Рождественская суета

Морозный ветер поддувал из-за щели в оконной раме. Гарри Поттер сидел возле сквозняка и аккуратно поглядывал на снежинки, кружащие возле стекла. Они проносились, каждая в своём темпе, хотя, нет, их объединяло кое-что общее - ветер. Они были группой, целым - снегопадом, который нёсся в зависимости от направления и мощи ветра. Гарри грустил, глядя на это. Он был в комнате один и это придавало ситуации ещё больший эмоциональный подтекст. Он любил снегопад, не поймите неправильно, да и рождество обожал, но это Рождество стало особенным для него. Но что тянуть - вы сами всё узнаёте. На улице выпал первый мокрый снег и ребята во всю кидаются снежками, кто-то пытается запихнуть голову одноклассника в сугроб, а кто-то не отходит от книг даже на пару деньков. — Мальчики, а вы знали почему зимой так холодно? Хотя солнце может светить? — Ну давай, Гермиона, порази нас на этот раз тоже! — Смело ответил Рон, поправляя варежки, на которых снег скатался в небольшие шарики, от которых он пытался их очистить последние несколько минут. — Я прочитала в книге, что каждая снежинка, а точнее сказать, снежный покров отражает 90% излученного солнцем света и поэтому воздух и земля хуже прогревается, а также, оказывается, половина всех маглов за всю свою жизнь никогда не видели снега. Ещё вы знали, что снежинка состоит на 95% из воздуха что даёт ей возможность.. — Гермиона, давай попозже расскажешь, мне нужно отлучится от вас, ребят —Потуже затянув шарф, сказал Гарри. — Интересно, куда он бегает последнее время? - Подтирая соплю, сказал Рон — Может нам подарки готовит. Гарри тем временем проскальзывал через мокрые куртки учеников, ударяя себя по лицу то помпонами, то шарфами, но продолжал преследовать фигуру, которая терялась из виду, как только тот успевал извиняться за очередное столкновение. Но в этот раз удача была не на его стороне. — Ну и кто у нас создаёт давку во всех коридорах? Я же не ошибся? – Рука схватила за капюшон и Севирус Снейп скривил свои брови в вопросительном выражении, глядя на Гарри с ужасный осуждением. — Прошу прощения! Я очень тороплюсь, у меня важное дело. — Ничего не может быть важней твоей культуры. Ты чуть не врезался в меня! Как мне не заметить слона в посудной лавке? — Ещё более медленно произнес профессор. Не то, чтобы он считал, что так Гарри его поймет, просто ему хотелось спустить раздражение за свой плохой день привычным для него образом — Профессор, я приношу свои извинения, а теперь, я могу идти? – Гарри очень сбивчиво говорил - не мог нормально смотреть в глаза, он только вертел головой по сторонам, пытаясь отыскать то, что потерял в рождественской суете. Так, за словесным наказанием Гарри смогли понаблюдать и Рон с Гермионой. Друзья подошли совсем не вовремя. Они поглядывали из толпы и с удивлением не понимали, за что так профессор обходился с Гарри. Но вскоре до них дошло, если судить по его словам, то Гарри и впрямь злостный нарушитель. Он затевает что-то странное и постоянно куда-то спешит. Как профессор втолковал всё в бедную головушку такого-сякого ученика, он взмахнул своей мантией и быстро отклонился по своим делам. Чтобы не терять время, которое и так было решающим для Гарри, он быстренько развёл руками, бросив отчаянный взгляд на ребят, готовясь к их осуждению, и принялся бежать дальше. — Зачем? Я не понимаю зачем да и почему. Даже будет вернее сказать - что за срочные у него дела? — Поправляя подол юбки, сказала Гермиона. — Надо у него просто спросить и всё! А вдруг он попал в передрягу. Его же могли и окучивать какие-нибудь Малфоевские друзья. — Сняв шапку, сказал Рон. — Он мог давно сказать про это. Так что, не думаю. Всё это один сплошной конфуз. — Да! Кампус большой, конечно, но — С недоумением произнёс Рон, потягивая последние слова, пытаясь придумать чтобы ответить подруге в такой ситуации, но у Гермионы словно огонёк в глазах загорелся, ведь теперь она могла объяснить значение ещё одного слова своему другу. Ботинки шаркали по каменному полу и Гарри Поттеру ничего не оставалось, кроме как бежать на встречу этому силуэту. Кулак его был согнут и полон решимости. Так что же двигало этого паренька, бежавшего по лестницам замка, с которых свисали пышные еловые лапы, красные ягоды