Красивый парень

– Кто тебе нравится, тот парень или я? – А? Выражение лица Хиры в этот момент Киёи никогда не сможет забыть. С тупым выражением лица Хира рассеянно произнес "а?", что означало: "О чем ты говоришь?". Чувство стыда и злости вспыхнуло в Киёи, как пламя, и он со всей силы ударил Хиру ногой. Киёи очень злился на себя за то, что так долго ждал ответа от этого человека. И раньше, и сейчас Киёи не мог понять, о чем думает этот парень. На втором курсе средней школы, в первый день смены класса, Киёи впервые встретился с Хирой. Увидев, как Хира заикается "Хи-хи-хи-хи-хи" с побагровевшим лицом, Киёи хватило секунды, чтобы понять, что он просто никчемный тип. Как раб он был весьма полезен. Он всегда послушно выполнял поручения и даже выглядел счастливым. Однако то, как его глаза, скрытые челкой, постоянно смотрели на Киёи, было крайне отталкивающим. И в то же время это было очень приятно. С самого начала он был единственным, на ком Хира остановил свой взгляд. Жуткая интенсивность этого просто приятна. После развода родителей Киёи рос как ребенок, который не мог найти себе места. Когда мать уходила из дома на работу, ему было скучно возвращаться в дом, где никого не было, поэтому он всегда допоздна играл со своими друзьями. Но когда наступало время ужина, все возвращались обратно. И чем веселее он был еще минуту назад, тем более одиноким он чувствовал себя, возвращаясь домой. Достав ключ из маленького кармана рандосеру, Киёи, не говоря ни слова, вошел в пустой дом. Семья из трех человек также проживала в двухкомнатной квартире; через стену доносились голоса ребенка и сердитой матери. Чтобы скрыть шум, Киёи включал телевизор. Раньше на кухонном столе стояла тарелка с едой, накрытая полиэтиленовой пленкой, и каждый раз он разогревал ее в микроволновке и ел, пока глядя в телевизор. Когда он принимал душ, то увеличивал громкость телевизора. Это было связано с тем, что, когда он мыл волосы, ему становилось страшно, если было тихо. Киёи любил телевизор. В маленькой коробке было так много людей, и все смеялись. Казалось, им было весело, и он подумал, что было бы неплохо присоединиться к ним. Время отдыха матери зависело от ее рабочего графика, но когда она работала в ночную смену, первое, что она делала, приходя домой, – выключала телевизор. Резкий звук заставил Киёи очнуться от сна, протирая заспанные глаза, он поприветствовал ее, сказав: "Добро пожаловать домой" и шел на кухню. Она негромко отвечала, что вернулась домой. «Мама, ты хочешь есть?» «Все в порядке, пусть мама сама все приготовит». «Нет, я подам тебе ужин». После ночной смены матери, Киёи должен был подавать ей ужин. Хотя ему хотелось спать, он хотел провести больше времени с матерью. Когда Киёи стал третьеклассником в начальной школе, его мать снова вышла замуж. Новый отец был очень добрым. Они переехали из квартиры в большой отдельный дом, и мать каждый день оставалась дома. Каждый раз, когда он возвращался и сообщал о своем приходе домой, он тут же слышал, как мать приветствует его словами "Добро пожаловать домой". Киёи больше не играл допоздна с друзьями и проводил меньше времени за просмотром телевизора. Вместо этого ему было гораздо приятнее обсуждать с мамой и папой события дня за ужином. Однако прошло совсем немного времени, и у его матери и нового отца появился младший брат, о котором мать всегда заботилась. Несмотря на то что отец был добрым человеком, в его отношении к Киёи и к собственному ребенку все же была заметна разница. В следующем году родилась его сестра, и с появлением нового члена семьи Киёи стало еще более одиноко, чем прежде. «Обрати и на меня внимание тоже». Он хотел сказать это, но не смог. На диване в просторной гостиной, сидя рядом с родителями, которые играли с его младшими братьями и сестрами, Киёи снова начал смотреть телевизор с хмурым выражением лица. Младенцы вовсе не были милыми. Они были шумными, грязными и мешали его матери. Киёи подумал, что было бы неплохо, если