Бог смерти. Пролог

Тимоти радостно шагал вдоль по улице в одних только футболке и шортах. Его объемные растрепанные белые волосы словно отражали собой множество ярких солнечных лучей. На широком голубом небе виднелись лишь редкие щепки облаков. Это был первый по-настоящему жаркий весенний день в Лайф Сити. Вприпрыжку преодолев очередной поребрик у пешеходного перехода, Тим свернул в сторону и проскользнул в приоткрытую дверь цветочного магазина. Очереди не было. Заговорив с продавцом, улыбчивый мужчина попросил её собрать для него букет покрасивее. – А то я в этом ничего не понимаю, – честно признался Тимоти. Этот день был важен для Тима по нескольким причинам. Во-первых, это был день рождения его девушки. Во-вторых, сегодня у них с Викторией намечалось особенное романтическое свидание, на подготовку к которому ушло немало времени, сил и денег. В-третьих, Тимоти был человеком очень теплолюбивым, даже слишком теплолюбивым, потому окончание холодов для него становилось праздником не менее важным, чем день рождения Виктории. А может быть и более. Разжившись букетом, составленным из нескольких разновидностей цветов, Тим слегка ускорил шаг, чтобы наверняка успеть ко времени встречи со своей дамой сердца. Уже совсем скоро он добрался до входа в главный городской парк. Оглядевшись, мужчина посмотрел на часы. Без двух минут полдень. Он как всегда не опоздал. Через пять минут в нескольких десятках метрах от себя Тимоти увидел Викторию. Невысокая брюнетка в цветном сарафане шла в его сторону, махая поднятой вверх рукой. Она как всегда почти не задержалась. – Привет, львенок! – Привет, – Тим и Викки поцеловались, после чего мужчина вручил девушке букет. – Ты как всегда волшебно красива. Это тебе. С днем рождения. – Спасибо, львенок! Букет чудный! Я тебя люблю! – И я тебя. Обменявшись ещё парой ласковых фраз, Тим и Викки ступили на территорию парка. Их история любви, о которой уже были наслышаны все друзья и некоторые знакомые, походила на сюжет современной сказки. Знакомство Тима и Викки будто бы было уготовано самой судьбой. Когда девушка только переехала в Лайф Сити, ей потребовалась помощь агентства недвижимости, чтобы решить вопрос с новым жильем. Там-то она и познакомилась со своим будущим избранником. Тимоти, тогда ещё начинающий риэлтор, влюбился в Викторию с первого взгляда. Мужчина и девушка потратили какое-то время на то, чтобы найти подходящую по запросу квартиру, и в итоге Тим смог решить поставленную перед ним задачу самым лучшим из возможных способов. Викки получила жилье совершенно бесплатно: влюбленные стали жить вместе. Прогуливаясь по парку, пара много шутила и разговаривала о разных вещах, наслаждаясь друг другом. – Ты дозвонилась Пэну? – Не-а. Так и не берет трубку. – Нам бы надо поскорее разобраться с его квартирой, пока не перехватил никто. – Давай не будем сегодня про работу, пожалуйста. – Ладно, извини. Просто много думаю об этом. Вскоре после начала отношений Тим уволился, и они с Викки стали работать вместе. Дела шли хорошо, пара жила в достатке, посещала множество мероприятий и часто путешествовала. Тимоти регулярно радовал Викторию подарками, а та, в свою очередь, не переставала удивлять своего мужчину красивыми нарядами и разнообразием в вещах более личных. В какой-то момент влюбленным даже удалось переехать в новую квартиру. В более светлую, просторную, расположенную в богатом районе города. Тогда же они стали задумываться о браке, а вместе с тем и, как знать, о будущих детях. Тим и Викки шли не спеша. Оказавшись на противоположном краю парка, они увидели группу демонстрантов с плакатами, содержание которых совсем не являлось для них загадкой. Люди рассредоточились вдоль широкого проспекта и своими яростными выкриками призывали привлечь правительство к ответственности. – Как думаешь, скоро этот ужас закончится? – в глазах Викки читалась озабоченность. – Ты про пикеты или про школу? – Про школу конечно. – А что