Сладость второго шанса

Удар. Еще один. На этот раз в щеку. Боль обжигала кожу. С криком женщина вцепилась в шерсть существа больше похожего на оборотня, чем на человека, и с силой дернула вспоминая на ходу нужное заклятие. Неужели ей подослали киллера? Существо с ревом улетело в сторону. На месте где она держала своего убийцу образовались проплешины, а в воздухе запахло жаренным. Женщина быстро начала прятать содержимое со стола пришёптывая нужные слова. «Быстрее. Быстрее… — проносилось в голове. — Они не должны все это забрать.» Видно, что ее Величество Тьма застали врасплох: напали в ее личном хранилище. Не секрет, что она увлекается коллекционированием редких артефактов. Опасных артефактов. Зашла перед новым годом провести инвентаризацию называется… Шум сзади подсказывал, что оборотень успел очухаться и стоит ускориться… Волшебная бутылка с исполнителем желаний падает с края стола и разбивается. — Черт! — выругалась женщина под благодарное хихиканье джина. А если заточить волчонка как джина, в банку? А может просто передвинуть луну и оборотень снова станет человеком? А вдруг это все-таки не оборотень… Две сильные руки вцепляются в шею и когтями впиваются в кожу. Женщина схватилась за них, но не смогла отодвинуть. Руки сжали еще сильнее. Она судорожно хватала пустоту, отчаянно пытаясь вдохнуть хоть немного. В глазах уже начало темнеть. Королева бездумно захлопала руками по столу. Нужно хотя бы что-нибудь. Огненный меч. Бесконечный лук. Да что угодно! Ладони нащупали что-то круглое и тут же сжали… …Резкий холодный воздух ударил в легкие. Женщина упала на колени и схватилась за больное горло. Вся шея болела, затылок неприятно пульсировал. Драться Королева Злых Деяний и Грехов могла, и даже хорошо умела – но не против огромной собаки в конце концов! Она аккуратно огляделась вокруг. Заснеженный лес. И когда она в последний раз была на природе вообще? Все сидит в своих пыльных кабинетах, да перебирает бумажки… Где-то далеко звучал ветер. Снежинки размеренно кружили в танце неспеша приземлялись на землю. Женщина посмотрела на свои руки — окровавленные и красные от холода. Кровь быстро замерзала на коже тонкой коркой и конечности казались будто бы были чужими. Хотя удивлять было даже странно, кому как не самой Королеве Зла иметь кровь на своих руках? Разве не такой ее представляют, думая о предводительнице всех злодеев во всех возможных мирах? Взгляд упал на странный предмет… Такое не найдешь в природе. Что-то круглое, стеклянное… Женщина подползла ближе и осторожно, чуть не носом упираясь в стекляшку внимательно осмотрела: это был простой снежный шар. В нем также медленно падал снег, торчало несколько елок… Назвать его необычным можно было только благодаря теплому свечению, словно внутри маленькие человечки развели костер. Трогать предмет было страшно, ведь именно после него женщина мерзнет в снегу в своей легкой одежде… Внезапно ее осенило — она не успела убрать все. А злой волчок остался в хранилище. Нужно было как можно быстрее вернуться. Лучше умереть от лап когтистых, чем лишиться большинства добра. Ох, видит Бог, оборотень точно посланец Лиса, стоит ему прислать маленький подарочек… Женщина схватилась за шар и начала его трясти. Снег внутри стал падать интенсивнее. Но кроме этого ничего не произошло. Королева не выдержала и потрясла рукой со всей силы, чуть не выронив шар. Большая кучка снега свалилась с елки неподалёку и упала прямо на голову женщине. Рядом послышался легкий смешок. — Леди Канра, сколько лет, а вы все такая же. Женщина повернулась на голос, но из-за снега ничего не увидела. Это вызвало новый приступ хихиканья. — Твоя рога сейчас похожи на елочки в снегу. От осознания чей это голос сердце сжалось. Канра помотала головой избавлялась от остатков предательства елки и тогда дыхание перехватило снова, но уже не от чужих рук, нет-нет… От тяжести воспоминаний. Легкие, но требовательные касания, нежный шепот и всего один поцелуй. Один, но ей всегда казалось, что он длился вечность. Сколько раз она мысленно его вспоминала и корила себя за то что не могла выкинуть его из головы. — Ваша Светлость Кэтлин Вонхоиде, — постаралась прошипеть Канра с максимально безразличным видом. — Какими судьбами в сугробах? Или ваши доблестные герои теперь живут здесь? Небось ради спасения всего человечества… — Прекрати, Канра… — нахмурилась Кэтлин. Как бы Повелительница Хаоса не противилась, но отвести взгляд от нее было тяжело. Собеседница была высокой фигуристой женщиной с невероятно светлой внешностью; волосы цвета солнца, светлые брови, голубые глаза, словно дыхание весеннего ветра… Она идеально смотрелась на троне Королевы Светлых Деяний и Добра. Идеально раздражительно. Даже сейчас она была на каблуках, в элегантном платье с маленькой сумочкой и белой шубкой. Аж глаз дергался! Сама то Канра была похожа на кого угодно из своей фракции — черта например — сутулая, смуглая, кривой нос с горбинкой, шрамы по всему телу, хвост, рога, да и те кривые. Смех, да и только. — Меня всегда удивляло, как ты произносишь мою фамилию так четко, каждую буковку. Неужели так ненавидишь меня? — она осторожно сделала шаг вперед. — Что ты тут делаешь? — проигнорировала вопрос Зло. Вместо ответа Добро