Секрет Санты

Рождество — это не просто праздник. Это смешение запахов корицы и мандаринов, бесконечной череды мелодий на радио и толп людей в супермаркетах, которые вдруг вспоминают, что подарки покупаются заранее. Но в маленьком городке, где снег ложится ровно в тех местах, где его никто не ждал, а звёзды светят чуть ярче, чем обычно, Рождество — это ещё и время, когда самые невероятные вещи становятся возможными. Именно здесь начинается наша история. Чонгук — слесарь, который терпеть не может праздники. Для него они — это очередная возможность засорить мусоропроводы или сломать ещё одну батарею. Его рабочий комбинезон всегда в пятнах масла, а лицо хмурое, как зимнее небо. Но за этим грубым внешним видом скрывается сердце, которое никто не видел... пока. Тэхен — дворник с философским складом ума. Его работа заключается в том, чтобы улицы оставались чистыми, но сам он скорее ищет смыслы в снежинках, чем думает о мусоре. В его глазах всегда мечтательность, а в кармане — пачка мятных леденцов. Чимин — учитель труда в местной школе. У него всегда найдётся под рукой молоток или отвертка, и он способен собрать книжную полку из ничего. Его обаяние неизменно делает его любимцем учеников, но у него есть секрет: он боится, что Рождество снова пройдёт без настоящего тепла. Юнги — стриптизёр, который держит Рождество в равнодушии, как и всё остальное. Его движения на сцене — это искусство, но за пределами клуба он предпочитает тишину, кофе и полумрак. Инесска — новая соседка, которая только что переехала в город. Она загадочная, но её улыбка мгновенно делает мир вокруг немного светлее. Её появление в этой истории — это не случайность. Богдана — энергичная и немного неуклюжая подруга Инесски. Она всегда носит с собой термос с какао и готова обсуждать Рождество 24/7. Лола — хозяйка небольшого книжного магазина. Её магазин — это островок уюта, где всегда пахнет ванилью и свежими страницами. История начинается вечером, за день до Рождества. В комнате, полной гирлянд и свечей, группа друзей собирается на ежегодный праздник. Традиция "Секретный Санта" — обязательная часть. Но в этом году происходит нечто необычное: среди подарков появляется загадочная коробка с надписью: "Время прощать". Чонгук сидел на краю кровати, держа в руках гаечный ключ, который давно потерял хромированное сияние. Его мастерская, расположенная в подвале старого дома, была таким же обшарпанным, как и он сам. Здесь пахло смазкой, металлической стружкой и пылью — сочетание, которое Чонгук называл "ароматом спокойствия". Рождество? Для него это был очередной день, когда кто-нибудь ломал отопление или оставлял замёрзшую машину с заблокированными дверями. Его клиенты — это вечно недовольные лица, которые смотрели на него так, будто он лично сломал их трубы. На столе, между кучей инструментов, лежала открытая открытка. Кто-то подсунул её в дверь мастерской рано утром. "Чонгук, Время прощать. Найди ответ в своём прошлом." Он перевернул открытку, но больше ничего не нашёл. Ни имени, ни отправителя. — Отлично, — пробормотал он. — Как будто мне делать нечего, кроме загадок. Чонгук убрал открытку в ящик стола, даже не подозревая, что это был только первый шаг к самому странному Рождеству в его жизни. Тэхен любил снег. Всякий раз, когда он брал лопату и выходил чистить улицы, он думал о том, что каждая снежинка — это уникальное произведение искусства, созданное природой. Его участок включал в себя старый парк, где деревья, словно старые стражи, склонялись под тяжестью снега. В этом парке он часто находил странные вещи: забытые шарфы, сломанные зонтики, иногда даже открытки. Сегодня он нашёл что-то другое. Маленькая коробка, обёрнутая в яркую красную бумагу, лежала в сугробе. На ней было написано: "Тэхен, Время прощать. Загляни в себя." Он усмехнулся, поднимая коробку. — Вот это да. Кто-то явно решил, что я в этом нуждаюсь. Открыв коробку, он нашёл старую фотографию. На ней были двое детей, обнимающих щенка. Один из них был он сам. — Что за... — прошептал он, его пальцы затряслись. Фотография была из его детства, которое он старался забыть. Школа давно опустела. Рождественские каникулы начались, и коридоры, обычно наполненные шумом и смехом, погрузились в тишину. Чимин сидел в своей мастерской, окружённый деревянными игрушками, которые он делал для своих учеников. — Слишком много работы, — пробормотал он, ставя очередную игрушечную машину на полку. На его столе лежал конверт, которого там не было утром. Он осторожно открыл его и нашёл внутри маленький ключ и записку: "Чимин, Время прощать. Ты знаешь, где его использовать." Ключ показался ему знакомым. Он был старым, ржавым, но у него возникло странное чувство, что он видел его раньше. — Что за шутки, — пробормотал он, но всё равно положил ключ в карман. Юнги сидел в полупустом клубе, закутанный в длинное пальто. Его смена закончилась, и он лениво потягивал кофе. Рождество всегда было для него странным временем. Люди приходили, чтобы забыть о своих проблемах, но всегда уходили, не решив их. — Юнги, это для тебя, — бармен поставил на стол конверт. — Что ещё за ерунда? — пробормотал он, разворачивая его. Внутри была записка: "Юнги, Время прощать. Ты не сможешь это сделать один." Он фыркнул, бросив записку на стол. — Потрясающе. Видимо, Санта нынче работает психологом. Но где-то глубоко внутри Юнги знал, что это письмо не было случайным. Чимин держал ключ в руках, вертя его так и эдак, словно пытаясь вычитать ответы в его ржавчине. Его мысли вернулись к старому сараю за домом его бабушки, где он проводил большую часть своего детства. Сарай был тем местом, где он хранил свои первые деревянные поделки, созданные в часы, украденные у домашних обязанностей. Но он не был там годами. — Ну что ж, — пробормотал он, вставая и засовывая ключ в карман куртки. — Ничего не теряю, кроме времени. Дорога к дому бабушки была покрыта снегом, и каждое