Верю.

Ночь после игры «Третий лишний». Большинство игроков мерно спят в кроватях, может, и не совсем мерно, может, и совсем не спали, но это мало волновало Намгю. Пережитый адреналин за день кипел в крови, заставляя его вытворить что-нибудь эдакое. Хотя, может, это вызывали таблетки Су Бона. Кромешная темнота выжигала глаза, обволакивала тело и будто бы пробиралась под кожу. Парень сидел прямо на своей подушке в позе лотоса, опираясь на металлическую палку, соединяющую несколько кроватей. Волосы липли к лицу, и Намгю тяжело дышал ртом, захлебываясь от различных картин, всплывающих в сознании. В голове проносились миллионы мыслей, но все они вертелись вокруг одной. Одной мысли, которая громче всех звучит в голове последние пару дней: Танос. Парень смотрел на дно кровати сверху, полностью утонув в своих мыслях. Вдруг его лодыжки коснулась чья-то рука, крепко обхватывая. Су Бон лежал на его же кровати, подобрав колени под себя и закрывая лицо матрасом. Он тихо промычал и, обхватив ноги друга уже двумя руками, медленно пополз ближе, осторожно поднимаясь на колени около лица Намгю. Издавая тихий смешок и расплываясь в улыбке, он немного шатнулся, сжимая лодыжки парня крепче. Может, упарываться перед сном было плохой идеей? — Fuck, bro, — почти промычал Танос, закрывая глаза и наклоняясь чуть ближе к лицу Намгю. — Мне так хорошо в этом ебанутом месте, так хорошо, — тихо смеясь, шепчет парень, опустив голову вниз. Второй лишь шумно выдыхает и мычит в знак согласия, держа чутка шатающегося друга за плечи. Су Бон слегка поднимается на коленях и хватает друга за лицо обеими ладонями, сжимая, и возвышается над парнем. — Когда мы выберемся, обдолбаемся так, что забудем имена, — шепчет Танос, то протягивая слова, то чуть ли не тараторя их. Его руки медленно соскальзывают с лица на шею. Он смотрит в глаза друга, слегка задирая подбородок вверх. У Намгю сжимается все тело каждый раз, когда Су Бон упоминает возможность их освобождения из этого места вместе. Его фарфоровые глаза загорелись от надежды, руки сжали чужие плечи крепче. — You believe me, bro? — шумно выдыхая, спрашивает Танос и крепче сжимает шею, но не вызывая явного дискомфорта для парня. Он зависает над чужим лицом, приоткрыв рот над носом, опаляя кожу своим горячим дыханием. Намгю кивает и выпрямляет спину, приближаясь к лицу рэпера, даже не успевая обдумать это действие, а в ответ ловит лишь нахальный смешок почти что в лицо. — Верю, — еле слышно шепчет он. — Мы, наверное, единственные, кто могли бы продержаться до конца. — Голос дрожит, нервный смешок вырывается с губ. — Но мы уйдём раньше несчастного финала, выйдем вместе и устроим настоящий движ. Мы выйдем вместе, — бормочет Су Бон, неосторожно ударяясь лбами с другом. Сердце Намгю снова сжалось; страшно было даже продолжать дышать от такой близости. Он рвано выдохнул и закрыл глаза. Танос ещё сильнее расплылся в улыбке, увидев такую реакцию. Ладони вновь поднялись выше к скулам, обхватывая и слегка приподнимая чужую голову вверх. Эти действия туманили разум сильнее, чем любые вещества. Руки предательски дрожали, сердце пропускало удары, слова комом встали в горле, и Намгю мог только захватить ртом воздух. — Ты ведь не оставишь меня? — жалобно прошептал 124-й, и его брови дернулись к переносице. — Brother, я чувствую, будто знаю тебя all my life, — медленно, растягивая каждое слово, шепчет 230-й. — Я не оставлю тебя. — Он делает паузу и приближается ближе, наклоняя голову в бок и утыкаясь лбом в висок друга. Оба перестали дышать. Намгю осторожно дернул руками, скользя ими с плеч по рукам медленно, выжидая реакции друга. Ладони скользили по предплечью, останавливаясь на локтях и придавливая пальцами выпирающие кости. — Мы уйдем вместе,— шепчет Танос над ухом Намгю. Рваное и тяжелое дыхание обжигает ухо второго. Ситуация, в которой они находились, так манила и