там со школой? – послышался голос со стороны. Не успел Тим ответить на вопрос девушки, как в их разговор вмешался неизвестный. Пара обернулась. Рядом с ними стоял высокий молодой человек лет двадцати пяти с уложенными бледно-желтыми волосами. Его небрежно застегнутая белая рубашка хорошо сочеталась с не по погоде плотными черными штанами и такими же черными кроссовками. Парень будто бы впился в Тимоти и Викторию взглядом своих небесно-голубых глаз. – Школу какую-то террористы захватили вчера. Вы не слышали? – Не одолжите зажигалку? Незнакомец полностью проигнорировал ответ Тима и перевел тему. – Извините, не курю. – Я зажигалку попросил, а не сигарету. – У меня нет зажигалки. – Есть у тебя зажигалка, – молодой человек слегка повысил голос, но, заметив волнение Виктории, вернул прежний вежливый тон. – Я видел, как она выглядывала из вашего кармана, поэтому и подошел. Тимоти слегка поколебался, но решил не вступать в конфликт и всё же опустил руку в карман. Получив зажигалку, незнакомец сделал вид, что открывает воображаемую пачку с сигаретами и достает одну, такую же воображаемую, после чего выбрасывает пачку на землю. Поведение парня становилось всё более странным, что заставляло пару влюбленных заметно нервничать. Однако Тим и Викки сохраняли молчание, продолжая наблюдать за происходящим. – Наша встреча была уготована самой судьбой, – проговорил молодой человек, запирая воображаемую сигарету между губами. – Жалко, что ты не куришь. Было бы так красиво. Незнакомец поднес зажигалку к воображаемой сигарете. Его палец опустился на кнопку. Ещё секунда – и искры срываются с колесика кремния яркой огненной вспышкой. Тимоти и Виктория падают замертво. Немного потоптавшись на месте, парень перестал изображать курение и убрал чужую зажигалку себе в карман, а затем зашагал в сторону толпы протестующих людей. – Что ещё за захват школы? – спросил неизвестный у самого себя. Прохожие не сразу заметили лежавшие в весенней грязи тела Тима и Викки. Вскоре рядом с ними собралась группа из нескольких зевак. Одна из них, пожилая женщина, поспешила набрать номер скорой помощи.

***

Крепкий коренастый мужчина в балаклаве аккуратно выглянул на улицу через окно второго этажа школы Желтый Дельфин. Ничего не разглядеть. Подтянув поближе к своей голове тихо скулящую девочку лет девяти, которую мужчина крепко держал обеими руками, он сделал осторожный шаг в сторону окна. – Не шевелись, а то убью, – спокойным, тихим, но уверенным голосом произнес мужчина, оценивая положение дел на улице. Девочка, глухо всхлипывая, подчинилась. Школа Желтый Дельфин была одной из самых больших в Лайф Сити. В день, когда группа террористов ворвалась в главное здание школы, огромному числу учеников чудом удалось избежать ужасной участи заточения в её стенах: дети попросту не пришли на занятия. Бушевала эпидемия гриппа, и уроки во многих классах были временно отменены. Тем не менее, сотни учащихся на два долгих дня превратились в заложников, освободить которых у правительства города и страны реальной возможности не было. Мужчина в балаклаве держал до смерти напуганную девочку перед собой и активно переминался с ноги на ногу, не переставая оценивать обстановку перед главным входом в школу. Такой странный ритуал, по мнению мужчины, должен был усложнить работу снайперам, которые определенно высматривали его и его подельников через прицелы своих винтовок. На самом деле преступник не верил, что кто-либо из полиции осмелится стрелять по окнам школы, слишком велики были риски, но и проверять свою догадку лишний раз ему не хотелось. Впрочем, условия на случай возможного штурма террористами были озвучены четко и ясно: умирает хотя бы один из них – умирают заложники. За пределами школы творился настоящий хаос. Движение транспорта было перекрыто. Шум автомобилей спецслужб и скорой помощи перемешивался с криками возмущенных и плачем страдающих. Полицейским кордонам с трудом удавалось сдерживать