его шаг сопровождалось хрустом. Небо начинало темнеть, а воздух становился всё более морозным, но это не остановило его. Вскоре перед ним появился дом, такой же старый и потрёпанный, каким он его помнил. Сарай стоял немного в стороне, почти скрытый густыми деревьями. Он выглядел таким же, как и раньше, но сейчас в его тишине было что-то странное, что-то... неправильное. — Что ж, ключ, давай посмотрим, подойдёшь ли ты, — сказал Чимин, подходя ближе. Замочная скважина всё ещё была там, старая, как и сам сарай. Он вставил ключ, и с удивлением услышал, как замок щёлкнул. Дверь медленно открылась, и внутри его встретила знакомая тьма, пахнущая пылью и деревом. Но это был не просто сарай. Пол был усыпан стружкой, а на одном из столов лежал недоделанный кораблик — точь-в-точь такой, какой он пытался сделать, когда был ребёнком. — Что за... — прошептал он, его голос дрогнул. На кораблике была записка: "Чимин, Рождество — это время, чтобы завершить начатое. Построй его." Рядом лежали инструменты и материалы, словно кто-то подготовил всё заранее. Он взял в руки кораблик, вспоминая, как долго пытался сделать его идеальным, но всегда терпел неудачу. — Кто это сделал? — пробормотал он, оглядываясь, но сарай был пуст. Чимин сел за стол и начал работать. Его руки двигались почти автоматически, как будто кто-то направлял их. Он не замечал времени, пока не услышал звук шагов за дверью. — Кто здесь? — выкрикнул он, хватая ближайший молоток. Дверь медленно открылась, и на пороге появился человек в длинном пальто. Это был Юнги. — Ты? — удивился Чимин. — Что ты здесь делаешь? Юнги пожал плечами, как будто сам не знал ответа. — Я нашёл записку. Она привела меня сюда. И, судя по всему, не только меня, — сказал он, его взгляд упал на кораблик в руках Чимина. — Это становится всё страннее, — пробормотал Чимин, отложив инструмент. — Ты думаешь, это какая-то шутка? — Если это шутка, то она слишком сложная, чтобы быть случайной, — ответил Юнги, оглядывая сарай. — Здесь есть что-то большее. Юнги медленно прошёлся по сараю, его взгляд скользил по стеллажам, заваленным инструментами, которые видели лучшие времена. Он вдруг остановился, нахмурился и поднял с полки старую резьбовую стамеску. — Что это? — пробормотал он, поворачивая инструмент в руках. Чимин посмотрел на него, всё ещё сидя за столом. — Это просто старая стамеска. Я, наверное, использовал её, когда был ребёнком. — Нет, — медленно ответил Юнги, его голос звучал так, словно он говорил сам с собой. — Здесь... это символ. Он указал на тонкий, вырезанный знак на ручке стамески. Это был небольшой круг, пересечённый двумя диагональными линиями, похожими на руну или старый герб. — Что в этом такого? — спросил Чимин, глядя на символ. — Я видел это раньше, — ответил Юнги, его голос стал напряжённым. — Когда был ребёнком. Этот символ был на двери дома, где я вырос. — Твоя семья была плотниками? — пошутил Чимин, но в его голосе слышалось беспокойство. — Нет, — коротко ответил Юнги. — Но этот символ... это связано с чем-то, что я старался забыть. Юнги закрыл глаза, и его лицо стало напряжённым. — Когда мне было шесть, я жил с бабушкой в старом доме. Он был на окраине города, почти на краю леса. Этот символ был вырезан на двери подвала, куда мне строго запрещали спускаться. — Почему? — спросил Чимин, его голос дрожал от любопытства. — Я не знаю, — сказал Юнги, его голос стал тише. — Но я помню, что однажды услышал оттуда звук. Это был тихий стук, словно кто-то царапал дверь изнутри. Чимин побледнел. — И что ты сделал? — Я подошёл ближе, чтобы услышать лучше, — ответил Юнги. — Но прежде чем я смог что-то сделать, бабушка схватила меня и сказала, что я никогда не должен приближаться к этой двери. — Ты думаешь, это как-то связано с этим сараем? — спросил Чимин, показывая на стамеску. Юнги кивнул. — Этот символ... это не совпадение. Чимин снова взял недоделанный кораблик и перевернул его, осматривая со всех сторон. Его взгляд упал на днище, где тоже был вырезан тот же символ. — Юнги, смотри, — сказал он, показывая кораблик. Юнги подошёл ближе, его глаза сузились. — Он и здесь. — Это не может быть случайностью, — пробормотал Чимин. — Кто-то хочет, чтобы мы нашли это. Юнги внимательно посмотрел на кораблик, а затем на сарай. — Если этот символ был связан с тем домом... то, возможно, здесь есть ещё что-то. Он начал осматривать стены сарая, его пальцы пробежались по старым доскам. Вскоре он нашёл небольшую деревянную панель, которая выглядела иначе, чем остальные. — Помоги мне, — сказал он, и Чимин подошёл, чтобы помочь ему снять панель. За ней была скрытая ниша, внутри которой лежала старая книга, перевязанная кожаным ремешком. — Что это? — прошептал Чимин, его голос дрожал. Юнги поднял книгу, и их глаза встретились. — Кажется, это ответ на все наши вопросы. Юнги аккуратно взял книгу, чувствуя, как кожаный переплёт слегка покалывает ладони. Страницы внутри были пожелтевшими, а символы, нанесённые чернилами, казались странно живыми — они словно двигались в тусклом свете лампы. — Думаю, это не простая книга, — сказал он, не сводя глаз с её обложки. — Что это за странное чувство? — спросил Чимин, его голос стал напряжённым. Юнги лишь покачал головой. — Давай уйдём отсюда. Мне не нравится это место. Но когда они повернулись к двери, сарай будто ожил. Доски пола под их ногами начали дрожать, а стены заскрипели так, словно собирались обрушиться. — Что происходит?! — выкрикнул Чимин, хватаясь за край стола. — Оно не хочет, чтобы мы ушли, — сказал Юнги, сжимая книгу крепче. Внезапно лампа, висевшая под потолком, замигала, а затем погасла, оставив их в полной темноте. Снаружи, через щели в стенах, начали пробиваться странные огоньки — синие, белые, почти призрачные. — У нас проблемы, — тихо сказал Чимин, глядя на светящиеся точки. — Это не свет, — пробормотал Юнги. — Это что-то живое. Они бросились к двери, но она была