Жизнь за кулисами

Чхве Хён Су за всю свою долгую жизнь видел множество игр. Он начал вести игры с самого начала вместе с создателем, и наконец он проводит свою последнюю игру. Он с ответственностью всегда подходил к любому заданию, чем в конце своей работы заслужил место за пределами острова. Теперь он перевозит участников и работников на остров. Он вполне доволен своей работой и деньгами, которые он получил за это время. Правда, вот последний год работы стал удивительным даже для этого бывалого человека. Все началось со звонка ведущего, который получил право управлять играми после смерти создателя. Ведущий поручил ему следить за победителем последней игры. Задание с самого начала было странным. Этот человек разве не должен был тратить деньги на всё подряд и забыть о существовании игр? Но приказ есть приказ. Примерно за две недели до начала игр Хён Су начал следить за этим победителем. Он, конечно, не ожидал увидеть, что победитель собирается уничтожить игры или что он там задумал. Теперь понятно, зачем Хён Су следить за ним. Но ещё страннее были постоянные звонки босса с вопросами, как поживает этот игрок. Буквально каждый час. Что за нездоровый интерес? Хён Су за свои долгие 60 лет видел многое, но чтобы разумный человек захотел вернуться в игры после того, как чудом из них выбрался, — это было безумно. Видимо это позабавило босса, и он решил развлечься. До игр оставалась всего неделя. Хён Су уже пора перевозить персонал на остров, но приказа о приступанию к своим привычным обязанностям до сих пор не было. Только следить за победителем. Это уже начинало нервировать. Почему он должен подводить персонал из-за прихотей босса? Возможно, на эмоциональное состояние влияют звонки босса, и Хён Су уже не выдерживает.

***

В очередной раз Хён Су наблюдал за Ги Хуном из окна своей машины, как вдруг очередной звонок от босса. — Слушаю, босс, — Чве Хён Су говорил, не скрывая свой уставший голос, чтобы как-то намекнуть боссу, что устал заниматься одним и тем же уже как неделю. Этот Ги Хун буквально только и делает, что сидит в отеле и страдает. Ищет босса и страдает. Три года прошло, уймись, неудачник, и начни тратить деньги с умом. — Как дела у нашего дорогого победителя? — опять. Босс, вы хоть научитесь задавать разнообразные вопросы. — Как обычно, босс, сидит в отеле. Нанял сегодня в три раза больше людей, чем обычно. Я думаю, что будет искать вербовщика... — Вот что больше всего пугает, это извращённое дыхание босса в трубку во время таких докладов. Вот не должны люди так глубоко дышать. — Не факт, что у него что-то получится, вербовщик крайне скрытный. — Сегодня он найдет вербовщика, так что готовься ехать. Не своди с него взгляд и всё снимай. — Слушаюсь, босс. В смысле найдет вербовщика? Неужели ведущий хочет, чтобы игрок 456 снова сыграл? Какой-то бред. Почему бы не убить его прямо на месте? Зачем столько драмы?