толпы людей, которые в любой момент могли предпринять попытку прорваться в школу, что привело бы к ещё более трагическим последствиям. По левую и правую сторону от основной массы собравшихся, тут и там, сновали журналисты. Представители закона пытались работать по разработанному плану, но делать это было крайне тяжело и опасно. – Да выполните вы уже их требования! – Убейте гадов! Почему вы не заходите в школу?! – Там мой ребенок! Пожалуйста, спасите моего ребенка! Требования, угрозы и мольбы о помощи доносились со всех сторон. Люди просили о разном, но хотели одного и того же. И лишь малая часть из них оставалась способна мыслить здраво. Такую способность, временами, теряли даже полицейские. Заприметив в окне второго этажа преступника в балаклаве и с ребенком в руках, один из молодых офицеров невольно потянулся к кобуре за табельным оружием. Офицер знал, что это не его дело, и стрелять по школе будет отведено снайперам, если такой приказ вообще поступит, однако ему было тяжело противиться внутреннему гневу. Когда пальцы полицейского уже коснулись рукоятки пистолета, из-за его спины, точно предостерегающий, ангельский, послышался молодой мужской голос: – Не стреляйте, пожалуйста. Вы же можете убить его. Офицер обернулся и увидел перед собой парня примерно своего возраста в черных штанах и белой рубашке. В отличие от беснующейся толпы, этот незнакомец держался спокойно и уверено. – Ситуация чрезвычайная, – отозвался офицер. – К сожалению, некоторые дети действительно могут погибнуть. Полицейский понимал, что по уставу ему не положено говорить о таких вещах с гражданскими, однако ему слишком хотелось поговорить с парнем напротив откровенно, без утайки. Офицеру казалось, что у них, ровесников, одинаково болела душа за судьбу удерживаемой преступником в окне девочки. – Да я не про ребенка. Не стреляйте по террористу, убьете же. От услышанного полицейский потерял дар речи на несколько секунд. – Че?! Ты кто?! Когда офицеру всё же удалось сказать хоть что-то, молодого парня напротив него уже не было. Тот буквально растворился в воздухе. Полицейский тряхнул головой и потер глаза. Как долго он не отдыхал?

***

Решив, что уже оценил обстановку в достаточной мере, мужчина в балаклаве отошел от окна на несколько шагов вглубь школьной рекреации. Он опустил девочку на пол и, не отпуская её руку, направился обратно к подельникам и заложникам. Однако не успел мужчина сделать и шагу, как замертво рухнул на пол. Маленькая девочка испугалась падения тяжелого тела и едва не вскрикнула, но рот ей аккуратно и быстро закрыла мужская рука. Более тонкая и мягкая, чем державшие её до этого руки террориста. – Ч, ч, ч, ч, ч. Тише. А то заметят нас. Не волнуйся, помощь уже пришла. Я супергерой, я вас спасу. Я сейчас тебя отпущу, только не кричи. Только не кричи, ладно? Девочка слушала слова незнакомца и безумными глазами смотрела на мертвое тело мужчины в балаклаве. Когда она поняла, что никто больше её не держит, девочка развернулась и увидела перед собой красивое лицо молодого парня, присевшего на одно колено. Она не стала кричать. – Ты супергерой как Эмили? – Да, как Эмили. – А как тебя зовут? – Меня зовут Лон. А тебя Полли, верно? – Откуда ты знаешь? – А вот такой я волшебник. Посиди, пожалуйста, пока здесь, и не шуми. Обещаю, никто из злых дяденек к тебе не придет. Скоро всё закончится. Поднявшись на ноги, Лон уверенно зашагал в сторону ближайшей лестницы. Проводив спасителя взглядом, Полли отползла подальше от трупа террориста, упершись спиной в стену рекреации. Из её глаз хлынули горные реки слез. Прочесав сперва верхние этажи, Лон стал быстро спускаться к нижним. На весь путь он потратил немногим меньше минуты и за это время лишил жизни ещё несколько преступников, в том числе, как ему показалось, руководителя всей операции по захвату школы. Пока перед ним и за его спиной падали убитые люди, взгляд парня оставался холодным. Его лицо отвергало