остролиста, разнообразные ёлочные игрушки, которые он ещё не видел, ведь в хогвартсе не сложно было наколдовать разного? Спустя пару лестничных пролетов Гарри Поттер остановился перевести дыхание. Но, казалось бы, только ли ради этого? Он опёрся на колени руками, сгорбил спину и, всхлипывая, произнёс. — Упустил. Вернувшись в комнату и наконец-то переведя дыхание, Гарри встретил в ней обеспокоенного Рона, который явно набирался смелости спросить что-то у него, оглядывая, то стены, то пол. Поттер же вздохнул с унынием и пошёл к своей кровати, она была в очень неаккуратном виде. Рон же, словно мышка, забившаяся в угол кресла, пропищал следующее: — Мы с Гермионой немного обеспокоены тобой. Снейк, конечно, тебя наругал и сейчас не самое лучше время спрашивать, но ответь пожалуйста - сделав паузу, он уткнулся взглядом в пол, словно ребёнок, которого наказали. — Рон, со мной всё в порядке. — Но...Но ты зачем так говоришь! Мы же видим. Ты с месяц сам не свой. Словно какое-то зелье паранойи выпил! — Резко подняв голову, произнёс тот. — Я сейчас не в лучшем настроении чтобы говорить об этом. — Плюхнувшись на кровать спиной, произнёс Поттер, словно изображая то, что он и в правду расстроен случившимся. — Ты не отвертишься сейчас. Скажи что происходит, всё останется между нами? Я же никому не скажу! — Ладно, ладно. - размахивая руками вымолвил он. Приковывая внимание лучшего друга к себе. Рон, который не ожидал, что у него в принципе получится что-то узнать, собирался уже было отступить, но теперь пододвинулся поближе, оттянул галстук, приоткрывая рот от удивления. Замолк. Открыл глаза, словно мог что-то пропустить, моргая, принялся слушать. — У меня проблемы. Я увидел телохранителей Малфоя поэтому сбежал от вас, — Рассматривая балдахин прошептал тот — Очень даже большие проблемы. Крэбб и Гойл охотятся за мной и поэтому меня ругает Снейп. — Эти задиры только и ищут повод. Ты можешь обратиться к нам и мы поможем! Не понимаю, почему ты держишь это в тайне. Тебе не обязательно терпеть это одному. — Сморщив нос от злости, прокричал Рон. — Понимаешь, вы тут не поможете. Я сам должен разобраться с ними. — Но мы же можем что-то сделать. Втроём мы сильнее. Зачем прятаться и от нас? Я понимаю, если... — Ситуация сложная. Посмотри на себя и на меня. Против двух пустоголовых парней наш ум бесполезен. — Хочешь мы попросим Гермиону сварить зелье? Мы можем отомстить им за это! Они тогда сильней тебя бояться будут и не будут задирать. Никто из профессоров даже не догадается. Гарри поднялся с кровати и посмотрел на настенные часы. Он медленно подошёл к другу немного смущаясь и положил холодную руку на плечо, с осторожностью поглаживая его. — Это всё бестолку. Ситуация может выйти из под контроля. Поверь, я знаю, как решить это. Не будут же они гоняться за мной вечность. После Рождества всё уляжется. Они разъедутся и забудут обо всём. — Но потом они снова будут тебя задирать! — Сбросив руку с плеча, крикнул рыжий парень. — Я знаю, что со стороны ты думаешь, что решение есть, но поверь эти две дубины не успокоятся просто так. Лучше перетерпеть. Рон понял, что переубеждать друга бестолку, да и злиться на него из-за непринятия помощи бесполезно, поэтому лишь вздохнул, отмахнулся и решил оставить его одного. Так скажем, дал время на подумать, авось передумает и решится сам обратиться к ним с Гермионой. Оказавшись совсем один в комнате, Гарри не мог терять важное для него время, отведённое для поисков темного силуэта. Он завязал развязавшийся шнурок, на который он смотрел ещё во время отчитываний Снейка и, бросив куртку с шапкой на кресло, выбежал в коридор. Ботинки вновь застучали по лестницам с радостными волшебниками, коридора с рождественскими венками и колокольчиками. Все носились в канун праздника с сумками и подарками. Совсем юные волшебники толпились возле заледеневших окон, чтобы нарисовать на них тёплыми пальцами снежинки. Но Поттер бежал, нёсся, задыхался. Весь раскрасневшийся, он, бывало, врезался в учебников, которые разговаривали о том, как встретят Рождество. Те, конечно же, оборачивались ему в след, поправляли свои мантии и ждали извинений, но не получая их, не раздражались, а расстраивались, что кто-то мог даже в предпраздничные дни испортить