***

Водитель всё-таки с него достойный. Мама бы им гордилась. Он с лёгкостью догнал Ки Хуна и следящего за ним полицейского. Честное слово, неужели победитель прошлых игр до сих пор не догадался, что за ним следят? Ему было даже немного жаль вербовщика: тот был любителем интересных людей и часто попадал в ситуации с похищением ради забавы. В этот раз скучнейшие и предсказуемые похитители не смогли повеселить вербовщика достойной игрой. Но тут произошло что-то из ряда вон выходящее: всего на секунду потеряв бдительность, Чве Хён Су потерял игрока 456, и тут он уже нашёл вербовщика сам. Чёрт, он ведь не хотел, чтобы победитель нашёл его. Какая-то часть Хён Су всегда хотела помогать нищим и дарить им лучшие жизни. И вот теперь, когда лучшая жизнь появилась у такого человека, он её бездарно тратит на мгновенную смерть. Он ведь просто должен был тратить деньги и ни о чём не вспоминать. Хён Су было жалко его деньги. Они, наверное, скучают там в полу-заброшенном отеле, лёжа на холодном столе... Ах, надо не забываться. Воровать — это низость. Лучше присмотреться, что там делает победитель с вербовщиком. Чёрт. Русская рулетка продолжается, и теперь в неё играют прекраснейший вербовщик и победитель. Этого и хотел босс? Чтобы победитель умер прямо здесь, во время очередной игры? Из раздумий его вывел звонок босса, очередной. — Слушаю, босс... Да, слежу... В отеле... Играет с вербовщиком в русскую рулетку, — если бы Хён Су вёл свой личный словарь матов, то он бы сейчас пополнился на множество новых слов. После того как он сказал про русскую рулетку, босс сорвался. Буквально сорвался и выехал в отель с приказом остановить игру. Ну и как простой водитель остановит её? И главное, зачем? Почему босс так печётся о победителе? Или это он о вербовщике? Хрен его знает. Из мыслей в очередной раз за день вырывают выстрелом. Хён Су в шоке смотрит на пристрелившего самого себя вербовщика. Что за нахер? Он не мог умереть. Что вообще происходит? Дальше всё как в тумане. Полицейский, что преследовал Ки Хуна, появляется и заключает какой-то там союз с победителем. Толпа людей готовится к облаве на остров, и тут приезжает босс. На огромном, будто свадебном, лимузине, в шикарном костюме и начищенных до блеска туфлях. Хён Су даже показалось, что он унюхал шлейф духов, что тянулся вслед за боссом, будто он на свадьбу приехал, ей-богу. Босс медленно подошёл к нему. Хён Су уловил тень беспокойства на его лице. — Насколько всё плохо? Ты остановил игру? С Ки Хуном всё в порядке? Ах, так всё-таки печётся он не о вербовщике. Водитель так ушёл в свои мысли, что не заметил, как босс начал буквально трясти его. Ну что за параноик. — Всё в норме, босс. Ваш победитель жив. Он выиграл в русскую рулетку, а вербовщик умер. Сейчас он, как кстати, готовит против вас заговор и пытается остановить игру. Возможно, собирается устраивать облаву на остров... — но ведущий будто и не слышал его. После слов, что с победителем всё в порядке, на его лице расцвела блаженная улыбка, и он ушёл в свои мысли. — ...Я думаю, легче всего будет обезвредить победителя прямо сей... — Босс! Этот полоумный направился к отелю. Прямо в эту клоаку, состоящую из грязного отеля и, мать его, кучи вооружённых до зубов бандитов, которых нанял Ки Хун. — Босс, вам не стоит туда идти! Вы хоть представляете, что будет там делать... — казалось, эти слова подействовали на ведущего, и Хён Су поспешил добавить: — Если вы туда пойдёте, то только обречёте себя на неминуемую смерть. Вам лучше дождаться, когда победитель будет один, и тогда сможете сделать с ним что хотите! — Что хочу..? А ты говоришь интересные вещи... Возможно, мне действительно стоит подождать, и тогда... Я сделаю что хочу. Да! Я сделаю столько всего... Ты... Ты просто умница, Хён Су. Жди прибавку к зарплате, — и ускакал в лимузин довольной походкой. Что? Что это сейчас было? Вы всё это видели? И почему это он так по-извращённому потирал свои губы? И так обрадовался фразе "делай с ним что хочешь"? Босс что, из этих... Так, стоп. А если правда из голубых? Бедный Сон Ки Хун. На мгновение его стало очень жаль. Теперь он от босса точно не отделается.