эмоции. Лон убивал так, будто отрывает нитку от одежды. Будто человеческая жизнь для него была не ценнее потухшей спички. Чиркнул, задул, выбросил. Чиркнул, задул, выбросил. Чиркнул, задул, выбросил. Люди умирали, и он возвращался на лестницу. Было очевидно, что преступники держат детей в спортзале на первом этаже, но своим обходом Лон выполнил обязательную и необходимую работу. Он не мог позволить себе упустить ни одной души. На первом этаже парню пришлось действовать особенно внимательно и быстро. Там его поджидали основные силы террористов, которые были готовы оказать максимальное сопротивление. Тем не менее, аккуратно перемещаясь из коридора в коридор, из помещения в помещение, он сумел устранить все дежурные посты преступников, не допустив ни единого выстрела. +1, +1, +2, +1, только цифры, никаких больше людей. Лон даже не считал их. Разве это имеет хоть какое-то значение? Цифры за его спиной всего лишь падали замертво, пока не упали все. Оставалось только пробраться в сам спортивный зал, дверь в который, как назло, держали открытой. – Этого в дверном проеме просто так не забрать, привлеку внимание внутри, – пробубнил себе под нос Лон, издали посматривая на цифру у входа в зал. – Ну, тогда, наверное, оттуда и начнем. Парень растворился в воздухе и уже через мгновение стоял в спортивном зале. То, что происходило внутри, было похоже, скорее, на кошмарный сон. Ученики, учителя и другие работники школы плотными рядами лежали по всей площади жесткого пола спортзала. Все они лежали на животах. Те, кто ещё мог, держали руки за головами. Некоторые из заложников уже не подавали признаков жизни. Пол тут и там был покрыт битым стеклом и кровью, ей же была пропитана одежда многих детей. По краям зала были закреплены заряды самодельных взрывных устройств. Тихие стоны и шепот, которых не было слышно в коридоре, здесь наполняли собой всё пространство и сливались в единую симфонию боли и страха. В воздухе ощущался стойкий смрад человеческих выделений. Запах шел от разбитого окна в дальнем конце зала, которое использовали в качестве туалета. Лон появился настолько неожиданно, что даже лежащие прямо рядом с ним заложники обратили на него внимание далеко не сразу. Каждая секунда, которую он смог выиграть у террористов, сыграла важнейшую роль в спасении максимально возможного числа детей. Парень успел осмотреть весь зал до того, как кто-либо из преступников проявил агрессию в его сторону или в сторону заложников. Отметив для себя местонахождение всех вооруженных людей, Лон вскинул руки, сложил пальцы в форме пистолетов и начал беспорядочно дергать ими во все стороны, сопровождая свое поведение наигранным звукоподражанием: – Па-па-па-па-па! За секунду, что продлилось это театральное представление, в зале упало замертво ещё несколько тел. Слепой счетчик накрутил ещё несколько цифр. Террорист, стоявший в дверном проеме на входе в помещение, при падении неудачно ударился лицом прямо об пол, из-за чего его нос сломался с громким щелчком. Кровь резко потекла из-под лица умершего, но так же быстро остановилась, оставив вокруг его головы густой красный ореол. Сначала Лон посчитал, что его работа, наконец, была выполнена, но через несколько секунд заметил ещё одного террориста, который вышел к нему откуда-то из-за угла зала. На протяжении нескольких секунд они оба молчали, пытаясь проанализировать ситуацию. Преступник оглядел помещение и понял, что остался последним из своей группы, кто ещё оставался в сознании. После этого он поднял глаза на незнакомого парня напротив и понял, что тот идет к нему. Лон решил подойти поближе к террористу, поскольку быстро понял, что тот не вооружен, а значит, не представляет никакой опасности ни для кого в спортзале. Поразмыслив пару секунд, преступник сделал несколько быстрых широких шагов навстречу Лону и упал ему в ноги, принявшись вымаливать прощение: – Пожалуйста, не убивай меня! Пожалуйста! Я больше никогда никому не