Департамент полиции.

      Рюджин, чертыхнувшись, бросилась следом. Она знала упрямство Йеджи, её неистребимое желание помогать, даже когда это опасно. Добежав до угла дома, Рюджин замерла, прислонившись спиной к стене, тяжело дыша. Её взгляд метнулся по тёмному двору, выискивая Йеджи. И тут она увидела её – неподвижную фигуру, застывшую в свете тусклого фонаря. Йеджи была словно парализована, взгляд прикован к чему-то впереди.       Рюджин осторожно выглянула из-за угла. То, что она увидела, заставило её похолодеть. Прямо напротив Йеджи, на залитой грязью мостовой, стоял мужчина. Его лицо было искажено безумной улыбкой, а руки по локоть в крови. Он методично наносил удары ножом человеку, лежащему под ним. Рядом, в луже собственной крови, корчился еще один человек, еле дышащий. Каждое движение убийцы, каждый стон умирающего эхом отдавались в ночной тишине.       Мужчина поднял голову, его взгляд встретился с взглядом Йеджи. В его глазах не было ни раскаяния, ни страха – только безумное торжество. Он ухмыльнулся шире, словно приветствуя нежданных зрителей. Рюджин понимала, что Йеджи в ступоре, шок сковал её движения. Нужно было действовать, и действовать быстро.       Рюджин выхватила пистолет и, не целясь, выстрелила в воздух. Звук выстрела разорвал тишину, заставив убийцу вздрогнуть и оторваться от своей жертвы. Он обернулся, злобно сверкая глазами. Рюджин, пользуясь моментом, схватила Йеджи за руку и потащила её за угол, в укрытие.       – Йеджи, очнись! – Рюджин трясла её за плечи, пытаясь привести в чувство. – Мы должны уйти отсюда. Сейчас же!       Йеджи моргнула несколько раз, словно просыпаясь от кошмара. В её глазах плескался ужас, смешанный с непониманием. Она судорожно вздохнула, пытаясь ухватиться за реальность, которая ещё секунду назад казалась немыслимой. Рюджин продолжала трясти её, не ослабляя хватки. Слова подруги, как капли ледяной воды, постепенно возвращали Йеджи в чувство. Она сглотнула, пытаясь выдавить из себя хоть звук, но горло пересохло от страха. Медленно, словно сломанная кукла, Йеджи подняла взгляд на Рюджин.       – Бежим, – прошептала она, и этот звук прозвучал чужим в её собственных ушах.       Рюджин кивнула, отпуская плечи Йеджи, но не отрывая от неё взгляда. Они бесшумно, словно тени, скользнули вдоль стены, удаляясь от места преступления. Ярость клокотала в груди Рюджин. Ярость на Йеджи за её безрассудство, за её маниакальное стремление влезть в каждую передрягу. Но сейчас не время для разборок. Сейчас нужно было выжить.       Вдруг их преследователя, словно марионетку, дернули за ниточки. Он медленно выпрямился во весь рост, вытирая окровавленный нож о штаны. Его взгляд, безумный и пустой, был прикован к ним. Он сделал шаг, затем ещё один, приближаясь к ним с неумолимой уверенностью.       – Ну, привет, девочки, – прохрипел он, и этот звук прозвучал как предсмертный хрип. – Вы тоже хотите поиграть?       Рюджин прикрыла Йеджи своим телом, направляя пистолет прямо в лицо убийцы.       – Стоять! – рявкнула она, стараясь, чтобы её голос звучал уверенно, несмотря на страх, сковавший всё тело. – Ещё один шаг, и я стреляю.       В ответ мужчина разразился истерическим смехом. Звук был резким, скрежещущим, словно металл по стеклу, и пробирал до костей. Он запрокинул голову, и лунный свет выхватил из темноты его безумное лицо.       – Стреляй, куколка, – прохрипел он, сквозь приступы смеха. – Думаешь, это меня остановит? Голоса хотят все! Они требуют все!       