пугала от повышения градуса с каждым движением. Су Бон не из тех, кто мог бы медлить в столь интимной обстановке: если он чего-то хочет, то получает это, и плевать он хотел на все прелюдии и нежности. Но сейчас он вел себя по-иному. Репер приподнимается на коленях и сильнее возвышается над партнером. Большими пальцами подталкивает чужую голову вверх. Глаза парней горят, дыхание сбивается с каждой секундой быстрее. Руки Таноса ощущаются как раскалённый металл на коже 124-го. Намгю смотрит на него с открытым ртом и ждёт, ждёт новых действий от друга, новых стираний блядских границ между ними. А были ли эти границы вообще? Су Бон горбится, приближаясь к лицу напротив, ближе, открывая рот, чтобы сказать, но его быстро перебивают. — Если мне суждено подохнуть, то рядом с тобой, — шепчет Намгю, но его голос срывается. Су Бон все равно его слышит и довольно улыбается. — Пока ты здесь, я не пропаду, Намгю, — шёпот обжигает чужую кожу, заставляя волосы сильнее липнуть к лицу. В ответ реперу слышится лишь дрожащий и тихий стон. — Ты — мое спасение тут и будешь за границами этого места. Су Бон приближается к чужому лицу, невесомо проводя губами по носу, опускаясь к щеке и касаясь нежной кожи. Он дразнит, мучительно растягивая каждое движение, заставляя человека под собой изнемогать от желания большего. Намгю опускает руки на талию друга, крепко сжимая. Он дышит через раз, будто боится испортить все лишним звуком. Широко открыв рот для нового глотка воздуха, к его губам прижимается палец Таноса, надавливая. — Спокойнее, — обжигающие кожу слова вылетают из чужих губ. Намгю послушно закрывает рот, втягивая воздух носом вперемешку с чужим запахом тела. Су Бон мажет губами вниз по чужому лицу, медленно забираясь руками в длинные волосы парня и убирая их с лица. — You're my last chance, — с хитрой ухмылкой говорит он, отстраняясь от лица и наблюдая за тем, как распахиваются глаза Намгю, а его смешок обжигает подбородок. — Ты же знаешь, что я вообще не понимаю, что ты говоришь? — закрывает глаза последний, заползая руками под футболку Таноса и медленно поглаживая бока. — Знаю, — отвечает он, скользя губами по кончику носа и наконец опускаясь к чужим губам. Он убирает одну из рук с волос Намгю и обхватывает его подбородок, заставляя открыть рот. А 124-й только рад слушаться и без колебаний приоткрывает губы, лишь бы эта мучительная пытка продолжалась и никогда не останавливалась. Ощущение чужих губ на своих будоражит все его нутро; сердце сжимается, руки обхватывают тело друга и крепко сжимают, тянув к себе. Прикосновения и ощущения от другого парня никогда не ощущались так правильно, как сейчас. В животе не то чтобы бабочки летали — целая бомба тикала, вот-вот готовая взорваться. Он издает слегка громкий стон в чужие губы, но репер сразу же сжимает его волосы рукой и кусает нижнюю губу, но тут же проводит языком по ней, слизывая выступившую кровь. Су Бон отстраняется и вновь мажет губами вниз по лицу Намгю, закидывая его голову наверх и проводя языком по коже, оставляя горячий след. Он прижимается пахом ближе к другу и сильнее хватается за чужие волосы, стараясь удержать равновесие. Намгю смотрит в его глаза и получает в ответ хитрую, но слишком довольную улыбку. Руки Намгю скользят вверх под футболкой друга, впиваясь в спину и прижимаясь ближе к Таносу. Лица вновь приближаются друг к другу, и последний впивается в чужие губы уже более напористо и грубо, проникая языком в чужой рот. Намгю мычит в чужие губы и царапает спину ногтями. Разум туманится сильнее. Все происходящее сегодня забылось; остальные игроки стерлись из памяти, и больше нет никого и ничего. Ни этой игры, ни этого общежития. Весь мир сузился до одной кровати, на которой прямо сейчас умирал и возрождался Намгю, отвечая на поцелуй своего лучшего друга. Танос потянул парня за волосы назад, отстраняясь от него. Открытый