бы они исчезли. Примерно в это время Киёи смотрел прямую трансляцию концерта идола. Кумир выступал по телевизору, пел и танцевал, а фанаты были настолько очарованы, что протягивали руки в экстазе, словно предлагая своему кумиру все, что у них есть. Их лица стали ярко-красными, они отчаянно тянули руки, несмотря на то, что не могли дотянуться до кумира, а некоторые фанатки даже плакали. Оказалось, что взрослые тоже могут... плакать. Их фанатизм был настолько всепоглощающим, что заставлял людей несколько сжиматься. Киёи немного испугался и в то же время подумал, как было бы здорово, если бы кто-то так же тосковал по нему. Простого взгляда или жеста руки было достаточно, чтобы человек выглядел довольным или грустным. Независимо от причины, казалось, что это прекрасное чувство. С этой мыслью Киёи бросил косой взгляд на родителей, которые были заняты заботой о своих похожих на жуков малышах, и написал в классной антологии того года: "Когда я вырасту, я хочу стать идолом". Хира был типичным парнем, который демонстрировал характеристики фаната, причем серьезного. Будь то когда Киёи небрежно доминировал в классе, или когда к нему придирались из-за мелкой зависти, только Хира оставался неизменным. Когда этот кроткий человек избил Широту, Киёи испугался, так как считал, что так ведут себя религиозные фанатики, но, с другой стороны, то, что он разозлился ради себя самого, не могло не напомнить Киёи выражения лиц фанатов, которых он часто видел отчаянно тянущимися к своим кумирам. То, что он искал с детства, было представлено ему Хирой в совершенной форме. Из-за этого случая впечатление о Хире у Киёи изменилось. В музыкальном зале, где они оставались вдвоем, и в пустом классе после уроков Хира фотографировал его своей зеркальной камерой. Он называл Киёи королем и говорил абсурдные вещи, будто он был последним солдатом, который защищал его. Киёи даже не мог понять, что творится в голове парня, но то, как он смотрел на него, словно поклоняясь богу, доставляло ему удовольствие. После перехода на третий курс каждый раз, проходя мимо Хиры, который был отнесен к другому классу, в коридоре, и чувствуя на себе его взгляд, Киёи испытывал приятные ощущения. Этот парень жаждал его и только его. Смотри больше. Смотри только на меня. Неосознанно прямой и напряженный взгляд Хиры проникал в самую глубину сердца Киёи. «Даже после окончания школы я не буду возражать, если мы будем поддерживать связь». В день церемонии вручения дипломов он думал сказать об этом Хире, но, оказавшись перед Хирой, Киёи не смог этого сказать. Киёи не умел говорить такие вещи, а тут еще и Хира. Киёи спрашивал себя, почему именно он должен был сказать что-то подобное. Это Хира должен был попросить его об этом. – Ты не хочешь мне ничего рассказать? Киёи уже дал ему такую возможность, но он все еще отказывался что-либо говорить. Киёи раздражал этот нерешительный парень, и под влиянием этого импульса он даже поцеловал его. Даже сам Киёи был поражен в этот момент. Это был первый поцелуй Киёи, и одного факта, что он поцеловал Хиру, было достаточно, чтобы заставить его сойти с ума. Он не был женщиной, так что он не был слишком обеспокоен этим, но даже так, мысль о том, что в будущем он может вспомнить, что с Хирой был его первый поцелуй, приводил Киёи в отчаяние. Это было то, что принадлежало только ему..... Даже если бы он пожалел об этом сейчас, он никогда не смог бы вернуть это. Но только в этом случае Хире все станет ясно. И даже если этого не произойдет, он знал, что Хира ни за что не перестанет преследовать его даже после окончания школы. Киёи твердо верил, что, подобно преследователю, он будет преследовать его неотступно. Именно поэтому он ждал, что Хира свяжется с ним как само собой разумеющееся. Однако новостей не было. Несмотря на то, что оба они находились в Токио, месяц прошел как один, и Киёи, не в силах больше ждать, решил отправить письмо Хире, но оно вернулось, так как адрес оказался недействительным. Может