Нежность

      Экспресс разошелся по комнатам, оставив общий вагон в непривычной тишине. Вельт и Химеко ушли спать раньше всех. Март смогла уговорить Стеллу пустить её в огромные покои поспать хотя бы на диване. Стелла согласилась уложить Март только на коврик у двери, но все Безымянные прекрасно знали, что девушки проснуться в обнимку на кровати первопроходца. Дань Хэн и Сандей скрылись в архиве, что стал их общим уютным пристанищем.       В архиве не звучало бурных обсуждений или красноречивых монологов, его обитатели наслаждались тишиной в компании друг друга, погруженные каждый в свои мысли.       Дань Хэн делал заметки в книгах, которые он пока не успел внести в базу данных. Он лёгкой рукой подчеркивал нечто важное в текстах и быстрым размашистым почерком писал свои рассуждения на полях, иногда отвлекаясь на бумаги и делая записи там. Сандей заворожено наблюдал за ним, за его сосредоточенным взглядом, юрко бегающим по страницам, за еле заметным движением мышц под обтягивающей водолазкой, за изящными запястьями, на которых выделялись отчетливые рельефные контуры вен. Дань Хэна хотелось касаться, обнять, зарыться носом в короткие волосы на затылке и вдыхать цитрусовый аромат его шампуня, положить руки на напряженные плечи и с легким нажимом помочь их обладателю расслабиться. Сандея приятно волновала мысль о том, что Дань Хэн его не оттолкнет, не запретит прикасаться к его бархатной коже, а ответит на нежные прикосновения ответной нежностью.       В голове бушевал рой мыслей, но лишь одна была ярче всех остальных. Хотелось высказаться, выпустить её наружу как и тысячи других мыслей, которые они успели обсудить по многу раз, но что-то сдерживало Сандея. Стыд? Страх осуждения или отвержения? Но эти чувства он забыл, стоило в его жизни появиться Дань Хэну. Страх неизвестности?       – Я чувствую твой взгляд на себе. Что-то случилось? – подал голос Дань Хэн, вырвав Сандея из потока мысли.       – Нет, я просто думаю. – отмахнулся Сандей, желая вновь погрузиться в свои рассуждения.       Дань Хэн же неожиданно отложил свою работу и с тихим скрипом развернулся на стуле. Сложив руки на деревянной спинке, он устало уронил на те голову. Взгляд его остановился на Сандее, что устроился на футоне. Тот, закутавшись в мягкий плед, обнимал свои колени, в попытках согреться. От внимательного взора Дань Хэна не скрылось, как в волнении затрепетали крылья на голове Сандея.       – Помнишь, о чëм мы договорились, ангел мой? – нежным и тихим голосом произнес Дань Хэн. Он кивнул немому ответу Сандея и продолжил. – Мы обсуждаем то, о чем думаем. Ты готов поделиться со мной тем, что сейчас у тебя на уме?       Сандей затих, обдумывая слова Дань Хэна и подбирая верные в ответ. Дань Хэн смиренно ждал, не торопя его мысли. Каждому из них порой требовалось немного времени.       – Ты бы хотел заняться со мной любовью? – с легкой хрипотцой в голосе спустя минуту молчания выпалил Сандей. Он всеми силами старался скрыть своё смущение, но маленький крылышки предательски дернулись, прикрывая алеющие щеки.       – Конечно, да, но не стоит заставлять себя это делать лишь ради меня, понимаешь? Секс требует доверия от обоих партнёров, поэтому я готов ждать столько, сколько–       – Я уже всё решил. Я правда этого хочу... – уверенно, но тихо произнёс Сандей, обрывая Дань Хэна. Тот терпеливо молчал, позволяя ему собраться с мыслями. – С тобой я понял, что люблю касаться, но иногда мне кажется, что так я не могу выразить всё восхищение, что таится у меня в душе. А в одной из книг архива было сказано, что интимная близость – это один из лучших способов продемонстрировать партнёру свою любовь...       