Тайна временных аномалий. Обратный отсчёт

— Нет… Нет его здесь. Тут два варианта, и оба не положительные. Либо его течение затащило на дно, либо… его сожрал объект, — после этих слов, выключив рацию, парень, пару раз постучав по плотине ногой, взглянул в воду, хлюпающую под ногами.       В чём был толк идти сюда, в надежде найти хотя бы след от Конахана? Все были в шоке от событий, от начала миссии… И где теперь искать старшего товарища? Не было никаких вариантов или гарантий, что при таких обстоятельствах можно будет найти биоинженера.       Эта картина до сих пор была перед глазами… ***       Тихие шаги по дереву вовсе не были слышны и только в момент, когда Брукс повернул голову в сторону рядом идущего Патта, все звуки внешнего мира проникли сквозь дымку его мыслей. Каждая новая миссия — нервотрёпка и рутина, и каждый раз нужно было бороться за жизнь. Дельта не был удивлён своим мыслям о том, что скоро снова все пойдёт по одному месту и возникнут новые проблемы… Нужно было ещё разобраться с монитором Конахана. Думая об этом, Брукс взглянул на гаджет в руках. Зелёным цветом на чёрном фоне отображались имена и прочие индикаторы состояния: пульс, температура и тому подобное. Правда, отображались только Патт и Конахан, но и здесь толку было ноль — прибор не мигал, а значит ни точного пульса, ни информации не было: если бы с кем-то из них что-то случилось, то датчики всё равно показывали бы эти показатели. — Очередная миссия, проведённая в лесу, — резко ко всему, тихим и почти жалким голосом, как будто парень думал, что его никто не хочет слышать, пробормотал на выдохе Патт.       Услышав голос, парень со шрамом встрепенулся, переведя на него взгляд. — Это база. Говоришь так, будто ты этому не рад, — таким же твёрдым и недовольным тоном, как и до этого, ответил инженер с таким состоянием, будто он вообще ни с кем не хотел разговаривать. — Рад…с какой-то стороны… — А по голосу не скажешь, — всё же заметил Дельта. — Вновь хмуришься… Случилось что-то? — Ам… Ну… Нет, в целом, просто… — Зная тебя, ты ни грустить, ни радоваться просто так не будешь, — Брукс хотел дополнить свою речь, но вместо этого отчетливо услышал тихие шорохи идущего позади человека. — Как по мне, лес — это хорошо… Лучше, чем какая-то заброшенная лаборатория или ещё что-нибудь, — вмешался звонкий и мягкий голос беловолосой дамы, которая пристроилась сбоку, но, понимая, что это было нежелательно, поправилась. — Не помешала, надеюсь? — Не думаю, у нас и так темы для разговора не было, — пробормотал инженер, бросив на неё косой, но более спокойный взгляд, которого не видел Вайлант в свою сторону, отчего младший тут же отвернулся с холодным и чёрствым выражением лица, высказывая все недовольство.       Проигнорировав внешние шумы, едва слышные всплески воды под мостом и редкое, очень редкое щебетание птиц, Брукс буквально чувствовал треск между собой. Два биологических оружия, идущие с ним в одну ногу, причем с разных сторон, явно не были в хороших отношениях с друг другом. Патт вовсе замолчал и подавленно смотрел на доски моста, по которому они шли, а Коган явно также была не в духе, учитывая, что странная аура гнева витала вокруг младшего парня. У Дельты тут же сформировалось ощущение, что эти двое находились по разные стороны баррикад, и что заставить их совершить шаг навстречу друг к другу будет сложно. Обычно инженер ненавидел такое напряжённое молчание, поэтому, тяжело вздохнув, он обратился к ним обоим, хотя в то же время словно к самому себе. — Больше всего меня… скорее бесит факт того, что нам представили какого-то свидетеля, — Брукс фыркнул, смотря в сторону реки, а именно на само течение, туда, где вдали река будто исчезала на фоне сухих кустов и высоких берегов, а также камней, стоящих в реке невысокими валунами. — Как дети малые… — Нам что-то известно вообще про этого свидетеля? — невзначай поинтересовалась Коган с ярким любопытным вопросительным тоном, смотря искрящимся озорством предвкушения на обоих парней, только с переглядками.       Дельта точно не знал, как сказать, вернее он вообще этой информацией не обладал, такого же мнения мог бы быть и сам Патт, который с кислым выражением лица даже не смотрел на инженера, причем старший будто нарочно не сводил с него глаз, смотря вопросительно и даже с интересом… Подозрительно. С каждой миссией социальная батарейка разведчика становилась все ниже и ниже по мощности, и это скорее огорчало, нежели пугало. К тому же результат на лицо: если на прошлой миссии Патт хотя бы как-то держался на плаву разговора и смотрел при этом на старшего как на маятник среди кромешной пустоты, то сейчас он игнорировал существование всего живого… кроме ворона, которого держал на своей руке, а именно на скрытой водолазкой наручи. — То, что он чёртов отшельник, живущий в лесу с полной вакханалией, что он подписал контракт с комплексом… И больше ничего, — было неясно, кому это сказал гетерохромик, ведь его глубокий злой тон, пробирающий до костей и мурашек по фарфоровой коже, явно не был знаком чего-то хорошего.       