закрыта, хотя до этого осталась открытой. Чимин дернул ручку, но она не поддалась. — Замок сломан! — закричал он. — Тогда окно, — ответил Юнги, указывая на старое окно с потрескавшимся стеклом. Чимин первым бросился к окну, разбив его локтем, и начал забираться наружу. Но едва он оказался снаружи, как невидимая сила ударила его обратно, словно выталкивая. — Оно не отпустит нас, пока мы не оставим книгу, — выдохнул он, упав на пол. Юнги оглянулся. Светящиеся огоньки начали заполнять сарай, приближаясь всё ближе. Они двигались плавно, как вода, но излучали холод, который пробирал до костей. — Тогда придётся бороться, — сказал Юнги, его голос стал холодным. Он схватил ближайший инструмент — ту самую стамеску с символом, и направил её на приближающиеся огоньки. — Ты что делаешь?! — закричал Чимин. — Доверяй мне, — ответил Юнги. Юнги выставил стамеску перед собой, и огоньки остановились. Они начали вращаться вокруг него, словно изучая символ на ручке. Внезапно они отступили, сливаясь в одну большую светящуюся массу в центре комнаты. Из этой массы начала формироваться фигура. Сначала она была бесформенной, но вскоре обрела очертания человека. — Кто вы такие? — спросил Юнги, сжимая стамеску сильнее. Фигура не ответила. Она подняла руку, указывая на книгу в руках Юнги. — Оно хочет её, — прошептал Чимин. — Но почему? — спросил Юнги. Ответ пришёл неожиданно. Голос, тихий и низкий, раздался прямо в их головах: — Книга открывает то, что не должно быть открыто. Оставьте её, и вы уйдёте живыми. — Иначе? — спросил Юнги, его голос дрожал, но он старался казаться уверенным. — Иначе вы станете частью леса. Юнги, держа книгу, вдруг осознал абсурдность ситуации. Он посмотрел на Чимина, а затем на странную светящуюся фигуру в центре сарая. — Серьёзно? — произнёс он, обращаясь к фигуре. — Ты что, из какого-то дешёвого рождественского спектакля? Где твоя шапка Санты? Фигура замерла. Её яркий свет начал тускнеть, и на мгновение показалось, что она действительно задумалась. — Шапка...? — прогудел голос. — Да, шапка! — подхватил Чимин, усмехнувшись. — Какой же ты дух Рождества без шапки? Огоньки, будто обидевшись, начали гаснуть, пока от фигуры не остался лишь маленький голубой шарик, который медленно поплыл к старому ящику в углу. Через несколько секунд он вернулся, гордо неся на своей светящейся голове что-то напоминающее шапку Санты, скрученную из тряпки. — Теперь устраивает? — проворчал он, уже звуча значительно мягче. — Намного лучше, — с улыбкой сказал Юнги, положив стамеску на стол. — Теперь можем поговорить нормально? — Хорошо, слушайте, — продолжил светящийся шарик, садясь прямо на крышку книги, как будто он был начальником, а не мистической сущностью. — Это рождественское задание. Вам обоим выпало спасти праздник. — Спасти праздник? — переспросил Чимин, скрестив руки. — Я даже свой ужин спасти не могу, а ты хочешь, чтобы я спас Рождество? — Всё не так сложно, как вы думаете, — заверил шарик, лениво покачиваясь. — Просто найдите остальных участников игры. — Остальных? — нахмурился Юнги. — Да. Эта книга — часть задания. Вам нужно передать её в хорошие руки, но сначала собрать всех, кто получил свои послания. Чимин переглянулся с Юнги, а затем спросил: — И что потом? Шарик замолчал на мгновение, словно забыл текст. — Ну... это сюрприз. Разве не в этом суть Рождества? — Ладно, — вздохнул Юнги, забирая книгу с крышки. — Допустим, мы согласны. Но как мы отсюда выйдем? Ты же буквально запер нас. Шарик слегка засветился и подлетел к двери. — О, извините, это было автоматически. Держите. Дверь с лёгким щелчком открылась. — Серьёзно? Это всё? — фыркнул Чимин, выходя наружу. — Ну, знаете, напряжение нужно было создать, — пожал плечами шарик. — Идите уже, у вас впереди важное задание. Они шли по заснеженной дороге, книга была аккуратно завернута в шарф Чимина, чтобы не намокла. — Кто ещё может быть частью этой игры? — задумался Чимин. — Не знаю, но, надеюсь, это не связано с тем странным дворником, который раздаёт мятные конфеты, — проворчал Юнги. — Ты про Тэхена? — рассмеялся Чимин. — Он бы отлично вписался. — Да, но тогда нам придётся слушать его философские рассуждения о смысле Рождества, — вздохнул Юнги. На углу улицы они вдруг заметили знакомую фигуру. Человек стоял под фонарём с метлой в руках, задумчиво глядя на звёзды. Это действительно был Тэхен. — Я же говорил, — хмыкнул Юнги. — Ну, давай посмотрим, знает ли он что-нибудь о "спасении Рождества", — сказал Чимин, направляясь к нему. Тэхен заметил их ещё до того, как они подошли. Он стоял под фонарём, держа метлу, словно это был жезл короля, а на его лице играла мягкая улыбка, как будто он ждал их весь вечер. — Вы пришли за подсказками? — спокойно спросил он, слегка наклоняя голову. Юнги нахмурился. — Подсказками? Ты знаешь, что происходит? Тэхен, не меняя выражения лица, указал на свои карманы. — Конечно. Я тоже получил письмо и коробку. — И что там было? — спросил Чимин, с явным облегчением, что не придётся долго объяснять. Тэхен достал из кармана небольшой металлический кулон в форме снежинки, на котором был выгравирован знакомый символ. — "Время прощать. Найди тех, кто потерял смысл праздника", — процитировал он. Чимин и Юнги переглянулись, прежде чем Чимин сказал: — Похоже, ты тоже часть этой странной игры. — Это не игра, — сказал Тэхен, его голос стал более серьёзным. — Это задание. — Ты говоришь, как наш светящийся приятель, — проворчал Юнги. — А ты видел светящийся шар? — заинтересованно спросил Тэхен. — Мы бы предпочли не видеть, — ответил Чимин, закатывая глаза. Тэхен посмотрел на них с искренней заинтересованностью. — Ладно, если мы трое получили эти послания, то логично предположить, что есть ещё кто-то, кому нужно помочь. — Спасибо, Шерлок, — хмыкнул Юнги. — И как ты предлагаешь их найти? — Ну, — начал Тэхен, задумчиво оглядывая улицу. — Мы можем начать с поиска тех, кто выглядит