Игра в Таноса

      What a HELL ?! Я бешено кликал мышкой, обновляя страницу криптовалютной биржи. Ага, ту самую, на которую любезно делился ссылкой MG COIN, сияя приторно сахарной рожей на весь кадр в каждом гребанном ролике на своем ютьюб канале. Это реальный способ заработать нереальные деньги в нереальные сроки – утверждал он. Цена на "Dalmatian" пойдет вверх прямо в ближайшую неделю – не пропустите! Твою мать, я даже не знал, что такое "Dalmatian", но каким-то макаром ввалил туда все, что у меня было – а это, на минуточку, порядка 1,19 миллиарда вон! Нехилые бабки!       Страница, вся испещрённая этим сучьим мелким шрифтом, который, знаете, неизбежно приносит какую-то задницу по итогу – потому что ты чо-то там не прочел – сияла красным графиком. А красный в этом деле – реально дрянной знак.       Motherfucker! Цифры в верхнем правом углу стремительно увеличивались, и это, блядь, вовсе не рост, а минус, в который уходил мой аккаунт. Совсем потеряв рассудок от ярости, я кликал на экране все кнопки подряд и долбил по клавиатуре, чтобы эта хрень просто остановилась! Мало мне было слитого миллиарда, так еще и каким-то образом появлялся и увеличивался ДОЛГ. То есть, это не я зарабатываю на платформе, а я ЕЙ с какого-то рожна ДОЛЖЕН. Сидя в пустой квартире с тысячей вон в кармане. 2 миллиарда вон. Два, мать его, миллиарда! Я миллиард то накопил за всю жизнь, где я возьму два миллиарда?!       Гребаный, гребаный MG COIN и его фуфульная дерьмо-валюта! Я раздолбал комп до трещин, яростно вбивая его ногой в пол, как вбил бы башку этого ублюдка. Но это не помогло – не отпустило. И, конечно, не избавило от сумасшедшего долга на моем айди. Теперь мне даже кредит в банке не дадут с таким «шлейфом». Мне крышка.       В отчаянной попытке хоть как-то решить эту проблему, я кинулся названивать всем своим старым и новым друзьям, товарищам, знакомым и всем, чей номер мне в принципе когда-либо удалось получить. Нет, не могу, у меня кредит, у меня семья, у меня голяк, кто ты вообще такой и другие отмазки сыпались в трубку, втаптывая меня в эту яму на пожизненно. Никто мне не поможет. Никому я не сдался. Нигде мне не заработать таких бабок. Нет никаких шансов, что я когда-либо выберусь из этого дерьма. В лучшем случае я всю жизнь буду пахать в семь смен и продаваться без стыда и совести в тех кругах сраного шоубизнеса, где мелкие музыкальные продакшены с три короба обещают тебе жизнь айдола хлеще чем у BTS, а по итогу тебе каждый вечер засаживают микрофон в задницу и просят скулить погромче, if you know what I mean . И все это время счастливорожий гавнюк с ютьюб канала будет где-то припеваючи хлестать соджу с пивом в кабаках. Ну уж нет. такой херни мне точно не надо.       Да пошли они все нахрен! Ублюдки!       На улице было тепло, так что кожанку, которую накинул впопыхах, я снял и закинул на плечо. В ночном воздухе противно пахло какой-то чужой беззаботной жизнью, слышался мерзкий хохот прохожих, закинувшихся стопкой другой чего-то бьющего по мозгам. Happy fucking alcoholics ! Черт, как же обидно то сука! Я стиснул зубы, и едва сдерживаясь, чтоб не придушить кого-нибудь особо ухмыляющегося и хмельного, свернул в темные узкие переулки, напичканные каким-то старым дерьмом, вынесенным из домов. Пиная мусорки и мешки, я сам не заметил, как оказался перед дорогой Гангбьенбук. За ней виднелась река Хан и переброшенный через нее Мапо-дэгё – Мост Жизни, как его называют. Ха! Ну как же! Мост, блядь, ЖИЗНИ! Отсюда постоянно сбрасываются всякие конченные неудачники, которые с этой самой жизнью как раз решили распрощаться, ибо типа с них уже хватит. Жалкие слабаки…       …       Или… Черт! Я хотел уже развернуться и