Однако больше всего инженера напрягал не его тон, а то, как он подбирал слова, вернее не фильтровал их вовсе… Раньше парень как-то придерживался от употребления грубых жестоких слов. Настолько Патт был недоволен ситуацией? Конечно, для Брукса это было неким открытием, хоть он сам использовал сквернословие, но понимал, что подобное в целом не приветствуется и что это плохо… Плохо будет встретить такую привычку у младшего.       Всё же Бруксу стоило привести обстановку в нужное русло, ведь от старших они отделились на достаточное расстояние, плюс если кто-то скажет неправильно хоть слово, почва спокойствия уйдёт из-под ног. А Дельта не был хорошим человеком для компании, особенно, когда дело пахнет керосином, к тому же этим должен заниматься психолог команды, чья задача улучшить коммуникацию между всеми участниками команды. Дельта неоднократно находился на грани между двумя перепутьями. Ему всегда это не нравилось, особенно когда нужно было ладить с двумя людьми одновременно, когда они терроризируют, говорят не общаться с другим кандидатом по ту сторону баррикады… Аж мурашки по коже от воспоминаний. — Меня раздражают такие задания… Почему нам просто нельзя прибыть и сделать своё дело? Нет, нам обязательно представят какого-то человека или мы встретим потом кого-то, кто нам в жизни не усрался! Хотя… почему я удивлён? Это же «Netherhill»… И мы, отряд, который ни разу не мог провести миссию без пропажи или кровопролития, — на последнем слове старший не мог сдержать смешок. — Я, конечно, люблю пиздить людей, а не когда меня, а второй вариант, между прочим, происходит чаще всего.       Беловолосый геодезист засмеялась, видимо, не всегда приходилось слышать столько много восклицаний или ругани, однако это действительно выглядело забавно от такого грозного человека, как Брукс Дельта. Того, между прочим, даже раззадорил смешок участника команды. Наверняка все видели в нём ужасного скверного человека со своими намерениями, однако даже глыба льда может оказаться айсбергом, как и подводные камни, появляющиеся из ниоткуда. — Как и абстрагирование… моё, — естественно, тихий шёпот разведчика был никем не услышан, отчего он вновь разглядывал свою подошву ботинок, ступающую на крепкое светлое дерево, пока ворон глазел по сторонам с неким желанием прогуляться меж прохладных потоков ноябрьского ветра.       Очевидно, что гетерохромика никто не услышал, но в любом случае инженер смог перевести на него косой взгляд, как будто услышал обрывки фраз… С какой-то стороны его действительно волновало поведение напарника, то, с каким хмурым выражением лица он шёл, хотя настоящий Патт радовался бы любой возможности побыть на воле от комплекса, в компании знакомых людей, но, видимо, сейчас всё стало не таким. От этого становилось даже не по себе грустно. Чёрт, если бы Дельта обладал более сильными способностями для поднятия разговора и духа, то наверняка бы младший не молчал. И вообще, почему его это волновало? Скорее всего из-за того, что среди всей команды Патт особенно выделялся и был, наверное, самым близким… другом, если это можно было так назвать. Впрочем, обладатель шрама не мог сейчас ничего сделать, отчего пришлось зрительно оставить младшего в покое, тяжело выдохнув. Пожалуй, стоит оставить гетерохромика в покое, возможно, хоть так он немного успокоится, ведь лезть в самое пекло не стоит — ничего хорошего из этого не выйдет. — Рон предложил сейчас подняться вон туда, — резко и неожиданно раздался голос стратега чуть ли не за спиной инженера, одновременно она показывала рукой в сторону возвышенности перед ними. — Примерно на этом месте можно будет разбить лагерь.       Не ожидав появление девушки, Брукс вздрогнул, прежде чем повернуться лицом к ней и снова вперёд, где была так называемая возвышенность.       Действительно, если пройти немного вперёд и подняться по тропинке, можно было бы забраться на возвышенность. Вообще, эта местность напоминала отрезанный клочок леса. Как раз то, что им нужно, к тому же не так далеко, как оказалось видно только сейчас, за верхушками деревьев великанов виднелась смотровая вышка. Возможно, она им пригодится в будущем. — И да… Куда вы так убежали? — немного грозным, но насмешливым тоном проговорила Вайт, положив руки на пояс.       Команда, только вступив на землю, уже пройдя мост, повернулась к девушке. Они наконец прошли этот путь, осталось дело за малым. — Не знаю, мы просто разговаривали, вот и отдалились, — почти неохотно ответил гетерохромик, ведь его в любом случае перебили после. — Вы просто тащитесь как черепахи, нам тут весело, как видишь, — прокомментировал инженер, покосившись на разведчика. — Вижу… Так что не торопитесь особо. Идите, конечно, но не настолько быстро, мы же следим как бы за вами. — Как за детьми малыми? Я тебя понял… А «батя» наш когда подтянется? — усмехнулся Дельта, прежде чем отвернуться и продолжить идти в сторону тропы, ведущую на возвышенность. — А за него ты не переживай, — с неким издевательством ответила психолог, скрестив руки на груди, прислонившись локтем о перило деревянного моста. — Догонит.       Брукс смерил девушку неоднозначным вопросительным взглядом, прежде чем взял получше все вещи, которые тащил в тяжёлой сумке, после резко вздохнув и, собрав уверенность в кулак, зашагал в сторону тропы. — Тогда я первый пойду палатку ставить, — после он заговорил потише. — Учитывая, что у нас мало вещей для установки и для проживания в целом.       