worst person, great cock

      Как всё дошло до этого?       Ги Хун вернулся в игру с одной единственной целью – положить ей конец. Ён Иль в этот план не входил. Но в итоге они сблизились и более того – трахались. Много раз. Ну, и нет смысла отрицать, что Ин Хо выглядит горячо.       Чаще всего они просто занимались сексом, потому что сама обстановка вокруг не располагала к чему-то большему. Но они всё-таки пообещали друг другу выпить соджу вместе, как только выберутся, так что когда Ги Хун узнал о смерти Ён Иля, он сразу подумал, что им уже никогда не выпадет такая возможность. Тогда же он и поклялся, что никогда не простит того человека, что забрал у него Ён Иля, и отомстит, чего бы это ему ни стоило.       И теперь он перед ним. Этот человек.       Человек, под маской которого скрывался Ён Иль. Или, как мужчина представился, Ин Хо. Это было последним, чего Ги Хун мог ожидать.       Такое ощущение, будто его со всей силы ударили по голове, лишив всякой способности к рассуждению. Иногда ему в голову, конечно, приходили мысли о том, что он хочет вернуть Ён Иля, увидеть его хотя бы ещё один раз, но теперь же он не знал, радоваться ему или злиться. Потому что да, он прямо перед ним, но лучше бы это был кто угодно другой.       Всё это время тот, за кем Ги Хун охотился, был прямо под его носом. Его и раньше предавали, но Ён Иль… его предательство ударило особенно сильно. Или Ин Хо, чёрт бы его побрал. Кажется, Ги Хун ещё нескоро примет это имя.       Его чуть ли не тошнило от воспоминаний о всём том, что они делали вместе. Было противно от самого себя.       – Не подходи ко мне, – он беспомощно сверлит Ин Хо злым взглядом.       – Неужели я разозлил тебя, мой дорогой? – невинно спрашивает Ин Хо, будто в реакции Ги Хуна есть что-то удивительное.       – Не смей называть меня так, ублюдок. Тебе, должно быть, было очень весело, да? Понравилось притворяться одним из нас и манипулировать нами? Уверен, для тебя это всё было просто игрой, как и то, что было между нами. Тебе же на самом деле всё равно на меня?       – Это не так. Мои чувства к тебе самые настоящие, Ги Хун. Я принял участие в игре, только чтобы сблизиться с тобой, – объясняет он. – Ты заинтересовал меня с самого начала.       С губ Ги Хуна слетел презрительный смешок.       – Ну, а я тебя ненавижу, – точно плевок.       – Может и так, но твоё тело думает иначе, – он неспешно подходит к Ги Хуну, вынуждая того невольно сделать пару шагов назад. – Ты не можешь мне сопротивляться, Ги Хун.       Тот останавливается, упираясь в кровать, и Ин Хо использует это как удачную возможность повалить его на постель, схватить запястья и вставить своё бедро меж чужих ног, раздвигая их.       Их взгляды намертво сцеплены.       – Я хорошо знаю, как сильно ты хочешь ощутить мои ладони на своём теле. Как сильно ты нуждаешься в моём члене внутри.       Ги Хун слабеет от такой близости, уводит взгляд в пустой попытке побороть желание, растущее внутри. Если он продолжит смотреть на красивое лицо Ин Хо, то точно ничего не получится.       – Нельзя… Это неправильно.       – Ты ведь не можешь забыть меня, так? Как бы ни пытался, – Ин Хо невозмутимо продолжает подпитывать чужое желание своими словами.       Его ладонь ласкает щёку Ги Хуна, и когда тот наконец снова поднимает на него глаза, Ин Хо целует его. Ги Хун отвечает. Не может не. Сначала Ин Хо скользит рукой под его футболку, но не проходит и мгновения, как он начинает раздевать их обоих, будто ему едва хватает терпения.       Он опускается всё ниже, по пути оставляя следы на шее Ги Хуна, его ключицах, плече, груди, животе, на каждом доступном сантиметре его тела – что-то вроде хозяйской метки.       