Книга 1. Город свободы

“Это голос Эмбер?” — Паймон начала искать глазами скаута. — Назовитесь! — продолжил девичий голос. — Это путешественница, — Паймон вылетела вперёд и указала на свою спутницу, а потом на себя, — а я Паймон, её компаньон. Мы идём в Мондштадт. — В Мондштадт? Зачем? — Нам нужно поговорить с Архонтом, — Люмин встала рядом с Паймон, ища глазами говорящую девушку. — Погоди… — из кроны дерева, в небольшом отдалении, показалась голова в красном капюшоне, явно всматривающаяся в путешественницу. — Интейват?! Ты из Каэнри'ах?! Из Ордена Бездны?! Люмин не успела произнести и звука, как увидела две летящих в них горящих стрелы. Она тут же отскочила в сторону, схватив Паймон за руку и дёрнув её себе за спину. Стрелы воткнулись в землю чуть поодаль от места, где только что стояла путешественница. — Неплохо! — послышалось с высоты. — А как ты уклонишься от этого? Ближайший к Люмин куст зашелестел и из него выбежала игрушка, похожая на человекоподобного плюшевого зайчика и направилась в сторону путешественницы. Почуяв неладное, она начала концентрировать недавно обретенную силу Анемо в левой руке и как только заметила начавшее раздуваться тело игрушки, высвободила мощь стихии ветра. Отброшенный вихрем зайчик сдетонировал в полете, отбросив ударной волной путешественницу и прятавшуюся за ней Паймон. Прокатившись по земле, Люмин врезалась в свою потерявшую сознание спутницу, которая ударилась о невысокие скалы, тянущиеся по обе стороны вдоль тропы. Путешественница тут же попыталась привести её в чувство: — Паймон! Паймон! Ты меня слышишь? Лучница в красном капюшоне, не теряя времени, выпустила ещё две огненных стрелы в путешественницу. Та успела их заметить и отбросила угрозу Анемо элементом, крикнув как можно громче: — Остановись! Я не имею ничего общего с каким-то там орденом! — Цветок в твоих волосах говорит обратное! — девушка на дереве вновь натянула тетиву лука. Тут кусты вокруг путешественницы и Паймон, которая до сих пор не подавала признаков жизни, зашевелились и в их сторону побежали несколько игрушек-зайчиков. Люмин не знала, что делать. Они с Паймон были под горящим прицелом лучницы, готовой в любой момент выпустить свои стрелы. Так же их быстро окружали игрушки, готовые взорваться в любую секунду. Времени на раздумья не было. Путешественница начала концентрировать силу Анемо в своём кулаке, который прижимала к груди. Когда зайчики подбежали достаточно близко, Люмин, повинуясь какому-то внутреннему порыву, подпрыгнула, сделав оборот вокруг своей оси, и резким движением выбросила руку в сторону девушки на дереве, из которой появилось увеличивающееся в размерах торнадо, затягивающее в себя детонирующие игрушки. За секунду до начавшихся раздаваться взрывов путешественница, схватив Паймон, успела спрятаться за ближайший камень. Торнадо же превратился в огненный вихрь, сжигающий всё на своём пути. Тем временем лучница, скрытая надвигающимся вихрем, спрыгнула с ветки дерева и запустила в небо град огненных стрел. Сразу же после этого она хотела ретироваться в безопасное место, но схватилась за сердце и начала кашлять кровью. Жар сжигающего всё вокруг торнадо начал касаться лица и рук девушки. Тяжело дыша и с трудом передвигая ноги после внезапного приступа, она была вынуждена спрятаться за дерево, с которого спрыгнула. В это время путешественницу и Паймон начал озарять быстро увеличивающийся круг огненного света. Посмотрев вверх, Люмин не растерялась и вытянула обе руки навстречу летящему граду стрел, начав концентрировать силу Анемо и высвободив её ровно в тот момент, когда огненный дождь должен был коснуться их. Разлетевшиеся в разные стороны стрелы усилили разгорающийся пожар, сквозь который путешественница услышала крик, который почти сразу же оборвался. Огненный торнадо достиг дерева, за которым пряталась лучница, и то вспыхнуло, как спичка. Спустя пару секунд вихрь взорвался, отбросив взрывной волной девушку, вместе с горящими обломками, прямо на находящийся неподалёку камень. Лес пылал. Повсюду расстилался густой черный дым. Люмин начала кашлять. Схватив до сих пор не пришедшую в сознание Паймон, путешественница уже хотела было бежать, но её взгляд зацепился за лучницу, которая лежала под горящими обломками дерева и не шевелилась. Люмин не могла оставить эту девушку умирать, даже не смотря на то, что та напала на них с Паймон. Это было какое-то недоразумение, которое они обязательно разъяснят, но сначала