так, будто им действительно нужно немного рождественской магии. — Ты хочешь искать "несчастных людей"? — уточнил Чимин. — Вполне, — ответил Тэхен, словно это был самый логичный ответ в мире. — У нас есть книга, кулон, и, возможно, ещё какие-то подсказки. Юнги глубоко вздохнул. — Ладно, но если следующий человек окажется ещё более странным, чем ты, я сдаюсь. — Договорились, — кивнул Тэхен, поднимая метлу. — Но предупреждаю, впереди может быть что угодно. Они шли по заснеженным улицам города, обсуждая возможных кандидатов, пока не наткнулись на оживлённое кафе. Внутри, за большим столом, сидела девушка с короткими каштановыми волосами и ярко-красным свитером с надписью "Санта здесь". Она что-то оживлённо рассказывала официанту, размахивая термосом с какао. Её смех был громким, но каким-то нервным, словно она пыталась скрыть своё беспокойство. — Это она, — сказал Тэхен, остановившись перед окном. — Почему? — спросил Юнги, скрестив руки. — У неё есть термос, — невозмутимо ответил Тэхен. — И? — переспросил Чимин. — Термос — это символ уюта. А уют — это Рождество, — пояснил Тэхен, как будто это было очевидно. Юнги закатил глаза. — Отлично, давайте уже узнаем, в чём дело. Они вошли в кафе, и девушка сразу обратила на них внимание. — О! Привет! Вы тоже за этим заданием? — Ты серьёзно? — выдохнул Чимин. — Конечно, — улыбнулась она. — Меня зовут Богдана. У меня было задание раздавать людям горячее какао, чтобы вернуть им веру в магию Рождества. Но мне кажется, я зашла в тупик. — Ещё один участник, — пробормотал Юнги. — Что дальше, говорящий олень? Богдана рассмеялась. — Олень? Ну, возможно, это в следующей части! Группа собралась за уютным круглым столом в углу кафе. На столе перед ними лежала книга, аккуратно завёрнутая в шарф Чимина, будто это могло защитить их от её странного сияния. Богдана вытащила свой термос, налив всем горячего какао, как будто горячий напиток мог помочь разобраться в происходящем. — Ну что, — сказал Юнги, разворачивая книгу. — Посмотрим, что за секреты она хранит. — Надеюсь, она не начнёт разговаривать, как твой светящийся шар, — усмехнулся Чимин, поднося кружку к губам. — Сначала выпей какао, потом жалуйся, — поддела его Богдана, улыбнувшись. Юнги открыл книгу, и на первой странице появилась надпись, которая раньше не была видна: "Для тех, кто забыл, что такое Рождество, путь начнётся в сердце праздника." — Что это значит? — нахмурился Тэхен, глядя на надпись. — "Сердце праздника"? Это что-то типа ёлки? — предположил Чимин. — Или главной площади города? — предложила Богдана. Юнги пролистнул страницу, и текст продолжился: "Вы найдёте первую подсказку там, где Рождество начинается с улыбки и горячего напитка." Все одновременно перевели взгляд на Богдану и её термос. — Эй, я просто люблю какао! — воскликнула она, прижимая термос к груди. — Подожди, — задумчиво проговорил Тэхен. — Это может быть не ты. Может, это кафе? — Или, — вставил Юнги, глядя на меню на стене, — их бариста. Все повернулись к стойке, за которой стоял молодой человек с густой шапкой кудрявых волос. Он выглядел удивительно радостным для человека, который весь день варил кофе. — Нам нужно спросить у него, — сказал Чимин, вставая. — Давай ты, — поспешно предложил Юнги. — У тебя на лице меньше "зачем я здесь" написано. Чимин подошёл к бариста, и через минуту вернулся с небольшой коробочкой. — Он сказал, это оставил для нас кто-то из посетителей. Коробка оказалась лёгкой, но изнутри доносился странный шелест, как будто внутри лежало что-то хрупкое. Богдана осторожно сняла крышку, и внутри они нашли маленький снежный шар с фигуркой Санты внутри. — Снежный шар? Это всё? — нахмурился Юнги. — Подожди, — сказал Тэхен, поднимая шар и внимательно рассматривая его. — Здесь есть ещё что-то. На основании шара была выгравирована фраза: "Когда время пробьёт двенадцать, вы найдёте следующего." — Двенадцать? Как в полночь? — уточнила Богдана. — Или двенадцать часов дня? — добавил Чимин. — Скорее всего, полночь, — сказал Тэхен, поставив шар на стол. — Это же Рождество. — Что нам делать до полуночи? — спросил Юнги, глядя на часы. — Может, мы пока найдём ещё одну подсказку? — предложила Богдана. — Или хотя бы что-то перекусим. Где-то в другом конце города, в старом гараже с гудящим обогревателем и потрескавшимся стеклом, два человека были по уши заняты своими привычными делами. Намджун, окружённый запчастями, проводами и кучей инструментов, с сосредоточенным видом держал паяльник. Он был мастером своего дела, но у него был талант... случайно всё ломать. — Чонгук, где моя схема?! — громко спросил он, не отрывая глаз от платы, на которой пытался собрать нечто, что должно было стать радио, но больше напоминало древний артефакт. — Схема? — переспросил Чонгук, высовывая голову из-под стеллажа, где он как раз смазывал трубы. — Ты оставил её в своей коробке. — В какой коробке?! У меня тут нет порядка, чтобы вещи терялись! — Намджун вздохнул, но не стал продолжать спор, вместо этого переключившись на разбор проводов. Чонгук, по уши в смазке, усмехнулся. — Если хочешь, я могу заняться твоими проводами. У меня, знаешь ли, руки золотые. — Спасибо, Гуки, но если ты прикоснёшься к моим проводам, они буквально взорвутся. — Ха-ха. Ты недооцениваешь мои таланты. Их рабочий процесс был внезапно прерван громким стуком в ворота гаража. Чонгук вылез из-под трубы, обтер руки ветошью и, по пути бурча, открыл дверь. На пороге стояла небольшая коробка, обёрнутая яркой красной бумагой с золотым бантом. — Намджун, у нас тут Рождество пришло, — крикнул он, поднимая коробку. — Что? — Намджун выглянул из-за стола, его лицо было испачкано сажей. Чонгук открыл коробку, и внутри они нашли… маленький паяльник с выгравированным на нём символом снежинки и записку: "Намджун и Чонгук, время прощать. Ваш путь начнётся там, где тепло встречает холод." — Ой, это точно про нашу работу, — фыркнул