(No) my life

      Утро для всех началось ближе к обеду. До встречи с шаманом оставалось три часа. Ребята сонные завалились на кухню. Тиен занялась напитками, Тэхён тостами и омлетом, а Чимин с Хосоком доставали необходимые продукты и накрывали на стол. Жужжание кофемашины, бурление чайника и шкворчание яиц на сковородке заглушил звонок телефона.       — Чима, милый, — раздался голос из телефона, — ты чего не звонишь, не пишешь? Совсем про стариков забыл.       — Прости, деда, работы много. Но я собирался вам сегодня позвонить вечером. Что-то случилось? — взволнованно спросил Чимин.       — Случилось. Ой, а где это ты? Не похоже на твою квартиру.       — Я у Тэхёна.       Тиен внимательно следила за развернувшимся действием: Тэхён, осознав, кто звонит, аж проснулся и, передав лопатку Хосоку, поспешил заглянуть в экран телефона, чтобы поздороваться.       — Деда Юнги, как вы?       — Ой, да как я могу быть? — тяжело вздохнул Юнги. — Внук совсем забыл про нас, правнуками или хотя бы своей парой порадовать не хочет. Так и помрем в одиночестве, не погуляв на свадьбе. Может, хоть ты на свадьбу позовёшь? Как там у тебя дела с Хосоком?       — Замечательно, он тут. Хотите познакомлю?       Лопатка как переходящее знамя была передана Тиен, которая совершенно не понимала, что происходит. А Хосок, пригладив волосы и взглянув в отражение в микроволновке, поспешил показаться звонившему.       — Ой, какой красивый. Прям солнышко, — ворковал мужчина. — Тэ, сынок, отличный выбор.       — Спасибо, деда Юнги. Солнышко, помнишь, я тебе про него рассказывал?       — Помню, — улыбнулся Хосок. — Но я не думал, что про меня ты тоже рассказывал.       — Конечно рассказывал, все уши нам прожужжал, а вот познакомить, так и не познакомил, сорванец. Нам, ты посмотри какая прелесть. А как только соберетесь, ждём приглашение на свадьбу, иначе так припремся. Хочу напоследок гульнуть.       — А то, что я тебе предлагаю, ты не соглашаешься, а как детей донимать, так это ты первый, — послышался ещё один мужской голос. — Здравствуйте, я Ким Намджун, можно деда Нам, приятно познакомиться.       — Я Хосок, очень приятно.       — А, совсем забыл. Я ж почему звонил то. Вы представляете, что этот старый хрен учудил? — деда Юнги выдержал драматическую паузу, внимательно смотря на заинтересованные лица. — Вы слышали новый закон о разрешении однополых браков?       — Да, — хором сказали ребята и кивнули в камеру телефона.       — Деда Нам тебе что, предложение сделал? — догадался Чимин.       — Да! Не, ну ты представляешь? Жили, жили, не тужили сколько лет, а тут ему штамп в паспорте понадобился на старости лет.       Тиен тихо усмехнулась и начала расставлять завтрак. Было очень интересно посмотреть на этих дедушек, но не хотелось влезать в разговор.       — А кто там у вас ещё? Кого прячете? Чима, там случайно не твоя пара?       — Деда, хватит. Если у меня появится кто-то постоянный, вы узнаете об этом одни из первых.       — Милый, это, наверное, сестра нашего ТэТэ - Тиен.       — Она, — улыбнулся Тэхён и рукой подозвал сестру.       — И её от нас столько лет скрываешь, сорванец.       — Так вышло, я не специально. Просто каждый раз, когда мы созванивались, её не было дома. Она с Чимином то только недавно полноценно познакомилась. Всё никак состыковаться не могли.       — Ну ладно, ладно.       — Здравствуйте, — Тиен заглянула в экран.       