Не успел Дельта в целом далеко отойти, как понял, что следом за ним, практически в ногу, шел младший, Патт, будто был как хвостик… Настолько привязался что ли? Это одновременно и радовало, но в то же время и разочаровывало, ведь Дельта не самый лучший товарищ, как он считал по своему не очень лучшему опыту. Хотя был вариант, что младший просто не хотел оставаться в компании девушек. Такой вариант тоже возможен. Уже собираясь повернуться лицом к позади идущим, инженер заметил нечто странное в поведении разведчика: он остановился, медленно повернувшись назад, при этом оставив вещи, которые нёс, на земле. Бруксу всё же пришлось на него взглянуть, и он понял в чем дело. Глаз Патта горел, возникло чувство, что по телу инженера пробежали мурашки, будто от ужасающего холода. Это был плохой знак. В сию же секунду можно было заметить похожую реакцию и у Коган, которая даже не обращала внимание на присутствие психолога.       Резко ко всему послышался громкий всплеск воды, треск дерева и новый хлопок толщи воды, который буквально мог оглушить любое биологическое оружие, как собственно это и произошло, правда, не надолго. Хорошо, что команда успела пройти мост хотя бы большую часть, ведь в считанные секунды мост был разломан, а картина причины того, как и почему сломалась конструкция, разломала всем разум. Неизведанная, белая, огромная тварь, чем-то похожая на гидру или змею с лапами, скинула идущего позади Конахана в воду, а своим телом разломала мост в считанные секунды, как будто это постройка была всего лишь спичкой. Импульсы от разрушения сотрясли ближайшие земли, отчего сложно было устоять на ногах, но стоило только всему успокоиться, команда испытала резкий шок… Что это только что было?! Потребовалось несколько секунд, прежде чем все поняли — это потеря Конахана от неизвестного объекта, возможно, как раз того, которого они искали.       Вайлант будто с места сорвался и был первым, кто вообще что-либо сделал. Выхватив винтовку со спины, по отточенным тренировкам и практикам движениям, он навёл прицел в воду и попытался приглядеться к воде. Если там тварь, Вайлант, похоже, собирался уничтожить её тут же. Брукс, пришедший в адекватное состояние уже после напарника, осознал другую вещь — в воде Конахан, вода мутная и есть огромная вероятность, что младший мог попасть в участника команды, ведь навряд ли что-то можно было разглядеть даже через прицел винтовки. Поэтому, быстро отбросив мысли в сторону, инженер схватил винтовку Патта, чтобы тот ничего не сделал. Конечно, разведчик оказал сопротивление, яростно рыча, видимо, сработала программа его генетического кода — Отпусти меня, пошёл ты к чёрту! — яростное рычание устрашало и вовсе не утешало, но инженеру нужно было проявить понимание и даже некоторую жалость, что он в целом и сделал, пусть Патт пытался вырваться. — Успокойся и послушай. Ты его видишь? Нет, не видишь! А если промахнёшься? Тут шанс пятьдесят на пятьдесят. Ты либо попадёшь в объекта, либо убьёшь Рона. Одумайся!       Парни встретились глазами словно в молчаливом понимании, и вдруг на лице злобного биологического оружия возникло хоть какое-то осознание, даже не столько сильно пугал пурпурный горящий глаз. Патт опустил винтовку с горьким сожалением. Ритм сердца в груди Вайланта немного успокоился и тот выдохнул, дабы выпустить пар.       Взгляд Брукса, сразу же после того как он успокоил напарника, перевёлся на девушек… Коган, видимо, не имела того генетического кода, что младший, поэтому не начала действовать. А вот Вайт… Её шокированное выражение лица, смешанное с отчаянием, как будто тронуло потаённую струну внутри Дельты, отчего тот заткнулся, не в силах что-то сказать… Потеря. Люди — интересные существа. Они могут ненавидеть друг друга, но стоит исчезнуть одному, как становится плохо всем. И этот пустой шокированный взгляд кое-что напомнил Дельте… О тех временах, когда он тоже терял, как сейчас Кэролайн Рона… И что теперь… Старшего нет с ними и, возможно, уже мёртв… ***       Идти на плотину оказалось не долгим времяпрепровождением, парни прибыли через несколько десятков минут, возможно, минут через сорок, при этом внимательно осматривали каждый берег, воду или прибрежные насыпи. Никого. Ничего. Даже животных не слышно… кроме ворона на плече Патта. Сам гетерохромик выглядел убитым: черты лица будто разгладились, брови опустились, как и хмурый холодный взгляд, направленные куда-то в воду, пока сам стоял на берегу. Брукс, отдав указания по рации, вновь посмотрел на насыпь плотины под своим ногами, даже притоптал ногой — достаточно крепкое сооружение. Наконец инженер слез с плотины, приблизившись к младшему, прежде чем услышал тихий скрип рации в руке. — Да… Я поняла, — по ту сторону рации ответила Коган явно разочарованным тоном.       