Как ощущаются звезды?

— Осталась всего пара дней! Черт, не могу дождаться! Шагающая по краю тротуара девушка буквально светилась от счастья, совсем не беспокоясь о возможности случайно свалиться в реку. Каким-то неведомым образом ей удавалось удерживать равновесие, идя при том чуть ли не в припрыжку. — Странная ты, Люси. Что в этом такого волнующего? — искренне дивился идущий рядом юноша, взглядом пытаясь уследить за довольной напарницей и мысленно выстраивая план на случай, если она вдруг оступится и полетит в воду. — Это ты странный, Нацу. Это же звездопад, понимаешь? Звездопад! — она обвела правой ладонью облачное небо, в котором пока ещё царствовало яркое солнце. — Будто мы никогда звездопада не видели, — драконоборец задумчиво потрепал волосы, проследя за движением подруги. Ее рука смотрелась так красиво в свете тёплых лучей, поблескивая таким же розовым, как его локоны, гербом гильдии. — Я бы понял, будь это небо Стеллы, но... — Стеллы, не Стеллы – неважно! Он прекрасен со всех уголков земли. И сколько бы ты на него не смотрел, — заклинательница, загадочно улыбнувшись, заглянула в глаза парня и, снизив голос, почти прошептала, — ты никогда не сможешь насладиться. Звездами можно любоваться вечно. Драгнил невольно повторил ее ухмылку, отчего-то всерьез задумавшись и воображая ночное небо, усыпанное миллионами серебристых точек. Да, вдохновение часто бывает заразно. Особенно, если исходит оно от Люси. — И все же, не слишком ли много суеты ради того, чтобы просто поглядеть на звездочки? — Не слишком. Я готова залезть хоть в задницу мира, чтобы посмотреть на это! — А мы можем выбрать задницу поближе к рыбкам? — будто бы невзначай спросил синий иксид, складывая крылья и приземляясь на светлую макушку подруги. — Конечно же, Хэппи. Как мы без этого-то? — Хартфилия нежно почесала кота за ушком, продолжая лучезарно улыбаться. — И все равно не понимаю. Вот было бы куда интереснее, если бы можно было поймать звезды на ладонь, — протянул Нацу, разглядывая облака, — рассмотреть их со всех сторон, почувствовать. — Можешь попробовать поймать духов Люси. Они ведь, по сути своей, состоят из звезд? — Хэппи весело замахал хвостом, представляя, как драконоборец с серьезным видом гоняет по гильдии не вовремя явившегося Локи. — Не думаю, что полностью, но в какой-то степени определённо да. Не зря же они Звёздные, верно? Но, эй, не смейте за ними гонятся! *** Лёгкий ветерок тревожил своим дыханием гладь реки, словно зеркало отражающую свет луны. Где-то в траве стрекотали сверчки, разбавляя ночную тишину ненавязчивой мелодией. Чистый прохладный воздух наполнял легкие, успокаивая и затягивая в сладкую дрему. Но сидящим на пледе магам было не до сна. Взяв немного еды и расположившись у берега речушки, они терпеливо и тихо ждали начала чего-то прекрасного, боясь потревожить окутавшую поляну тишину. Сидящий рядом иксид с наслаждением жевал уже третью (и когда только успел?) пойманную рыбинку, дергая от удовольствия светлым кончиком хвоста. Заклинательница заворожено разглядывала усеянное звёздами небо, от дневных облаков на котором не осталось и следа. Облик ее настолько гармонично вписывался в эту волшебную картину, будто она – одна из миллиарда этих тел. Случайно взглянув в ее сторону, Нацу вдруг показалось, что, на первый взгляд, солнечные волосы девушки, блестели холодным золотом, излучая мягкий, практически невидимый, свет, словно впитывая витающую в воздухе магию. Он смотрел на нее неприлично долго, не в силах понять, действительно ли она светится, или это лишь иллюзия его внезапно разыгравшегося воображения. В любом случае это было красиво. До странного притягательно красиво. — Эй, смотрите, смотрите! Заметив расширенные от восторга глаза напарницы, огненный волшебник поднял взгляд в небо, чувствуя, как сердце замирает от восхищения. Звезды падали одна за другой, словно