Рюджин крепче сжала пистолет, палец непроизвольно надавил на курок. Ярость и страх боролись в ней, но она старалась сохранять хладнокровие.       – Кто тебе приказывает? – выплюнула она, стараясь выиграть время. – Кто эти голоса?       Мужчина перестал смеяться так же внезапно, как и начал. Его взгляд снова стал пустым, отрешенным. Он покачал головой, словно отгоняя назойливую муху.       – Они везде, – прошептал он. – Они всегда здесь. В голове… в стенах… в тенях. Они сказали, что девушка должна умереть. Что она особенная. Что её кровь…       Не успел он договорить, как его лицо исказила гримаса ярости. С диким криком, сорвавшимся с губ, он бросился вперед, замахнувшись окровавленным ножом. Рюджин отреагировала мгновенно. Ствол пистолета дернулся, и в ночной тишине снова раздался выстрел. Пуля попала мужчине в ногу, и он, взвыв от боли, рухнул на мостовую, роняя нож. Кровь быстро пропитывала грязную ткань его штанов.       Рюджин, не опуская пистолета, приблизилась к нему. Её лицо было непроницаемым, в глазах не отражалось ни страха, ни жалости. – Попробуешь встать – вышибу тебе мозги, – холодно процедила она. Затем, повернувшись к Йеджи, спросила: – Ты как?       Йеджи, все еще бледная, кивнула. Собравшись с духом, она подошла к лежащему мужчине. – Что ты употреблял? – её голос был ровным, без намека на эмоции.       Мужчина, корчась от боли, злобно посмотрел на нее. – Чхонсунге, – прохрипел он. – Они дали мне Чхонсунге, чтобы я убивал.       Йеджи нахмурилась. "Чхонсунге?" - повторила она, присаживаясь на корточки рядом с раненым. Её лицо оставалось бесстрастным, но внутри бушевала буря противоречивых чувств. Она видела его глаза, полные боли и отчаяния, и ей было сложно поверить, что это тот самый безумец, который еще несколько минут назад безжалостно расправлялся с людьми.       – Кто они? – тихо спросила Йеджи, стараясь уловить хоть какую-то зацепку в его бессвязных словах. – Кто дал тебе Чхонсунге?       Мужчина мотнул головой, его взгляд метался по сторонам. – Не знаю… – прохрипел он. – Я никогда их не видел раньше. Просто подошли… предложили…       Йеджи смотрела на него и не могла отделаться от мысли, что он говорит правду. Ей не показалось, что этот человек, сломленный болью и страхом, способен на ту жестокость, которую она только что наблюдала. Что-то здесь было не так.       Вдруг мужчина протянул окровавленную руку и коснулся её ботинка. – Помогите… – прошептал он, его голос звучал как мольба. – Пожалуйста…       Йеджи медленно выпрямилась, ее взгляд, казалось, проникал сквозь раненого, устремляясь куда-то вглубь ночи. Она обернулась к Рюджин, и та увидела в ее глазах отблеск прежней решимости, той самой, которая заставляла ее бросаться в самую гущу событий.       – Рюджин, вызови скорую и полицию, – мягко произнесла Йеджи. – И присмотри за ним, чтобы не сбежал. Я пока осмотрю трупы. Может, найду что-нибудь полезное.       – Ты уверена? – Рюджин нахмурилась. – Йеджи, это опасно. Кто знает, кто дал ему этот Чхонсунге и где они сейчас. Будь осторожна, пожалуйста.       В ответ Йеджи лишь ободряюще улыбнулась, прикоснувшись на мгновение к ее руке. – Я буду осторожна. Просто сделай, что я прошу.       Рюджин вздохнула, понимая, что спорить бесполезно. Она достала телефон и начала набирать номер экстренной службы, не сводя глаз с раненого. Йеджи, тем временем, направилась к месту, где лежали тела. Ночная прохлада обволакивала ее, но холод шел не снаружи, а изнутри, от увиденной жестокости. Она опустилась на колени рядом с первым телом, тщательно осматривая его одежду, карманы, стараясь не запачкаться в крови. Ничего, что могло бы пролить свет на его личность.       