Рождественское чудо в Макаденвилле

      Плотнее утрамбовав вещи в рюкзак, тяну бегунок молнии.       — Давай, застёгивайся.       Но, похоже, у вселенной сегодня план довести меня до нервного срыва: зажевав кусок подкладки, бегунок предательски замирает.       — Чёрт!       Проклиная рюкзак, этот вечер и свою голову, в которую пришла наиглупейшая мысль приехать сюда вместе с родителями, осторожно достаю попавший в замок кусок ткани.       Придётся что-то выложить.       Пижама? Нет, это моя любимая. Сменная одежда, планшет с рабочими заметками — тоже нет. Значит, придётся отказаться от подарка родителей. Вопреки традициям, они вручили мне его сразу. Видимо, предполагали, что всё так закончится.       Ну и ладно.       Оставив красную коробочку на тумбочке, вновь пытаюсь закрыть рюкзак. Теперь он даже не сопротивляется.       Отлично. Осталось выяснить, смогу ли я добраться до Шарлотта на автобусе. Или придётся искать другие варианты.       Сайт с расписанием вселяет надежду: есть сегодня ещё несколько рейсов. Ближайший через час. Должна успеть. В крайнем случае, отправлюсь на ночном.       Ехать в другой город поздно вечером, ещё и в канун Рождества — затея так себе. Но до утра оставаться одном домес ними я тем более не хочу.       За вечер родители вспомнили все мои промахи. На их взгляд, конечно. Отдельно мне досталось за решение поехать учиться за границу — по нему прямо на грузовике проехались. Как чувствовала, что надо было отказаться от семейного празднования. Но наивно предположила, что они изменили своё отношение ко мне, пока я четыре года училась в Европе.       Нет…       Родителей по-прежнему волнует только впечатление, фасад, видимый окружающим. Наша семья похожа на старый дом, который спрятали под расписным баннером. Снаружи красиво, а внутри всё давно сгнило.       Всё. С меня хватит. Больше я не буду пытаться наладить с ними отношения.       Решено.       А теперь пора валить. Пока у меня ещё есть возможность встретить Рождество в спокойной обстановке.       Спускаясь по лестнице, слышу уставший голос матери:       — Так и знала, что не надо было отпускать её в Европу!       — А я говорил, что там её только испортят! — вторит ей отец. — Но ты меня не слушала!       Я невольно стискиваю челюсти.       Испортили значит? Да я только там смогла жизнь вдохнуть, разобраться в себе, в нашей семье… Впрочем, для моих родителей нет ничего хуже, чем потерять надо мной контроль.       Прижав рюкзак к груди, будто он может защитить меня от них, спускаюсь вниз. Оказавшись на нижней ступеньке, воровато оглядываюсь: судя по голосам, родители сейчас на кухне. Прекрасно. Ещё и слишком увлечены друг другом:       — Ты позволяла ей слишком много, — раздражённо бросает отец. — И вот результат!       — А ты всё время на работе проводил.       А по итогу никому из вас до меня не было дела.              Слушать это нет желания: все их упрёки наизусть знаю, с детства ничего не поменялось.       И так каждое Рождество, что мы проводим вместе: начинается всё созданием образа идеальной и любящей семьи, а заканчивается тем, что мы расходимся по комнатам и проводим эту ночь в одиночестве.       Стараясь не привлекать внимания, запрыгиваю в ботинки. Следом набрасываю куртку.       Уйти отсюда.       Как можно скорее.       — Лэйн?       Вздрагиваю, когда меня настигает недовольный голос матери. Дёрнув слишком резко, я ломаю пуллер молнии.       Прекрасно.       — Ты куда это собралась? — её слова смыкаются вокруг горла незримой удавкой.       Только меня этим уже не возьмёшь.       — Не важно, — огрызаюсь я. Ладно, с курткой можно и на улице разобраться. — Счастливо оставаться. А я поехала.       — Стой, — она кидается ко мне, но я оказываюсь проворнее. Прихватив рюкзак, выскакиваю на улицу и бегу подальше.       От этого домика в центре Макаденвилла, что удалось забронировать за два месяца до Рождества.       От иллюзии семьи.       Говорят, в Рождество люди должны объединиться и примириться? Это явно не про нас.       Завернув за угол, оглядываюсь. Но меня никто и не думает догонять. И правильно. Пусть сидят там вдвоём. При случае припомнят, что я снова испортила всем праздник. Но мне всё равно.       Поставив рюкзак на лавочку, наконец привожу себя в порядок. И только сейчас понимаю, что шарф остался дома.       Чудесно. Не хватало только заболеть.       Натягиваю выше ворот свитера, надеясь, что это хоть немного поможет защититься от холода, и аккуратно, чтобы окончательно не доломать, застёгиваю молнию по подбородок. Ладно, главное до вокзала добраться, а в автобусе уже согреюсь.       Поёжившись, открываю карту, чтобы проверить маршрут. Я не так далеко. Вот только из-за праздника дороги в этой части города перекрыты. Взять такси или?..       Нет, лучше пройдусь, мне нужна передышка.       Проложив маршрут, выхожу на одну из центральных улочек.       Взгляд приковывают пестрящие огоньками дома. По улицам повсюду развешаны гирлянды с яркими красными бантами. В некоторых окнах попадаются свечи — дань старой традиции. До слуха доносятся рождественские песни и смех проходящих мимо людей.       Что-то внутри злобно шипит, противясь этому уюту. Звуки праздника больно долбят по ушам. Это место дышит Рождеством, дышит чудом.       Я же задыхаюсь от обиды и одиночества.       Ускоряю шаг, желая сбежать от этого. К вокзалу, скорее.       Вот только вместо тихой улочки навигатор выводит меня на главную площадь, в самый центр веселья.       «Да ты прикалываешься…»       В нос ударяет запах глинтвейна, корицы и свежей выпечки. Желудок тут же отзывается жалобным урчанием. Точно, я же с обеда почти ничего не ела, а ужин с родителями не задался.       Надо бы купить что-нибудь. Мне нужны силы, чтобы вернуться в Шарлотт.       Только, как вскоре выясняется, до еды ещё добраться надо. Навигатор вывел меня на противоположную от палаток с едой сторону. К сборищу людей в нелепых костюмах с номерами на груди.       А, точно… Это же рождественский бег. Его тут каждый год проводят.       Навигатор точно решил поиздеваться надо мной. Вот надо ему было, чтобы я здесь оказалась? Надо уходить, пока меня не зажало в толпе желающих поглазеть на соревнование. Только куда теперь?       Не успеваю я осмотреться, как бегуны срываются с места.       Нелепо пошатываясь, то и дело спотыкаясь, не в силах совладать с громоздкими костюмами, сборище «Санта-Клаусов», «оленей», «пряничных человечков» и прочих атрибутов праздника несётся в мою сторону.       Сама не замечаю, как на губах появляется лёгкая улыбка. Я даже понимаю, почему люди так любят эту традицию. Это и правда забавно.       — О, там папа! — раздаётся над ухом визг.       Морщусь, отходя в сторону. Тут же кто-то толкает меня обратно, пытаясь пробраться вперёд.       Проблеск веселья гаснет, не успев разгореться.       — Эй, осторожнее, — огрызаюсь я.       Нет, мне на этом празднике не место. Надо уходить. Желательно ещё под ноги спортсменам не попасть…       Но стоит об этом подумать, как пробегающий мимо темнокожий парень в костюме оленя, запутавшись в ткани, падает прямо к моим ногам.       — Прости. Не ушиблась? — виновато улыбнувшись, спрашивает он.       В иных обстоятельствах я бы злилась, но эти рожки в сочетании с улыбкой…       С губ срывается смешок.       — Всё нормально, — выдавливаю я, борясь с рвущимся наружу хохотом.       И кто ему такой образ выбрал? Высокий, накаченный парень… и с милыми рожками.       