быть, он сменил адрес? Разозлившись, Киёи решил позвонить, но оказалось, что набранный номер не обслуживается. Киёи был слишком потрясен и не мог не чувствовать себя немного ошеломленным. Он был уверен, что даже если собеседник не выйдет на связь, он сможет сразу же связаться с ним, если позвонит. Как только он узнал, что все каналы связи прерваны, в нем поднялось неистовое беспокойство. Постепенно оно переросло в гнев. Очевидно, именно Хира смотрел на него как на нечто уникальное. Именно поэтому Киёи был готов встретиться с таким скучным парнем. Если бы он расспросил своих одноклассников, то, возможно, смог бы получить контактную информацию Хиры. Однако гордость Киёи не позволяла ему зайти так далеко. Хира всегда был обязан преследовать его, а Киёи – принимать его преследования. Поэтому он был просто несколько шокирован, не то чтобы ему особенно хотелось его увидеть. Несмотря на то, что Киёи так думал, он не мог успокоить свой гнев на Хиру. Несмотря на желание забыть о нем, Киёи, проходя по улицам, начинал сканировать мужчин, похожих на Хиру, и в глубине души думал, что если он где-нибудь столкнется с Хирой, тот точно не обратит на него внимания – нет, он точно будет его жестоко ругать. Если не считать проблем, связанных с Хирой, жизнь Киёи шла своим чередом. Во время учебы в университете Киёи устроился в агентство развлечений и начал работать там, занимаясь на 80 % модельным бизнесом и на 20 % телевидением. Хотя он больше не стремился стать идолом, в его сердце всегда жило желание быть замеченным и преследуемым другими, так что в этом смысле эта работа была для него идеальной. Он чувствовал на себе взгляды людей, даже когда шел по улице, но сцена спектакля оставалась местом, где наблюдение было наиболее непосредственным. Сотни пар глаз смотрели на него в унисон. Это было захватывающее ощущение. Однако в глубине души он чувствовал себя неудовлетворенным. Это было связано с тем, что он уже был знаком с с глазами, которые были более теплыми, более искренними, более преданными и ласковыми. Он почувствовал раздражение на самого себя. Это Хира отказался от него. Он задумался, хочет ли он снова встретить такого парня. Поскольку он просто не знал, что ему делать, он не был уверен, хочет ли он увидеть его снова или нет.. Позже, неожиданным образом, он узнал о недавней ситуации с Хирой. Когда Киёи присутствовал на вечеринке театральной труппы своего знакомого, он подслушал разговор между писателем по имени Сато и человеком по имени Кояма, который отвечал за кулисы. – Эх, у твоего младшего брата наконец-то появился парень. Разве это не здорово? – Не говори так легкомысленно о парнях. Это мужчина. Мужчина. Они оба мужчины. – В нашей индустрии это не такая уж редкость, не так ли? – Это правда, но... мне все равно немного не по себе, когда я думаю, что это мой собственный младший брат. Кояма вздохнул, и Киёи внутренне согласился с ним. Если это чужое дело, можно спокойно выслушать его, но большинство людей, узнав, что их родственники гомосексуалисты, будут потрясены. Поскольку люди в разных кругах придерживаются разных взглядов, Киёи никогда не скрывал своих сексуальных предпочтений на работе, но уделял большое внимание тому, чтобы не раскрывать их в университете или дома. Еще в младших классах школы Киёи начал смутно осознавать себя. Когда он смотрел телевизор, его больше привлекали знаменитости и актеры-мужчины, чем женщины. Благодаря хорошей внешности Киёи пользовался огромной популярностью у девушек, что заставляло его еще больше задумываться о своей ориентации. «А как же Хира?» – спросил он. Он утверждал, что только Киёи был особенным и что, кроме него, Хира не интересовался никакими другими мужчинами или женщинами. Будучи в то время учеником старшей школы, Киёи впервые столкнулся с парнем, который был либо таким же, либо очень похож на него, а также впервые встретил парня, который рассматривал его как объект любви. Когда он узнал, что Хира использовал его фотографию