Ответом ему была легкая спокойная улыбка, что коснулась губ Дань Хэна. Он с обожанием смотрел на Сандея, не желая отрывать взгляд.       Спустя мгновение Дань Хэн поднялся со стула и опустился на футон напротив Сандея, на ощупь нашел его ледяную руку, вложил ее в свою теплую жилистую и нежно поцеловал в краснеющие костяшки, плавно переходя поцелуями на худые пальцы. Сандей терял голову от невесомых прикосновений губ Дань Хэна. Холод ладоней контрастировал с жаром мягких губ и языка Дань Хэна, пуская по телу табун мурашек, заставляя крылья трепетать в сладком предвкушении.       – Позволишь мне вести? – шепотом произнес Дань Хэн в перерывах между еле ощутимыми поцелуями, которые обжигали кожу там, где на запястье трепетно билась жилка пульса.       Сандей подался к Дань Хэну и вжался горячим лбом в его плечо, пряча свое смущение. Холодными ладонями он пробрался под чёрную водолазку, очерчивая кончиками пальцев выступающие позвонки и ребра, заставив Дань Хэна мелко вздрогнуть от неожиданного прикосновения.       – Да... Но я хочу немного посидеть так... – проговорил Сандей в одежды Дань Хэна, прижимаясь ближе.       Дань Хэн тихо хмыкнул, и прижал Сандея в ответ, нежно касаясь сквозь хлопок футболки ладонями места, где выпирающие лопатки переходили в иссиня-черные крылья. В ответ на прикосновение Сандей шумно втянул воздух.       – Ты волнуешься, – констатировал факт Дань Хэн.       – Как ты узнал? – тихо пробубнил Сандей, поднимая взгляд на Дань Хэна.       – Крылья дрожат, – произнес он и нежно коснулся пирсинга на левом крылышке, заставив то вздрогнуть. – А ещё ты прячешь своё прекрасное лицо от меня, – закончил Дань Хэн и аккуратно обхватил лицо Сандея ладонями, всматриваясь в золотые глаза напротив.       В следующее мгновение Дань Хэн прильнул к губам Сандея. Он нежно посасывал то нижнюю, то верхнюю губу, не углубляя поцелуй в ожидании безмолвного разрешения. После еле заметного кивка от Сандея и тихого одобрительного мычания в губы, Дань Хэн углубил поцелуй, сплетаясь с ним языками. Сандей вздрогнул от нежного прикосновения к волосам на затылке и неумело ответил на поцелуй, задыхаясь в любви. По красным щекам стекали редкие росинки слез, оставляя после себя легкий холодок.       Лишь нехватка кислорода, обжигающая легкие, смогла заставить их разорвать поцелуй. Они тяжело дышали, вдыхая один воздух на двоих. Прижавшись друг к другу разгоряченными лбами, они слышали гул биения своих сердец, отдающий в краснеющие уши.       Когда Сандей смог восстановить сбившееся дыхание, он оставил невесомый поцелуй сперва на острой скуле, затем на подбородке и углу челюсти, спустившись к нежной шее, он прижался поцелуем к еле уловимо бьющейся жилке, по которой текла жизнь по телу Дань Хэна.       – Господи, Сандей... – сбивчиво прошептал Дань Хэн, подрагивая от прикосновения. Он запрокинул голову, открыв больше пространства для поцелуев.       Сандей касался шеи Дань Хэна влажными поцелуями, не смея оставлять алеющие засосы или кровоточащие укусы. В его любви боль и увечья были недопустимы, хотелось наслаждаться дрожью тела не от агонии, а от наслаждения и переполняющего чувства привязанности и любви. Сандей чувствовал слабое биение ускоряющегося пульса под своими нежными прикосновениями губ. Дань Хэн вплел дрожащие пальцы в пушистые волосы партнёра, слегка сжимая пряди у корней, не позволяя тому отстраниться.       – Милый, ты можешь не сдерживать его, – произнёс Сандей между поцелуями. – я знаю, как тебе тяжело скрывать его сейчас... – прошептал он в изгиб изящной шеи, щекоча теплым дыханием чувствительную кожу.       – Ты уверен? – сбивчиво пролепетал Дань Хэн после лёгкого поцелуя в адамово яблоко.       – Конечно, я буду рад увидеть настоящего тебя вновь, – с улыбкой проговорил Сандей, оставляя мимолётный поцелуй в уголок его губ.       Дань Хэн слегка отстранился от него, прикрыл глаза и сосредоточенно нахмурился, отчего между сведёнными к переносице бровями появилась еле заметная морщинка. Архив озарил слабый лазурный свет, слегка ослепив Сандея. Когда зрение вернулось к нему и он смог разглядеть своего прекрасного партнёра, его губ коснулась нежная улыбка. По плечам Дань Хэна струились чëрные шелковистые пряди. На голове возвышались изящные полупрозрачные драконьи рога, а за спиной покоился хвост, отливающий бирюзой и золотом.       Когда Дань Хэн открыл свои ярко-бирюзовые очи, он встретился с влюбленным взглядом золотых глаз напротив. Сандей смотрел на него с обожанием и безграничной любовью, усмиряя шторм сомнений в сердце Дань Хэна.       – Ты прекрасен, – прошептал в самые губы Сандей, обхватив своими ледяными ладонями лицо Дань Хэна.       Он коснулся лëгким поцелуем дрожащих губ и заострённого носа, горячего лба и щёк, нежно провёл большими пальцами рук по алеющим заострённым ушам, вызвав у Дань Хэна табун мурашек и трепетный вздох сквозь плотно сжатые зубы. Стоило Сандею, еле касаясь, провести кончиками пальцев по полупрозрачным ветвистым рогам, как Дань Хэн резко подался вперëд, повалив его на футон. От неосторожного движения и достаточно неудачного падения, Сандей ударился о полку над спальным местом сперва своим гало, а затем и затылком. Он зажмурился от слабой боли, а гало за его головой чуть съехало вбок, нарушив идеальную симметрию.       – Извини-извини, – запричитал Дань Хэн, обеспокоено осматривая Сандея.       Сандей аккуратно взялся за гало за своей головой, прикрыл глаза, то поддалось и отсоединилось от его головы, оставшись искрящимся кольцом в руке. В следующее мгновение гало испарилось и разлетелось по архиву мерцающими искорками.       – Так будет лучше, – нежно улыбнулся Сандей, не отрывая взгляда от беспокойного Дань Хэна.       Дань Хэн навис над ним, опершись на предплечья у головы Сандея. Своими дрожащими от волнения руками он коснулся края домашней футболки, что скрывала от взора прекрасное тело под ним.       – Могу я..? – еле слышно заворожено прошептал Дань Хэн.       Сандей уверенно кивнул и слегка приподнялся, чтобы избавить его от ненужной сейчас одежды было проще. Дань Хэн поддел край футболки и стянул её. В своих мыслях он решил, что сперва аккуратно сложит и уберёт предмет одежды, чтобы не опускаться до животного поведения молодых людей во время секса в любовных романчиках с пометкой 18+, что читает Март от скуки, но стоило ему увидеть перед собой полуобнажённое тело Сандея, как в голове осталась лишь звенящая пустота. Дань Хэн выронил из рук ткань, и та безвольно упала на его колени.       Под ним лежал Сандей, нежных черт лица которого коснулся алеющий румянец. Его белоснежная грудь, исчерченная голубыми аристократическими венами, вздымалась при каждом вдохе. Маленькие крылышки на голове прижались к щекам, силясь скрыть смущение своего хозяина, иссиня-черные большие крылья примкнули к худому телу в попытках занять как можно меньше пространства. Он был похож на самого прекрасного ангела, которого когда либо создавали Эоны.       