Приходилось разговаривать именно с Эйдой, ведь Вайт вовсе сейчас была не в состоянии разговаривать, и её никто не осуждал, для неё это событие принесло больший урон, нежели остальным. Это было несложно понять инженеру, ведь сам был в подобных ситуациях, к тому же с какой-то стороны её было жаль, хотя бы капля человечности была сосредоточена в разуме и душе Дельты. Он прекрасно видел и понимал, что между ними есть какая-то привязанность, хотя в то же время это могли быть просто догадки. И теперь, единственное, что ему оставалось делать, так это надеяться, что миссии не повредит отсутствие биоинженера, что возможно, всего лишь возможно, Конахан жив.       Тяжело вздохнув, инженер посмотрел в сторону возвышающегося берега, по которому они пришли сюда. Странное холодное и острое чувство гложило его, будто Конахан — это часть огромного пазла, а если его нет, то и с остальными будут проблемы, что он и видел сейчас: стратег, пытающийся понять и принять весь новоприбывший толчок шока, Коган со своими попытками составить ей компанию, Патт… который с самого начала решил стать отшельником, опять же по неизвестным Бруксу причинам. И со всем этим снова разбираться придется именно инженеру, которому всё это было не нужно. Включив рацию, медленными шагами старший направился в сторону тропы, по которой они пришли к плотине. — Я и Вайлант идём назад, будем минут через сорок, тогда с постановкой лагеря разберёмся, — обогнув сухой куст, пробормотал безэмоциональным механическим тоном инженер, прежде чем вновь заговорить по рации. — Что там с Вайт?       Очевидно, что Брукс уже знал ответ, однако решил показать, что хоть какая-то человечность и сочувствие в нем всё же есть. По ту сторону рации был слышен тяжёлый вздох. — Пытается остаться при разуме… — Понял… Конец связи.       Разговор явно не задался — теперь инженер вовсе не хотел разговаривать. Неясная ситуация с Роном выбила всех из колеи, и это было ужасно… С какой-то стороны Брукс даже осознавал факт того, что ему придется вести себя чуть помягче и во многих делах брать ответственность на себя, что, конечно же, ему не нравилось, но… в конце концов он же человек, а не тварь дрожащая.       Неторопливыми шагами позади старшего шёл Патт, перебирая ногами, как мальчишка, который обиделся на то, что ему не купили шоколадку. Обладатель шрама изредка поглядывал в его сторону, особенно отмечая то, как младший отдаляется в буквальном и переносном смысле. Был интересен другой вопрос: почему только Вайлант себя так ведёт? Почему такое не наблюдается у Коган? Да, Эйда не была особо знакома с Роном, но тем не менее сочувствие она также проявляла… Но она будто не была такой… замкнутой, а с Паттом постепенно становилось сложно. С какой-то стороны это даже вызывало раздражение: младший вечно ходит хвостиком, что-то постоянно умалчивает, надеясь, что у кого-то есть телепатия и его поймут, а потом ходит жалуется, что его не поняли… Что-то неясное происходило в голове инженера, и это его вовсе не пугало. Он оценивал силы и понимал, что Коган отчасти является ценным активом для команды, а вот с Паттом возникают вопросы… Брукс не задумывался глубоко об этой проблеме, поэтому данная цепочка мыслей была достаточной, чтобы выставить приоритеты.       Но в какой-то момент Брукс мысленно оцепенел… Дельта начал думать как он. Нет! Стоп! Нельзя! Вайлант был по-своему хорошим активом, пусть и… неуправляемым. Сколько раз он проявлял себя и свои силы на поле сражений? А сколько раз помогал на заданиях? А Коган здесь всего лишь недавно… Брукс окончательно запутался, кого из них стоит лучше держать ближе к себе, а кого нет, потому что, зная себя и свои силы, не сможет попросту потакать и помогать всем, кому не лень… Инженер вздохнул. Так быстро принимать на себя ответственность он не думал и не собирался. — Давай, поторапливайся. Чем быстрее притопаем — тем лучше. Нам ещё палатки и всё остальное устанавливать, — проговорил инженер, надеясь, что младший его слышит.       Тот, естественно, всё слышал, просто не реагировал, пусть и шёл следом, неторопливо перебирая ногами. Всё же в воздухе витало осознание того, что без Конахана будет явно труднее… Особенно тяжело было думать о том, что он действительно мог погибнуть, ведь останков или его следов так и не было найдено. Но, как говорится, надежда умирает последней. ***       Действительно, до места предполагаемого лагеря пришлось идти не так долго, даже меньше сорока минут. Вынырнув из кустов, наконец вступив на ровную, а не на наклонную поверхность, парни, явно находящиеся в различных размышлениях, даже не смотрели друг на друга, а только вперёд.       Коган, как и предполагалось, так и не отошла от стратега ни на сантиметр, стояла рядом с хмурым от сочувствия выражением лица. Весь воздух вокруг стал тяжёлым, а звуки ушли за пределы огромного пузыря-вакуума. Услышав шорох травы и ветвей, геодезист повернулась лицом к парням. Между всеми ними летало молчаливое понимание тяжёлого положения. Начало миссии, никто так и не смог ничего сделать, а уже потеряли одного человека. Что будет дальше — одному только Богу известно. Брукс, понимая, какая теперь на нём лежит ответственность, так и не показывал никакого чувства слабости, хотя именно этого чувства было больше всего. Подумать только, он не испытывал таких эмоций при настоящей потери близких людей: друзей, родственников. А здесь он был готов признать, что эта ситуация задела его куда больше. Теперь же два биологических оружия, которые понятия не имели, что делать и вообще не знали как помогать людям правильно, надеялись, что инженер как-то поможет или что-то подскажет… Похоже, что ему стоит вынести свою харизматичную и даже издевательскую личность на второй план, потому что теперь придется думать головой.       