спокойствие. Поднявшись на второй этаж, Гарри бросился к дверям библиотеки. Оказавшись возле них, он остановился, оперевшись на стену рукой, пытаясь перевести дыхание. Вспотевшим, он не хотел туда соваться, ведь иногда боялся гнева мадам Пинс. Ему порой казалось, что она могла превратить его в книжного червя, если он рядом с ней чихнет. Поэтому ему пришлось пару минут потратить, чтобы восстановить дыхание, прежде чем открыть двери. Но когда он отпер тяжелую дверь, его страх усилился, после такого забега, сердце билось так, словно на экзамене, а недовольное выражение лица хранительницы библиотеки, только сильней завело этот моторчик. — Здравствуй, Гарри Поттер. Зачем пожаловал? - Приподняв одну бровь, произнесла Ирма. — Добрый день, миссис Пимс. Я хотел продолжить читать книгу про магических существ. — Тебе она так понравилась? Другие ученики уже как с неделю сюда не заходят. А ты молодец, я смотрю. — Даже с улыбкой произнесла она. — Просто я остаюсь в Хогвартсе на Рождество и поэтому мне не нужно готовиться к нему много. А книга и в правду интересная, я остановился на половине. Планирую скоро закончить. — Очень рада твоему рвению. Ну ладно, у меня много дел. В отделе с волшебными книгами, целая серия одного автора, отрастила себе крылья, представляешь! Столько книг теперь с потолка снимать. Выразив своё сочувствие, Поттер направился в левое крыло библиотеки. Он снял с высокого деревянного стеллажа книгу в зелёном переплете, положил под подмышку и скрылся в пыльных полках. Библиотека под Рождество ничем не отличалась, кроме как отсутствием учеников. Повсюду была гробовая тишина, можно было услышать эхо от собственных мыслей, а клацанье ботинок по узорчатому полу отдавало по стенам, создавая небольшой гул. Мыслей в голове Гарри было много. И хороших, и не очень хороших. Он думал о том, правильно ли он поступит, и стоит ли ему совершать свой поступок. Размышлял над тем, что может случиться, если он доведёт задуманное до конца, а не сдуется, как воздушный шар, перед собственным страхом. Ноги его вели, хотя голова в этот момент была точно где-то далеко, но как говориться, то что делаешь по привычке, легче всего совершить. И вот, рядом с окном, за столом, медленно покачиваясь на скрипучем стуле, сидела его новая главная привычка. — Привет! - Улыбнувшись, и кладя книгу на стол произнёс Гарри — Ты не опоздал до моего отъезда. Садись. - Отворачиваясь к окну произнёс Малфой. — Да, я пришёл. И ещё я тебя искал сегодня весь день — Пододвигая ближе стул, сказал парень. — Ты поэтому такой расстроенный? Из-за того что не нашел? — Остановив скрип стула, с ухмылкой произнёс беловолосый. — Да. Я хотел с тобой поговорить. Весь день искал. — Рассматривая переплет книги произнёс Гарри. — Зачем? Мы же договорились в час дня встретиться за нашим столом. —С удивлённым видом Малфой начал поправлять свою причёску, а потом накинул капюшон от мантии. — Кто-то узнал? — Ты зря такой раздосадованный. Никто же не узнал. Рон и Гермиона, конечно, уже что-то подозревают, но, знаешь, я продолжаю хорошо отмазываться, не знаю долго ли смогу скрывать всё это. — Положив горячую руку на руку оппонента медленно протянул Гарри — Что ты делаешь? Ставишь условие? — Одернув руку, ухмыльнулся тот. — Да. — Я не понимаю, почему? Тебе надоели наши встречи? — Это, хоть и было произнесено шепотом, зато с каким гневом. Гарри Поттер наклонился ближе и поцеловал недовольное лицо, держась за край стола и наваливаясь на страницы книги, которую он открыл в самом начале, разумеется для вида. После такого он всегда смотрел по сторонам и сейчас тоже оглянулся, словно боясь даже каменных стен, ведь кто знает, может даже им надоест когда-то только слушать эти томные диалоги и не участвовать в них. Вдруг, если бы им представился случай, и какой-то неосторожный волшебник пролил бы на них зелье, которое может разболтать даже камень, и тогда их на пару драгоценный секрет, пронёсся бы эхом по каждому коридорчику и кабинету Хогвартса. Ах, такая щедрость на тайны, ещё никогда не играла никому на руку. Поэтому, он начал говорить, как только его губы коснулись шелковистых волос возле уха Малфоя. — Мне есть о чем тебя просить. Только прошу, выслушай. Я не могу прятаться так вечность. Бегать за