для мастурбации, он был потрясен... «Этот парень хочет сделать это со мной?» Даже простое представление об этом вызывало в нем то возбуждение, которое должен испытывать подросток. В тот раз, вероятно, из любопытства. Как будто для проверки, когда Киёи протянул руку Хире, тот, как зачарованный, опустился на колени и поцеловал руку. От этого зрелища Киёи стало "хорошо". Один смотрел вниз, а другой наблюдал. Несмотря на то, что они находились в разных положениях, Киёи считал, что в этот момент их обоих охватило схожее чувство. Поэтому Киёи был совершенно спокоен. Он считал, что Хира одержим им и всегда ходит за ним по пятам, как верный пес. Киёи никогда не считал себя самовлюбленным. В конце концов, кому может быть неприятно, если его постоянно преследует человек, утверждающий, что он ему нравится? В результате все обернулось постыдным недоразумением с его стороны, и последствия этого продолжали влиять на Киёи. Он сам не понимал, что происходит, и последствия этого продолжали сказываться на Киёи. В личной жизни Киёи тоже наступил застой. Благодаря тому, что он работал в индустрии развлечений, к нему поткатывали не только женщины, но и многочисленные мужчины. Среди них было несколько известных актеров и моделей, но даже если Киёи встречался наедине с этими мужчинами, которых он находил весьма привлекательными, почему-то, когда уговоры достигали своего апогея, ему на ум приходили глаза Хиры. Он неосознанно сравнивал глаза стоящего перед ним мужчины с глазами Хиры. Затем он терял интерес, и все заканчивалось, даже без поцелуев. Почему, черт возьми, это происходит? Этот парень был слишком страшным. Если все пойдет так, как идет, он не сможет ни влюбиться, ни даже повторить свой первый поцелуй с Хирой, и в итоге так и вступит во взрослую жизнь. Почему он должен был пройти через это? Ужасно было думать, что во всем этом виноват Хира, но, не успокоившись, Киёи только еще больше разозлился. – Его парня зовут Хира. Он его однокурсник по университету, и у него дисфемия, как и у меня. Пока он пребывал в задумчивости, имя, внезапно прозвучавшее в его ушах, вернуло Киёи в сознание. Когда Киёи, не удержавшись, посмотрел в их сторону, Кояма и Сато прекратили разговор. – Ах, прости. Киёи-кун, эти темы, о которых мы говорим, тебя беспокоят? – Нет, все не так. Хира? Дисфемия? Это был тот Хира, которого он знал? – Я в такой же ситуации, так что я немного обеспокоен. – В такой же ситуации? – А... девушки меня не интересуют. Глаза обоих людей расширились. – А, так вот оно как. Прости, это слишком бесчувственно с моей стороны. – Пожалуйста, не обращайте внимания. Я тоже еще не открылся своей семье, поэтому меня честно волнует, что другие семьи думают о таких вещах. Ваш младший брат – с кем он встречается? Киёи небрежно спросил, и двое мужчин подошли и сели поближе к нему. – Киёи-кун, сколько тебе лет? – Мне 19. – Такого же возраста, что и мой младший брат. Кояма посмотрел на Киёи так, словно нашел, кому довериться. – Другой парень тоже 19-летний, так что это правда, что люди в этом возрасте более одержимы любовью, верно? – Ну, я думаю, это зависит от ситуации. – Для них обоих, они, похоже, первые. Мой брат сказал, что он хороший парень, но я все равно волнуюсь. – Ты слишком заботливый. Этот мальчик тоже очень красив. Не волнуйся об этом слишком сильно. Красавчик? Значит, это не Хира. – У тебя есть его фотография? Когда Киёи заинтересовал его, Кояма тут же ответил: – Да-да, – и достал мобильный телефон. – Я все время приставал к брату с расспросами, измучил его своими просьбами, и наконец он прислал мне фотографию того парня. Ах, вот оно. Киёи сдержал биение сердца и посмотрел на экран телефона. Это ведь не может быть Хира? Такого совпадения быть не может, значит, Хира не может быть на фотографии..... Однако на фотографии действительно был Хира, и Киёи застыл на месте. Рядом с Хирой стоял мальчик, очень похожий на Кояму. – Это мой младший брат, а рядом с ним его парень. Киёи продолжал