На глаза попалась Вайт, сидящая на земле рядом с вещами, которые ребята оставили в одной куче… Взгляд был пустой. Конечно, это было немного лучше, чем слышать тиранию, крики отчаяния или причитания, потому что пока не всё потеряно, пусть и не найдено… Крики и причитания, наверное, самое ужасное, что приходилось слышать инженеру неоднократно за свою жизнь. Ему уже приходилось видеть отчаяние многих людей, пусть в этом он и не был виноват, но эти перепуганные и побеждённые жизнью лица преследовали его до сих пор и он никак не думал, что встретится с похожим сейчас… на примере молчаливого психолога, которому самому нужен теперь специалист. Но в этой позе, то, как она с пустым взглядом сидела на одном месте, даже ни разу не шевельнувшись, опустив голову, было что-то такое, что указывало на некую силу. Трудно было понять Бруксу, что мог испытывать отчаянный человек, хотя мог только предположить по собственному опыту, но разглядывая профиль старшей девушки, он понимал — она ещё не сдалась. В этом были и плюсы и минусы, но а пока…       Дельта воспользовался минуткой того, как геодезист смотрела в его сторону, из-за чего подозвал её к себе лёгким взмахом посеревшей руки. Сейчас лучше не создавать ни шума, ни неблагоприятных условий. Пока беловолосая шла навстречу, инженер прокручивал события в голове и небольшие отрезки воспоминаний, которые по-своему жутковато были похожи на реальные события. Ему ещё не хватало испытаний с ответственностью, воспоминаниями и прочим бредом, ведь воспоминания прошлого — то, что он пытался избежать и похоронить в асфальт. Только когда Коган подошла и оба биологических оружия смотрели в его сторону, Дельта всё же решил попробовать выступить в роли спикера, но перед этим прочистил горло, чтобы перейти на тихий спокойный тон, что было редкостью. — Как мы знаем, Конахана мы так и не нашли. Тут, как я сказал, два варианта: либо его убил объект, либо течение затянуло на дно. Есть, конечно, и третий вариант: его тело могло оттащить второе течение в другую сторону, — понимая, что младшие не совсем понимают, Брукс с рычанием вздохнул, но всё же продолжил говорить тихо и монотонно. — Там, чуть подальше отсюда, река делится на два течения, одно из которых заканчивается плотиной и мы как раз там были, шли по карте, — Дельта даже указал на небольшой портативный монитор, который по размеру был не больше рации. Такой монитор был куда эффективнее, чем сама бумажная карта, плюс меньше затрат. — Но второе течение карта не показывает… Тут остаётся гадать: либо дальше по течению обрыв, либо выход в более большую реку или даже озеро, либо… либо у меня больше нет блять вариантов.       Теоретически, Брукс и Вайлант могли пойти по второму течению на свой страх и риск, однако делать этого не стали. На портативной карте специально были ограничения, показывался только определённый клочок местности. Это сделано для того, чтобы такие же люди, как и сам инженер, не смогли сбежать от лап комплекса… Теперь стоило только строить теории.       Тяжело вздохнув, потерев переносицу от короткого напряжения, инженер чувствовал на себе взгляды младших, но понятия не имел, почему они глазели на него так, будто он знал все возможные ответы мира… Он никакой не лидер, просто пытается проявить человечность, а эти… мелкие дети стоят и смотрят на него с надеждой, которую он им в целом не мог дать. — Так что да… Что с ним такое, я хрен знаю. Скорее всего он умер, но! Вайт пока ничего не говорите раньше времени, возможно, она сама поймёт, насколько здесь может быть летальный исход… Она… Девочка не глупая, догадаться сможет. Плюс, я думаю, у неё на плечах есть опыт куда похуже… исчезновения Конахана… Всё понятно? — на его слова младшие лишь долго смотрели с любопытными глазами, лишь после пару раз кивнули. — Лучше… вообще её не трогайте. Ближайшие дня два… Чёрт, как бы я не хотел, но вам придётся некоторое время висеть со мной, и выбора ни у меня, ни у вас, конечно же, нет. Так что пока… постарайтесь не думать об этом вообще. Займемся лагерем, осмотрим территорию в радиусе пару метров вокруг нашего лагеря, убедимся, что всё в норме… Но не дай Бог вы пойдёте куда-то без меня и пропадёте! — часто запинаясь и останавливаясь проговорил он, потому что Дельта явно не привык к роли спикера, к тому же у него был не самый прекрасный опыт с биологическим оружием Вайлантом Паттом, а теперь их двое. — Короче, если хотите, то идите палатки устанавливайте, нет, стойте на месте… Я… Пойду проверю, насколько всё плохо.       На этих словах Брукс, без какого-либо точного предупреждения, решил собраться с силами и подойти ближе к стратегу не только ради своего любопытства, но и ради того, чтобы убедиться, что у неё не настолько всё плохо с головой, учитывая её состояние.       