Санта-Волди и праздничный заговор

Темный Лорд и праздник света Когда я был призван на очередное собрание Пожирателей смерти в канун Нового года, я ожидал, что это будет очередной вечер мрачных планов, интриг и бесконечного нагнетания пафоса. Но то, что я увидел в мрачных залах Малфой-мэнор, выбило меня из колеи так, что я до сих пор не могу понять, как мы дошли до этого. Зал, обычно темный и пропахший чем-то странным и пугающим, был украшен гирляндами. Да, гирляндами. Они переливались всеми цветами радуги, нехарактерно сверкая, словно пытались сказать: "Мы не должны быть здесь, но это забавно". Огромная елка возвышалась в центре комнаты, обвешанная стеклянными шарами в форме черепов (что, впрочем, выглядело вполне ожидаемо) и крошечными фигурками в виде змеек (уже менее ожидаемо). Первое, что я услышал, был веселый смех. Смех. Это был голос Беллатрисы Лестрейндж, которая в обычные дни внушала трепет и ужас одним своим взглядом. Она стояла у стола, запачканная мукой, и пыталась водрузить звезду (или что-то отдаленно похожее на звезду) на верхушку елки. За ее спиной гордо высился… торт. Да-да, торт, украшенный кремовыми черепками и змеями. На боках торта красовалась надпись: "С Новым Годом, мой Темный Лорд!" Темный Лорд. Вот кто стал настоящей вишенкой на этом странном торте. Он стоял в дальнем углу комнаты и… примерял красный костюм Санты. Красный. С белой оторочкой. В какой-то момент он обернулся ко всем и громогласно провозгласил: — Кто еще не принес подарки? Белла, ты записала, кто не соблюдает регламент? Я, как всегда, остался в тени, наблюдая за этим… безумием. Люциус Малфой, например, почему-то пытался натянуть колпак оленя на голову Драко, который отчаянно сопротивлялся. Рабастан сидел в углу и упаковывал подарок в черную бумагу с золотыми змеями, то и дело спрашивая у своего брата: — Как думаешь, Темному Лорду понравится шапочка с блестками? В какой-то момент Беллатриса с торжественным видом притащила мешок с подарками. Волдеморт (или, если угодно, Санта-Волди) важно нацепил бороду (она все время спадала, и Белла пыталась прикрепить ее заклинанием), уселся в огромное кресло и начал раздавать подарки. — Рабастан, держи, — сказал он, передавая аккуратный сверток. — Это… новое платье для твоей жабы. Рабастан просиял так, будто его наградили орденом Мерлина. — Люциус, вот тебе… набор для ухода за волосами. — На лице Малфоя промелькнула такая смесь радости и облегчения, что я чуть не расхохотался. Я пытался понять, что происходит. Это были ли те самые люди, которые пару месяцев назад стояли на поле битвы, грозно размахивая палочками? Но когда Темный Лорд обратил свой взгляд на меня, я понял, что выхода нет. — А вот и наш наблюдатель! Подойди ближе. Я сделал шаг вперед, и он торжественно вручил мне сверток. Внутри оказался шарф с вышитой эмблемой Слизерина. — Надеюсь, он согреет твое холодное сердце, — с улыбкой сказал Волдеморт. В этот момент что-то во мне сломалось. Это был не страх, не отчаяние, а какое-то теплое, глупое чувство. Я взглянул вокруг и вдруг понял, что мне нравится это безумие. Я позволил себе улыбнуться — впервые за многие годы. В конце вечера мы пели песни. Беллатриса фальшиво, но страстно выводила "Тихую ночь", Люциус притворно дирижировал, а Темный Лорд… Темный Лорд пританцовывал. И знаете, в этот момент я подумал, что даже у темных магов должно быть право на один беззаботный вечер в году. А потом я поймал себя на том, что пою вместе со всеми. И мне это нравилось. __________________________________________ Когда Беллатриса затянула "песню", ее голос дрожал от переизбытка энтузиазма, но к ней тут же присоединились остальные. Получилось что-то вроде: --- Праздник Темного Лорда "В зале готика и тени, Но сегодня свет горит, Темный Лорд в костюме Санты Нам подарки раздаст вмиг! О, звенят шары стеклянные, Гирлянд светится узор, Пожиратели, ликуйте, Это наш веселья взор!" На этом месте Люциус, не выдержав, захлопал в ладоши и добавил свой "куплет": "Вот мы злые — каждый знает, Но сегодня не до зла, Белла торт печет усердно, Хоть в глазах ее искра! Драко рогом бьет о стену, Но олень — ему к лицу, Пусть нам все бояться смело, Но под елкой — добрецу!" Все разразились смехом, но в тот момент голосом грома, в тональности, явно заимствованной у оперы, вступил Волдеморт. Его исполнение заставило дрогнуть потолок (или это был Дамблдор где-то далеко, пораженный кулинарным и музыкальным мастерством Темного Лорда?): "Кто сказал, что темный путь — Это только мрак и боль? Мы умеем отдыхать, В праздник — отложи всю злость! Пусть сегодня звон бокалов Перекроет злобный стон, А завтра снова к войне, Ну а нынче — в пляс, да в тон!" --- Кульминацией стало то, что Беллатриса начала кружиться в "танце", уцепившись за мантии Люциуса и Драко, и они оба чуть не свалились на стол с угощениями. А Темный Лорд в этот момент с гордостью наблюдал за происходящим, поправляя сползающий с головы колпак Санты. Это была самая нелепая, но вместе с тем самая счастливая сцена, которую мне когда-либо доводилось видеть.