нужно выбраться из этого ада. Подбежав к лучнице, которую, местами, успели охватить языки пламени, путешественница быстро, но аккуратно, положила Паймон на землю рядом с собой, а затем смахнула с девушки в красном капюшоне горящие обломки и перевернула ту на спину, надеясь, что этого хватит, чтобы потушить огонь. Дым сгущался. В висках Люмин стучало, перед глазами все плыло, тяжелое дыхание прерывалось болезненным кашлем, а усталость все настойчивее и настойчивее предлагала сдаться. Но сдаться означало сгореть заживо. Здесь и сейчас. Люмин же была не готова умирать. Собравшись с последними силами, путешественница положила Паймон в объятия переставшей гореть лучницы. С трудом их подняв, Люмин бросилась прочь из этого леса. Тяжёлая ноша замедляла её, но не останавливала. Сквозь боль во всем теле, недостаток кислорода, слезящиеся от дыма глаза, кашляя и запинаясь, сквозь жар окружающего пламени она, наконец, смогла выбраться из леса. Отойдя настолько, насколько хватало сил, Люмин потеряла сознание, уронив лучницу и Паймон. Спустя некоторое время Паймон первой открыла глаза. Перед ней плыли зелёные, голубые и серые цвета, которые медленно обретали форму травы, водной глади, неба и городских стен. Собравшись с силами, она взлетела и тут же схватилась за голову: — Ооооох! Слегка покачиваясь в воздухе, будто на волнах, Паймон начала осматриваться и увидела лежащих неподалёку Люмин и Эмбер. — Путешественница! — Паймон бросилась к Люмин и начала её расталкивать. Реакции не последовало и она подлетела к лучнице: — Эмбер! “Ой! Эмбер же ещё не представлялась! Надеюсь, никто из них этого не слышал!” — Паймон сразу же прикрыла рот руками, смотря на лежащих девушек. К её небольшой радости ни она, ни путешественница никак не отреагировали и Паймон, еле заметно выдохнув, осторожно начала трясти лучницу за плечо. Вскоре послышался сдавленный стон. Эмбер, скуля и с большим трудом, села на траву. Перед собой она увидела явно озабоченную её состоянием Паймон, сбоку — путешественницу в бессознательном состоянии, а сзади — пылающий Шепчущий лес. Припоминая предыдущие события и сопоставив их со своим пробуждением, Эмбер посмотрела на Паймон: — Она меня спасла? Почему? — Потому, что ты могла погибнуть! Потому, что мы не собирались на тебя нападать! И потому, что мы не состоим в Ордене Бездны! — Но как же её цветок? — Цветок и цветок! Это была не причина нападать на нас! Когда путешественница придёт в себя, мы все тебе объясним. Но и ты расскажешь нам, что здесь происходит, хорошо? — неожиданно живот Паймон заурчал. — Хорошо, — улыбнулась Эмбер и посмотрела на темнеющее небо. — В таком случае, думаю, нам стоит развести костер. Поищешь сухих веток? — Да, да, конечно! — Паймон начала летать туда-сюда, иногда опускаясь к земле и подбирая подходящие ветки, не забывая наблюдать за Люмин, которая не приходила в себя. В её голове проносились множество вопросов без ответа: “Эмбер решила, что Люмин состоит в Ордене Бездны, потому что в её волосах цветок из Каэнри’ах?”, “Почему Каэнри’ах всплыл в начале путешествия? Он связан с тем, что творится сейчас?”, “Эмбер была готова нас убить! Но она же не такая! Что её изменило?”, “Мы уничтожили Шепчущий лес… Такого никогда не было!”, “Почему этот раз абсолютно другой? Что изменилось?”... Тем временем Эмбер коснулась своего плеча, скривившись от боли, и попыталась рассмотреть свою спину. На доступном зрению участке была прожженная одежда, сквозь которую были видны красные язвы от ожогов. Посмотрев прямо перед собой и пытаясь не думать о своих травмах, девушка взяла свою флягу, которая висела у неё на поясе и сделала пару глотков. Вода закончилась. Собравшись с силами, лучница поднялась. Тело заныло, а в голове загудело. Постояв на месте некоторое время, Эмбер направилась к Сидровому озеру, которое было в нескольких десятках метров от них, чтобы набрать воды. Дойдя до него, Эмбер увидела своё отражение — из воды на неё смотрела грязная потрепанная и с подпаленными волосами девушка. Грустно улыбнувшись своему внешнему виду, она достала свою флягу и наполнила её свежей водой Сидрового озера. Недолго думая, девушка ополоснула свои руки и лицо и пошла обратно. Тем временем Паймон, погруженная в свои мысли, даже не заметила, как принесла целую кучу разнообразных веток и начала складывать из них костёр рядом с Люмин. — Очень неплохо, — улыбнулась подошедшая лучница, — а теперь не могла бы ты найти какие-нибудь камни, чтобы