***

Два дня до игр. После того как босс ускакал на лимузине, Хён Су больше не поступало приказов следить за победителем, и он успел закончить все свои дела. Только странное чувство тревоги не умолкало. Будто эта гейская фигня ещё его затронет. И вот, как говорится, накаркал. Босс просит сопроводить его на бесспорно шикарном, вылизанном до блеска лимузине. Честное слово, только венков не хватает. Ну кто в наше время ездит на лимузине не на свадьбу? И в центре всего этого великолепия — уже по привычке шикарно выглядящий босс (камон, свои 50+ ничем не скрыть) в элегантном костюме-тройке. Садятся они молча. Едут тоже. Как ни странно, подъезжают они не к отелю, а к одному из клубов для встречи с игроками. Ведущий просит заглушить мотор и натягивает маску. Тем временем шестое чувство бьёт по самое не хочу. Что-то скоро произойдёт, после чего у него точно прибавится моральных травм на оставшуюся жизнь. Хён Су уже думает подремать, поскольку прошло уже солидных два с половиной часа, а так ничего и не происходит. В самом деле, чего они ждут? Судя по виду босса, сейчас оттуда должен выйти Ки Хун в белом костюме и отправиться с ним под венец. Что-то ему подсказывает, что будет немного иначе. Возможно, его вынесут ногами вперёд люди в уже известных всем костюмах, или же они будут толкать его автоматами в спину, пока победитель будет медленно подходить к машине? Один из этих вариантов должен оказаться верным. Ведь люди с масками "треугольник" не будут церемониться с нарушителем. И какого же было удивление водителя, когда вместо перечисленных вариантов Ки Хун вышел совершенно невредимым и на своих двоих, да вокруг ещё и не было кучи вооружённых людей в масках, а всего один скромный круг, который медленно шёл за победителем к машине. Что происходит? (Который раз за месяц спрашивает себя Хён Су.) Ки Хун добровольно садится в лимузин, и Хён Су начинает выезжать с парковки. Он уже знает, что за ними будет следить полицейский, его задача крайне проста — кружить по району, пока босс будет говорить со своей мельпоменой. Краем глаза водитель наблюдает за Ки Хуном, который крайне комично ведёт беседу с копилкой, принесшей ему огромное состояние. А потом смотрит на босса: он хоть и спрятал своё лицо за маской, но горящие глаза всё равно видны. Так проходит десять минут кружения по району. Чхве Хён Су это начинает надоедать. Хочется погони и драйва. А вот разговор победителя и ведущего начинает набирать обороты. Ки Хун отчаянно требует встречи с ведущими, не осознавая, что тот сидит прямо за загородкой лимузина. Босс кричит. Требует отвязаться от игры и жить спокойно (заботится!), но Ки Хун не из простых. Им движет чувство справедливости, и оно будет двигать им до последнего вздоха. Боссу, видимо, это надоедает. Он включает усыпляющий газ и просит оторваться от преследования. Оторваться — так оторваться. Сегодня тот заносчивый полицейский останется ни с чем. Спустя какое-то время они останавливаются на утёсе недалеко от скрытого порта, где перевозят игроков. Босс, к ужасу водителя, пересаживается к Ки Хуну и самым наглым образом начинает лапать последнего. Боже, спасибо, что ты придумал загородку. Хён Су ведёт крайне осторожно, его руки трясутся, пока он слышит звуки сзади. Что за нах? Как он может спокойно отработать этот день, если его босс — извращенец, буквально стонет от одного взгляда на победителя? Единственное, чего он сейчас желает, — так это выкинуть босса за борт и спасти этому бедному человеку жизнь. Но он не может так рисковать. Завтра его не будет на этой работе. Уже завтра он купит себе мыло и будет отмывать глаза после увиденного. Чёрт бы побрал этих гомосеков. Хён Су никогда не понимал, как мужчина может испытывать тягу к мужчине. Но видя, как его босс нежно придерживает победителя, чтобы тот не ударился своей драгоценной головкой, как босс поглаживает его за все доступные ему места, хочется стошнить. Бедный мужик. Досталось же ему. Когда они добираются до места назначения, нереально нервный и перекошенный от отвращения водитель и его светящийся от счастья босс высаживаются на пароме, и босс на руках переносит Ки Хуна в зону осмотра. Слава богу, водителю уже плевать, что там будет. Единственное, что он может, — так это помолиться за здравие победителя и пойти на пенсию. Хватит с него гомосеков и Кореи в принципе. Пора тратить деньги. День до пенсии уже не станет хуже.