причиню боль, клянусь! Отведи меня полиции, я сяду в тюрьму, только не убивай, умоляю! Пусть меня посадят! Я всё сделаю, клянусь! Не убивай! Лон продолжал молча шагать, пока не остановился в паре метров от будущей жертвы. Террорист без умолку лепетал о своем помиловании, не поднимая головы. Он ждал хоть какой-то реакции от незнакомого ему парня, но не слышал в ответ даже дыхания. И в один момент преступник не выдержал. Резким движением он схватил автомат, который прежде прятал под своим телом, вскинул дуло и нажал на курок… В этом и заключался план последнего выжившего террориста. Он специально сделал несколько шагов навстречу Лону, потому что приметил лежавший на полу автомат. Припав к земле, он собирался сначала усыпить бдительность противника, а затем неожиданно убить безоружного из спрятанного автомата. План был приведен в исполнение практически идеально. Как только первая выпущенная пуля коснулась живота Лона, руки преступника ослабли, он выронил автомат, а его мертвое тело обмякло в том же положении, в котором тот молил о пощаде. +1. – Нашел, кому врать, конечно, – проговорил безоружный парень, осматривая след от пули на рубашке. Несколько секунд спустя Лон огляделся по сторонам. Теперь к его персоне было приковано внимание большей части спортивного зала. Продолжая лежать на животах, бывшие заложники подняли глаза на шум разговоров и выстрела. Теперь, будучи уверенным в своем успехе, Лон громко заговорил: – Внимание всем! Я представитель полиции! Все террористы в здании обезврежены! Всё закончилось! Сейчас я приведу медицинскую помощь! И скоро вы получите еду и воду! Сохраняйте спокойствие, теперь вы в безопасности! Сразу после этих слов парень растворился в воздухе. Этим поступком он наверняка напугал и ввел в ступор значительную часть людей в зале, однако в тот момент его это совершенно не волновало. Уже через несколько секунд Лон открыл двери главного входа в школу, после чего вышел наружу, встал на верхние ступени лестницы и к удивлению всех собравшихся заявил об устранении всех захватчиков. Впрочем, реакцией на его слова стало лишь дополнительное волнение и шум разговоров. Полицейские выбирали возможные планы действий, гражданские обсуждали личность загадочного молодого парня, журналисты продолжали вести прямые включения, и лишь одна из матерей плененных детей попыталась прорваться ко входу в школу. – Блять, очнитесь! – оскорбленный бездействием полиции Лон резко перешел на крик. – Саперы, врачи, гуманитарка, срочно все в школу! Дети умирают! Только после этих слов на улице началось серьезное движение. Первыми к зданию школы рванули бойцы силовых структур. Было видно, что представители закона никак не хотели верить незнакомцу на слова до конца. Следом в здание направились штатные полицейские и медики. Все они пробегали к дверям мимо Лона, будто не замечая его, пока один усатый мужчина в форме не остановился перед парнем, схватив того за руку. – Ты кто такой? – сурово спросил полицейский. – Там девятилетняя девочка на втором этаже, в левом крыле. Поднимитесь за ней побыстрее, она там совсем одна рядом с трупом. – Ты кто такой я спросил, – мужчина в форме не сдавался. – Спасите ребенка. Мы потом поговорим. Я никуда не уйду. – Если ты не будешь отвечать, мне придется тебя арестовать как соучастника. – Мне не показалось! – внезапно со стороны донесся новый голос. Это был тот самый молодой офицер, с которым Лон успел поговорить несколькими минутами ранее. – Капитан, этот парень просил меня не убивать террориста! Положение Лона с каждой секундой становилось всё плачевнее. Теперь его пронзали взглядами уже два представителя полиции. Тот, что стоял вплотную, сжал руку подозреваемого ещё сильнее. Разочарованно выдохнув, Лон без лишних слов растворился в воздухе. Полицейские переглянулись. Глаза каждого из них отражали животный страх. Оба были готовы поклясться, что при следующей встрече выпустят в этого неизвестного парня пулю.

