Summer in London

Тишина. Только глухой тиканье часов и отдаленный шум города напоминали, что мир не замер вместе с ней. Лия лежала на диване в квартире Анны, завернувшись в легкий плед, и смотрела в потолок, где мягкий свет лампы рисовал золотые тени. За окном ночной Лондон дышал тяжелыми, неторопливыми вдохами - словно большое живое существо. Прошла уже неделя с тех пор, как она ступила на перрон King's Cross, с чемоданом в одной руке и трепетной надеждой в сердце. Всего десять дней осталось до конца этого приключения, и с каждым новым утром этот факт давил все тяжелее. В памяти всплывали события благотворительного вечера в поместье Малфоя: блестящие люстры, шепот разговоров, холодная вежливость взглядов. Но больше всего врезалась в память одна встреча - темный силуэт, вуалированный харизмой и опасностью. Том Реддл. Лия скривила губы в едва заметной улыбке - больше нервной, чем веселой. Вечер оставил странный осадок, словно она коснулась чего-то запретного, чего-то, что лучше было бы обойти стороной. Ее мысли перескочили на Катрину. Кэт так непринужденно попросила ее сделать несколько фотографий - с той искренностью в глазах, которой трудно было отказать. Надо будет завтра напомнить ей об этом... И заодно спросить. Что именно она имела в виду, когда сказала ей держаться подальше от Долохова. От Реддла. Легко брошенная фраза, почти шепот. Но в ней было что-то такое, что заставило Лию насторожиться. Почему? Что Кэт знала о нем? Почему в ее голосе тогда прозвучал не страх, но тревога - искренняя, глубокая? Лия повернулась на другой бок, втягивая в себя аромат свежего белья и едва слышный запах кофе, который до сих пор висел в воздухе. - Завтра, - прошептала она в темноту. И наконец веки слиплись, погружая ее в легкий, беспокойный сон. *** На следующее утро Лондон встретил ее тонким дождем, который, казалось, обнимал город легкими серебряными нитями. После короткого завтрака Лия быстро перебежала через двор и постучала в знакомую дверь квартиры №3. Открыла Катрина - растрепанная, в широком свитере, спадавшем на одно плечо, и с костью для рисования в руке. - О, Лия! Заходи, я как раз думала о тебе, - тепло улыбнулась она, приглашая ее внутрь. Квартира, залитая мягким дождевым светом, выглядела еще уютнее, чем в прошлый раз. На столике в углу стояли несколько недописанных картин - цвета были теплые и тревожные одновременно. - Ты еще хочешь, чтобы я тебя сфотографировала? - спросила Лия, осторожно снимая куртку и оглядываясь вокруг. - Очень хочу! - глаза Кэт заискрились, - Я даже нашла несколько образов. Только подожди...Она быстро побежала в другую комнату, и Лия осталась наедине со своими мыслями. "Сейчас," - подбодрила она себя. - "Надо сейчас спросить". Когда Катрина вернулась, держа в руках изысканное винтажное платье, Лия собрала всю свою решимость в кулак. - Кэт, - начала она, глотая комок в горле, - слушай... В прошлый раз ты сказала мне держаться подальше от Тома. Почему? Катрина на мгновение замерла, ее улыбка поблекла, а во взгляде мелькнуло что-то неуловимое - страх или скорбь. Она опустила платье на диван и села напротив Лии. - Потому что он не тот, кем кажется, - тихо сказала она, - Он опасен. И дело даже не в его характере... Он принадлежит к другому миру. К такому... где людям, как ты, просто нет места. Лия молчала, чувствуя, как по спине бежит холодок. - Но что ты имеешь в виду? - прошептала она. Кэт отвела взгляд, закусывая губу. - Просто доверься мне, Лия. Не смотри на его улыбку, не слушай красивые слова. Рядом с ним - опасность. Ты заслуживаешь чего-то большего, чем быть игрушкой в его руках. Несколько долгих секунд они молчали. За окном дождь барабанил сильнее, будто подчеркивая тяжесть сказанного. Лия наконец кивнула. Она еще не знала, полностью ли верит Катрини. Но интуиция, которая тихонько дергала ее за рукав еще тогда, на вечере, теперь кричала в полный голос. *** Несколько минут спустя напряжение между ними будто растворилось в теплом свете, который пробивался сквозь дождевую мглу. Катрина надела свое винтажное платье цвета старого шампанского, ее рыжие волосы рассыпались по плечам, а веснушки на бледной коже стали еще ярче. - Может, начнем здесь? - предложила Лия, вынимая камеру из своей сумки. Объектив приятно холодил ладонь, напоминая ей, что, несмотря ни на что, искусство - это ее мир. Катрина стала у большого окна. За ее спиной растворялись мягкие очертания старого города, размытые дождем. Она держала книгу в руках, а волосы время от времени подхватывались легким ветерком, просачивающимся сквозь полуоткрытую форточку. - Отлично, Кэт, не двигайся, - прошептала Лия. Она нажимала кнопку камеры снова и снова, ловя нежные моменты - как Кэт улыбается вслух мыслям, как невольно закусывает губу, как на мгновение задумчиво вглядывается в серо-голубое небо. Фотографировать ее было легко. Кэт излучала такую подлинность, такую искреннюю красоту, что каждый кадр казался маленьким произведением искусства. - А теперь садись на подоконник. Да, именно так, - подсказывала Лия, увлеченная моментом. Девушка послушно выполняла каждый жест, ее движения были плавными, почти танцевальными. - Какая ты красивая, - вырвалось у Лии, когда она поймала кадр, где Катрина задумчиво прислонила щеку к коленям. Кэт улыбнулась тихо и немного грустно. - Спасибо, Лия. Это очень много для меня значит. Когда фотосессия закончилась, они вдвоем расположились на полу возле кофейного столика, просматривая первые снимки на дисплее. - Ты настоящий волшебник, - сказала Кэт, слегка прикоснувшись к руке Лии, - Обещай мне, что не позволишь этому городу тебя изменить. Лия лишь улыбнулась, ей показалось, что в этих словах скрывалось больше, чем просто пожелание. За окном все еще шел дождь. Но внутри было тепло.