пристально смотреть на экран. Фотография была сделана в типичной изакае, и на ней Хира и младший брат Коямы стояли бок о бок в очень дружелюбной манере. Хира улыбался. Для Киёи это было просто невероятно. В старшей школе Хира как-то раз слабо улыбнулся Киёи, но в остальном он был мрачным человеком с отсутствующим выражением лица. А что было не так с этим простым парнем рядом с ним? Несмотря на то, что он был подходящей парой для отвратительно надоедливого Хиры, мысль о том, что Хира прервал общение с Киёи ради такого, как он, была для Киёи неприемлемой. Чем он уступал этому парню? – Должен признать, что для парня его возраста в нем что-то есть. После того как Кояма сказал это, Киёи посмотрел на него с недоверчивым лицом: – А? – Этот парень. Возможно, он не обладает модной внешностью, которая сейчас в тренде, но, тем не менее, он излучает уникальную ауру. Это то, что мы называем актерской харизмой. Обычно оно выглядит немного рассеянным, но если это лицо станет серьезным, оно кардинально изменится. Что он знал о Хире? Киёи поспешно подавил гнев, который рефлекторно вспыхнул в нем. – Ты не преувеличиваешь? – спросил Киёи, стараясь сохранять самообладание, чтобы недовольство не отразилось на его лице. – Неужели? – удивился Кояма и спросил ведущую актрису, сидевшую по диагонали от него: – Эй, что ты думаешь о парне слева? – он показал ей свой телефон. – А, у него хорошее лицо. Его одежда и прическа деревенские, но в его глазах есть какая-то притягательность. Как только такой человек войдет в роль, он сразу изменится. Что, этот собирается присоединиться к нашей труппе? – Который из них? Ах, точно. Он неплох. Хоть он и выглядит немного старомодно, именно это придает ему особую ауру. Выслушивая комментарии всех присутствующих, Киёи изо всех сил старался сдержать нарастающую ярость. Поскольку все сидящие здесь были связаны со сценическими постановками, их точка зрения отличалась от точки зрения обычных людей. Этот парень был просто извращенцем. – Ты беспокоишься о свом брате или хвастаешься парнем своего брата? Услышав шутку Сато, Кояма наконец пришел в себя. Слушая, как он болтает о своих сложных чувствах старшего брата, Киёи сказал то, чего сам от себя не ожидал. – Почему бы тебе не попробовать встретиться с ним? – A? – Разве в следующем месяце не будет спектакль для стажеров? Я думаю, было бы неплохо пригласить этого парня вместе с твоим братом. Вместо того, чтобы сидеть здесь и переживать, лучше встретиться с ним лично и прояснить ситуацию. Киёи казалось, что он разговаривает сам с собой. Он хотел снова увидеть Хиру. Он больше не хотел видеть Хиру. Эти два противоречивых чувства сводили Киёи с ума. Но сегодня маятник эмоций явно склонялся в сторону желания видеть. Он хотел увидеть Хиру. Он хотел его избить и жестоко помучить. Это отличалось от его прежних тонких чувств, которые имели оттенок сладости. На этот раз оно было явно злобным. В день представления Хира был совершенно потрясен, увидев его. Некрасивый мальчик, сидящий за одним столом с Хирой, должно быть, младший брат Коямы. На фотографии он выглядит простым мальчиком, но в реальности он производил совсем другое впечатление. Несмотря на то, что он был довольно прост, в нем чувствовалась миловидность маленького зверька, и он совершенно не походил на Киёи. После окончания спектакля Киёи тайком наблюдал за Хирой, болтая с персоналом, но Хира ни разу не взглянул на него. Казалось, что он очень смущен. Это естественно, – проворчал Киёи, ожидая, когда Хира подойдет и заговорит с ним. Однако Хира, похоже, не собирался приходить, и Киёи постепенно стал проявлять нетерпение. Неужели этот парень так и уйдет? Нет, этого не может быть. Для чего, по мнению Хиры, он специально позвал его сюда? Должен ли Киёи пойти и поговорить с ним?