капли дождя. Стоило моргнуть — их становилось больше. Больше и больше. Прекраснее и прекраснее. Здесь одна, и там ещё. Нет, уже две! О, и там тоже! И там! И там! Маленькие точки все быстрее летели вниз, оставляя за собой полосы быстро исчезающего света. Девушка, будто в трансе, поднялась на ноги, глупо улыбаясь и бегая глазами по ночному небу, стараясь заметить каждую звездочку. Ни одной не упустить, ни одной! Отвести взгляд было выше ее сил. Столь прекрасное явление стало необходимо как воздух. Ей нужно было наполниться этой магией до краев, пропустить сквозь каждую клеточку тела эту красоту и ту силу, что таилась за нею. Никакими существующими словами Люси не смогла бы объяснить те чувства, то влечение, что она испытывала к звездам. И дело было даже не в природе ее волшебства. Безусловно, она каждой ниточкой души чувствовала незримую поддержку и любовь своих духов, их могущество, которым они щедро делились с ней и на, и за пределами поля боя. Но было что-то еще. Что-то необъяснимое, но такое родное. Это была основа ее магии. Это было то, что делало ее сильнее. Этот звездопад был другим. Не таким, как остальные в этих краях. Они вдруг будто снова оказались в царстве стелланиума, наблюдая с макушки могучего дерева за небесным блеском. Он хорошо помнил ту ночь. Помнил почти растворившийся в воздухе запах костра, тепло ее ладони и карие глаза. Прыжки по веткам и пара царапин определённо стоили того, чтобы показать ей звездное небо Стеллы. Небо, которое она так давно мечтала увидеть. Этот совершенно иной мир, гипнотизирующий своей нереальной красотой. Не сказать, что ему с детства были интересны звезды. Может, лишь немного. Да, ночами, взбираясь на теплую спину Игнила, он любил рассматривать эти забавные белые точки, собирающиеся местами в причудливые узоры. Но это были лишь точки. Не более. Единственное, чего ему отчаянно хотелось: прикоснуться. Прикоснуться и узнать, какие же все таки эти странные, непонятные светлячки на небесном полотне. Но после Стеллы это желанием стало как никогда навязчивым. Интерес рос с неописуемой скоростью, с каждым взглядом во тьму ночи и тьму карих глаз, в которых он все еще так отчетливо видел россыпь небесных тел. Этот неизведанный им мир манил его, и, не понимая толком почему, он искренне желал идти по его зову, тянуться ладонью к сверкающей пустоте. Звезды всегда казались Нацу холодными. Колючими, как шипы белых роз, опасно-прекрасными. К ним нельзя прикоснуться, лишь только любоваться издалека, надеясь не задохнуться от этого могущества и красоты. Но вдруг он ошибался? Вдруг они покрыты самым мягким пухом, который невесомым воспоминанием останется на твоей ладони? Вдруг они способны вернуть тебя к жизни одним легким касанием? Вдруг их свет обожжет приятным жаром, разливающимся по телу из самого сердца? Ему хотелось побежать, поймать одну из них в теплую ладонь, согреть, если им холодно, защитить, если им страшно. Но нужно ли им это? А правильно ли так? Люси казалось, что время застыло. Она кружила вокруг себя, стараясь запечатлеть в памяти все, что видела. Ночь колола кожу прохладой, но девушка совсем этого не ощущала. Все внимание было отдано им. Таким прекрасным, таким далеким, но в то же время близким. Таким чудесным звездам. Шея начинала болезненно ныть, но так не хотелось отводить взгляд от неба. Отступая назад, волшебница внезапно ощутила нечто твердое под ногой. Запнувшись о камень, она резко полетела к земле, закрыв от неожиданности и испуга глаза. Но нечто теплое коснулось ее спины раньше, чем холод почвы. Медленно приоткрыв веки, карие, наполненные отражением серебристых тел очи встретились с зелеными, горящими от восхищения маленькими язычками пламени. Улыбка невольно исказила лица обоих, сверкая ярче любой из тысячи звезд. — Погляди-ка, все-таки поймал! И все же звезды были мягкими и теплыми. Мягкими, как сама любовь.