пойти дальше, но мне будто не хватило воздуха на вдох, а под ребрами закололо как бывает при беге без разминки. Мне по большому счету некуда идти. Некуда потом возвращаться. И моя гребаная жизнь, которая начнется с завтрашнего утра вряд ли хоть чем-то будет получше жизней придурков, сиганувших с Мапо. Черт! Неужели я такой же неудачник? Ну нет, это бред. I am Thanos, the Legend of Rap, а не какой-то мамкин нытик «обожебожеуменянеполучилосьсработой-матьубьетменя». Или…       Чтоб выкинуть это дерьмо из головы, в край меня запутавшее, и от которого хотелось придушить себя своими же руками, я направился в Lawson’s. Хотелось надраться, сдохнуть и проснуться в другой жизни, где все типа нормально, и нет ублюдка MG COIN-а со своей криптой. Унылый тип за кассой не добавлял радости в этот уебищный вечер, телепая несчастную бутылку пива во все стороны, пытаясь найти штрихкод.       - Ты чо, блядь, делаешь? Она пеной щас пойдет, придурок, - Конечно, он охренел от такого гона, и резко нашел и штрихкод, и сдачу, вывалив стопку тяжеленных монет на стол. Пытаясь их собрать, с трудом сошкрябывая с тарелки для сдачи, я вдруг психанул и швырнул все обратно и по итогу забрал только бутылку. Я бы и в морду ему швырнул – и пусть бы чувак вызвал полицию. И пусть бы меня скрутили и увезли в участок. Хотя нет. Fuck them ! Я бы не дался. Отбивался бы до последнего. И пусть бы меня тупо пристрелили на месте прям в этой вонючей лавочке. Всяко лучше, чем ждать утра. А потом следующего. А потом следующего. А потом еще… И так пока не сдохну. Уж лучше сейчас…       Укрепившись в этой мысли, я заржал. Ну что ж, столица, кажется, сегодня я все-таки прибавлю статистику в новостных сводках. Ну чо, где там этот Мапо?       С каждым кислым глотком не менее кислые надписи на мосту звучали более издевательски. «Какого цвета твои глаза?», «Ты покушал?», «Ведь было же что-то хорошее?». Серьезно?! Это реально должно кого-то остановить? Какая, нахуй, разница, какого цвета мои глаза, если мне не на что завтра будет купить жрать и ближайшие лет двадцать тоже не будет хватать ни на что кроме чашки риса в день? Какой безмозглый кретин придумал эту чушь? И какой подумал, что это классная идея? God, this world is insane for real .       От теплой мочи в бутылке тошнило меньше, чем от этого дешевого фарса и херни вокруг, и только захотелось еще больше скинуться к чертям собачьим, чтоб тупо не видеть этого позора, накарябанного на зеркалах и перилах. Я совершенно точно не хочу продолжать жить в мире, где решения принимают такие имбицилы, а другие могут за нефиг делать клепать ролики на ютьюбе, разводя всех подряд на далматинов или как-там их.       Еще и дурацкого выступа за перилами не хватало, чтобы нормально встать – так что носок кроссовка свисал над черной толщей воды, и мне пришлось корячиться в какой-то жуткой неудобной позе, придерживаясь за перила, как мамкин сынок за юбку. Сука, даже сдохнуть нормально нельзя в этом мире, о чем мы вообще говорим?!

***

      Бессонница мучила ноги, заставляя идти, идти и идти. Единственное, что ей оставалось. Единственное, на что хватало сил – бесцельное брожение вдоль берега. Без мыслей в голове, без планов на завтрашний день, без единой идеи, что делать с тем количеством бумажных исков, от которого ломило почтовый ящик. Это раньше она плакала и убивалась, увидев сумму в два миллиарда, три, пять, полтора. Иссушивала душу, заливая слезами подушку за подушкой. Но они не прекращались. Новые и новые конверты появлялись каждый день, будто письма из Хогвартса в доме Гарри Поттера. Только ей, эти бездушные белые официальные конверты с холодным бесстрастным шрифтом не развороте, не сулили никаких приглашений