Ни в коем случае; это было бы поражением. Когда Киёи уже начал паниковать, кто-то наконец позвал его. Киёи подошел к нему почти в боевой манере, но Хира опустил голову и не поднял на него глаз. – Киёи-кун, этот парень – твой фанат. Услышав слова Сато, Киёи удивился. Хира говорил о нем? Он использовал такое нейтральное слово, как "фанат". Но это не вызвало у Киёи "приятных ощущений". Стоя рядом с Хирой, младший брат Коямы выглядел так, будто охранял Хиру, ведя себя как пара, что было очень неприятно Киёи. Как будто он знал все о Хире... – Эй, давно не виделись. Завязав с ним разговор, Хира наконец осторожно поднял голову. Когда их взгляды наконец встретились, Киёи был поражен, увидев внезапную теплоту в глазах Хиры. В глазах Хиры было то же страстное выражение, что и раньше, и они слегка покраснели, когда он смотрел на него. В голове Киёи царило смятение. Хира смотрел на него такими глазами, когда рядом с ним стоял его парень. Он не мог допустить, чтобы все так закончилось, поэтому Киёи пригласил Хиру на вечеринку, и Хира сразу же согласился. Младший брат Коямы, сидевший рядом с ним, удивленно посмотрел на Хиру, но глаза Хиры были твердо прикованы к Киёи, и в этот момент Киёи почувствовал, что победил. Многое могло бы случиться, но Хира по-прежнему любил его. Ему было жаль младшего брата Коямы, но у него не было другого выхода, кроме как позволить ему сдаться. Киёи размышлял о том, как ему следует мучить Хиру на вечеринке. Несмотря на то что он с ним поговорил, он не хотел сразу прощать Хиру, потому что тот заставил его так волноваться. Да и младший брат Коямы тоже может прийти, так что в этом случае они могли бы обменяться контактной информацией только сегодня вечером. Он даже может притвориться, что вышел в туалет. Пока Киёи пребывал в хорошем настроении, Хира подошел к нему и сообщил, что он не может присутствовать на вечеринке. Если он уйдет вот так, как они смогут снова общаться? Однако такие слова нельзя было произносить, поэтому Киёи смог лишь сделать холодное лицо, а затем его охватил прилив сожаления, граничащий с яростью. Позже, когда Кояма сообщил ему, что у его младшего брата сегодня день рождения, Киёи почувствовал ужасное чувство поражения. Для Хиры день рождения этого простого на вид парня было важнее новой встречи с Киёи. – Киёи-кун, если вы были одноклассниками, тебе следовало бы сказать об этом раньше. На вечеринке Кояма пожаловался ему. – Прости. Кояма-сан так волновался, что мне захотелось немного подразнить тебя. Не желая признавать, что было больно, с ухмылкой ответил Киёи. – Эй, каким Хира-кун был в старших классах? – Каким он был? – Он был умным? Заботливым? У него было много друзей? – Он не может быть умным, раз поступил в этот университет. Когда Сато вмешался в разговор, Кояма потрепал его по голове, сказав: – Не смей оскорблять моего младшего брата. – Тогда давай не будем говорить о том, что он умный. Обладает ли он такими качествами, как умение заботиться о других или иметь много друзей? – Не совсем. Киёи не лгал. Услышав чистую правду, Кояма напрягся. – У него был парень? – Кажется, у него была неразделенная любовь. «Это я, я», – мысленно добавил Киёи. – Это должен быть парень, верно? Если бы это была девушка, то мой брат был бы слишком жалок. Кояма наклонился вперед с обеспокоенным выражением лица. – Это был парень. Я слышал, что он его так любил, что даже преследовал. – ...Преследовал? – Он следовал за ним повсюду, всегда смотрел на него и говорил ему, какой он красивый. – Подожди, это слишком страшно, верно? Ах, забудем об этом, тогда что насчет его друзей? Какие у него были друзья? – Похоже, у него не было друзей. – Что? Что это значит?! У него не было друзей? Кояма плюхнулся на стол ничком, обхватив голову руками. – Значит, тот парень, Хира, был сталкером, у которого не было друзей, и он ходил за тем, кто ему нравился, и смотрел на него из тени? – Ну, все было не настолько плохо... Кояма, однако, его не слушал. Он лишь все больше и больше бредил, в страхе держась за голову и не зная, что делать. Киёи был поражен тем, что Кояма – человек, легко поддающийся воображению, поэтому отказался от попыток объяснить. В его