Замарашка и мышиные махинации

- Рыба, свежая рыба! Судак, карп, сельдь! - Яблоки наливные! Груши садовые! Сливы лиловые! - Внучок, не проходи, возьми капустки-то, ааа! Да, день начинается не с цикория с манной кашей, а с похода на городской рынок по поручениям отчима и сводных братцев. Где он в такое время найдёт гребень с петуха-переростка, траву забвенья и внесезонный боярышник, никого в этом доме не волновало. Площадь кишмя кишела разнообразным людом, что или пытался скупить за бесценок товар полакомей, или, наоборот, продать этот самый товар втридорога. Суета сует. С горем пополам найдя все вещи из списка или просто заменив их похожей дрянью (всё равно эти олухи не заметят подмены, а ежели и заметят, то он не виноват), парень отправился обратно в дом, где ждёт его «любимая семья».

***

- Замарашка, почему так долго?! Я не могу начать свой день без отвара боярышника, моя кожа будет страдать!  За столом сидело трое человек, все с недовольными лицами, словно вместо омлета с ветчиной у них в тарелках хвост борова с соседнего болота. Тот, которому с утра подавай отваров разных, являлся племянником главы данного семейства и назывался Рико Морияма (хотя «гоношистый петух» ему подходит больше). Не то чтобы красавец, но вроде и не урод, пока рот не открывает и свой взгляд на человека не обращает. - Ты задержался. О, а это и сам глава семейства – Тетзудзи Морияма. Вечный сноб и скупердяй, из-за замужества возомнивший себя хозяином положения, да и поместья в принципе. Требует ото всех называть себя хозяином и бьёт нерадивых своей тростью с металлическим наконечником в виде ворона. Сидит весь важный, племянников по обе стороны от себя рассадил и отдаёт приказы. Хотя третий член общества кисломордых лягушек – Жан Моро – его подопечный и не родственник от слова совсем, прав у него в любом случае больше, чем у большинства обитателей поместья. Сейчас же он молча сидит и гипнотизирует свою еду, может быть, в надежде отыскать в ней смысл жизни. - Прошу прощения, искал долго, не сезон же сейчас, - парень склонил голову в мнимом подобии раскаяния. Обогнув стол, он поставил графин отвара перед Рико и уже хотел тихонько покинуть столовую, как его остановил хриплый голос Тетзудзи: - Замарашка, небось думал весь день дурака валять? Ты провинился и за это должен перебрать пшено, покормить голубей, почистить конюшню и отполировать пол в прихожей. Понятно? - Да. - Забываешься, малец. - Да, хозяин. - Свободен, - после этих слов на парня никто уже не обращал внимания, лишь Рико что-то бурчал себе под нос, но всё ещё достаточно тихо, чтоб не получить от хозяина за нарушение дисциплины за столом.