в школу магии. Они несли лишь безысходность, день ото дня утапливая и закапывая Су-хён в бездонную яму, из которой никогда не будет и не могло быть выхода. Складывая цифры, собирая будто пазды в единую картинку, Су-хён исписывала тетрадь, постепенно переставая осознавать, что в конце концов происходит. Как помощь кому-то могла обернуться подобной катастрофой? Как жизнь могла вот так взять и внезапно прерваться, просто потому что она пыталась сделать добро? Пусть и не самым заслуживающим того людям. Иногда сама, чаще под давлением просьб и манипуляций, но тем не менее, она всегда осознанно делала этот выбор, никогда в полной мере не понимая последствий. Ну и чем не доказательство, что она безнадежно хреновый юрист?       К сегодняшнему дню она уже давно не пыталась из кожи вон лезть, чтобы как-то себя оправдать или придумать какой-то выход из ситуации. Су-хён смирилась и с тем, что компетенции ее ничтожны, и жизнь бессмысленна и будущего у нее нет. Принять то приняла, но вот проклятая голова никак не хотела продолжать нормально функционировать, отправляясь в здоровый сон, день ото дня заставляя нахаживать километры по ночам, пока не опухнут и не загудят ноги. Как будто наличие страданий, хоть моральных, хоть физических, обязательный атрибут ее итак неудавшейся жизни.       Су-хён машинально вытерла рукавом сухие щеки – на них уже давно не было слез, а привычка осталась. Она подняла глаза на Мапо-дэгё – очередной самоубийца совершал свой последний ритуал. Она видела многих уже здесь, а потому ничуть не удивилась. Люди принимают решения, которые считают правильными и нужными, и не ее дело вмешиваться в них. Ей по большому счету было даже все равно – просто не хотелось видеть саму смерть. Су-хён отвела взгляд от моста, уставившись себе под ноги, с напряжением ожидая гробового всплеска. Надо переждать, сейчас он случится, и дальше ночь станет обычной как прежде. Ну же… быстрее. Чего ты там мешкаешь? Изнуряюще – Су-хён цокнула и закатила глаза – когда она решит это сделать, точно не станет мучить случайных прохожих долгим ожиданием. Просто перекинет ногу, и даже не касаясь бордюрчика – он все равно там маленький и неудобный – перенесет вторую, отталкиваясь прямо с перила, чтобы сразу упасть вниз. Плевать, что это будет неудобно и не презентабельно, как в фильмах, цель ведь не в этом.       - Fucking bridge ! Да здесь же, блядь, не развернуться! Идиоты! Кто построил эту хрень?! Stupid assholes ! Господи, где бутылка?! А черт! Fucking God , могу я хотя бы сдохнуть как человек?! Эй! Там! Слышишь?! Ой, не делай вид, что ты оглох там! Алло! Алло, блядь! Бездушный ублюдок! Да я просто хотел попросить подать бутылку! Хочу хлебнуть этого сраного пойла напоследок! Я что много прошу?! Не будь козлом! Иди сюда! На минутку!       Псих на мосту орал во всю глотку, явно обращаясь к Су-хён. Она опешила, оглядываясь по сторонам. Точно к ней. Совсем чокнулся там – зачем тебе пить, если ты решил умереть? Умереть как человек – это что за тезис вообще? Больной какой-то.       Накинув капюшон толстовки, Су-хён прибавила шагу, не желая иметь никаких дел с потенциальным суицидником. Когда это незнакомые темные непонятные силуэты на мосту – это одно, но живой человек, разговаривающий с ней – совсем другое. Внутри все неприятно съежилось. Пожалуйста, умри сам как-нибудь и не втягивай в свои проблемы. И так тошно.       - Э! ты чо охренел там что ли?! Совсем?! Son of a bitch!Тебе жалко помочь умирающему человеку?! Last wish перед смертью?! Ах ты, бесчувственный кусок дерьма! Подумать только! Если ты не поможешь мне сейчас, я нахрен перелезу обратно, и переломаю тебе все ноги! Мне уже плевать – я так и так сдохну – так что прибить кого-нибудь напоследок – не страшно! СЮДА ИДИ, я сказал!       