай. – строгим тоном проговорил черноглазый. – Хорошо, я обещаю. – Отлично.. – глубокий вдох – Я прямо сейчас нарушаю фундаментальный закон мультивселенной только ради твоей жизни. – Лололошка схватил лицо Эграсселя за щеки и приблизил к себе – Тадмавриэль - поехавший ублюдок из-за которого ты можешь умереть! Я не могу этого допустить! Ты прямо сейчас идёшь к остальным, и ко мне, в том числе, и объясняешь им что нужно что-то делать с твоим отцом. Просто что угодно, хоть убей, только не вздумай отдавать ему часть своих сил! Ты сделаешь это ради себя? Ради нас? – на глазах наворачиваются слезы, будь он на месте своего лучшего друга, сам бы не поверил в весь бред который сейчас наговорил. Но.. ..Теплые объятия и нежные поглаживания по кудрявой макушке – Хорошо, Ло. Я верю тебе. Я сделаю все так, как ты попросил меня. Слезы бегут в три ручья, но долго здесь оставаться нельзя. – Я безумно благодарен тебе, и твоему решению! Но мне нужно идти. Встретимся в моем настоящем. – лёгкий, почти невесомый поцелуй в макушку, шаг назад и снова взрыв из зелёных частиц. *** – У него все получилось. Как хорошо. – Архей сейчас выглядит даже лучше чем несколько миллионов лет назад. С изменением прошлого голова пополняется воспоминаниями из своей жизни. Но разглядывать постройки, флору и фауну времени нет. Холодный, серый дым клубится под ногами. Смотрящий уже здесь. – Старина, позволишь мне доделать одно дело? *Холодный взгляд Смотрящего выражает согласие.* *** Как и ожидалось, Лололошка находит Селя у себя дома. Где, как Ло понял из воспоминаний, он обычно и находиться. – Господи, Сель, я так рад видеть тебя живым! – Лололошка просто налетел с объятиями на эльфа, начиная рыдать ему в плечо. – Ты такой умница, я так рад что все сложилось хорошо! – Ну-ну, Ло. Все хорошо. А что, собственно, произошло? – Ты же помнишь тот день когда я попросил тебя сделать что-либо с твоим отцом? – последовал утвердительный ответ на вопрос. – Я не представляю как ты послушал меня и сделал то, о чем я просил, зато теперь ты жив и счастлив! Объятия пришлось разорвать, ведь пришел Смотрящий за своим новым подопечным. – Ну, вот и все. Не уверен что мы когда-нибудь увидимся, но надеюсь встретить тебя в тюрьме времени. Прощай, мой дорогой. Через мгновение Эграссель в комнате остался один.