словах не было ничего плохого, но главное, что Киёи не хотел больше говорить о Хире. Из-за этого отвратительно надоедливого парня он сейчас колебался между счастьем и горем, с ним определенно было что-то не так, и во всем виноват Хира. Всякий раз, когда он видел глаза этого парня, ему становилось не по себе. Как и следовало ожидать, этот парень действительно был отвратителен. «В любом случае, я больше не буду связываться с Хирой». Однако Хира снова пришел посмотреть на его выступление. Когда он хотел его увидеть, он убегал и даже менял номер телефона, но когда он не хотел его видеть, он появлялся. То, что младший брат Коямы в этот раз не присутствовал, побудило Киёи снова поговорить с Хирой. Когда Киёи беззаботно спросил его об этом, Хира ответил, что брат Коямы не является его парнем. Что, черт возьми, происходит? Несмотря на то что Киёи уже решил, что не хочет больше связываться с Хирой, он пригласил его на вечеринку, чтобы узнать правду. Хира был рад присоединиться к вечеринке, но, учитывая то, что произошло раньше, Киёи не решился ослабить бдительность. Чтобы выместить свой гнев, Киёи специально продемонстрировал Хире интимную близость с другим мужчиной, прежде чем наконец решился поговорить с ним. В кофейне они долго беседовали, но двусмысленное отношение Хиры лишь все больше и больше тревожило Киёи. Хира сам сказал, что младший брат Коямы не был его парнем. Однако при этом он с энтузиазмом защищал его, говоря, что это хороший и мягкий человек. Он также умолчал о смене номера мобильного телефона, не сказав, однако, ни слова. Однако когда Киёи сказал, что у него возникли проблемы с поиском места для репетиций, Хира вышел вперед и предложил предоставить ему такое место. Хира снова дал ему контактную информацию, сохраняя при этом тот же страстный взгляд, что и тогда, как будто хотел отдать ему все. Киёи уже не понимал, что происходит. Выйдя из магазина, Киёи решил, что должен хотя бы прояснить этот вопрос, и спросил Хиру, что они с младшим братом Коямы собираются делать после этого. Хотя это и было неловко, поскольку звучало так, будто он лезет в чужие личные дела, на самом деле он действительно лез. И что он хотел услышать, так это четкое отрицание со стороны Хиры. – Не знаю. Хира не стал отрицать этого. Он даже сказал: "Почему тебя это волнует?". «Ты что, не понимаешь...» – эти слова почти вырвались из горла Киёи. Если существовала вероятность того, что они могут встречаются, это означало, что Хира испытывает чувства к младшему брату Коямы. Если у него уже был этот парень, то зачем он пришел к нему? Почему он предложил ему место для репетиций? Киёи подумал, не сравнивает ли Хира его с младшим братом Коямы. – Кто тебе нравится, тот парень или я? На мгновение поддавшись ярости, Киёи охватило чувство стыда за то, что он произнес такие слова. Какой нелепый вопрос! Но сожалеть об этом было уже поздно. Единственным выходом из этого затруднительного положения было сказать Хире, что это, очевидно, чтобы Киёи успокоился. «Скажи. Скажи мне. Если скажешь, я поцелую тебя еще раз. Тогда мы начнем все сначала...» – А? Широко раскрыв рот, Хира показал глупое...лицо. Судя по выражению лица, он выглядел так, словно ему задали неожиданный вопрос. «О чем ты говоришь? Дело между мной и Коямой не имеет никакого отношения к Киёи, верно?» Киёи почувствовал себя так, будто ему это сказали, и его уши стали ярко-красными. Почувствовав себя полным дерьмом, он понял, что это он все неправильно истолковал, и только и смог, что пнуть Хиру по голени, а потом убежать. Направляясь к станции, Киёи продолжал отрицать нахлынувшие на него чувства, утверждая, что нет, это совершенно неправильно. Он стал таким странным только потому, что не мог смириться с бунтом парня, который когда-то был его рабом. Это было похоже на любовь, но совсем не любовь. В тот момент ему казалось, что нет ничего более унизительного, чем быть влюбленным в такого мерзавца и быть дважды обманутым этим неприятным парнем.