Но этого недостаточно, чтобы насытить Ин Хо, и когда он наконец скользит внутрь Ги Хуна, тот исступлённо стонет. Он всегда стонет для Ин Хо.       – Я скучал по тебе, – он рычит, до треска сжимая простыни у головы Ги Хуна, обдавая его ушко своим горячим дыханием.       На самом деле, Ги Хун понял это уже по тому, как Ин Хо его поцеловал.       Тому всегда нравилось быть жёстким в сексе, но сегодня он был гораздо грубее, чем обычно.       Прошло немало времени с тех пор, как он инсценировал свою смерть. Ну, сам виноват. Теперь же он едва сдерживал себя при взгляде на разложенного им же Ги Хуна, словно изголодавшийся хищник, смакующий свою жертву. Ги Хун, тем не менее, не собирался признаваться, что тоже скучал, несмотря на шумные стоны и сбитое дыхание.       – И по этим сладким стонам я скучал тоже, – Ин Хо, конечно, не может не прокомментировать.       Сколько бы Ги Хун не пытался себя сдерживать, всё впустую. Ин Хо большой, и с каждым толчком его член снова и снова проходится по всем чувствительным местечкам, а на спине остаётся всё меньше места без царапин от ногтей Ги Хуна. Ему так хорошо, что у него слезятся глаза и слюна течёт мимо рта. А Ин Хо будто только и добивается того, чтобы на лице Ги Хуна появилось это совершенно шлюшье выражение. Он с него глаз не сводит.       – Даже не отрицай. Я прекрасно вижу, как хорошо тебе делает мой член. Даже после всего, что я сделал, ты принимаешь меня так, будто был создан для него, – он дразнит, ухмыляясь. – Очень хорошо, правда? Хочешь сильнее?       У Ги Хуна на уме есть много вещей, которые он хотел бы сказать, но с самого момента, как Ин Хо вошёл в него, он мог только стонать в ответ на любые его слова.       И хотя было очень непросто держать мысли в куче, Ги Хун продолжал цепляться за одну единственную фразу: «Я тебя ненавижу». Злость по-прежнему мельтешила в сознании, но с каждым толчком Ин Хо он всё больше и больше забывал о ней. Ему бы сейчас страдать, но как он может, когда Ин Хо так правильно и хорошо скользит в нём? Если так продолжится, он вообще никогда не сможет уйти.       – Ты близко? – Ин Хо быстро догадывается и тянет руку к чужому члену, начиная ласкать и только усугубляя положение Ги Хуна. Он говорит, и их губы разделяют всего несколько сантиметров. – Давай, не сдерживайся. Отпусти себя.       Дело в том, что Ин Хо всегда умело доводил его до оргазма, и этот раз ничем не отличался от предыдущих. Ги Хун откидывает голову, крепко держась за Ин Хо, и кончает на себя. Он, кажется, никогда ещё не стонал так развратно, как сейчас, и Ин Хо нужно всего пару толчков, чтобы кончить следом.       Он опускает лоб на плечо Ги Хуна и сильнее сжимает простыни. Ги Хун чувствует пульсацию члена внутри с каждым новым потоком спермы, и так до самой последней, когда его собственные стоны уже сменились глубокими стонами Ин Хо.       Когда Ги Хун осознает, как сейчас выглядит, – сперма разбрызгана по всей его грудной клетке и вытекает из растянутой дырки – он не сдерживает виноватых слёз. Ин Хо только улыбается и путается пальцами в волосах Ги Хуна. Он выглядит гордым.       – Пойдём со мной, Ги Хун, – он шепчет тому на ухо, приглашая ступить на собственный путь.       В этот момент он мыслями возвращается в тот день в аэропорту, когда ещё был шанс выбрать другой путь. Ин Хо был прав. Ему стоило сесть на этот самолёт и никогда не оглядываться. Может, тогда всё вышло бы по-другому. Может, сейчас он бы не лежал обнажённый под Ин Хо, желая прикосновений своего злейшего врага.