Чонгук. — Батареи, трубы и всё это. Намджун нахмурился, разглядывая паяльник. — Это не просто случайный подарок. Кто-то знает, чем мы занимаемся. — Или это ты меня так поздравляешь? — усмехнулся Чонгук. — У тебя же ещё смазка на носу, Гуки, — ответил Намджун, закатив глаза. Чонгук снова посмотрел на записку. — "Тепло встречает холод". Это звучит, как наш котёл, который вечно ломается. — Логично, — кивнул Намджун. — Но почему нам вообще что-то дарят? — Может, мы просто слишком хороши? — с улыбкой сказал Чонгук, почесав затылок. Намджун покачал головой. — Или это что-то большее. Намджун аккуратно положил паяльник в карман своей куртки, словно это был не просто инструмент, а нечто более ценное. Чонгук, все ещё улыбаясь, оттёр остатки смазки с рук и подхватил коробку. — Итак, ты думаешь, что это какой-то загадочный знак? — спросил он, закрывая ворота гаража. — Может быть, — пробормотал Намджун, застёгивая куртку. — Но я знаю одно: такие вещи просто так не происходят. — Ты опять за своё? — усмехнулся Чонгук. — Может, это просто кто-то из наших клиентов решил поздравить нас? — Нет, — серьёзно сказал Намджун. — Это слишком… лично. Они шли по заснеженной улице, погружённой в тишину зимнего вечера. Воздух был холодным и свежим, и каждый их шаг сопровождался хрустом снега. На углу улицы их внимание привлёк человек в ярко-зелёной куртке с капюшоном. Он медленно орудовал метлой, отбрасывая снег в сторону, но делал это с такой задумчивостью, словно его мысли витали где-то далеко. — Это наш дворник, — сказал Чонгук, узнавая фигуру. — Тэхен, кажется? — уточнил Намджун. Подойдя ближе, они заметили, что дворник держит в руке не только метлу, но и огромный мешок мятных леденцов. Он достал один, небрежно кинул в рот и только тогда заметил их. — О, привет! — весело сказал он, его голос был удивительно бодрым для такой холодной ночи. — Привет, — ответил Чонгук. — Что ты тут делаешь с мешком конфет? — Раздаю добро, — с улыбкой ответил Тэхен, протягивая каждому по леденцу. — Мятные конфеты? — удивился Намджун, принимая одну. — Это как-то связано с твоей работой? — Можно сказать, — сказал Тэхен, подмигнув. — Знаете, мята — это символ чистоты, свежести… и Рождества. — Ага, а ещё её едят, чтобы замаскировать чеснок, — буркнул Чонгук, разворачивая фантик. Тэхен рассмеялся, но его лицо вдруг стало серьёзным, когда он заметил паяльник в кармане Намджуна. — Где вы это взяли? — Почему спрашиваешь? — насторожился Намджун. — Я видел такой же символ, — сказал Тэхен, кивая на паяльник. — На одной из открыток, которую нашёл утром. — Ты тоже получил послание? — резко спросил Чонгук. Тэхен кивнул. — "Время прощать", — процитировал он. — Это всё как-то связано с Рождеством, не так ли? Намджун и Чонгук переглянулись, а затем вернулись к Тэхену. — Ты знаешь, куда ведут эти подсказки? — спросил Намджун. — Не совсем, — ответил Тэхен, задумчиво пожевывая леденец. — Но уверен, что мы должны найти ещё кое-кого. — Ещё кого-то? — переспросил Чонгук. — Сколько нас вообще в этом участвует? — Не знаю, но думаю, мы скоро узнаем, — сказал Тэхен. Он отложил метлу и поднял мешок с леденцами. — Я с вами. — Отлично, теперь у нас есть дворник с мешком мятных леденцов, — хмыкнул Намджун. — Чего ещё не хватает? — Какао? — предложил Чонгук, усмехнувшись. Тэхен, убрав леденец в карман, обернулся к Чонгуку и Намджуну, его взгляд стал серьёзным, что явно не вязалось с его обычно расслабленной манерой общения. — Я знаю, что это за символ, — начал он, указывая на паяльник в руках Намджуна. — Ты знаешь? — одновременно спросили Чонгук и Намджун, переглянувшись. — Это связано с тем, что я нашёл раньше, — продолжил Тэхен. — В кафе, где я был с другими ребятами. Этот символ был на кулоне, который я нашёл в своей коробке. — Другими ребятами? — удивился Намджун. — Да, — ответил Тэхен, как будто это было очевидно. — Мы случайно встретились. Это явно не совпадение. Мы все получили эти послания и странные предметы с одним и тем же символом. Чонгук закатил глаза. — Так ты всё это время знал, что происходит, и ничего нам не сказал? — Я не знал, что вы тоже участвуете, — пожал плечами Тэхен. — Но теперь ясно, что мы должны объединиться. Пойдём, я вас познакомлю с остальными. Когда они вошли в тёплое и уютное кафе, атмосфера резко контрастировала с холодом на улице. Богдана всё ещё сидела за тем же столом, весело болтая с Чимином, а Юнги держал в руках ту самую книгу, пролистывая страницы с таким видом, будто пытался разгадать древний шифр. — Вы привели ещё участников? — поддразнил Юнги, даже не поднимая глаз от книги. — А вы все здесь собрались, чтобы что? Выпить какао? — огрызнулся Чонгук, садясь за стол. — Это стратегическое какао, — сказала Богдана, подмигнув. — Ребята, это Намджун и Чонгук, — сказал Тэхен, садясь рядом. — Они тоже получили свои подсказки. — О, отлично, ещё двое заплутавших в рождественской магии, — вздохнул Юнги. — Ну, теперь мы точно большая компания, — усмехнулся Чимин, пододвигая к ним ещё пару кружек с какао. Богдана разложила на столе снежный шар, кулон, паяльник и книгу, создавая странный набор предметов, который больше походил на начало квеста в компьютерной игре. — Так что дальше? — спросил Намджун, изучая предметы. — Мы нашли следующую подсказку в книге, — сказал Чимин, кивая на Юнги. Юнги оторвал взгляд от страниц и зачитал: "Когда соберутся все, кто был выбран, задание приведёт вас туда, где вечная ёлка держит в себе ответ." — Вечная ёлка? — переспросил Чонгук. — Это может быть главный парк, где каждый год ставят рождественскую ёлку, — предположила Богдана. — Логично, — кивнул Тэхен. — Но почему они называют её "вечной"? — Возможно, потому что она искусственная, — сухо заметил Юнги. — Или потому что она скрывает что-то, о чём мы не знаем, — добавил Чимин, его голос стал задумчивым. Группа переглянулась. На мгновение воцарилась тишина, нарушаемая лишь звоном ложечек о кружки. — Я