Вайлант в целом не горел желанием стоять рядом с Коган, поэтому, недолго думая и бросив в её сторону предупреждающий холодный взгляд, направился за вещами, скорее за палаткой. Пусть лучше он будет мучиться с установкой палатки, которую он не умеет собирать, нежели он будет находиться в одной компании с геодезистом. Хотя со стороны он выглядел глупо, как маленький ребёнок, который не доволен компании в виде нового человека в группе, поэтому и бесится. Коган же решила последовать другому совету инженера: стоять и не лезть под ноги, потому что, как она чувствовала, прошлый раз она явно была не к месту. К тому же сейчас навряд ли чем-то может помочь… Но могла бы попробовать помочь разведчику, чтобы хоть как-то с ним коммуницировать. Что девушка и сделала, подойдя к нему, когда парень взял свёрнутую палатку в руки. Встретившись с ним взглядом, Патт лишь посмотрел на неё злобным взглядом. Пурпурный глаз сверкнул на пару секунд. — Постарайся не мешаться под ногами, — рявкнул он, поспешно развернувшись, уходя. — Мне твоя никчёмная помощь не нужна.       Это звучало обидно, но теперь было понятно одно… К нему стоит в ближайшее время не лезть, даже если хотелось помочь. Эйда, как существо более социальное, рассчитывала, что все существа любят общение, оказывать друг другу помощь, но, похоже, со стрелком нужен особый подход… или время. Желательно втрое. Но эти резкие слова, произнесённые с рычанием, как-то больно резонировались в девушке, из-за чего она с грустью и сожалением посмотрела в след уходящему Патту… Почему он такой отстранённый? Ведь биологические оружия не совсем такие, как он. Может, это вообще дело не в нём… а в ней? ***       Тихий монотонный скрип в ушах преследовал его уже более минуты, отчего голова стала постепенно напрягаться от боли. Вновь столкновение с вечной пустотой и холодом, пронизывающим до костей. Смирившись со своей судьбой, нужно было всё-таки открыть глаза, как бы больно ни было в последствии. Глаза немного жгло от того, что их открыли. Долгое время гудение в ушах и размытое пространство перед глазами преследовали его, пока мысли, смешанные в кучу, проплывали в голове, даже не задерживаясь надолго. Тело свело от неприятного покалывания в голове, плече и ноге, отчего из горла сорвалось шипение, а после тяжёлый хриплый кашель, при помощи которого он пытался избавиться от неприятного жжения и першения в горле. Несколько мучительных секунд сменились минутами, прежде чем изумрудные туманные глаза привыкли к обстановке.       Как оказалось, здесь было не так холодно, просто такой температуры было само тело. Вокруг было не столь безобразно, сколько пугающе… Ни единого звука, единственным источником света была простенькая лампа на деревянном пыльном столе, заваленном то ли коробками, то ли стопками макулатуры. По комнате витали запахи сушёной травы, древесных смол и, как будто, дешёвой сырой бумаги. Недалеко от стола стояли два стула с навешанными непонятными тряпками, ближе к деревянным стенам, в основном в углу, стоял скромный сундук из чёрного дерева, в углу висели какие-то сушёные травы или нечто подобное, но больше всего напрягало охотничье ружьё на стене… Так и показалось, что хозяин не очень-то и дружелюбный, что это ружье могло смело пробить голову. Сложно было объяснить, что это за место. В голове Конахана было пусто… кроме агонии, конечно же. По телу шла неприятная пульсация и чувство жара, особенно в правом плече, левой ноге и в затылке… В голове происходила полная мешанина, отчего биоинженер, смотрящий полузакрытыми глазами в потолок, активно пытаясь прийти в здравое состояние, долго не мог вспомнить не только то, что произошло, но и то, что происходило до этого. Воспоминания исчезали так же быстро, как и появлялись.       Деревянный потолок с тонкими, едва заметными лучами света от лампы уже надоедал биоинженеру, отчего в смутном сознании возникла идея хоть как-то пошевелиться… Что уже после было ошибкой, ведь голова раскалывалась настолько, что даже её поворот создавал скрип в ушах и небольшое неприятное чувство покалывания в висках, отчего пришлось зажмуриться, стиснув челюсть. М-да… Состояние не из лучших, но Конахан и не в таких ситуациях был. Нужно было думать и на больную голову, вспомнить то, что произошло, и понять, что делать дальше.       Встать пришлось, даже хотя бы попытаться. Аккуратно поднявшись на локтях с шипением от боли в правом плече, Рон ясно понял, что резко двигаться не стоит. В глазах чернело и мелькало от любого сдвига, поэтому пришлось действовать ещё более аккуратно. Перейдя в сидячие положение, опершись спиной о стену, черноволосый с протяжным вздохом схватился за правое плечо. Оно будто онемело в этом месте, но в то же время создавала ноющую агонию с покалыванием, и первое, о чем подумал биоинженер, это не дай Бог перелом. Обычно, при переломе такие же ощущения, правда ещё слышен неприятный хруст, но сейчас его не было, что плюс. Конахан схватился не за само плечо, а за повязку, которая, видимо, была наложена, чтобы обездвижить конечность. Это, мягко говоря, удивило Рона, отчего он будто прозрел, уже более светлым взглядом непонимания смотря на своё плечо. Действительно, повязка. Похоже, что жизнь его будет калечить бесконечно.       