***

- «Замарашка, сделай то. Замарашка, сделай сё». У меня вообще-то имя есть. Тьфу, блин. Может, мне ещё и их благородные ноги языком вылизывать? Фу, какая мерзость, - причитал парень, пока кормил птиц на заднем дворе, где лишние уши не могли его услышать. Натаниэль Веснински, он же замарашка, - единственный сын Натана Веснински и Мэри Хэтфорд. Его мать – благородная дворянка из Королевства Туманных островов – сбежала из родного дома, чтобы выйти замуж за тогда ещё простого мясника. Вскоре бизнес начал процветать и теперь везде в королевстве знали про «мясницкий ряд Веснински». Главный экспортёр мяса в рестораны высшего качества и на пиры во дворец Его Величества. С виду счастливая семья, но внезапно их постигло горе. Когда мальчику было десять лет его мать таинственным образом пропала, оставив ребёнка без материнского тепла, а мужа вдовцом. Натан долго горевал, так долго, что через полгода уже заключил повторный брак с младшим братом своего лучшего друга. И вот в эту семью вошёл мужчина с некими активами в спортивных забавах, его родной племянник (сын того самого лучшего друга). Мнение сына, конечно же никто не спросил. С этого дня всё стало хуже. Семья счастливой никогда не была, но с появлением новых членов перестала походить хоть на что-то в глазах Натаниэля. Отец хотел видеть в нём наследника, но Натаниэль оказался вегетарианцем. Шок, неверие, гнев – и сына ждала неделя в подвале с крысами и мышами. Не смог разделать барашка? В подвал. Нагрубил своим братьям и отчиму? В подвал. Не отличил единорога от кобылы? В подвал, в подвал и ещё раз в подвал. Негоже порочить честное имя отца. С каждым годом жизнь становилась тяжелее, Рико крикливее, отчим злее, отец не пойми где пропадал, Жан ушёл в минор, а Натаниэль познал прелести лесной жизни и принципы аскетизма. Всё началось с того, что одним вечером отец отправил его в лес со словами «принеси мне цветок луноцвета, что цветёт лишь в полнолуние. Без него не смей нос казать на пороге, пусть лес сделает из тебя охотника, и ты поймёшь всю отвратность вегетарианства. Пошёл». До полнолуния было 18 дней. 18 дней в лесу наедине с природой и всякой тварью, которая хочет тебя убить. Но это всё ещё безопаснее отца с тесаком в руке и его преданных подчинённых. Возможно, их помешанность и кроется во всех этих травах по типу луноцвета. Делать нечего, 12-летний отрок отправился в лес караулить цветение. Питался он подножным кормом, спал в дуплах и в норах, дрался с волками и притворялся мёртвым. Одним словом – роднился с природой как мог. Порой ему казалось, что в округе бродят какие-то злые духи, ведьмы, эльфы. Один раз он заметил колпак гнома. Его это не удивляло, так как это королевство довольно близко с магическим миром, а он сам находится в тёмном лесу, куда не каждый нос сунет. На 13-ый день Натаниэль уже был своим: в грязи, траве, с диким взглядом и умением пояснять животным за территорию. Он уже слышит их голоса. Дар или сумасшествие? Никто не знает и знать не хочет. Натаниэль уже хотел было оставить всё и жить в лесу словно леший, но передумал, когда вспомнил нежные руки отца и его ласковую улыбку (если б он не принёс нужное, отец бы его из-под земли достал б и потом туда же по кусочкам и запихнул. С любовью). Взяв себя в руки, волков в подмышку, мальчишка сорвал цветок в полнолуние и весело побежал домой (страх подгоняет, отец нагоняет). После того случая он много раз возвращался в лес, потому что там безопаснее и спокойнее, нежели дома. Когда Натаниэлю было шестнадцать его отец пропал. Поставки единорогов задерживались, и он лично поехал в порт, откуда он уже не вернулся. Завещание его найти никто не смог. А было ли оно – неизвестно. Поэтому, пока единственный законный наследник не достигнет возраста 19 лет и не сможет законно вступить в наследство, его дражайший отчим взял на себя бремя управлением и ввёл свои порядки. Так как сына Натана он недолюбливал от слова совсем (как и его родителя в прочем, но брат сказал «надо», значит, зубы в замок, глаза на потолок и иди под венец), Натаниэль под его лёгкой рукой стал слугой в своём же доме. Вечно в саже и в пыли да с грязью на фартуке, из-за чего и начали его кликать «Замарашка». Иногда и «чудик» из-за того, что с мышами беседы ведёт. Глупые; если они мышей не понимают, то это не значит, что мыши не понимают их. Натаниэль же научился (не без помощи подвальных посиделок да прогулок по лесу) общаться ними. И сейчас его лучших друзей хочет съесть чей-то наглый кот. Так, подождите, что?! - А, ну, кыш отсель, охотник гуев! – Нат кинул в кота зерном, тем самым напугав толстый зад и заставив его с шипением удалиться со двора. Мышь поменьше недовольно пискнула вслед убегающему дебоширу, попутно отряхивая от частичек сена мышь покрупнее. Оглядев спутника в последний раз, она отправилась к юноше. - Нат, тут мне соседушки на ушко нашептали, что через две недели в южный порт причалит судно, держащее курс в тропическую Джоанну, - словно заговорщик пропищала она парню интересную новость. - Это просто чудесно, Дэн, нам осталось только завершить последние приготовления да усыпить этих олухов, чтоб наши планы не попортили. Мэтт, как обстоят дела в «Мясницком ряду»? – накормленные птицы сонно щебетали, пока Натаниэль брал на руки своих мышей, покидая двор. - Докладываю, Лола не может найти некоторые облигации и вексели. Все подозрения падают на Джексона. Нашего брата за хвост не поймали, бумаги надёжно спрятаны, - на кухне не было ни души кроме этой троицы, поэтому мыши спокойненько бегали вокруг Натаниэля, подъедая чужие запасы. - Хах, надеюсь, его высекут. Негоже ведь брать чужое, правда? – он подмигнул своим компаньонам, словно не он инициатор аферы. Натаниэль, хоть и пытался быть тише мыши, но это не значит, что всё время с момента пропажи отца да начала господства отчима он сидел без дела. Ребёнком он подружился с мышами. Ребёнком он перенимал учения отца да его прихвостней, которые теперь руководят, с благословения Тетзудзи, бизнесом папеньки. Тогда же он понял, что жизни в этом городе нет, и начал готовить план побега. Основал свою сеть информаторов «Мышь сутулая», да помаленьку стал монетки копить. Когда знаешь, чего хотят люди, намного проще втюхать им свой товар. Также подсобило завещание от маменьки, которое начиналось как обычное письмо сыну словами «Дорогой Абрам, любимый сын…». На самом деле это были зашифрованные координаты места захоронения наследства (после этого он точно перестал верить в таинственное исчезновение матери). В общем, часть счетов переведена в офшоры, часть спрятана в лесу, ещё одну стережёт мышиная гвардия в подвале поместья Веснински. Осталось только собрать всё это богатство и бежать, сделав вид, что Натаниэль тоже таинственно исчез где-нибудь в тропиках, попутно подставив своих любимых родственничков. Хотя Жан не так уж и плох, можно ему тоже подсобить, коль помощь понадобится. - Кстати, дворцовые кумы передают, что бал готовится через неделю и будет эту самую неделю длиться, - половина слов была не особо разборчива из-за большого куска сыра, который Дэн запихнула себе в пасть. Это не помешало скрючившемуся в три погибели над мешком зерна Натаниэлю понять суть. - Тот бал ради того, чтоб найти принцам зазноб? И этим ты хочешь сказать чтоо?  - Что нам не нужно тратить ценный настой хмельной воды со жмыхом валерианы и пыльцы мака на этих человеков. - Да-да, там гонцы невдолге прискакать должны с приглашениями для всех членов семей барских, а этот старикашка своего не упустит, - Мэтт взобрался на макушку Натаниэля, аккуратненько устраивая себе лежанку из чужих волос. Да, старик своего не упустит, особенно, когда это отличная возможность пристроить своих отпрысков да связи полезные наладить. Может быть, его племянник принцу приглянется, чем чёрт не шутит. Замарашку же он и за человека особо не считает, следовательно, можно не беспокоиться из-за бала. Ему туда путь заказан. - Тем лучше, они отправятся в очередной раз во дворец, а мы под шумок и сбежим в Джоанну выращивать манго. - И сыр! - Мэтт, сыр не выращивают также как и манго, - Дэн начала объяснять Мэтту всю его неправоту. Натаниэль на это слегка улыбнулся. Осталось продумать детали. - Дэн. - Да? - Разузнай про празднество подробнее, нам не нужны лишние хлопоты. - Есть! – ещё один кусочек сыра исчез в пасти Дэн.