Смущённый, бегун поднимается и, ещё раз взглянув на меня, спешит за соперниками.       Я наблюдаю за ним какое-то время, уже не сдерживая смеха. Спасибо, что скрасил мой вечер. Удачи тебе что ли…       Не досмотрев состязание, спешу покинуть это место, пока мне в ноги ещё кто-нибудь не упал. А то с моим везением я даже не удивлюсь, если в следующий раз меня впечатают в асфальт.       Приходится ещё минут десять поблуждать, пока я наконец не выхожу к палаткам с едой. Запах свежей выпечки и корицы кружит голову. Надо скорее выбрать что-нибудь.       До слуха доносится поздравительная речь, и я невольно поворачиваюсь на звук. На импровизированной сцене, потрёпанные, но довольные, стоят победители забега.       Замечаю среди них и знакомые рожки.       Ого, выходит, он после падения не только остальных догнал, но и в лидеры пробился?       Впечатляет.       Получив свой приз, парень спускается со сцены, и его стискивают в объятиях сразу две девушки. Очаровательно улыбнувшись, он приобнимает их.       «А он популярный…»       Меня так в последний раз сокурсники поздравляли, когда я на научной конференции выиграла. А после возвращения в Штаты… никто. С коллегами я пока не поладила, а с родителями… даже думать о них не хочу.       Желудок вновь напоминает о себе, и я подхожу к лотку с пирожками. Попробовать хочется всё, но я точно знаю, что столько не съем.       Прикидываю, сколько места в рюкзаке.       «Достаточно, чтобы прихватить с собой что-нибудь. Не лишать же себя вкусностей, раз настроения нет».       Встав в конец небольшой очереди, продолжаю изучать меню. Ещё раз пробегаюсь по названиям, вчитываюсь в состав…       — Помочь с выбором? — из размышлений меня выдёргивает знакомый голос.       Я оборачиваюсь и вижу недавно упавшего к моим ногам бегуна. Без рожек и забавного костюма он выглядит стильно.       — Поздравляю с победой в забеге? — с лёгким удивлением бросаю я вместо ответа.       — Спасибо.       И снова эта обворожительная улыбка. Он точно знает, как понравиться окружающим.       — Я Грег, кстати.       Он знакомиться надумал? А ничего, что я не планировала здесь ни с кем общаться?       Но есть в этом парне что-то… что не даёт отмахнуться от него.       Я даже не замечаю, как выдыхаю в ответ:       — Лэйн…       — Очень приятно.       Грег сияет так, словно ещё раз тот забег выиграл.       — Ну так что? Выбрала что-нибудь? Мы с сестрой уже не первый раз сюда приезжаем, так что я всё знаю, могу подсказать.       Коротко расспросив о том, что я люблю, Грег заказывает мне горячий шоколад, а ещё яблочные и тыквенные пирожки. От предложения попробовать ещё и пирог со сладким картофелем и маршмеллоу я вежливо отказываюсь. Мне и того, что есть, на несколько дней хватит.       — Нет, подожди, я сама заплачу, — возражаю я, когда он намеревается приложить карту к валидатору.       — Считай это компенсацией за то, что чуть не сбил тебя с ног.       Его настойчивость смущает. Стоит ли настоять на своём или лучше довериться моменту? Не до конца уверенная, что поступаю правильно, я принимаю угощение.       «Он со всеми девушками такой?»       Желание пообщаться, провести этот вечер с кем-то, кто не будет давить и обвинять, борется с порывом попрощаться и уйти. Но, может, Грег — тот, кто мне сейчас нужен? С ним так легко, что, кажется, ещё немного, и мои проблемы улетят ввысь упущенным кем-то воздушным шариком.       Остаться с ним ещё или…?       Вопрос так и повисает незаконченным: стоит отойти от палаток, как к нам подбегают две девушки. Кажется, это они поздравляли Грега с победой?       — Грег, мы тебя обыскались! — чуть возмущённо бросает одна из них. Вторая же впивается в меня пристальным взглядом.       — Прости, — Грег легонько треплет её по волосам. — Просто встретил кое-кого. Знакомьтесь, Лэйн. Это её я чуть не сбил, пока бежал. — Обернувшись ко мне, он указывает на девушку, что заговорила с ним. — Лэйн, это моя сестра, Эмма, а это — он кивает в сторону второй спутницы, — Стэйси, её подруга.       — Очень приятно, Лэйн, — мило улыбается мне Эмма. Стейси же, похоже, к новым знакомствам не расположена. — Надеюсь, Грег тебя не пришиб. А то он может.       — Нет, всё хорошо.       — Лэйн, а ты здесь тоже с друзьями? — вклинивается Стейси. Голос звучит колко.       Хороший вечер… Из дома, где меня заваливают претензиями, попадаю в компанию, где мне не все рады. С другой стороны, кто сказал, что я планирую задерживаться?       — Лэйн здесь со мной, — отвечает Грег, прежде чем я успеваю придумать ответ. — Вы ведь не против, если она к нам присоединится?       — Конечно, не против! — соглашается с братом Эмма. — Чем нас больше, тем лучше! Да, Стейси?       Вторая девушка сухо соглашается, вероятно, не решаясь спорить с ребятами.       Я могу её понять. Это ощущение, когда те, кто тебе дорог, переключает внимание на другого. Я тоже через это проходила.       — Ну так что? Ты с нами? — на этот раз Грег обращается уже ко мне.       Остаться среди малознакомых людей на фестивале или поехать домой? Тяжёлый взгляд Стейси даёт понять: я здесь лишняя.       В этом городке.       На этом фестивале.       В этой компании.       Грег подходит ближе. Говорит так, чтобы слышала только я:       — Хотя бы ненадолго.       «Чёрт».       Его обаяние — словно порыв ветра, раздувающий тлеющее желание провести этот вечер с кем-то ещё.       Ладно, побуду здесь ещё немного.       — Полчаса у меня есть, — отвечаю я, и Грег даже не скрывает своего ликования.       — Ой, Стейси! — словно вспомнив что-то, хватает подругу под локоть Эмма. — Мы же с тобой на мастер-класс по изготовлению свечей хотели!       — Да… — неуверенно отзывается девушка.       —Грег всё равно такое не любит. Может, мы тогда вдвоём сходим, пока они тут с Лэйн гуляют?       — А, может, попозже? — пытается вырваться Стейси, но Эмма оказывается сильнее.       — А вдруг у них материалы закончатся? Сейчас надо идти! — Она бросает хитрый взгляд на брата. — Грег, мы сходим?       — Идите, конечно, — кивает он. — Эмма, ты только телефон рядом держи.       — Конечно. Повеселитесь тут.       Подмигнув брату, она уводит подругу в противоположную сторону.       Я даже завидую. У Грега есть милая сестра, которая, похоже, неплохо его понимает. Наверное, иногда и у них бывают разногласия, но со стороны они прямо воплощение идеальной семьи. Той, что у меня никогда не было.       — Не обращай внимания на Стейси, ладно? — чуть виновато произносит Грег, когда девушки скрываются в толпе. — Она не всегда себя умеет контролировать.       — Не переживай, всё нормально, — отмахиваюсь я.       — Я рад, что тебя это не задело. Куда хочешь пойти? — спрашивает Грег, поправляя упавшие на лоб дреды.       Я пожимаю плечами.       Учитывая то, что я не планировала здесь задерживаться, мне без разницы, куда мы пойдём.       Порыв холодного ветра пробирается под куртку, обвивая обнажённую шею. Как же плохо без шарфа…       — Кажется, я знаю, что нам нужно, — уверенно произносит Грег. — Идём.       Обогнув палатки с едой, мы оказываемся на праздничной ярмарке. Ровным рядом к сцене, где недавно награждали Грега, тянутся прилавки с игрушками, свечами и прочими праздничными атрибутами. От палатки к палатке снуют посетители, выбирая сувениры для себя или близких.       — Ты чем занимаешься? — увлекает меня простой беседой Грег. — Учишься?       — В прошлом году закончила, — без особого энтузиазма отзываюсь я. — Работаю криптографом. А ты?       — Криптографом? Круто. Я на геолога доучиваюсь. Брал перерыв на несколько лет, но решил вернуться к учёбе.       Грег оказывается интереснее, чем я предполагала. Во время перерыва от учёбы он много путешествовал: список мест, где ему довелось побывать, впечатляет. Где-то я и сама хотела бы однажды оказаться. Но есть среди них и такие точки на карте, куда я не сунусь, даже если весь остальной мир рухнет, а это будет единственная пригодная для жизни местность.       Ловко лавируя между другими гостями фестиваля, Грег подводит меня к лавке с вязаными изделиями.       — Я заметил, что тебе холодно, — его голос становится мягче. — Думаю, тебе не помешает немного утеплиться.       Я невольно подтягиваю ворот свитера выше, будто пытаюсь спрятаться от его внимания.       — Да просто шарф дома оставила.       Грудь снова сдавливают воспоминания о встрече с родителями. А я ведь только отвлеклась от них…       — Тогда, может, выберешь что-нибудь?       Заметив мой интерес, милая на вид бабушка начинает раскладывать товары. Как вскоре выясняется, всё это связала она сама. Столько всего… Надо взять что-нибудь, что с остальными вещами будет сочетаться.       Рассмотрев несколько вариантов, останавливаю выбор на сером шарфе.       — Тебе идёт, — Грег вновь одаривает меня милой улыбкой.       — Спасибо.       Понимаю, что это просто вежливость, но его внимание согревает. Как же мне не хватало чего-то подобного.       — Погуляем ещё или тебе пора?       Прощаться с Грегом не хочется, но, думаю, сейчас для этого лучший момент. Пока он не узнал обо мне слишком много, пока его улыбка не стала для меня чем-то большим, чем просто приятная черта.       — У меня автобус скоро.       — Ясно. — Кивает Грег, и я замечаю, как его взгляд тускнеет.       На нас сваливается молчание, которое вскоре прерывает телефонный звонок.       — Это Эмма, надо ответить. — Он принимает вызов. — Да? Мы на ярмарке…       Словно почувствовав, что Грег отвлёкся, на меня накидываются сомнения. А правильно ли я делаю, что убегаю сейчас? Мне действительно нужно идти?       Или может, стоит побыть с Грегом ещё немного? С ним так легко, что не хочется терять это ощущение.       Нет, всё правильно. Лучше разойтись сейчас. Чем дольше я с ним, тем громче становятся отголоски тех лет, что я провела в Европе. Только там я по-настоящему была счастлива на праздниках.       Завершив вызов, он поясняет:       — Сестра звонила. Говорит, Стейси сильно расстроилась и решила уйти. Давай дождёмся Эмму, а потом мы тебя проводим?       Я вижу надежду в его глазах. Почему он так не хочет отпускать меня?       Я почти соглашаюсь продлить нашу встречу, но вовремя осекаюсь.       — Не стоит. Я не хочу вам мешать. Всё же вы с сестрой планировали провести этот вечер вдвоём.       — Тогда… — он на мгновение замолкает, словно взвешивая, стоит ли продолжать. — Может, просто напишешь потом, что нормально домой добралась?       Прямо отказывать Грегу не хочется, хотя бы в благодарность за приятную прогулку. С другой стороны, согласие же меня ни к чему не обязывает? Это просто вежливость, не больше.       — Ладно. Как тебя найти?       Грег даёт свой номер, по которому я могу найти его в мессенджерах. До конца не уверенная, что напишу, я всё же сохраняю его в памяти. Решу, как буду дому.       Прежде чем проститься, Грег протягивает мне небольшой снежный шар.       — Пусть будет у тебя. На память о нашей встрече, Лэйн.       На вокзале я оказываюсь за десять минут до отправления автобуса. Всю дорогу до Шарлотта я не выпускаю из рук подарок Грега, словно пытаюсь задержаться в этом вечере ещё немного. В памяти так и крутится его улыбка. Тёплая, но теперь такая недосягаемая.       Может, я зря так рано сбежала?