думаю, нам стоит пойти туда, — сказал Намджун. — Если все подсказки привели нас сюда, то следующий шаг — разобраться, что значит "вечная ёлка". — Тогда не будем терять время, — сказала Богдана, вставая. — Кто знает, сколько ещё нас ждёт сюрпризов. — Надеюсь, сюрпризы будут хотя бы без магии, — пробормотал Чонгук. — А я надеюсь, что там будет ещё какао, — добавил Тэхен с улыбкой. Заснеженный парк встретил их тишиной и мягким светом фонарей, отражающихся в снежных сугробах. Главная ёлка города, украшенная мерцающими гирляндами и разноцветными шарами, возвышалась в центре площади, словно приглашая подойти ближе. — Ну вот она, наша "вечная ёлка", — сказал Чимин, засунув руки в карманы, чтобы согреться. — Выглядит вполне обычно, — заметил Намджун, окинув взглядом дерево. — Где искать подсказки? — Может, под ней? — предположила Богдана, уже направляясь к ёлке. Но прежде чем они смогли приблизиться, из-за дерева вышли две фигуры. Это были девушки, одна с длинными каштановыми волосами, другая — с короткой светлой стрижкой. Они несли большие коробки с украшениями и, заметив группу, улыбнулись. — Привет! — сказала девушка с каштановыми волосами, поправляя шарф. — Вы тоже пришли помочь с украшением? — Украшением? — удивился Тэхен. — Разве ёлка не уже украшена? — Мы добавляем последние штрихи, — объяснила вторая девушка, подмигнув. — Меня зовут Инесска, а это Лола. — Приятно познакомиться, — сказал Чонгук, пытаясь скрыть своё смущение. — Мы... эм... на самом деле ищем кое-что. — Правда? — заинтересовалась Лола. — Может, мы можем помочь? Юнги, обычно сдержанный, шагнул вперёд и внимательно посмотрел на девушек. — Вы получили какие-нибудь странные послания в последнее время? — прямо спросил он. Инесска и Лола переглянулись, а затем улыбнулись. — Возможно, — ответила Лола загадочно. — А вы? — Отлично, ещё две участницы, — вздохнул Юнги, хотя в его глазах мелькнул интерес. Богдана подошла ближе. — У вас тоже есть предметы с этим символом? — спросила она, показывая снежный шар. Инесска достала из кармана небольшой фонарик, на котором сиял знакомый символ снежинки. — У нас есть свои задания, — сказала она. — И, похоже, наши пути пересеклись не случайно. — Что ж, чем больше нас, тем веселее, — улыбнулся Тэхен. Лола поставила коробку на землю и достала из неё старинную музыкальную шкатулку. — Нам сказали принести это к ёлке и встретить тех, кто ищет ответы, — объяснила она. Чимин посмотрел на шкатулку с любопытством. — Похоже, это следующий шаг, — сказал он. — Может, стоит её открыть? Инесска аккуратно повернула ключик на шкатулке, и из неё зазвучала мелодия — нежная и знакомая рождественская песня. Но вместе с мелодией в воздухе начал разворачиваться голографический образ — сияющий текст, парящий перед ними: "Когда все кусочки собраны вместе, секрет Санты будет раскрыт. Настало время прощать и дарить тепло тем, кто в этом нуждается." — Что это значит? — тихо спросила Богдана. — Полагаю, это финальное задание, — ответил Намджун. — Мы должны сделать что-то особенное. — Может, организовать праздник для тех, кто одинок в это Рождество? — предположила Лола. — Или посетить детский дом и подарить подарки детям, — добавил Чимин. Юнги задумался, а затем кивнул. — Думаю, суть в том, чтобы мы объединились и сделали что-то хорошее. Инесска и Лола с радостью предоставили кафе для праздничного ужина. Весь вечер ребята трудились, украшая помещение гирляндами, развешивая ёлочные игрушки и устанавливая длинные столы. Богдана, вооружившись термосами и коробками с домашней выпечкой, заняла роль главного координатора угощений. — Нам нужно больше мандаринов! — воскликнула она, раскладывая тарелки с печеньем. — А нам нужно больше терпения, — проворчал Юнги, пытаясь аккуратно расставить свечи на столах, но вечно роняя их. Чонгук и Намджун, отложив свои привычные инструменты, отвечали за доставку дров для камина и настройку рождественской музыки. Тэхен, со своей неизменной метлой, превратил улицу перед кафе в идеальный снежный ковёр, добавив несколько веток хвои у входа. — Всё готово? — спросила Лола, выглядывая из-за стойки. — Ещё пару минут, и можно начинать, — сказал Чимин, аккуратно поправляя гирлянду. Двери кафе открылись, и холодный вечерний воздух наполнился запахами горячего какао, корицы и выпечки. Первые гости начали заходить, благодарно кивая. Это были люди разных возрастов — от детей до пожилых, те, кто нуждались в тепле и заботе в этот праздничный вечер. Среди них выделялись двое мужчин. Один из них, высокий и элегантный, несмотря на потрёпанный пальто, осматривался с осторожностью, словно не верил в происходящее. Другой, с широкой улыбкой и яркими глазами, оживлённо разговаривал с каждым, кого встречал на своём пути. — Добро пожаловать! — тепло поприветствовала их Инесска. — Заходите, здесь тепло. — Спасибо, — произнёс высокий мужчина, который оказался Сокджином. — Это... это удивительно. Мы даже не знали, что здесь что-то организуют. — Мы узнали об этом случайно, — подхватил Хосок, кивая на Сокджина. — Он буквально услышал запах пирога и сказал, что это его "судьба". — Это точно моя судьба, — пробормотал Сокджин, его глаза засияли, когда он увидел стол, уставленный едой. Сокджин и Хосок устроились за одним из столов, а Богдана принесла им тарелки с горячим ужином. — Спасибо, — сказал Хосок, с удовольствием угощаясь. Чонгук, проходя мимо, заметил, как они выглядят — уставшие, но с благодарностью в глазах. Он подсел к ним. — Вы местные? — спросил он. — Мы странствуем, — ответил Сокджин, аккуратно разрезая пирог. — Жизнь порой складывается не так, как планируешь. — Но этот вечер точно лучше всего, что с нами было за долгое время, — добавил Хосок. — Тогда вы по адресу, — улыбнулся Чонгук. — Сегодня мы празднуем Рождество так, как оно должно быть — вместе. По мере того как вечер продолжался, смех и радость наполняли кафе. Каждый нашёл что-то своё: кто-то наслаждался угощениями, кто-то слушал рождественские истории от Тэхена, а кто-то просто грелся у камина, чувствуя себя частью чего-то большего. Ближе к полуночи Лола достала музыкальную шкатулку и завела её. Мелодия зазвучала, и её мягкие ноты разлились по комнате. Голографическое сообщение снова появилось: "Когда вы делитесь теплом, Рождество становится настоящим чудом. Теперь ваш путь завершён, и каждый из вас сделал этот мир чуточку лучше." Все переглянулись, на их лицах были улыбки и слёзы. — Я думаю, мы справились, — тихо сказал Намджун, глядя на улыбающихся гостей. — Это было лучшее Рождество, — добавила Богдана. Праздничный вечер подходил к концу. Гости, сытые и довольные, благодарили организаторов и, напевая рождественские мелодии, постепенно расходились по домам. Атмосфера в кафе стала уютно-тихой, как в те моменты, когда все сделано правильно, и можно просто наслаждаться результатом. Чонгук, убирая тарелки со стола, взглянул на часы. — Почти полночь, — заметил он. — Кажется, мы сделали всё, что могли. — И это было чертовски хорошо, — добавил Юнги, подбрасывая ещё полено в камин. Тэхен, сидя на полу и перематывая гирлянду, посмотрел на дверь. — Я думал, что будет ещё какое-то… завершающее событие, — сказал он. В этот момент раздался громкий звонок в дверь. Все замерли, переглянувшись. — Ты вызвал доставку в полночь? — пошутил Чимин, подталкивая Чонгука локтем. — Нет, но если это ещё одна коробка с символом, я уйду первым, — пробормотал Юнги, подходя к двери. Он открыл её, и на пороге стоял высокий человек в длинном пальто и шляпе, почти полностью скрывающий своё лицо. В руках он держал большой мешок, из которого торчали разноцветные ленточки и яркая обёрточная бумага. — Добрый вечер, — произнёс он глубоким голосом, шагнув внутрь. — Надеюсь, я не опоздал на праздник? Чонгук нахмурился. — Кто вы? Незнакомец снял шляпу, обнажив добродушное лицо с лёгкой улыбкой. Его волосы были слегка седыми, а глаза излучали тепло. — Можете звать меня Ник, — сказал он, кладя мешок на ближайший стол. — Ник? — переспросил Намджун. — И что вас привело сюда? Ник обвёл взглядом комнату, остановившись на музыкальной шкатулке, которая всё ещё лежала на стойке. — Я искал тех, кто спас это Рождество, — сказал он. — Спас? — удивилась Богдана. — Мы просто собрали людей, чтобы отметить праздник вместе. — Это больше, чем вы думаете, — ответил Ник. — Благодаря вам многие сегодня почувствовали настоящее тепло и любовь. Но есть ещё одно задание. Он раскрыл мешок, и внутри оказались маленькие коробочки, каждая из которых была обёрнута в яркую бумагу и перевязана лентой с тем самым символом снежинки. — Каждая из этих коробок — подарок для тех, кто сегодня был здесь, — сказал Ник. — В них не просто вещи, а то, что они действительно хотят. — Вы серьёзно? — спросил Юнги, скептически поднимая одну из коробок. — Что-то вроде магии? — Можно сказать и так, — улыбнулся Ник. — Но важно не только то, что внутри. Важно, кто отдаст эти подарки. — Вы хотите, чтобы мы их раздали? — уточнил Чимин. — Именно, — кивнул Ник. — Вы знаете этих людей. Вы их видели. Теперь ваша задача — отдать им то, чего они ждут, даже если сами ещё этого не знают. Комната наполнилась тишиной, но не той, что возникает от неловкости. Это была тишина размышлений. Каждый понимал, что эти подарки — не просто красивые коробки. Это шанс завершить их странное рождественское путешествие. — Ладно, — наконец сказал Намджун, беря одну из коробок. — Если это то, что мы должны сделать, я за. — А я всегда готов к ещё одному заданию, — улыбнулся Тэхен. — У меня нет выбора, — буркнул Юнги, взяв сразу две коробки. — Надо же кому-то проверить, работает ли эта "магия". — Тогда идём, — сказала Богдана, поднимаясь с места. — У нас ещё есть время до утра, чтобы доставить немного радости. Ник улыбнулся, глядя на собравшихся, и мягко сказал: — Подарок не всегда заключается в предмете. Иногда он в словах, действиях или просто во внимании. Эти коробки помогут вам понять, что именно нужно каждому из тех, кому вы хотите их вручить. Каждый участник команды взял по коробке, внимательно глядя на них, будто пытаясь разгадать, что внутри. — Хорошо, — сказал Намджун, взвешивая коробку в руках. — Думаю, я знаю, кому пойдёт эта. — И я, — добавил Тэхен, улыбнувшись. — Есть один человек, которого я видел у ёлки. Юнги бросил короткий взгляд на остальных. — Отлично, пойду первым. Надеюсь, это не превращается в какой-то странный квест. — Это уже странный квест, — напомнил ему Чонгук, закидывая свою коробку под мышку. — Тогда встретимся здесь утром? — предложила Богдана. Все кивнули и разошлись в разные стороны, отправляясь на свои маленькие рождественские миссии. Чимин нашёл своего получателя возле старого дома на окраине города. Это был пожилой мужчина, который сидел на ступенях, завернувшись в старый плед, и тихо напевал что-то себе под нос. — Добрый вечер, — сказал Чимин, подходя ближе. Мужчина поднял глаза и улыбнулся. — Добрый. Что привело вас сюда? — Этот подарок, — ответил Чимин, протягивая коробку. Мужчина осторожно взял её и, развернув, нашёл внутри старую фотографию. На ней он был молодым, с женщиной, которая держала на руках маленькую девочку. Его глаза наполнились слезами. — Это моя семья… — прошептал он. Чимин сел рядом. — Рождество — время вспоминать тех, кого мы любим. Мужчина кивнул, улыбаясь сквозь слёзы. Тэхен вернулся к главной ёлке города, где он заметил молодую девушку в потрёпанном пальто. Она тихо стояла, глядя на огоньки, и что-то шептала. — Эй, привет, — позвал он её. Девушка обернулась, слегка испуганная. — Простите, я… я не хотела мешать. — Ты не мешаешь, — улыбнулся Тэхен, протягивая коробку. — Это для тебя. — Для меня? — удивилась она. — Да. Открой. Она осторожно развернула коробку и нашла внутри парочку зимних перчаток и маленькую открытку с надписью: "Ты достойна тепла, и не только на