Перейдя ко второму пострадавшему, она увидела, что он еще жив, но в критическом состоянии. Он хрипел и дергался в луже крови. Нужно было срочно что-то делать. Йеджи достала из сумки платок и попыталась остановить кровотечение, надавливая на рану.       – Держись, – прошептала она, хотя понимала, что шансов у него немного.       В этот момент подъехала скорая помощь. Фельдшеры быстро оценили ситуацию и принялись оказывать помощь раненому. Рюджин держала убийцу под прицелом, не давая ему пошевелиться. Полиция прибыла спустя несколько минут, и двор наполнился сиренами и мигалками. Йеджи, отойдя в сторону, наблюдала за происходящим, чувствуя, как в ней нарастает тревога.       Полицейские оцепили территорию, опрашивая свидетелей и собирая улики. Яркий свет прожекторов высвечивал каждую деталь кошмарной сцены. Подъехали криминалисты, облаченные в белые комбинезоны, тщательно фиксируя положение тел и следы крови на мостовой. Йеджи чувствовала на себе взгляды – сочувствующие, настороженные, любопытные. Она старалась не обращать на них внимания, сосредоточившись на своих мыслях.       Наконец, суматоха немного утихла. Йеджи подошла к Рюджин, стоявшей, прислонившись к полицейской машине. Рюджин обняла ее за плечи, крепко прижав к себе.       – Ты в порядке? – тихо спросила Рюджин.       Йеджи тяжело вздохнула, закрыв глаза. – Устала, – прошептала она. – Устала от всего этого. От этой грязи, от этой жестокости. Наша страна загнивает от этого наркотика, Рюджин. Чхонсунге… сколько еще жизней он сломает? Сколько еще людей должны умереть, чтобы кто-то что-то предпринял?       Рюджин молчала, зная, что у нее нет ответа. Она чувствовала ту же усталость, ту же безысходность. Они обе знали, что это лишь капля в море, что завтра все повторится снова. Но, несмотря на это, они не собирались сдаваться. Они будут продолжать бороться, как бы тяжело это ни было. Потому что, если не они, то кто?       Рюджин сильнее сжала её в объятиях, чувствуя, как дрожит тело Йеджи. Она понимала, что внешнее спокойствие напарницы – лишь маска, скрывающая глубокую душевную травму. Она не стала произносить дежурных слов утешения, зная, что сейчас это бесполезно. Вместо этого она просто была рядом, готовая поддержать в любой момент. Йеджи неловко улыбнулась в ответ, чувствуя тепло напарницы, словно спасительный круг в бушующем океане. Она благодарна Рюджин за то, что та всегда была рядом, несмотря на её упрямство и тягу к приключениям.       В этот момент к ним подошел криминалист в белом комбинезоне, его лицо скрывала медицинская маска. Он внимательно посмотрел на девушек, словно оценивая их состояние. — Вы Рюджин и Йеджи, верно? — спросил он, его голос звучал приглушенно. — Полиция закончила опрос, можете ехать обратно в Сеул. Но, пожалуйста, будьте на связи. Если возникнут какие-либо вопросы, вам позвонят — Он кивнул в знак прощания и направился обратно к месту преступления.       Рюджин отпустила Йеджи, и они направились к машине. Ночь была холодной и темной, и они обе чувствовали, как события этого вечера навсегда врезались в их память. По дороге в Сеул они молчали, каждая погруженная в свои мысли. В машине играла тихая музыка, пытаясь заглушить звуки сирен и крики умирающего.