оградить его. На сегодня нам хватит и одного пожара… — Да… — встряхнула головой Паймон, на время отгоняя от себя тревожащие мысли, — а ты? — А я займусь нашим ужином. Паймон вновь начала летать туда-сюда, но на этот раз за камнями. Эмбер же приметила небольшого кабана, что копался в траве у скал рядом с догорающим лесом. Материализовав свой лук, она подошла чуточку ближе и натянула тетиву сквозь увеличивающуюся от напряжения боль. Спустя секунду кабан завизжал и побежал в сторону Мондштадта. Ещё один меткий выстрел попал в ногу бедному животному, которое покатилось кубарем и сменило направление своего побега как раз в сторону Эмбер. Следующая выпущенная стрела попала ровно между глаз животного и его тушка остановилась в паре шагов от охотницы. Вытащив стрелы и очистив их о траву, девушка, постанывая, потащила добычу в сторону костра. Паймон, заметив это, бросила камни, которые успела собрать и, урча животом, тут же полетела на помощь: — Это наш ужин? Целый вкусный сочный, ммм, — слюни потекли изо рта голодной Паймон, — кабан? — О да! Дотащив тушу до костровища, Паймон собрала брошенные камни и начала его огораживать. Эмбер же достала охотничий нож и вонзила его в кабана, начав свежевать и разделывать его. Вскоре это заметила закончившая свою работу Паймон: — Ааааа! Что ты делаешь?! — она закрыла глаза руками и отвернулась. — А ты думала, что он магическим образом превратится в аккуратные стейки? — удивлённо спросила девушка, не отвлекаясь от дела. Тем временем Люмин медленно открыла глаза. Точки многочисленных звезд плясали на небесном черном полотне, пока девушка обретала ясность сознания. Это не ускользнуло от внимания Паймон, которая все это время краем глаза посматривала на свою спутницу. — Путешественница! — Паймон в мгновение ока оказалась на шее Люмин. — Ты очнулась! — Да, — начала осматриваться путешественница, замечая покрытую ожогами спину лучницы, которая занималась подготовкой мяса, — что происходит? — Ну… — начала та, внимательно посмотрев в глаза путешественницы, — я хочу извинится перед вами за это… огромное огненное недоразумение, да… этим скромным ужином. Потому что сейчас я точно уверена, что вы не состоите в Ордене Бездны. Лучница вытянула окровавленную руку в сторону костра и щелкнула пальцами. Из них тут же вылетел сноп искр, которые с жадностью стали пожирать сухие ветки. Девушка же закашляла, выплюнув кровавый сгусток перед собой. — Тебе плохо? — забеспокоилась Паймон. — Давайте обо всём по порядку, хорошо? — лучница взяла подготовленные заранее ветки с нанизанными на них кусками наисвежайшего мяса и расставила их по бокам костра, опирая друг на друга. — Позвольте представиться, — доброжелательно улыбнулась девушка, — меня зовут Эмбер. Я скаут Ордо Фавониус, — она заложила левую руку за спину, а правую приложила к левой части груди на уровне плеча, немного скривившись от пробежавшей по спине боли. — Кто вы и какова цель вашего визита? — Это путешественница, Паймон вновь указала на Люмин. — Она ищет своего пропавшего брата. А меня зовут Паймон, я её подруга и самый верный и самый лучший компаньон! Мы держим путь в Мондштадт, чтобы разузнать у местных жителей, не встречали ли они брата путешественницы, а заодно просить помощи у Архонта. — Боюсь, это Архонту нужна чья-либо помощь, — Эмбер с грустью посмотрела на стены города. — Что случилось? — Несколько месяцев назад, прямо в центре Мондштадта, открылся портал, из которого появились хиличурлы под командованием магов Бездны. Рыцари Ордо Фавониус, под предводительством Джинн, нынешнего магистра, сразу же бросились на защиту города. Я же и ещё несколько моих товарищей начали эвакуацию жителей. По началу казалось, что мы одерживаем победу, но из портала все продолжали и продолжали прибывать монстры. В это время я и некоторые рыцари Ордо Фавониус были за пределами города и сопровождали группу эвакуированных жителей в Спрингвейл, поэтому то, что случилось дальше, я знаю лишь по слухам. Говорят, что как только рыцарей Ордо Фавониус начали теснить, с небес снизошел сам Барбатос — Анемо Архонт нашего региона и переломил ход битвы. “А Бродяжка то не безнадежен,” — с улыбкой подумала Паймон. Но, — продолжала Эмбер, — всё резко изменилось. Внезапно, будто из ниоткуда, появился Ужас Бури и встал на сторону нападающих. Спустя несколько часов остатки Ордо Фавониус пришли в Спрингвейл и сказали, что некоторые члены ордена предали нас, Джинн взяли в плен, а