тобой по коридорам, выжидая шанс на уединенный разговор о какой-то фигне. И не пойми меня не правильно, я не считаю, что каждый разговор можно выносить из нашей тайны. Но прошу тебя задуматься над тем, чтобы самые простые диалоги были не только здесь, или когда все спят. Мы бы могли общаться не взирая на прошлое рядом с Роном и Гермионой. — Что ты несёшь? Какое зелье ты выпил чтобы настолько одуреть. Ты хоть помнишь про наш уговор? — Отпрянув от Поттера, прошипел он, словно змей, добыча которого ускользнула. — Но ведь необязательно держать всё в тайне. Да, мы можем недоговаривать, встречаться тут, или где ты хочешь, просто мне не хватает этого. Через четыре дня Рождество. Все уедут, поэтому и прошу тебя остаться. Будем только мы вчетвером. — Сжав галстук, пропищал Поттер. По его щеке скатилась слеза, а глаза покраснели и заблестели то ли от последних падающих лучей солнца, то ли от наполняющих их слёз. — Ты плачешь. А представь какого будет мне, когда все узнают про это. Ты этого добиваешься? Может всё это лишь твой коварный план, как насолить своему врагу? Да? Ты говоришь что всё в прошлом, и это вовсе не так. Все профессора и ученики знают моё отношение к тебе. Ты думаешь, что оно изменилось? А другие так не считают! - Встав и забрав свою книгу, Драко поправил мантию, медленно задвинул стул и, бросив взгляд на плачущего любовника, скрылся за книжной полкой. — Ты знаешь, что всё можно изменить! Невозможно всё скрывать. Когда-то даже самый крепкий лёд даст трещину, кто-то узнает про нас. Слова, произнесённые от чистого сердца были слышны другому только эхом, которое далеко не всегда всё доносит до получателя. Особенно, когда тот пытается закрыть своё сердце за большим замком, ключ к которому очень сложно раздобыть, не зная где именно искать. После своей последней попытки найти нужный способ, Гарри не знал, что ему ещё остаётся, кроме того, как сдать книгу миссис Пимс, улыбнуться ей в ответ и придержав тяжёлую дверь, за которой было сказано так много разных, странных и не очень прелюбодейных слов, направиться в спальню Гриффиндора. Когда он вернулся, в общей комнате факультета его ждали. Рон, который уже сидел на диване, но больше не как мышка, а как рассвирепевший маленький львёнок, и Грейнджер, которую тот поглаживал по руке, что-то злостно ей нашёптывая. Девушка же сжимала в руке какую-то записку, успокаивая дикую кошку. Ребята были решительно настроены и, как только Гарри открыл дверь, они потащили его за две руки в комнату. Паренёк только успел опомниться от произошедшей с ним несколько минут назад волны чувств, как его захлестнула новая. — Так вот что. Знаешь, ты бегаешь от Кребба и Гойла уже полгода и что? Думаешь это правильный выбор? —Наматывая круги по комнате, кричала она — И знаешь что? Всёв без толку. Рон мне рассказал, что ты против нашей идеи, но ты пойми, даже меня это злит, хотя я умею сдерживаться. — Она права! Скоро Рождество, а ты словно снитч пытаешься улизнуть от этих двух горилл.— Протягивая скомканную бумагу и доставая что-то из кармана, сказал он. Гарри осторожно развернул помятый пергамент и уже было принялся читать про себя, как остановился на второй строчке: «Рецепт зелья глупости и зелья замедления. Способ приготовления: котёл зельеварения поставить на огонь, медленно горящий огонь…» Глядя на аккуратно написанные буквы, он точно знал, что даже Гермиона решилась на такую месть, что ставило его в ещё более неловкое положение. — Мне нужно вам кое-что рассказать. Никакие зелья не помогут. Я должен вам признаться, вы готовы даже отхватить от преподавателей, если про это всё узнают, представляю какое наказание нас всех ждёт. — Гарри смял бумажку и положил её на кресло, на которое же и присел. В глазах Рона уже была жалость и он понимал, что хоть их с Гермионой помощь могла обернуться катастрофой для них самых, но отступать он не хотел. Из кармана он достал свёртки и протянул их бедолаге, надеясь всё же переубедить его. — Всё готово. Никто ничего не узнает, поверь. — Да мне не это нужно. Это всё бесполезно, прошу, послушайте. Если вы будете так давить, то я не смогу рассказать. Накрыв лицо ладонями парень бросился в слёзы. Грейнджер, сделав максимально удивлённое лицо, сразу же бросилась к нему, села на