***

      Дорога казалась бесконечной. Рюджин тихо постукивала пальцами по рулю, стараясь не уснуть. В салоне пахло кровью и отчаянием, несмотря на все попытки проветрить машину. Йеджи тихо сопела на переднем сиденье, убаюканная монотонным гулом шин. В свете фар мелькали редкие деревья, превращаясь в призрачные силуэты. В голове Рюджин крутились обрывки фраз, лица убитых, испуганный взгляд умирающего. Она пыталась сосредоточиться на дороге, но воспоминания настойчиво лезли в голову, отравляя остатки покоя.       Неожиданно Йеджи проснулась, резко дернувшись. Она непонимающе огляделась, словно не сразу осознавая, где находится.       — Все в порядке? — тихо спросила Рюджин, бросив на нее быстрый взгляд.       — Да… просто приснилось что-то нехорошее, — сонно ответила Йеджи, протирая глаза. — Как долго еще ехать?       — Немного осталось, — успокоила ее Рюджин. — Скоро будем дома. Постарайся уснуть еще, если получится. Все хорошо, Йеджи. Все хорошо.       Йеджи лишь кивнула в ответ, но не уснула. Она смотрела в окно, стараясь разглядеть что-то в ночной темноте, но видела лишь отражение своих собственных глаз, полных усталости и боли. Она знала, что Рюджин старается поддержать ее, но сейчас ей просто хотелось тишины и покоя. Ей хотелось забыть все, что произошло сегодня, хотя бы на несколько часов.       Рюджин чувствовала, что Йеджи не спит, но не стала ничего говорить. Она понимала, что сейчас лучшее, что она может сделать – это просто быть рядом. Она знала, что Йеджи сильная, она справится со всем, но иногда даже самым сильным людям нужна поддержка.       — Я не могу уснуть, — тихо проговорила Йеджи, не открывая глаз.       — Я знаю, — ответила Рюджин, не отрывая взгляда от дороги. — Потерпи немного.       Минуты тянулись мучительно долго. Наконец, Рюджин свернула с шоссе на узкую проселочную дорогу. Вскоре показались огни города, и Йеджи почувствовала, как напряжение немного отступает.       — Мы едем ко мне, — вдруг сказала Рюджин, нарушив молчание. Йеджи удивленно приподняла брови.       — Почему? — спросила она.       Рюджин не ответила, лишь сильнее сжала руль. Йеджи поняла, что сейчас не время задавать вопросы. Она откинулась на спинку сиденья, стараясь расслабиться. Рюджин знала, что делает. Она всегда знала. И сейчас, как никогда, Йеджи доверяла ей.       Подъехав к дому, Йеджи зачарованно смотрела на сверкающий огнями новый жилой комплекс. Высокие башни из стекла и бетона возвышались над городом, словно неприступные крепости. Вокруг раскинулись ухоженные газоны и клумбы, а в воздухе витал аромат свежескошенной травы. Все выглядело невероятно красиво и богато, словно сошедшее со страниц глянцевого журнала.       Рюджин припарковала машину на подземной парковке и выключила двигатель. В наступившей тишине отчетливо слышалось ее тяжелое дыхание. Она повернулась к Йеджи и посмотрела ей прямо в глаза.       — Я думаю, тебе нужно отдохнуть, — сказала Рюджин, — Сегодня ты останешься у меня.       Йеджи удивленно посмотрела на нее.       — Зачем? Я могу поехать к себе…       — Нет, — твердо ответила Рюджин, — Сегодня ты останешься здесь. Мне так будет спокойнее.       Йеджи хотела было возразить, но, увидев решительный взгляд Рюджин, лишь вздохнула и кивнула. Она понимала, что спорить сейчас бесполезно. Рюджин всегда была такой – решительной и непреклонной. И сейчас, когда Йеджи чувствовала себя такой слабой и уязвимой, ей было приятно ощущать ее поддержку и заботу.       Выйдя из машины, Йеджи почувствовала, как усталость навалилась на нее с новой силой. Ноги подкашивались, веки слипались, и единственным желанием было – добраться до кровати и провалиться в глубокий сон. Рюджин заметила ее состояние и, ободряюще улыбнувшись, взяла за руку. Этот простой жест придал Йеджи немного сил и уверенности.       Они прошли через автоматические двери паркинга и оказались в просторном холле, отделанном мрамором и полированной сталью. Яркое освещение и прохлада кондиционера немного взбодрили Йеджи. Рюджин уверенно повела ее к лифтам, возле которых уже стояли двое пожилых мужчин, оживленно беседующих.       Рюджин нажала на кнопку вызова, и вскоре двери лифта плавно открылись. Они вошли внутрь, за ними последовали и дедушки. Рюджин нажала на кнопку "20", и лифт бесшумно тронулся вверх. Она сунула руки в карманы джинсов и облокотилась на стенку лифта, бросив мимолетный взгляд на Йеджи.       Неожиданно Йеджи положила голову ей на плечо, прикрыв глаза. Рюджин слегка напряглась, но не отстранилась. Она чувствовала, как Йеджи дрожит, и понимала, что ей сейчас нужна поддержка и близость.