Там ей улыбались два мужчины в возрасте. Один вроде был чуть старше, мелкие морщинки совсем не портили красивое лицо, волосы были частично собраны в небольшой пучок на затылке и выкрашены в седой цвет, довольно смелое решение - не скрывать седину, а выгодно её подчеркнуть. Широкая улыбка открывала десна, а глаза с прищуром, из-за чего паутинка морщин вокруг становилась более чёткой, внимательно изучали девушку. Второй мужчина был брюнетом, редкие седые прядки на чёлке придавали образу статус, небольшие морщины вокруг глаз, что смотрели с теплотой, расходились небольшими лучиками, а улыбка открывала взор на милые ямочки на щеках.       — Ой, какая прелесть, — подал голос первый мужчина, — я Мин Юнги, можешь звать меня деда Юнги.       — А я Ким Намджун, зови меня деда Нам. Ты такая красавица.       — А ты посмотри, как она хорошо смотрится рядом с нашим Чимой, а?       — Деда, — вклинился Чимин.       — Ну что?       — Не пугай девочку, — цыкнул Чимин и попытался перевести тему. — Ты звонил из-за того, что деда Нам сделал тебе предложение?       — Да! Ну совсем с ума сошёл на старости лет.       — А почему ты против, не пойму?       — Вот, Чима, вправь мозги своему ворчливому деду, — быстро сориентировался Намджун.       — Столько лет жили, а тут ему свадьбы захотелось, да не просто расписаться, а целый банкет устроить. Ну вот скажи, Чима, кому это надо?       — Нам надо! Хочу официально быть твоим до самой смерти.       — А меток тебе мало?       — Хочу всё по правилам, раз появилась такая возможность. А праздник хочу, чтобы и все близкие с нами разделили этот момент. Устроим банкет, наденем самые красивые белые костюмы. Пойдём под венец и навеки официально перед законом станем мужьями.       — Наму, милый, может лучше эти деньги потратим на мою вставную челюсть?       — У тебя что-то с зубами? — взволнованно спросил Намджун, заглядывая в рот любимому. — Ты же вроде говорил, что только пару пломб поменять надо.       — Да нормально всё с зубами, — слегка оттолкнул от себя жениха Юнги.       — А челюсть тогда зачем?       — Чтобы снять можно было в любой момент. Ты представляешь, какой крутой отсос без зубиков будет? Мням, мням, — поджал губы Юнги, имитируя беззубую челюсть.       После небольшой паузы все разразились громким смехом, не в силах сдерживаться. Тэхён с Чимином были в противоречивых чувствах, они разрывались между истерикой и испанским стыдом.       — Юнги, старый извращенец, ты чего детей пугаешь?       — Детей? Да они уже своих детей могут делать спокойно, только вот не делают, — театрально вздохнул Юнги, хватаясь за сердце.       — Как захотят, сделают, не торопи, — сурово проговорил Намджун, а потом прикрыл рот ладонью и прошептал. — Но вы всё равно не затягивайте, а то мы не молодеем.       — Что значит не молодеем? — возмутился Юнги. — Я вообще-то с каждым годом всё краше и краше.       — Да кто же спорит. Ты как самое дорогое вино, с каждым днём становишься только лучше, краше и вкуснее, — Намджун, не стесняясь зрителей, поцеловал своего любимого. — И надеюсь скоро станешь моим законным мужем.       — Опять ты, ну что ты начинаешь? Нормально же всё было, нет, опять вспомнил.       — Дедули, — прервал их Чимин, — я был очень рад вас видеть и слышать, но нам пора собираться по делам. Давайте, я вам позже позвоню?       — Ой, вечно занятой внучок. Хорошо, бегите. Но пообещайте, что ты не только позвонишь сегодня вечером, но и приедешь к нам на выходные вместе с друзьями. И со всеми, — Юнги пальцем обвел всех присутствующих.       — Хорошо, деда, а ты обещай подумать над предложением деды Нама.       — Ах, ты ж, мелкий! Ты на чьей стороне вообще?       — На вашей! Всегда на вашей. Всё, пока, люблю вас! — и не дожидаясь новых препирательств, Чимин положил трубку.       Ребята довольные и бодрые расселись за столом и принялись за остывший, но вкусный завтрак. Брат с сестрой сидели с одной стороны стола, а Хосок и Чимин с другой. Тиен обдумывала всё, что услышала за время разговора. Вопросов появилась масса, но задать их она не решалась. Стоит ли лезть в личное?       — У тебя появились вопросы? — заметил задумчивость девушки Чимин.       — Да, но ты можешь не отвечать, если я лезу не в своё дело.       — Спрашивай.       — Твои дедушки оба омеги? — неуверенно поинтересовалась Тиен.       — Верно.       — А как у них появились дети?       — Деда Нам мне не родной, деда Юнги развёлся с мужем и один воспитывал моего папу. Когда тот вырос, он встретил Намджуна и влюбился. Они вопреки всем предрассудкам и осуждениям живут вместе уже тридцать лет. И за это время у них не было совместных детей, хотя оба здоровы. Поэтому я и сказал, что омеги вероятнее всего не могут оплодотворять.       — Вау, они такие молодцы. И даже спустя столько лет так любят друг друга. Это удивительно.       — Да, я восхищаюсь ими. Они самые замечательные. И хоть деда Нам мне не родной, он всегда меня очень сильно любил. Они заменили мне родителей, когда мои умерли.       — Мне жаль, — Тиен расстроено опустила глаза, сожалея, что затронула эту тему.       — Не стоит. Мне повезло с ними. Какие-то ещё вопросы появились?       Тэхён, забыв про завтрак, с интересом наблюдал за другом и сестрой. Он сам давно знал историю семьи Чимина, но было любопытно наблюдать, как он открывается кому-то ещё. Хосок же впервые слышал этот рассказ и тщательно пережевывая тост, старался не пропустить ничего важного. Чимин и для него был загадкой. Единственное, что он точно знал, что он с его парнем были близкими друзьями уже несколько лет и стали почти братьями.       — Да, а про какие метки говорил деда Юнги?       — Сейчас многие считают, что метки — это пережиток прошлого. Но некоторые до сих пор ставят их своей паре. Метка — это глубокий укус партнёра, во время него в кровь попадает феромон и запах меняется, показывая окружающим, что этот человек занят. Это не просто новый оттенок запаха, это… — Чимин заломил брови, пытаясь правильно сформулировать свою мысль, — это что-то в запахе, чётко дающее понять, что человек не свободен.       — Воу, а это больно?       — Да и остаётся шрам. Но бывает два вида меток. Одиночные и обоюдные. Первые ещё практикуют с омегами, а вот вторые большая редкость.       — Почему?       — Одиночные ставят омегам, чтобы показать, что они принадлежат им…       — Средневековые собственнические замашки, — перебил Чимина Тэхён и скривился от собственных слов.       — Ужасно, — подтвердил Хосок, передернув плечами.       — Согласен. Это совсем не про любовь, как многие романтизируют. Это именно про обладание и подчинение. При одиночной метке естественно запах меняется только у того, кому поставили. Второй же может спокойно ходить налево. Но есть плюс у такой метки. Она не вечная. Она сохраняется до тех пор, пока у пары есть близость, потом постепенно исчезает. А вот обоюдные означают полное принятие друг друга, эти метки вечные. Они меняют запах у обоих. И толи это последствия метки, толи их делают только те, кто действительно любят друг друга, но такие пары никогда не изменяют. Им вообще не интересны другие люди. Для них существует только их пара. Собственно, поэтому они такие редкие.       — И у твоих дедушек обоюдные?       — Да, — на лице Чимина расцвела теплая улыбка. Правый уголок губ был слегка приподнят, а глаза сощурились.       — Значит, не важно какая пара? Одного пола или разного?       — Не важно. Омега, альфа, бета, не важно.       Оставшийся завтрак прошёл за разговорами на отвлеченные темы, а когда ребята опомнились, времени до встречи с шаманом почти не оставалось. И они в ускоренном темпе побежали собираться.