***

– А вот и я! Как ты тут, Полли? Девятилетняя девочка сидела на своем прежнем месте возле стены школьной рекреации, поджимая ноги к груди. Подняв глаза на голос, она увидела Лона, лицо которого сияло добродушной улыбкой. – Привет, – голос Полли немного дрожал, но она была рада новой встрече со своим спасителем. Парень подошел к девочке и присел рядом с ней. –Всё закончилось. Ты теперь в безопасности. Нам пора спускаться. Там тебя накормят и дадут попить. И скоро ты увидишь маму, она на улице ждет тебя. На последних словах Лона Полли горько-горько захныкала. Девочка протянула к парню руки, и тот обнял её, а затем поднял на руки и направился в сторону школьной лестницы. Когда Лон спустился на первый этаж, ему повезло не столкнуться с уже знакомой ему парой полицейских. По крайней мере, сразу. Услышав шум, Полли вздрогнула и ещё крепче сжала шею Лона, но тот быстро дал девочке понять, что это были звуки помощи. Уже совсем скоро Полли оказалась в руках медиков. Оставшись стоять посреди коридора совсем без дела, Лон уже собирался по обыкновению переместиться в какое-нибудь более спокойное место подальше отсюда, однако в последний момент его внимание привлек ребенок, мальчик лет двенадцати, стоявший возле входа в спортивный зал. Рядом с ним присели и разговаривали две девушки в белых медицинских халатах, но мальчик, казалось, совершенно не слушал обращенные к нему слова. Его взгляд был направлен куда-то в сторону пола. Лон не смог совладать с любопытством и подошел поближе к мальчугану, чтобы увидеть, на что был направлен его взор. Остановившись в двух шагах от ребенка, парень получил ответ на свой вопрос. Мальчик смотрел прямо на круглое пятно крови. Пятно, напоминавшее красный ореол вокруг кровавого отпечатка лица на полу. Лон взъерошил свои бледно-желтые волосы, и в тот же самый момент мертвое тело мальчика рухнуло на пол прямо перед побледневшими врачами. +1. Девушки резко опустились к трупу ребенка и стали проверять признаки жизни, но сделать ничего было уже нельзя. Для окружающих же паника двух врачей осталась незамеченной: вокруг и без того оставалось огромное количество жертв теракта, которые нуждались в повышенном внимании. Однако кое-кто держал произошедший инцидент под своим пристальным вниманием. – Это ты сделал! Слышь, парень! К тебе обращаюсь! Лон повернулся на голос за своей спиной. Метрах в пяти от него стоял молодой офицер, с которым они уже не раз пересеклись за десять последних минут. Полицейский наставил на Лона пистолет и держал палец на курке. – Детей не пугай. Пойдем, выйдем. Лон устало зашаркал ногами в сторону главного входа школы. Офицер был напуган и не сводил прицел с неизвестного ему парня, однако не выстрелил, даже когда Лон проходил всего лишь в метре от него. Вскоре Лон и угрожавший ему офицер оказались на улице. Суета окружающих преследовала их и здесь, однако это не помешало двум молодым людям провести свой разговор. – Почему ты просил меня не убивать террориста? – Потому что мне было важно забрать его душу самостоятельно. – Ладно. Но это ты убил ребенка? Признайся. – Да, я. – Зачем?! – голос офицера слегка сорвался. – Эти два дня сломали мальчика. Он получил тяжелую психологическую травму. Он бы уже не смог жить нормальной жизнью. Ближайшие годы его должны были лечить в психиатрических клиниках, но через десять лет он бы всё равно начал насиловать и убивать несовершеннолетних девушек. В его послужном списке накопилось бы четыре к двадцати четырем годам. Тогда бы