Су-хён взгдрогнула, прикидывая, сколько между ними расстояние. Пока он перелезет, пока добежит по мосту к берегу – у нее точно будет очень хорошая фора; психопат не догонит. Но если и делать рывок, то прямо сейчас, пока он не вздумал перелазить. Прямо сейчас. Ну же! Вперед!       Черт возьми, да что с тобой не так, Су-хён! Чертыхаясь, скрипя зубами до рези в ушах, она за каким-то чертом тащилась на мост. Подойдя ближе, увидела оторопелое лицо с крупными хищными чертами. Ярко фиолетовые волосы торчали во все стороны, а со среднего пальца левой руки тянулась полоса татуировки, следуя под футболку и, видимо, выходя черной чертой на шею. Длинные пальцы с цветным лаком на ногтях, вцепились в перила. Нетривиальный видок – у таких точно не все дома. Хорошо, что подошла –если бы догнал, точно не пощадил бы.       - Оу, you are a woman , - Выпалил он с кривляющимся английским акцентом, - Sorry, что назвал тебя ублюдком. Издалека не видно было, думал, ты парень.       Су-хён молча приподняла бровь и опустила глаза на короткую юбку, торчащую из-под толстовки.       - C’mmon, сейчас такой лютый унисекс в массы попер и прочее, что в школьной юбке и боксера можно встретить, - Его оправдания звучали еще нелепее, чем он выглядел, но уверенность, с которой он порол полную чушь, подкупала. Су-хён не сдержала подорвавшийся вверх уголок губы.       Повисла пауза. Су-хён хотела отвести глаза, чтобы, не дай Бог, не запомнить его лица, но поняла, что с таким неординарным типом это точно невозможно. Вычурный, яркий, он останется красочным пятном в памяти. Потому она продолжала молча глядеть на него, удивляясь, как такой красивый и сильный мужчина – он был высок и крепок как баскетболист – мог дойти до подобного решения.       Он вдруг улыбнулся какой-то донжуанской улыбкой, склоняя голову вправа. Точно псих – флиртовать в таком-то месте при таких-то обстоятельствах! Наверняка, пьяный в стельку – или хотя нет, стоит ровно и держится уверенно – под наркотиками?       - А ты красивая. Чертовски красивая. Если бы я не собирался сейчас to jump down , я бы обязательно позвал бы тебя на date - Он еще и подмигнул!       Су-хён инстинктивно подошла ближе, вглядываясь в его глаза. Да нет вроде, чист и трезв. Выпил разве что – ее взгляд скользнул вниз в поисках бутылки, о которой говорил фиолетововолосый чудик – ну да, точно, разве что чуток выпил. В таком случае, у него точно проблемы с психикой. Люди, которые решили расстаться с жизнью, так себя не ведут. Его легкомысленность граничила с безумием. Может, стоит вызвать скорую, чтобы бедолагу увезли в соответствующее учреждение?       - Ах да, - мужчина проследил за взглядом Су-хён и требовательно махнул туда рукой, - Подай please. Хочу сделать глоток – там на дне осталось, а то у меня как будто сушняк. Еще тут стоять неудобно. И…       Он посмотрел на свои ноги и вдруг задрал одну на перило, начав развязывать шнурок.       - Это Puma Ultimate Extreme feat GodHell. Знаешь его? Нереально крутой чувак. Я гонялся за ними вечность. То размеров нет, то доставки в Корею. Откуда только у всяких додиков столько бабла! Умудрялись раскупать за секунду в каждом магазине, куда я заходил. Еле нашел. Limited Edition, понимаешь, babe? – Он стаскивал кроссовок, продолжая неуместно стрелять глазами в Су-хён.       Скинув его на мост, ступив босой ногой на отступ, он поежился от холода и выругался, но все равно принялся за второй.       - Ты точно уверен, что хочешь умереть? – Не выдержала Су-хён, наблюдая за нелепейшей сценой в своей жизни.       Он вдруг недовольно посмотрел на нее.       - Are you kidding me ? Я что похож на какого-то психа, который просто так сюда залез проветриться? Конечно уверен! Моя жизнь и так кончена, я просто ставлю все точки над…над чем их ставят? Над буквой короче. С чего ты вообще взяла, что я не уверен?       Су-хён оторопела еще больше.       - С того, что ты ведешь себя не как человек, который хочет умереть. Готовому на смерть плевать на последний глоток и какие-то кроссовки. Какая тебе разница, что с ними будет? Ты же сейчас прыгнешь…       - А, ну да… То есть ты считаешь, что сдохнуть может хотеть только нытик и сопляк, который в чем попало и как попало перелезет и сиганет вниз, не думая? Или я рыдать должен? Или как по-твоему «надо» хотеть умереть? – Он даже не дал ей ответить, обиженно бросая, - И это не «какие-то кроссовки»! я же сказал, что это GodHell-овская модель Пумы, и они мне дорого обошлись! Знаешь, сколько я отпахал всратых выступлений по помойным клубам своих товарищей, чтобы накопить на них? Хотя это вообще был не мой уровень. Я звезда! Legend Thanos! Слыхала? Меня по телику показывали в третьем сезоне…       - … «Их разыскивает дурка»? – Су-хён уже начал раздражать этот концерт по заявкам.       Она протянула бутылку, желая, чтобы пафосный красавчик угомонился. С такой горячностью говорить о кроссовках, своей карьере, стоя на Мапо – ее представления о нормальности и адекватности трещали по швам. Даже стало казаться, что ничего в его поведении такого нет. Имеет же право человек перед смертью быть таким, каким хочет. Пусть даже таким странным. Неужели его харизма так проняла? Хорош на этом. И так будет вспоминать его теперь с щемящим сердцем.       Он вдруг разразился таким неприличным громким смехом, даже не пытаясь прикрыть рот – наоборот, запрокинув голову назад и сотрясаясь всем телом. Отцепив руку, чтобы вытереть проступившие слезы во время смеха, он чуть не свалился, и, выругавшись так, что Су-хён бросило в жар от стыда, он схватился за перила обратно, чтобы выровняться.       - А ты funny and cute ! – С чувством выпалил он, забирая бутылку и прикладываясь к горлышку, - Может, ты и права, и я действительно не такой как все, что можно счесть за ненормальность, если быть непроходимым остолопом.       Комплимент и затем грубость? Он же нагрубил, да? Он намеренно ее оскорбил, или все-таки не имел ввиду ее? Су-хён мотнула головой, нахмуриваясь. Хватит. Довольно с нее этого человека. Какая придурошная ночь!       - Так все! Прекращай давай этот балаган, Legend Thanos. Вылазь.       - Что? С чего вдруг?       - Ты не хочешь умереть. В тебе больше жизни, чем в ком бы то ни было. Ты похоже очень импульсивный человек. Тебе пришла в голову какая-то дурость, и ты тут же полез ее исполнять. Но по-настоящему ты совершенно точно не хочешь умереть. Вылезай. Я из-за тебя спать точно не буду сегодня, - Су-хён схватила мужчину за предплечье, и, преодолевая смущение от обнаруженной под ладонью крепости мышц, увереннее сжала пальцы.       - Не неси ерунды. Отстань. Убери руки. You know nothing about me . С чего ты вдруг решила, что можешь мне указывать? Hands off , я сказал. Щекотно, блин. - Он сделал несколько шагов в сторону, отмахиваясь от женских ладоней зажатой в руке бутылкой.       В эту секунду у Су-хён был выбор – она так четко ощутила это, будто в замедленной съемке в кино. Стоит ей плюнуть, развернуться в этот момент и уйти, он и вправду прыгнет (он не позер, который просто сотрясает воздух), сам того по-настоящему не желая и не понимая этого, а она никогда уже не сможет забыть, что позволила такой темпераментной пылкой судьбе погаснуть во тьме реки Хан, холодной и мрачной. Сердце защемило. После такого она точно сама окажется здесь гораздо раньше, чем могла бы.       