Архонта схватили. Спасшиеся же рыцари Ордо Фавониус закрепились на винокурне “Рассвет” и в настоящее время продумывают план по спасению Мондштадта. Воцарилось гнетущее молчание. Люмин задумалась. Ей совершенно не хотелось встревать в местные конфликты, но разговор с Архонтом мог многократно сократить её время на поиски Итэра. А это значило только одно — нужно спасти местного Бога. И тогда, в благодарность, он не откажет в помощи. Однако она понимала, что это будет довольно сложно, если вообще выполнимо. Но попытаться стоило. Паймон же просто смотрела на огонь немигающим взглядом и пыталась переварить полученную информацию, которая шла вразрез ранее полученному опыту, воспоминаниям и вообще всему. — А касаемо моего состояния, — продолжила Эмбер, показывая свой Глаз Бога, — смотрите. Перед путешественницей и Паймон появился красный камень с символом Пиро. Внутри камня, на самом дне, будто нечто живое, двигалась какая-то чёрная густая субстанция. — Это Пиро Глаз Бога, — начала объяснять Эмбер, — признание Богов. Он даёт мне силы управлять огнем. После нападения монстров на город все Глаза Бога, находившиеся на территории Мондштадта, начали накапливать эту черную… Мы даже не знаем, что это. Мы зовем это Проклятием Бездны. — Проклятием… Бездны? — повторила озадаченная Паймон. — Да. Каждый раз, при использовании сил Глаза Бога, чернота накапливается, а наше состояние ухудшается. Чем мощнее используемая сила элементов, тем больше урона нам наносит проклятие. Поэтому мы стараемся использовать их в крайнем случае, но, — неловко улыбнулась Эмбер, — это не всегда получается. Это как привычка… — А что будет, если чернота полностью заполнит Глаз Бога, — поинтересовалась Люмин. — Незнаю. Пока никто не знает. И никто не хочет знать, — страх прозвучал в голосе Эмбер, но быстро сменился любопытством. — Кстати, путешественница, покажи свой Глаз Бога. — У меня его нет. — Но… Я видела, как ты используешь Анемо! Без Глаза Бога это невозможно! — Наверно, это потому, что она из другого мира? — вступила в разговор Паймон. — Из другого мира? — Да. До того, как неизвестная Богиня разлучила меня с братом и я проснулась в этом мире с этим цветком в волосах, мы с ним путешествовали по разным мирам. Эмбер задумалась. Неужели путешественница и её спутница обманули её и они, все таки, состоят в Ордене Бездны? Однако они спасли её… Но зачем? Чтобы втереться в доверие? Но это совсем не похоже на орден. А если путешественница сказала правду? Человек, способный использовать силу элементов без Глаза Бога очень пригодится им для спасения Мондштадта! А это значит, что нужно завоевать её доверие и завербовать путешественницу в ряды Ордо Фавониус! Но распространится ли проклятие на неё? Трудно сказать. Одно можно сказать точно — нужно отвести их в штаб! — Хорошо, я доверюсь вам, — улыбнулась Эмбер. — Тогда предлагаю план. Сейчас мы поедим, поспим, а завтра с утра, полные сил, отправимся в штаб. Хорошо? Путешественница и Паймон кивнули, лучница же сняла ароматное мясо с огня и протянула его своим новым знакомым: — Приятного аппетита! — Приятного аппетита! — одновременно сказали Паймон и Люмин. После сытного ужина, перед тем, как лечь спать, Эмбер материализовала перед собой несколько игрушек-зайчиков. — Это? — Люмин моментально напряглась и в её руке появился меч. — О, не волнуйтесь! Это мои взрывающиеся друзья — Бароны Зайчики. Они полностью под моим контролем. Я могу управлять ими с помощью силы Пиро. — А как-же проклятие? — прячась за путешественницу спросила Паймон. — Не беспокойтесь! Их можно активировать и по другому, — Эмбер, постанывая, поднялась и начала рассаживать своих зайчиков по периметру, протягивая между ними леску, но на достаточном расстоянии, чтобы их троих не задело взрывом. — Вот и все. Теперь, если кто-то решится подойти к нам, то ему не поздоровиться! Убедившись, что опасность извне им не грозит, все легли спать. Эмбер доверяла своим новым знакомым не до конца, поэтому легла так, чтобы видеть путешественницу и её спутницу, дабы в случае их внезапного нападения она смогла вовремя среагировать. Люмин легла лицом к лучнице по той же причине. Однако обе девушки были вымотаны настолько, что почти сразу же провалились в сон. Лишь Паймон, лёжа за путешественницей, не могла уснуть. Она смотрела на луну и не могла поверить в происходящее. В её голове роилось множество вопросов, но все ответы сводились к одному — всё должно быть не так, совсем не так…