его судили, но не смогли доказать вину. – Откуда тебе это знать?! – Потому что я бог. Я вижу судьбы людей. Я и твою судьбу вижу, Бобби, рассказать? – Откуда ты знаешь мое имя?! – Я бог, дурачок. Ты чем слушаешь? – Да кем бы ты ни был, – офицеру удалось немного взять себя в руки и вернуться к делу, – ты не имеешь права забирать жизнь ребенка. – Ох, Бобби… Ещё как имею! – внезапно Лон перешел на крик и начал быстрыми шагами подходить к офицеру. – Ведь я ёбаный бог смерти! Настоящий! Causa sui! – Бобби стал пятиться назад, пока не споткнулся о лестницу перед входом в школу. Пистолет выпал из его руки. Лежа на лестнице, офицер молча смотрел за тем, как Лон склоняется над ним и начинает говорить так тихо, чтобы их больше никто не услышал. – Сегодня я уже забрал души всех террористов в этой школе, забрал душу будущего насильника, забрал души двух черных риэлторов, которые должны были обречь на мучения или смерть десятки человек. И никто не помешает мне продолжать спасать души невинных. – Лон встал ровно, а затем выкрикнул последнюю фразу. – Смотри внимательно! Вскинув руки к небу, парень растворился в воздухе и в то же мгновение появился на крыше двухэтажного здания, которое было расположено напротив Желтого Дельфина, на противоположной стороне улицы. Несколькими громкими криками Лон постарался привлечь внимание как можно большего числа людей и собрать на себе как можно больше объективов собравшихся СМИ. Затем, немедля, он произнес речь, которая, по его мнению, обязательно должна была быть услышана: – Я обращаюсь ко всему населению Земли! Я – всемогущий бог смерти, имя мне – Эльзелон, и я пришел на эту планету, чтобы подарить ей мир и избавить от зла. С этой минуты я буду стоять на страже добра и справедливости, а те, кто попытаются причинить боль или вред другим, познают мой божественный гнев! Едва последние слова сорвались с губ Эльзелона, его образ незамедлительно растворился в воздухе, оставив очевидцев наедине друг с другом, в полном замешательстве от услышанных слов.

***

Несколько часов спустя Лон сидел на крыше одного из невысоких домов в центральном районе Лайф Сити и щелкал колесиком добытой в начале дня зажигалки. Его взор был направлен на большой телевизионный экран, который располагался на крыше здания напротив и обычно транслировал рекламу на большую аудиторию в лице бродящих по улицам жителей. В этот раз экран приковал к себе как никогда много взглядов. На нем показывали эксклюзивные кадры представления Эльзелона. Корреспонденты с места событий ярко описывали спасение захваченной школы, которое по достоинству записали на счет самопровозглашенного бога, а ведущие новостей брали интервью у экспертов и причастных лиц. – И зачем я это сделал? Лон хмыкнул. Он с интересом наблюдал за тем, какие мнения жители города высказывали на его счет. В тот момент парень ощущал себя кем-то вроде главной звезды вечера. Когда на телевизионном экране появилось лицо первой героини Лайф Сити, Эльзелон от волнения закусил большой палец. Впрочем, его переживания на первый взгляд оказались напрасны: Эмили выказала свое доверие словам Лона, поприветствовала его в городе и предложила встретиться для более близкого знакомства. – На публику она само очарование, но, конечно же, до неё довели сведения об убитом ребенке… Парень невнятно бубнил себе под нос в попытке проанализировать услышанное. Несколько секунд спустя он скривил лицо, поднял глаза к небу и устало протянул: – Боги-и, ну почему-у вы создали меня таки-им!