Поддавшись искушению, Дань Хэн прильнул поцелуем к груди Сандея. Он беспорядочно касался губами нежной полупрозрачной кожи. Хоть Дань Хэн и не оставлял налившиеся кровью засосы или краснеющие укусы, но на груди Сандея расцветали еле заметные красные пятнышки, словно его тело хотело навсегда запечатлеть мимолётно нежные прикосновения.       Из уст Сандея, прикрытых его подрагивающей ладонью, доносилось приглушенное хныканье и поскуливание. Он прикрыл глаза маленькими крылышками, откинув тяжёлую голову на подушки. Грудь его тяжело вздымалась, кадык нервно дергался под тонкой кожей, пальцы на ногах поджались.       – Ангел мой, ты со мной? – обжигающим слух шëпотом проговорил Дань Хэн, прекратив свою сладкую пытку над телом Сандея.       – Д-да… Не думал, что это может быть так… – слова комом застряли в горле, когда горячая рука Дань Хэна легла на грудь Сандея, прямо там, где отчаянно билось его сердце, словно загнанная в клетку птица. Кончиками пальцев он мог почувствовать ускоряющийся пульс. – Умоляю, давай продолжим… – сбивчиво пролепетал Сандей.       – Как скажешь.       Подавив смущение и страх, бушующие в груди, Дань Хэн чуть отстранился от Сандея, чтобы избавить того от домашних клетчатых штанов, оставив его лишь в серо-голубых боксёрах, заметно выпирающих в области паха.       – За этот грех мои крылья должны сгореть дотла, – с придыханием проговорил Сандей, всё ещё прикрывая свои глаза трепещущими крылышками.       – Я никому не позволю вновь причинить тебе боль, – ответил Дань Хэн, оставив невесомый поцелуй на впалом животе чуть ниже пупка.       Дань Хэн потянулся к книжной полке над футоном, и в его руках оказался небольшой флакон с дозатором и несколько блестящих квадратиков. Сандей, пересилив своё смущение, отнял крылья от влажных глаз. Взглядом он зацепился за предметы в руках Дань Хэна, которых, по его мнению, не должно было существовать в реалиях архива.       – Откуда у тебя… – сбивчиво пролепетал Сандей, мечась взглядом от заинтересованных глаз Дань Хэна до смазки с презервативами в его руках.       – Март и Стелла как-то подарили, – кивнул Дань Хэн. – Сандей?       – М? – услышав обеспокоенный голос Дань Хэна, Сандей понял – заметил. Тот постарался вновь прикрыть слезящиеся глаза крыльями, но его остановила теплая рука, что легла на красную влажную щеку.       – Ангел мой, если ты не уверен, что готов, мы можем закончить прямо сейчас, – нежно и тихо проговорил Дань Хэн, стирая росинки слёз с длинных ресниц. – Ты уверен, что хочешь продолжить?       – Да, всё в порядке… Я просто расчувствовался, извини, – произнёс Сандей, утирая слезы тыльной стороной ладони. – Но мне бы хотелось увидеть и тебя. А то я тут один в чём мать родила…       – Я совсем забыл про себя, сейчас, – Дань Хэн отстранился и принялся стягивать с себя одежды. С рогами и хвостом это оказалось куда сложнее, те цеплялись за ткань, не позволяя с легкостью избавиться от одежд. Чёрная водолазка и бирюзовые брюки были небрежно отброшены. Он остался лишь в тëмных боксёрах.       Тело Дань Хэна было идеально сложено, даже белёсые полоски шрамов, что остались болезненым напоминанием о битвах, что ему пришлось пройти и врагов, которых ему пришлось лишить жизни, чтобы сохранить свою, не портили великолепный вид белоснежной кожи. На рёбрах, тазовых косточках искрились золотом бирюзовые чешуйки. По ним хотелось трепетно провести кончиками пальцев, а затем коснуться груди, чтобы почувствовать вибрацию беспокойного сердца, скованного рёбрами.       Дань Хэн невесомо провёл мозолистыми ладонями по оголённым бёдрам Сандея и заставил того несдержанно простонать стоило ему коснуться внутренней стороны молочного бедра и чуть шире развести его ноги.       