Проведя левой рукой по лицу, чувствуя собственный жар, что посылало неприятные мурашки, Рон пребывал на стадии полного непонимания происходящего. Дезориентация охватила его с головой, как волна чего-то сверхъестественного. Как оказалось после внимательного осмотра самого себя, кто-то явно пытался оказать ему посильную помощь, причем получилось это неплохо, ведь пока биоинженер находился без сознания, он ничего не чувствовал. Помимо перевязанного плеча, была также наложена повязка на левую ногу выше и ниже колена, голова же также была не оставлена без внимания. Конечно же мужчина в любом случае был рад оказанию помощи… но это его ни капли не утешило. Мужчина не знает, где он, при каких обстоятельствах и… кто ему помог. А что самое главное — жёлто-чёрного костюма не было, только простоватая белая футболка и чёрные штаны… Вопросов становилось больше, чем секунд в минуте, а ответы невозможно было найти как иголку в стоге сена, поэтому, окончательно сдавшись, Конахан полностью сместил вес на стену, подняв голову в потолок. Где бы он ни был, кто бы его не спас, ему нужно остаться с головой на плечах и понять, взвесить все возможные риски.       Не так далеко, справа от Конахана, как раз рядом с простеньким сундуком у стены, послышался едва уловимый шорох и обнюхивание, что заставило Рона медленно повернуть в ту сторону голову, прищурившись, чтобы получше разглядеть тот самый тёмный уголок, куда свет от включенной лампы не падал. Был виден кончик серого пушистого хвостика, прежде чем обнюхивание стало слышно чуть громче и из тени показалась среднего роста фигура хвостатого чуда. Серо-чёрная лайка, подняв уши и хвост, с неким туповатым взглядом таращилась на мужчину, пока тот делал то же самое, только с болезненным выражением лица, чувствуя слабое покалывание тела от температуры, что даже стало жарко находиться здесь. Лайка не сдвинулась с места, рассматривая незваного в дом человека тёмными глазами: то ли они такими были от тени, то ли действительно были тёмно-карими с озорным блеском. Белые стоячие ушки ни разу не шевельнулись, даже не вздрогнули и лишь только через мгновение, когда биоинженер всё же неловко шевельнулся на месте, собака предупреждающе рыкнула грозным баритоном, прежде чем поспешно побежать куда-то в сторону, туда, где Конахан не мог ничего разглядеть из своего обзора. Шаги белых лап собаки исчезли в никуда, оставив биоинженера в неловком молчании, пока он сам задавался вопросом: «Что здесь происходит?». Хотел бы он сейчас что-то сказать, но, видимо, холодная вода создала не только температуру и боль в горле, но и чутка повредила голосовые связки, отчего даже формальное прочищение горла ощущалось как удар стилетов, отчего Рону было дозволено лишь сделать тихий вздох, прижав ближе к себе колено здоровой ноги.       Мешанина в голове исчезла, и мысли пришли в истинное состояние, более целесообразное. И это произвело удар в груди мужчины… Он вспомнил всё в мелких клочках воспоминаний, что произошло накануне. Но это тоже не было тем, что произвело удар, а другое… Мост. Они все были на мосту.       Комната сузилась в восприятии с бешеной скоростью… Они все были на мосту. Что если, рассматривая как вариант, с командой могло что-то случиться, о чём он бы не смог даже догадаться? А ведь тогда он не успел их даже предупредить! И без того больные лёгкие начали гнать кислород чуть быстрее из-за частого хриплого дыхания биоинженера, пока он смотрел безумными глазами в одну точку… Тихий отдалённый голос подсознания шептал ему, что он допустил страшную ошибку. И что теперь? Где он? Что с ним? А с ними?.. Шепот усиливался до такой степени, настолько тёмной от тяжелых мыслей становилась комната, что Конахан постепенно ощущал невозможность ни здраво мыслить, ни дышать… Кислород предательски изредка поступал в лёгкие, отчего хотелось остановить пытку организма в виде асфиксии, от которой можно было потерять сознание, что биоинженер задумался… расцарапать себе шею. Где-то это уже было. Но резко тёмные ползучие лозы отчаяния исчезли в тот же миг, как и послышались шорохи вперемешку с голосом. — Я думал, что вы не доживёте до утра… Аж жалко стало, — голос звучал со странным неопознанным ранее акцентом, непохожий ни на один язык, а будто бы это была смесь языков.       Серо-чёрная лайка сидела недалеко от дверного проёма, видимо, в другую скромную комнату этого простенького жилища, при этом равнодушно смотрела на перепуганного Конахана, который только-только отошёл от своей убийственной паники, что даже сглотнул воздух, проведя рукой по лицу и волосам, чувствуя всё тот же лихорадочный жар и холодный пот. Похоже, всё это игры его сознания, а возможно, и температура. Тут один вариант из двух.       Но всё же напрягал голос, исходивший из ниоткуда, и то, что за секунду до его появления исчезла паническая атака… Тайминг или совпадение? Что-то в последнее время совпадения проявляются всё чаще и чаще, и это точно не к добру. За собакой действительно виднелась человеческая тень, видимо, того самого человека. А спаситель это или нет… Чёрт, Рон даже знать не хотел. Он находится неизвестно где, наполовину беспомощный из-за своего состояния. О чём говорить, если он даже сказать сейчас ничего не смог, не то что нормально пошевелить конечностями! Это выглядело глупо со стороны: непробиваемый когда-то Конахан вынужден находится чёрт знает где из-за своей невнимательности и уязвимости… Никому бы он не пожелал такой же участи.       