Су-хён резким рывком нагнала горе-суицидника, и, ловко продев свои руки под его, сцепила пальцы у него на груди. Нос вжался между его лопаток, а жар его тела обдал грудь и лицо. Чужой запах, терпкого парфюма и чистого тела, смущал, щекотя ноздри, и Су-хён была рада, что стояла со спины, и мужчина не видел ее пылающих щек.       - Wow, - Выдохнул он, и ей показалось, что в голосе звучала взволнованность. Может, и его смутила незапланированная близость с незнакомкой.       - Не надо, - Прошептала в футболку, совершенно искренне и с чувством.       - Это так… touching … - Его живой и бодрый голос вдруг погрустнел и потерял громкость, - I like you so much ! Теперь я хочу сдохнуть еще сильнее. Sorry. Тебе правда стоит пойти домой. Не надо. Не убивай меня еще сильнее…       - Нет, – Хватка Су-хён крепче.       - Отпусти, - Он накрыл ладонями замок из маленьких пальчиков.       - Нет, - Будто мотание головы из стороны в сторону помогут чем-то большим, чем просто размазыванием слез по футболке.       - Как тебя зовут, babe? – Его непредсказуемость, сохраняющаяся в подобной ситуации, оставляла надежду, за которую Су-хён хваталась с не меньшей жаждой жизни, чем видела в нем.       - Су-хён.       - Ммм цветок. Flower. Красивой девушке красивое имя, - Слышала его улыбку, окрасившую голос горьким теплом, - Flower, ты.. Ты такая… уф… Теперь я захочу быть с тобой. А моя жизнь кончена. Мне нечего тебе предложить. Я банкрот. И должник. Так что буду только себя ненавидеть за то, что не смогу себе позволить приударить за такой красоткой с добрым сердцем.       - Не неси ерунды. Мы не знакомы вообще. Какой "захочу быть с тобой"? Мы проговорили от силы пять минут. Мы забудем друг друга спустя неделю. Но я буду спокойно жить, зная, что не позволила умереть легенде рэпа. А ты начнешь разбираться со своими долгами.       - Я не забуду тебя спустя неделю, и ты меня тоже. Знаешь, как меня зовут? В смысле реальное имя, а не псевдоним.       - Нет-нет! Не надо! Танос! Ты Танос! Я достаточно знаю о тебе, спасибо. Больше не нужно.       - А почему ты так занервничала, м? Я отсюда слышу, как забилось твое сердце… You also liked me, didn’t you ? – Уж лучше бы он оставался печальным Пьеро, чем вдруг снова посыпал ехидством.       - Заткнись уже и перелазь обратно, романтик хренов.       - Меня зовут Чхве Су Бонг. Remember me, ok ? – Он с силой нажимал большим пальцем меж ее пальчиков, заставляя замок расцепляться.       - Перестань! Перестань! – Су-хён пыталась судорожно придумать, что делать в подобной ситуации, но в голову ничего не приходило. Еще чуть-чуть, и его уже ничего не будет держать на этом чертовом выступе, кроме силы равновесия. Малейший ветерок, и Танос исчезнет вместе со своим жизнерадостным ехидством и недовольством этим миром.       Вдруг он взвизгнула, имитируя приступ боли, и, как только увидела, что его руки коснулись перил, отпустила его и, перекинув ногу, сама перевалилась на ту сторону. Ее встретил яростный возмущенный взгляд.       - Какого хрена ты творишь?! Вернись обратно немедленно, flower! – теперь он крепко держался сам, для того чтобы второй рукой прижать ее талию к бортику.       - Нет. Ты сказал, у тебя долг, и ты намерен из-за него прыгать. У меня тоже. Тогда по твоей логике, мне тоже место здесь.       - You are crazy ! Какой у тебя может быть долг?! Посмотри на себя! Ты одуван божий! Кому ты там задолжала?! Молочнику за недельный заказ?! Не смеши меня! These are not jokes . Это серьезные вещи. У меня два миллиарда долга!       Теперь пришло время Су-хён изойтись гоготом, не обращая внимания на рамки приличий. Она хохотала прямо Таносу в лицо.       - Два миллиарда? И из-за двух миллиардов ты решил прыгнуть с Мапо. Да у тебя реально всего лишь плохой день! Не смеши ты меня, и вали, ради бога, домой.       В его взгляде читалось какое-то дурацкое восхищение, делавшее его лицо еще более красивым. Да, он точно мог бы стать каким-нибудь айдолом, от которого женщины сходили бы с ума.       - You are so beautiful , - Проговорил он, понижая голос, крепче вжимая ладонь в живот, удерживая Су-хён, - Но такая дура. Два миллиарда – это огромные деньги. Ты, видимо, даже не представляешь, что это за баснословная цифра…       - Баснословная? Может быть… Но это только смотря с чем сравнивать. Если с твоими кроссовками, может быть да, много, а если с моим долгом и исковыми претензиями на общую сумму 196 миллиардов вон – так, чисто небольшие временные трудности.       Танос застыл, переваривая информацию.       - Сколько-сколько ты сказала?       - 196 миллиардов, - Су-хён спокойно и уверенно глядела в его глаза, называя цифру, которая больше не вызвала чувства горечи и боли. Просто цифра, с которой она никогда ничего не сможет поделать.       - Тогда почему это ты застала меня здесь, а не я тебя? – Су Бонг поморщился. Ему сделалось неловко, от того, что он, великий рэпер, вдруг распсиховался из-за каких-то двух миллиардов в то время, как женщина с многократно большей суммой, стояла перед ним совершенно не расстроенной – ее слезы были не о себе, а о нем, дураке, желавшем сброситься с моста из-за копеек.       Су-хён пожала плечами, сама задумываясь о том, чего же ждала, прежде чем прийти к этому выходу из ситуации – ведь была уверена, что рано или поздно, все равно окажется в подобном месте.       - Может, просто я трусиха. И боюсь боли и смерти. Я думала об этом, но как будто как об идее на крайний случай. Совсем уж крайний. Танос улыбнулся, отпуская руку с женской талии и протягивая ладонь для того, чтобы могла ухватиться.       - Вылезаем обратно. Оба. Now, - Не просьба. Приказ. Требовательный и не терпящий возражений.       - Ты тоже…       Он кивнул.       Как только оба оказались в безопасности пешеходной части моста, Танос вдруг крепко обнял Су-хён, поглаживая руками спину и затылок, заставляя чувствовать себя маленькой девочкой, которую успокаивали.       - Everything will be all right, flower .Я найду способ избавить тебя от этого долга.       - Что ты такое говоришь? Ты вовсе не обязан. Мы же никто друг другу. Мы только что встретились. Как ты можешь такое…       Он не дал ей договорить, опустившись губами к ее устам и впечатав теплый поцелуй. Су-хён чувствовала, как по щекам катятся слезы, как тарабанит бунтующее против таких бесчеловечных нагрузок сердце, как мужские пальцы зарываются в волосы, как собственные руки поглаживают чужую спину. Все происходящее казалось неправильным, неуместным, странным, но таким теплым и приятным, что не хотелось своими же руками рушить эту сказку.       - Вот как-то так бы было, если бы встретились до Игр, - Заключил Танос, нежно целуя в мокрую макушку.       Вода в джакузи зашкаливала по своей температуре, но его дыхание, все время рассказа ласкавшее ухо, было не менее жарким. Его руки под водой легко скользили по талии и животу в непрекращающихся поглаживаниях. Су-хён расслабленно откинулась назад, укладываясь спиной на его грудь. Она подняла вверх ладони, вылавливая пену и, позволяя ей просачиваться сквозь пальцы.       - Звучит, конечно, очень романтично. Но ты говорил, что к тебе прямо на мосту подошел вербовщик. Небольшая нестыковка, - Она тепло улыбалась, наслаждаясь уютом вечера.       