Сигареты

Громкую музыку приглушила закрывшаяся дверь, сверкнув напоследок узкой полосой света из коридора. Комната встретила Ньюта небольшим беспорядком, оставшимся после того, как он в спешке собирался встречать друзей. Которые, к слову, сейчас очень неплохо развлекались на первом этаже, что-то громко выкрикивая. Ньют немного постоял у двери, прислушиваясь не идет ли кто за ним, и направился к окну, не включая свет. Желтых уличных фонарей было достаточно, чтобы видеть хоть что-то и не спотыкаться. Открыв окно, Ньют уселся на подоконник с ногами, вытянув их во всю длину, и достал любимую зажигалку, которую носил всегда с собой, и помятую уже пачку сигарет. «Пора докурить и выкинуть», — подумал, выуживая одну из трех оставшихся сигарет, поджигая.  Смотреть в окно и думать — одно из любимых занятий Ньюта. Особенно ему нравилось такое, когда он уставал от шумной компании своих друзей, приходящих к нему домой повеселиться. Так было сегодня. Уже шёл второй час ночи, а сидят они у него с твердых четырех. Минхо так вообще с самого утра притащился, мол, поможет всё подготовить. Не то чтобы Ньюту надоело, но пяти минут передышки хотелось.  Едва сделав четвертую затяжку, Ньют услышал скрип двери. Обернувшись, он лицезрел Томаса, застывшего на месте.  — Не помешал? — спросил, склонив голову набок.  Томас знал, почему Ньют тут, он не раз заставал его за этим занятием. Тот улыбнулся и покачал головой.  — Не помешал, — почему-то никогда не мешал. Когда бы Томас ни появлялся, Ньют всегда был ему рад. Даже когда он хотел побыть один, Томас составлял молчаливую компанию и отнюдь не был лишним. В этот раз всё так же. Он улыбнулся, убирая ноги с подоконника, и похлопал рукой по освободившемуся рядом месту, приглашая. — Садись.  Томас быстро пересек комнату и устроился на подоконнике рядом с Ньютом, прижимаясь к его плечу своим. Тот, в свою очередь, протянул пачку сигарет, из которой Томас достал предпоследнюю, также закуривая. Повисла тишина. Не тяжелая и не неловкая, но Ньюту всё равно хотелось что-то сказать. Придумать не получалось, поэтому они так и сидели, пуская серый дым в комнату.  В какой-то момент, почти докурив, Ньют почувствовал на себе чужой взгляд, уже, похоже, долго его изучавший. Повернув голову, он увидел два темных глаза, направленных прямо в его собственные.  — Чего смотришь? — спросил так тихо, будто их кто-то может услышать. Томас пожал плечами и улыбнулся слегка пьяно.  — Просто. Думаю, — ответ был такой же тихий.  — О чём? — Ньют потянулся за пепельницей, что стояла на столе рядом с окном, и кинул туда окурок, передавая её Томасу. Тот тоже затушил свою сигарету и поставил пепельницу на подоконник, справа от себя.  — О том, что… — Томас на мгновенье замолчал, окидывая комнату взглядом, а затем снова повернул голову к Ньюту. — я очень рад, что мы знакомы и я очень тебя люблю, — он расплылся в широкой улыбке.  Ньют взмолился чтобы в свете фонарей не было видно как вспыхнули его щеки.  — Томми, ты пьян, — он хохотнул, но вышло это скорее нервно. Хотя Томас, похоже, не заметил.  — Я тебе от чистого сердца, а ты вот как, — Томас выпятил в напускной обиде нижнюю губу и будто ещё больше навалился на Ньюта, отчего тот коротко выдохнул.  Томас был так близко, что Ньюту показалось, будто к его щекам прилило ещё больше крови. Он был прижат к стене, лишенный любой возможности отодвинуться. Не то чтобы он был сильно против… Просто не хотел, чтобы Томас услышал его предательски сильно бьющееся сердце. На самом деле, Ньют никогда раньше не смущался Томаса, даже не смотря на свои не очень-то дружеские чувства. Но в этот раз всё было как-то по-другому. Выпитый ранее алкоголь мешал мысли, да и сам Томас будто специально пытался залезть на Ньюта ещё больше.  — Ладно, я тебя тоже очень люблю, — проговорил Ньют с натянутой улыбкой, стараясь скрыть волнение.  Услышав ответные слова, Томас победно улыбнулся и слегка отодвинулся, возвращая Ньюту его пространство. А тот сразу же потянулся в карман за пачкой сигарет, доставая оттуда последнюю. Это вторая сигарета подряд, но ему срочно нужно было занять чем-то руки и отвлечься.  Ньют курил, пока Томас что-то увлеченно рассказывал, жестикулируя. Он иногда кивал и отвечал ему, но, на самом деле, почти не слушал, витая в своих мыслях. Поэтому даже не заметил, как Томас в какой-то момент замолчал. Из размышлений вырвало лишь прикосновение к руке, которую, аккуратно взяв за запястье, Томас потянул на себя. Ньют перевел на него удивленный взгляд, наблюдая за тем, как тот затягивается сигаретой, всё ещё зажатой в его пальцах. Он хотел было что-то сказать, но не смог, переведя взгляд в томасовы глаза, потемневшие в сумраке. В них отражался свет тлеющей сигареты, рассыпаясь искрами. Ньюту казалось, будто прошла вечность, но он знал, что это была лишь секунда. И за эту секунду воздух вокруг них накалился настолько, что пробегался током по коже. Заземлял только обдающий пальцы жар сигареты, но и тот пропал, стоило Томасу отстранится от неё. Медленно выдыхая дым, растворяющийся между ними, он, как показалось Ньюту, снова наклонился близко к его лицу. В голове звенела одна мысль, от которой сердце ухало вниз не то от предвкушения, не то от страха. Едва подавшись ответно вперед, Ньют услышал смех и громкий звук шагов, приближающийся к дверям. Он отпрянул, вжавшись в окно, ровно в тот момент, как Минхо влетел в комнату. Даже Томас ощутимо вздрогнул рядом от неожиданности.  — Мы вас заждались уже, — весело выкрикнул он, подходя ближе. Не дожидаясь ответа, Минхо схватил Томаса за руку, утаскивая за собой. — Ньют, чтоб докурил и спустился через пять минут!  Ньют улыбнулся, видя напускное разочарование на лице Томаса. Тот пару раз дернул рукой, пытаясь высвободиться, но Минхо твердо стоял на своем, не поддаваясь на уговоры подождать ещё минуту. В конце концов, с громким вздохом, Томас всё же дал себя увести, оборачиваясь на Ньюта последний раз. Он подмигнул, будто обещая, что они обязательно вернутся сюда попозже, и сразу же скрылся за дверью. А Ньют больше не пытался спрятать свои вмиг покрасневшие щеки.