рот, распухшие губы и безумные глаза — но сука, такие красивые. Намгю смотрел на него как на Мону Лизу в галерее; опять боялся шевелиться, лишь бы его друг не ушел. Су Бон садится на бедра 124-го и прижимается к его паху, шумно выдыхает, опускает голову вниз и накрывает шею своими губами. Намгю громко дышит, опуская одну руку вниз по спине парня и хватаясь за его бедро крепко сжимая. В ответ он чувствует болезненный укус ближе к ключицам. Что сейчас происходит? Громко кричит разум Намгю, но он лишь поддается губам партнера, растворяясь под ними. Танос болезненно тянет волосы, проводит крашенными ногтями по лицу, опуская руку к шее, бежит по всему телу и приподнимает край футболки, касаясь низа живота. Холодные кольца прижимаются к отвыкшей от прикосновений коже, и Намгю шумно вздыхает, затаив дыхание. Короткий разряд тока пробегает по телу, когда друг забирается рукой под резинку спортивок и боксеров. Дыхание сперло. Он сильнее сжимает чужое бедро и царапает спину, лишь бы сдержать вырывавшийся стон в себе. В животе завязывается узел от напористых прикосновений. Танос поднимает голову на друга, который откидывает голову назад и жмурится, лишь бы сдержать все звуки и эмоции в себе. Су Бон накрывает губами его ухо, заставляя парня под ним сжаться и задрожать сильнее. — Мне остановиться? — шепчет Су Бон, накрывая чувствительную кожу горячим воздухом. Парень под ним оживился и чуть не захлебнулся своим стоном, дёргаясь и прижимаясь грудью к другу. — Не смей — еле слышно шепчет он и вжимается лицом в изгиб худой шеи, обхватывая зубами кожу и впиваясь подобно вампиру. Намгю душило; у него то забирали кислород, то возвращали обратно. Он жадно подбирал зубами кожу на чужой шее и с силой впивался. Парень был где-то далеко от реальности, где-то, где мир совершенно иной, где нет никого, кроме них, и этот мир ему пиздец нравился. От прикосновений чужих, но таких приятных рук сжималось сердце, а время совсем остановилось, пока Су Бон требовательно касался его, пока его рука оттягивала волосы и зарывалась в прядях длинными пальцами. Голова кружилась от напряжения, в ушах что-то звонко гудело, а Танос что-то шептал ему в волосы. Намгю был готов разорваться и лезть на стену. Он потерялся в собственных мыслях, желаниях и потребностях. В секунду забыл, как дышать, говорить, а в голове барабанной дробью отдавалось свое же сердце. Носом зарываясь в шею Таноса, он тихо простонал его имя и практически упал на друга. Су Бон отодвинулся, придерживая ослабевшего друга за плечо, и обтер руку об простыни за своей спиной. Он посмотрел в глаза Намгю и дернул бровями. — Всё нормально? — пытаясь отдышаться, спросил он. — Да, просто испачкался, — впопыхах ответил репер и вновь подтянулся к другу, упираясь руками в кровать за спиной Намгю. Глазами он обвел чужое лицо: длинные пряди волос опять липли к лицу от пота, глаза остановились на губах; маленькая подсохшая ранка от его зубов сводила с ума. Танос наклонился к чужим губам в коротком поцелуе. — Встретимся завтра на играх, — прошептал Су Бон в чужие губы и вновь отстранился. Намгю выдохнул и вновь откинул голову на металлическую балку кровати. Танос сползал с его кровати и подмигнул: — Когда выйдем, продолжим. Услышав одобрительный смешок, он полностью пропал с чужого поля зрения. Намгю пропал и утонул в этом человеке. Теперь он на все сто десять уверен - сделает что угодно, лишь бы выбраться вместе и полностью утонуть в нём. Су Бон запрыгнул в свою кровать и довольно распластался на ней во всю длину, выпрямляя ноги и закидывая руки за голову. Он мельком осматривает все помещение и вдруг сталкивается взглядом с одним из игроков по правую сторону от себя. Парень приподнимается и прижимает один палец к губам, тихо «шикая», и подмигивает. Игрок в ступоре отворачивается на другой бок, а Су Бон вновь довольно падает на кровать и наконец закрывая глаза