корточки и начала что-то шептать, пытаясь унять боль. Рыжеволосый же просто стоял, словно уже на себе опробовал какое-то зелье, которое они с подругой собрались варить. Ребятам предстоял очень длинный разговор. Сегодня тайна должна была раскрыться. Ведь в такие предпраздничные дни сложно оставаться на плаву с тяжёлым грузом обид. Гарри решил рассказать им всё. Конечно, он сильно стеснялся, заикался, сложно было даже вымолвить имя причины его побегов, да и признаться друзьям во лжи, в которой они даже не пытались его уличить, тоже было сложно. Ему начало казаться, что без признания того, что он больше полугода общается с Драко, ему было бы лучше, и Малфой был сегодня прав. Но было уже поздно отступать. Поэтому он решил рассказать то, что бесповоротно могло изменить отношение его друзей к нему. — Я веду всё это к тому, что после таких наших разговоров, мне он начал нравиться. — Гарри уткнулся взглядом в пол, дожидаясь ответа друзей. Гремиона, которая не могла поверить в происходящее, сидела на кровати, только моргая и, затаив дыхание, ждала реакции Рона. Она не знала как реагировать, что её лучший друг скрывал то, что всё это время, он общался с их главным врагом среди всех учеников. Она думала - неужели он не мог выбрать кого-то другого, кто не задирал их? Но реакция рыжеволосого не заставила себя долго ждать и все трое вздрогнули от раздражённого голоса парня, который буквально рассвирепел. — Ты подружился с Малфоем! Я думал ты сейчас скажешь, чтоон развёл тебя и из-за этого у тебя проблемы с тупоголовыми кретинами! Что с тобой твориться, я не пойму? Мы с Гермионой так переживали, а теперь слышим этот рассказ про вашу с ним дружбу. Предлагаешь нам с этим бессердечным психом ходить вчетвером? Парень так рассердился, что швырнул на пол все добытые ими ингредиенты для тихой мести и захлопнув дверь, оставил подругу наедине с Поттером. Гермиона же просто сидела дальше, тяжело дыша. Она морщила нос, но губы старалась сохранить в более доброжелательном виде. Друзья просидели так так ещё несколько минут, пока не послышались всхлипы, которые вытащили девушку из транса. — Постой. Ты плачешь из-за реакции Рона? — Она подошла ближе и села на ручку кресла. — Да — Убрав от лица руки, пропищал Поттер. — Я сама не знаю, как правильней сейчас вести себя. Ты нас обманывал, хотя мы твои друзья, но я конечно вижу, что чувства твои точно не в порядке. Я думаю, что он скоро простит тебя, просто то, что ты общался с Малфоем за нашими спинами, для него послужило семенем раздора. Гарри было, приятно, что Грейнджер поддержала его, вернее было сказать поняла, но тревога обвивала его теперь сильнее, ведь Рон предпочёл уйти, а не слушать дальше, когда ещё самое волнующее даже не было произнесено. Но отступать уже было поздно, поэтому сознаться придётся. — Гермиона, я знаю, что это сложно понять, но мы с Драко... — Его рука дёрнулась и парень почувствовал на ней руку подруги, которая спокойно расположилась на плече. — Я понимаю... — Мы испытали друг к другу необычные чувства. У нас с ним не дружба, как с тобой и Роном. Он мне нравится. — Поттер повернул голову в сторону Грейнджер и зажмурил глаза, просто ждал реакции. — То есть ты имеешь ввиду, что он тебе нравится, а значит ты скрывал от нас именно это? — Рука соскользнула с плеча и девушка положила её на свою коленку, согнувшись. — Ты меня этим огорошил на самом деле. Я даже не знаю, что сказать. Теперь я хоть понимаю почему ты скрывался. Наверное тяжело прятать это. — Да, на самом деле, мы же с ним старались, чтобы нас никто не видел. Поэтому я не мог вам рассказать. — Я думаю, что ты поступил верно, сказав это, не бойся моей реакции, у меня есть знакомые, которые тоже геи. — Ты не говорила. Я думал, что вы меня не поймёте, узнав такую правду. — Гарри, мне нужно найти Рона и поговорить с ним, поэтому я пойду. Новость про то, что у Гермионы есть такие же знакомые, как и Гарри, его конечно грела и давала надежду на нормальное отношение к его роману, но всё равно, от всего этого диалога хотелось закрыться. Ему казалось, что Рон точно не поймёт этих чувств, тем более он очень радовался, что его сестра влюбилась в его же лучшего друга. Эти мысли не давали юноше покоя, но страх ещё больше заставлял сердце биться.