В кое-то веки после долгого (ей казалось бесконечного) тура, в котором Су Бонг находился с раздражающе красивой и беспардонной в общении с ним Джису, завершился, и он показался дома. Вымотанный морально и физически, но жутко довольный, насыщенный любовью фанатов (и раздражающих фанаток, чуть ли не швырявших трусы ему на сцену), он первым делом умолял о расслаблении и отдыхе, впервые не накинувшись на Су-хён с порога в голодном желании, как бывало раньше. Подавив в себе неизвестно откуда взявшуюся обиду, Су-хён предложила совместить приятное с полезным и провести время вдвоем в новеньком джакузи – его Танос купил сразу же после того, как MG COIN сообщил о своих планах приобрести подобную вещь в их с Чжун Хи квартиру. Конечно, джакузи Таноса стоил в три раза дороже того, к которому присматривался Мён Ги – чтоб наверняка. Он продолжал оставаться собой, но с появлением денег оставание собой обходилось семье Чхве все дороже и дороже. Су-хён по обыкновению протестовала против излишних трат, но теперь была рада, что в войне за джакузи ее силы благоразумия проиграли силам желания выпендриться Таноса.       - Babe, it’s logical . Он подошел ко мне, когда я был один. Если бы он увидел нас вдвоем, точно бы прошел мимо, - перемежевал шёпот на ухо вместе с поцелуями, пробуждая желание развернуться к нему лицом и впиться в губы. Что это? Новый способ ее дразнить?       - А может, наоборот, подошел бы к обоим, раз мы там стояли бы как два идиота за перегородкой. И мы все равно оказались бы в Играх. Только с самого начала вместе, - Поделилась воображаемым вариантом Су-хён, поёрзывая под ласками его губ и языка.       - А мы разве согласились бы, будь мы вместе? – Его ладонь скользнула меж женских бедер в томном протяжном движении вверх.       - Думаю, да. Причем это ты бы нас потащил, - сквозь сбившееся дыхание отвечала Су-хён, сама тоже не отказывая себе в том, чтобы бродить руками по его каменным от перенесенных нагрузок бедрам.       - Хммм, - Он призадумался, посасывая ее мочку уха, - Yep, скорее всего ты права. Я бы очень, очень, ооооочень хотел помочь моей flower…с долгом.       - Мхааа… Раз ты так любишь мне помогать… Ты…можешь мне помочь с кое чем другим…       - Ммм? С чем же моя baby хочет, чтобы ее господин Танос управился?...       - Черт, ты специально. Признай. Специально ведь? Я сначала подумала, что ты и вправду устал…       - Really? Думаешь, я настолько сдаю позиции? Ты же знаешь, сколько я пашу на тренировках, чтобы скакать эти ублюдские танцы, которые мне впихивает в выступления каждый раз Джису? Она клялась мне, что со временем, они будут проще, в соответствии с возрастом… Но хрен там! Я скоро профессиональному хореографу буду на ошибки тыкать. Обхвати покрепче бедро. Оно может устать по-твоему?       Су-хён усмехалась бахвальству – Танос такой Танос. Она поддалась желанию и развернулась к нему лицом, усаживаясь сверху. Ее глаза оказались напротив маслянистого взгляда – именно такого, какой она уже привыкла видеть в свою сторону.       - Тогда почему…       - Because всегда я на тебя напрыгиваю как оголадавший зверь везде: в дверях квартиры, у трапа самолета, в машине, заезжающей за мной после концертов в Сеуле. Wanna see my how my flower wants me so hard that cannot stand …       Су-хён сощурила глаза, проводя пальцем по его влажным от поднимающегося пара губам.       - Okey then, - Ответила,передразнивая, - I want you, Soo Bong-a, so hard, you can’t even imagine. I missed you so much. Every day and night thought about seeing you, touching you, hugging you and… fucking you. Let’s do it here.       - ТЫ ГОВОРИШЬ ПО-АНГЛИЙСКИ????! – Его искреннее удивление при том, что он прекрасно знал, что Су-хён скрывалась от него в США, невероятно смешило и обескураживало. Господи, ну что у этого человека в голове! Танос, блин!       - Shut the fuck up and do me!