***

      Два дня спустя.       Меня будит уведомление о новом сообщении. Лениво зевнув, я тянусь к телефону. Сердце колотится быстрее, стоит прочитать имя отправителя.       Грег.       Той ночью я всё же решилась написать ему, и с тех пор мы не прекращаем переписку.       Разблокировав телефон, читаю его сообщение:

Грег:

«Привет. Пока каникулы не закончились, хочу увидеть тебя снова».

«Если прилечу в Шарлотт, найдёшь время, чтобы погулять?»

      Возможно, раньше я бы отказалась, но та встреча на ярмарке что-то перевернула. Признавать это непросто, но я сама хотела, чтобы он приехал.       Прикусив губу, я набираю текст: «Окей. Во сколько тебя ждать?».       Ещё несколько минут смотрю на экран, не решаясь отправить. Вспоминаю поездку в Макаденвилл, забег, его падение к моим ногам. Теперь всё это кажется не просто случайностью.       Глубоко вдохнув, я нажимаю кнопку «Отправить».       Не знаю, к чему это приведёт, но попробовать хочу.

***

      Год спустя.       Не успеваю я выйти из автобуса, как меня стискивают объятиях.       — Грег! Перестань! — с наигранным недовольством возмущаюсь я, но тут же срываюсь на смех. Мне нравится, когда он так открыто демонстрирует свои чувства ко мне.       — Прости, ничего не могу с собой поделать. Соскучился.       — Брось, мы не виделись всего два дня!       — Целых два дня, — поправляет меня Грег. — Это много.       Я оставляю лёгкий поцелуй на его губах.       Я тоже скучала по нему. Очень.       — Не голодная? — спрашивает он, забирая мою сумку с вещами.       — Немного.       — Тогда, может, зайдём куда-нибудь? Я знаю хорошее место.       — Давай.       Пока Грег делает заказ, я жду его за столиком у окна. Бодро мерцают огнями гирлянды, нос приятно щекочет хвойный аромат. В родном штате Грега Рождество ощущается иначе. Тем сильнее разрастается в груди предвкушение чего-то нового.       Расплатившись, Грег оборачивается и бросает мне довольную улыбку.       Мы вместе почти год.       Сначала переписывались большую часть времени, встречались только на выходных: он приезжал ко мне в Северную Каролину. Потом, выпустившись из университета, Грег нашёл в Шарлотте фирму, занимающуюся геологическими исследованиями, и устроился там на работу. А ещё через неделю я перевезла свои вещи к нему.       — Держи, — Грег ставит передо мной тарелку с сэндвичем и стаканчик с моим любимым кофе.       — Спасибо.       Я откусываю небольшой кусочек. Вкусно. Как всегда, знает, что мне понравится.       — Нормально доехала? — спрашивает он, опускаясь рядом.       — Да. Вы тут как?       Грег уехал два дня назад, чтобы помочь семье подготовиться к совместному празднованию. Я хотела поехать с ним, но на работе возникли срочные дела, и я не смогла взять отгул.       — Отлично. Мама волнуется перед твоим приездом. Весь дом вычистила.       — Да ладно! Мы же с ней уже виделись!       И с отцом его тоже. У Грега чудесная семья. Мне до сих пор немного странно видеть такую сплочённость, слишком уж я привыкла к постоянным склокам.       — Это первое Рождество с тобой. Они хотят, чтобы тебе понравилось, — мило улыбнувшись, отвечает Грег.       Я отпиваю кофе, пытаясь скрыть накатывающее волнение. Воспоминания о праздниках в моей семье унылыми призраками преследуют меня. Страх, что так будет и дальше, сковывает, мешая наслаждаться моментом.       Словно почувствовав смятение, Грег приобнимает меня за плечи.       — Всё будет хорошо. Я же рядом.       Его слова отзываются теплом в груди. Я кладу голову ему на плечо и прикрываю глаза.       Грег со мной.       Рождество в моей жизни бывало разным. Но Грег — лучшее, что случилось со мной в этот день. За тот год, что мы провели вместе, я поняла одно: мы сами решаем, каким будет тот или иной день.       Год назад в Макаденвилле произошло наше маленькое рождественское чудо. И в наших силах сделать так, чтобы оно никогда не заканчивалось.