Рождество." Девушка улыбнулась, и на её щеках проступил лёгкий румянец. — Спасибо, — прошептала она. Юнги брёл по заснеженной улице, глядя на коробку в своих руках, пока не заметил молодого человека, сидящего на ящике в переулке. Его лицо было грустным, а в руках он держал гитару с поломанной струной. — Вот и ты, — тихо сказал Юнги, подходя ближе. Парень поднял глаза. — Простите? — Это для тебя, — сказал Юнги, протягивая коробку. Парень открыл её, и внутри оказался набор новых струн для гитары и маленькая записка: "Твоя музыка дарит тепло. Не переставай играть." Парень улыбнулся. — Спасибо… Я не знал, что кто-то вообще замечает. — Замечают, — сказал Юнги, отходя. — Просто не всегда говорят. Намджун нашёл свою цель у небольшого костра в парке. Там сидела семья — женщина, мужчина и двое детей. Они согревались, завернувшись в одеяла, и тихо делились последним печеньем. — Привет, — сказал он, подходя ближе. — Здравствуйте, — осторожно ответила женщина. — Я подумал, что вам это пригодится, — сказал Намджун, передавая коробку. Они открыли её и нашли внутри купон на ужин в кафе, а также небольшой конструктор для детей. — Спасибо… — прошептала женщина. — Это не просто подарок, — добавил Намджун. — Это приглашение. Приходите завтра в кафе, мы устроим для вас праздник. Богдана отправилась в дом своей старой знакомой, которая переживала трудные времена. Открыв дверь, женщина удивлённо посмотрела на неё. — Богдана? Что ты здесь делаешь? — Я принесла тебе кое-что, — улыбнулась она, передавая коробку. Внутри оказалась свеча с рождественским ароматом и письмо, в котором было написано: "Ты заслуживаешь света в своей жизни. Это только начало." Женщина, прочитав письмо, расплакалась, но её слёзы были слезами радости. Все вернулись в кафе под утро. Они делились историями, смеялись и чувствовали, что сделали что-то важное. Ник снова появился у двери и посмотрел на них с гордостью. — Вы справились, — сказал он. — Теперь Рождество стало по-настоящему волшебным. Рождественское утро в кафе наступило тихо. Снег продолжал мягко падать за окнами, покрывая город сверкающим ковром. Уставшие, но счастливые, все участники команды сидели за длинным столом, наслаждаясь горячим какао и остатками пирогов. Атмосфера была почти семейной, несмотря на то, что многие из них встретились совсем недавно. Инесска и Лола, которые всё это время заботились о том, чтобы кафе оставалось уютным и теплым, улыбались, наблюдая за разговором. Даже Юнги выглядел чуть менее угрюмым, чем обычно, тихо слушая, как Чимин делился впечатлениями о своей встрече с пожилым мужчиной. — Всё это оказалось намного больше, чем я ожидал, — сказал Намджун, откинувшись на спинку стула. — Кто бы мог подумать, что простые подарки могут так много значить. — Иногда именно мелочи делают мир лучше, — добавила Лола, вытирая руки о передник. — Особенно в Рождество. — Но всё ещё остаётся вопрос, — сказал Тэхен, наклоняясь вперёд. — А что с нами? Мы сделали столько для других. Что если Рождество припасло что-то и для нас? Как будто в ответ на его слова, входная дверь кафе медленно открылась. Ник, который исчез накануне ночью, снова стоял на пороге. Но на этот раз в его руках был большой мешок, ещё более массивный, чем предыдущий. — Вы думали, я забуду о вас? — улыбнулся он, входя внутрь. Ник поставил мешок на пол и начал раздавать подарки. Каждый свёрток был обёрнут в яркую бумагу с тем же символом снежинки, который они видели прежде. — Инесска, — сказал он, протягивая ей коробку. Она открыла её и обнаружила внутри небольшой фотоальбом, полный фотографий её семьи. Некоторые из них она никогда не видела. На последней странице была записка: "Ты всегда была сердцем Рождества. Продолжай дарить тепло." Инесска прикрыла рот рукой, её глаза заблестели. — Спасибо, — прошептала она. — Лола, — продолжил Ник, передавая ей коробку. Внутри оказался ключ от её кафе и небольшая записка: "Это место уже стало домом для многих. Пусть оно всегда будет твоим." Лола улыбнулась, крепко прижав ключ к груди. — Чимин, — обратился Ник. Чимин открыл свой свёрток и нашёл внутри набор инструментов, который он потерял ещё несколько лет назад. На каждом инструменте была выгравирована его фамилия. — Теперь ты всегда будешь знать, что они твои, — подмигнул Ник. — Юнги, — сказал Ник, передавая следующий подарок. Юнги достал из коробки маленькую музыкальную шкатулку, но на этот раз она играла мелодию, которую он сам написал, когда был подростком. — Как ты узнал? — тихо спросил он, глядя на шкатулку. — Рождество знает многое, — улыбнулся Ник. — Богдана, — продолжил Ник. Она открыла свою коробку и нашла внутри термос, но теперь на нём были выгравированы слова: "Ты согреваешь сердца людей так же, как этот термос." — Это идеально, — улыбнулась она. — Тэхен, — сказал Ник. Тэхен открыл коробку и нашёл внутри коллекцию мятных леденцов в красивой стеклянной банке с надписью: "Ты наполняешь мир свежестью и радостью. Продолжай делать это." — Ну что ж, теперь я снабжён надолго, — усмехнулся он. — Чонгук, — сказал Ник, передавая последнюю коробку. Чонгук открыл её и обнаружил внутри маленький медальон с выгравированным изображением его семьи. — Это напоминает мне, что важно, — сказал он, улыбаясь. Наконец, Ник достал ещё одну коробку и поставил её на середину стола. — Это для всех вас, — сказал он. Внутри оказалась большая книга с пустыми страницами. На первой странице было написано: "Записывайте свои истории и создавайте новые. Рождество — это начало, а не конец." Когда Ник собрался уходить, Чимин окликнул его. — Подожди! Кто ты на самом деле? Ник улыбнулся, подмигнул и, не сказав ни слова, вышел за дверь, растворившись в падающем снеге. — Я так и знал, что это Санта, — сказал Тэхен, отпивая из своей кружки. — Или кто-то, кто хорошо его изображает, — добавил Юнги. Все рассмеялись, глядя на свои подарки и чувствуя, что это Рождество стало поистине волшебным.