Силуэт выглянул из-за угла, зайдя в комнату замедленными шагами, отчего разносилось неприятное эхо по комнате. Перед Конаханом представился облик человека, чей вид из-за стоящей на столе лампы трудно было разглядеть, но, прищурившись, биоинженер мог хотя бы строить предположения, учитывая, что температура не давала видеть картинку в чётком качестве. Но первое, что отметил Конахан — это достаточно невысокий рост неизвестного человека, возможно, этот человек был биоинженеру по плечо, но если брать телосложение, то, несмотря на низковатый рост, хозяин этого дома явно был крепкий. Точно нельзя было увидеть черты лица, ведь они были скрыты тенями, но определённо были видны взлохмаченные в разные стороны неаккуратными прядями тёмные волосы, которые поблескивали от тёплого света лампы. Также нельзя было сказать и про одежду, ведь обзор был закрыт тенью, но точно были видны складки тёмной водолазки, которая хорошо отображала эту форму тела, а также отчётливо виднелся узор тёмных брюк с глубокими карманами. Неизвестный человек гладил кого-то на своих руках, и этот кто-то был взрослый гладкошёрстный кот: чёрные полосы сменялись коричневыми, кончик хвоста был чёрненький, глаза закрыты, а на шее висел такой же, как и у лайки, ошейник на зелёном ремешке.       Первое, что испытал Конахан, это лёгкое покрывающее чувство в груди: он не знал этого человека, и неизвестно вообще, какие у него намерения. Как будто от него шла устрашающая аура, тем более охотничье ружьё уж точно ничего хорошего не выражало. Биоинженер, испытав лёгкую панику, сглотнул, смотря на, видимо, хозяина дома, как олень на свет фар, ближе придвинувшись к стенке. Куча вопросов в голове и холодный страх сковали конечности, но резко страх исчез полностью… в тот момент, когда глаза хозяина всего на долю секунды сверкнули оранжевым огнем, очерчивая контуры радужки глаза, тут же исчезнув… Но Конахан мог поклясться, что это не бред и он действительно видел это! Но… А где страх? Чёрт возьми, куда он исчез так резко, да и причем тут эти глаза?! Лайка, сидящая рядом с хозяином, казалось, вовсе не обращала внимания или это было чем-то обычным для неё. Это тем более пугало. Тут… что-то происходит не то в этом доме, иначе как это всё объяснить? Незнакомец сделал короткий шаг к нему навстречу, продолжая гладить кота в своих руках, пока мохнатое животное, наслаждаясь лаской, виляло хвостом, ни о чём не думая. — В следующий раз будьте чуть аккуратнее, — грубый баритон немного картавил, но тем не менее звучало это устрашающе, хоть биоинженер не испытывал этого ощущения, что странно. — Тварь на этой местности очень… непредсказуемая. Особенно в реке.       Незнакомец сделал большую паузу, после чего, цокнув языком, поставил полосатого кота на пол, отчего животное далеко не ушло, а, присев, начало облизывать лапы. Хозяин продолжил, скрестив руки на груди, пока дезориентированный мужчина всё так же, как и в самом начале, не мог сдвинуться с места из-за своей беспомощности. — Однако вам очень повезло, что я как раз возвращался с вылазки и ждал прибытия дворовых собачек комплекса, так что я буквально был готов встретиться с командой «Nightmare», но не думал, что это случится в таком… Неудобном случае… Люди такие глуповатые порой.       Информация заставила Конахана резко и незаметно вздрогнуть… Комплекс, пусть и подписывал контракты с какими-то людьми, нанимал свидетелей или нечто подобное, но в «Netherhill»-е руководство никогда не разглашало более этого. Никому никогда не озвучивались команды, ведь это конфиденциальная информация. Да, комплекс, конечно, сотрудничал иногда с людьми, но под выдуманными именами сотрудников и никогда не выходил за эти рамки… А у Конахана не было никаких особых бумаг с собой, в которых бы значилась команда. Нет, материал был, но он загружен был в монитор, который биоинженер передал ранее Бруксу… Тогда откуда этот неизвестный человек мог знать название команды?       Видя неоднозначное напуганное выражение лица мужчины, хозяин глубоко вздохнул, положив руки в чёрных перчатках без пальцев в карманы, смотря вбок. — Я понимаю, что ситуация не из лёгких и бла-бла-бла… Думаю, вы уже в курсе, что я должен был показать и рассказать вашей команде что к чему, но, видимо, ситуация решила кардинально измениться… причём, видимо, тут вы виноваты, но Бог с этим, — неизвестный немного опустил голову, смотря пристально на биоинженера. — И, похоже, что теперь меняется весь план, составленный вами ранее, верно? Так вот… Как вы там «величаете» вас называть? Будем называть предметы своими именами… Конахан… Похоже, вы застряли здесь, со мной. И не только потому, что вы в не очень… нормальном состоянии, ну и потому, что мы оба не имеем понятия, где ваша команда находится. А теперь в голове биоинженера был ещё один вопрос в копилку теории… Если комплекс не разглашает информацию, то… откуда этот человек знает его имя и такие тонкие подробности?!