Дальше прикосновения смешались в неразличимое обволакивающее одеяло. Сандей чувствовал касания горячих губ и языка на груди и сосках, на ключицах и впалом животе. Родные руки касались изгибов талии, и темных трепещущих перьев. Под закрытыми дрожащими веками Сандея взорвались тысячи маленьких звёздочек, когда влажные пальцы Дань Хэна коснулись его ниже паха. За нежными ласками он не заметил, как Дань Хэн оставил его без белья, а тёплая ладонь коснулась ягодицы, поглаживая большим пальцем, успокаивая.       – Готов? – прошептал Дань Хэн в алеющее ухо, оставив невесомый поцелуй на мочке, рядом с серëжкой.       Сандей уж было открыл рот, чтобы ответить, но с губ сорвалось лишь тихое нетерпеливое хныканье.       Сознание словно отключилось. Все рациональные мысли потухли, оставив лишь пьянящую пустоту, какой не бывало даже после трёх пол-литровых бутылок “Услады”, выпитых на спор в бурный подростковый период. Всё, что хранилось в его создании до этого момента словно украли, спрятали по углам, оставив лишь образ Дань Хэна. Его обеспокоенный взгляд, его заботливые руки, его шелковистые смольные волосы. Он видел Дань Хэна даже плотно закрытыми глазами, будто его образ был выжжен прямо на веках.       Сандей нашёл в себе силы лишь кивнуть в ответ на вопрос Дань Хэна.       – Словами, – Хоть Сандей и не видел его, но точно знал, что Дань Хэн улыбается. – Мне безусловно льстит то, что именно я виноват в твоём состоянии, но я хочу слышать тебя, ангел мой.       – Д-да, – вымолвил Сандей срывающимся голосом.       Сандей вздрогнул, когда внутри него оказались пальцы. В горле скопился ком стыда и смущения. Хотелось уйти от непривычного прикосновения, но в то же время мгновения удовольствия не позволяли прервать Дань Хэна, давали надежду, что всё будет именно так, как было описано в той книге.       В следующую секунду его тело словно прошибло током. Оно словно вышло из-под контроля: из уст вырвались тихие всхлипы, по щекам заструились дорожки слëз, а бедра неконтролируемо подались ближе к прикосновению Дань Хэна.       – Тише-тише, – произнёс Дань Хэн и, положив вторую ладонь на живот Сандея, придавил его, чтобы тот вновь опустился на футон. – Так ты можешь навредить себе.       Дань Хэн томительно медленно растягивал его, периодически добавляя больше смазки. Сандей под ним извивался, выгибал и спину и умоляюще поскуливал.       – Х-хватит… Я готов, правда… – сквозь слëзы пролепетал Сандей.       Дань Хэн вытащил пальцы с хлюпающим звуком.       Сандей отнял от своего алого лица подрагивающие крылышки и разлепил веки. Дань Хэн перед ним упорно пытался дрожащими пальцами распечатать квадратик презерватива. Он пыхтел и хмурился, каждый раз когда тот выскальзывал из вспотевших пальцев.       – Давай я, – произнёс Сандей и протянул ладонь к нему. Дань Хэн дал ему второй презерватив из пачки.       Сандей с лëгкостью распечатал блестящий квадратик и вернул его Дань Хэну. Тот же, не отводя влюблённого взгляда, следил за его плавными движениями рук и крыльев на голове.       – Я нередко видел, как ты плакал, но ни разу не думал, что увижу твои слëзы в такой ситуации, – внезапно проговорил Дань Хэн. Он оставил поцелуй на худой коленке Сандея и принял распечатанный презерватив из его рук.       – Я не хотел напугать… Это вовсе не то, что ты мог подумать, – Сандей откинулся на подушки. – Во мне столько эмоций, что я не могу их выразить привычными способами… Вот и получаются слëзы.       Дань Хэн уже надел презерватив и теперь сидел между разведëнных ног Сандея, успокаивающе поглаживал выступающую тазовую косточку на его ноге.       – Ангел мой, мне нужно, чтобы ты постарался расслабиться, – Дань Хэн придвинулся ближе. – Если тебе будет неприятно – скажи. Хорошо?       Сандей еле заметно кивнул и Дань Хэн медленно вошёл в него. По архиву разлетелись тихое поскуливание и еле слышимое рычание. Из груди словно выбили весь воздух. Пальцы на ногах поджались. Сердце забилось в бешенном ритме. Дрожащие ладони Сандея ухватились за плечи Дань Хэна, будто за спасательный круг; стоит отпустить – тело неизбежно пойдёт ко дну.       Дань Хэн навис над ним, из-за чего чёрные волосы водопадом скатились с плеч и спины, закрыв обзор. Сандей, словно загипнотизированный, собрал шелковистые пряди в ладонь и, вплетая свои подрагивающие пальцы в волосы на затылке, удержал их от падения.       Огненное дыхание Дань Хэна обжигало нежную кожу шеи, пуская мурашки наслаждения. Крылышки на голове Сандея неконтролируемо затрепетали от накатывающей волны удовольствия.       – Господи… – выдохнул Сандей в тишину. – Ч-что теперь?       Сандей не мог отвести взгляд от Дань Хэна: его бирюзовые глаза словно светились, слегка ослепляя; драконий хвост за спиной метался из стороны в сторону; на скулах выделялись мерцающие чешуйки. Перед ним точно было самое невероятное и прекрасное существо, созданное Эонами.       – Я начну медленно двигаться… – прошипел Дань Хэн сквозь плотно сжатые зубы и подался вперёд, вжавшись бедрами в ягодицы Сандея.       Движения их были нежны и медлительны. Каждое прикосновение, отдающее прямиком в создание импульсом удовольствия, должно было остаться ярким пятном в их памяти. Тело к телу. Один воздух на двоих. Тихие всхлипы и стоны, молитвы и ругательства на неизвестном языке.       Сандей не мог сдержать слëз, что безостановочно скатывались мерцающими росинками по щекам, Дань Хэн же с заботой и нежностью их сцеловывал.       Даже если Боги порядка действительно вновь покарают его за этот грех, он не будет сожалеть.       Когда его ухо опалил хриплый шёпот “Молодец”, крылья на голове Сандея затрепетали так, словно могли поднять его тело в воздух, а сам он сильно сжался и с громким всхлипом излился себе на живот.       Перед его глазами будто взорвалась сверхновая, а в ушах звенело так, словно в наказание Боги лишили его слуха, а не сожгли его крылья до тла.       Дань Хэн поспешно вышел из его тела, чтобы не причинять боли чувствительному сейчас Сандею. В пару движений довёл себя до разрядки и снял использованный презерватив.       Сандей откинулся на подушки, тяжело дыша. Его тело сковала приятная слабость.       – Ты как? – голос у Дань Хэна был тихим и расслабленным.       – Я в порядке, только… – Сандей сел на футоне и с звонким хрустом в спине потянулся. Он раскрыл большие крылья и чуть не повалил ими книги с полок поблизости. – Спина затекла ужасно.       – Понял, тогда в следующий раз попробуем другую позу, – Дань Хэн поднялся с футона и выкинул использованный презерватив в урну под столом. После слов “в следующий раз” на лице Сандея вспыхнул румянец, который он поспешил прикрыть крылышками на голове. – Нам нужно сходить в душ. Накинь на себя плед, а я возьму нам сменную одежду и полотенца.       – Ты предлагаешь в таком виде выйти в общий вагон? А если кто-то увидит? А если догадаются…       – Ты так уверен, что нас было не слышно и никто не догадался, чем мы занимались? – серьёзно спросил Дань Хэн.       – Боги точно меня покарают, – тихо пробубнил Сандей себе под нос. Спустя мгновение он накинул на свои плечи плед и поднялся вслед за Дань Хэном.