Лучший друг

Мушка предпочитал находиться в одном месте дома и никуда не выходить из комнаты. От компании Джонса все равно не отвертеться, зато пропадала всякая необходимость пересекаться с остальными соседями: с Зефиром и слишком уж жизнерадостным его соседом. Тот, как и Джонс, всегда был готов поболтать, и это было даже хуже, чем их натянутые отношения с Нейком. Нейк хотя бы молчал, пусть и косился на стрелка подозрительно и настороженно. Помимо нежелания ни с кем общаться, не было у Мушки и жилых комнат в доме, которые бы представляли для него интерес. Это была чужая территория, исследование которой могло бы быть полезным, но стрелок твердо рассчитывал вскоре покинуть это место и никогда больше в него не возвращаться. Не видеть все эти помещения, не жить в них и вообще забыть об их существовании как таковых. А потому не спешил забивать себе голову заведомо бесполезной ерундой. Однако иногда выходить все же приходилось. В ванную комнату или, как сейчас, на кухню. В этот раз его целью был стакан воды, и Мушка решил, что выждал достаточно времени, чтобы дойти туда и обратно без лишних глаз в столь поздний час. Но, выйдя в итоге в коридор, он на полпути столкнулся с Тоддом, который только что вышел из кухни со сладким батончиком в руках. Тодд испытующе взглянул на Мушку, но все же немного отошел в сторону, чтобы тот мог пройти. Однако Мушка развернулся на сто восемьдесят градусов и вернулся обратно в комнату. Он подождет еще и сможет налить воды позже без принятия всяких одолжений со стороны Зефира.