***

Вечером холодает, особенно в лесу. Тусклый свет уходящего солнца проникает сквозь кроны деревьев, освещая небольшой участок в корнях самого зелёного дуба в округе. Под ним, словно в молитве, согнулась небольшая фигурка в холщовом плаще. Натаниэль раскапывал сундук с драгоценностями своей матери. Ему нужно всё перепроверить и понять, что он хочет оставить в лесу. Никогда не знаешь, что может случиться с тобой завтра, поэтому лучше оставить себе на чёрный день долю, чем потом страдать. Сверху на него упала белка. Подозрительно. Весь путь по лесу был отягощён разного рода неприятностями. То об корень споткнётся, то в овраг упадет, то ветка решит поцеловаться. Будь Натаниэль менее подозрительным, то не придал бы этому значения. Но паранойя, передавшаяся ему от матери, нашёптывала, что надо бежать отсель поскорей. Засыпав место землёй и травой сверху, Натаниэль начал потихонечку отходить обратно к тропке, проторённой его башмаками. Казалось, предчувствие его обмануло и всё обошлось. Казалось… Резкий звук и возле его головы в паре сантиметров в дерево врезалась стрела. С серебряным наконечником. Серебром, что используют богатеи для охоты на оборотней (а они тут водятся?). Дерьмо… Ещё никогда Натаниэль не бегал так быстро. Сердце стучит в висках, а кожу покалывает от чужого пронзительного взгляда. Ещё немного, совсем чуть-чуть. И снова тот злополучный корень ясеня, пропади он пропадом. Парень протаранил собой землю и уже хотел было встать и опять побежать, как его остановил чей-то равнодушный голос: - Прекрати, иначе пристрелю, - незнакомец подходил всё ближе, и, если бы не отблеск стрелы в натянутом луке, Натаниэль даже и не подумал бы следовать его приказу. Как назло, подвёрнутая лодыжка от предыдущего падения скорости не придавала, лишь сильнее разбаливалась. И тогда Натаниэль увидел его. Белобрысого гнома. Приплыли. - Какого беса?!