протянула ей руку с точно таким же шаром в руках. — О святые, неужели очередное покушение на простых смертных? Или еще хуже, только на «сливки» общества?! Эпидемия шаров? И расхлебывать это только мне! Еще и в канун нового года! — А… Что это вообще? — она повертела в руках шар. — Да хер его знает, сама первый раз вижу. Хотя она лежала у меня в коллекции… Я помню почти все свои уловы, как это могло оказаться у меня? Канра повертела шар и поднесла его вверх, чтобы посмотреть против света. Елки не посыпались, свет не изменился, только снег стал сильнее — что в шаре, что в лесу, где стояли Королевы. — Вероятно простая ловушка с перемещением в параллельное измерение… А чего это ее Светлость Кэтлин Вонхоиде не убежала с неблагоприятного мирка? Устройство сломалось из-за снега? — Да, не работает… — она полезла было в сумку, чтобы найти устройство переносящее сквозь параллельные миры, но Канра остановила ее. — Не доставай. Все равно починить в такой влажности не получится. Давай лучше я нас перенесу… Повелительница всех чёртов обладала редким даром: ей абсолютно не нужны никакие железячки, чтобы путешествовать туда-сюда. Она чувствовала миры, слышала их зов, могла говорить им «Прощай» и «Здравствуй». Ей нравилась с ними говорить, особенно осознавая, что мало кто так может. Канра протянула руку, немного поколебалась, но взяла ее Светлость за ладонь. Закрыла глаза и попробовала услышать, что же на этот раз есть скажет это измерение… Так они простояли пять минут… Но Канра не услышала ничего, даже никакого легкого намека на монолог. Зато женщина не могла не отметить насколько теплая была ладонь Кэтлин. — Не работает… — раздраженно выдохнуло Зло, открыла глаза и нехотя отпустила теплую руку. — Нужно искать выход. Пойдем от дерева к дереву вперед… — Я только что этим занималась, я ведь попала сюда раньше, — виновато улыбнулась Кэтлин. — Святые, ты ведь совсем замерзла, возьми… Она начала снимать свою шубу, но Канра снова остановила ее легким движением руки. — Не надо. — Как это не надо, ты вся дрожишь! — Конечно дрожу, кто ж знал, что меня в лес затянет! — она смахнула снег со своей уже промокшей рубашки. — А ты как знала, в шубе! — Новый год же, меня пригласили… — Свидание? — буркнула Канра и подошла к одному из деревьев, выставила руки в стороны, внимательно огляделась и гневно потопала к следующему дереву. Ходить уже было сложнее, снег нападал практически по колено, а хвост почти всегда задевал снежную гладь. — А ты ревнуешь? — А обязана, Ваша Светлость Кэтлин Вонхоиде? — Перестань паясничать… Канра старательно повторяла свой трюк, пока Добро неодобрительно и с подозрением смотрела на ее движения. — Ты уверена, что это сработает? — А хочешь ходить кругами? Канра судорожно думала: нужен выход. Иначе она превратится в сосульку, пока ее не найдут в сугробах. Если найдут — никто не обещал, что их вообще смогут отыскать, при условии, что шары это единственный вход на этот Северный Полюс. Спустя еще какое-то время, когда дрожал даже хвост, а в закрытых каблуках леди Кэтлин уже можно было топиться, Канра решительно остановилась. — И что будем делать? — Мы… — Зло повертелась вокруг пытаясь придумать хоть что-нибудь. В голову не лезло ничего, лес был словно бесконечным, значит нужно было выживать. — Давай разведем костер? Ее Греховство ожидала, что та начнет противиться, ныть что хочет в тепло и домой, и вообще — где ее слуги? Но Кэтлин только кивнула и начала раскидывать снег трясущимися руками в поисках веток. Нарастающая неловкость рядом с давней «подругой» улетучилась и ее место занял пронзающий холод. Ей абсолютно было плевать кто сейчас был рядом с ней, хоть сам Санта-Клаус! Казалось, что мороз заморозил даже мозг, конечности уже еле двигались. Чертыхаясь Канра кое-как развела костер, беспокоя свой неработающий мозг, вспоминая нужное заклятие. Наконец-то вспомнив, Князь Тьмы кинула рядом в сугроб свой шар, который таскала с собой все это время и со стоном рухнула на пол чуть ли не в самый костер. — Аккуратнее! — успела коснуться ее плеча Кэтлин. — Не боись, поговаривают черты даже не горят. Ее Светлость аккуратно присела рядом. Тьме было настолько холодно, что махнула на это рукой. Даже если бы сейчас целый мир рухнул прямо перед ее ногами, она даже бровь не повела бы. Свою оплошность она поняла слишком поздно: когда мягкая шубка легла Канре на плечо, а Королева Светлости и Добра прижалась ближе, чтобы «одеяла» хватило и ей. — Не надо, — остановила она Канру, когда та попыталась снять шубку, — холодно же… Канра секунду помедлила и снова махнула рукой. К черту. И почему говорят, что в Аду жарко? Вечная мерзлота звучит куда отвратительней. В нос ударил приятной аромат клубники, а в месте ней, словно безбольной битой, хряснул новый поток воспоминаний. Как матушка объявилась спустя полжизни, как заставила пойти в политику, как сделала своей наследницей, встреча с васильковыми глазами, касание мягких губ… Они не должны были быть вместе, технически это даже незаконно — за это вполне можно было даже казнить. Кто знает что будет от такого союза? А что бы писали газеты… Почему тогда Кэтлин взяла ее за руку? Почему тогда приблизилась так близко? И почему Канра не ответила ей… Отодвинулась, убежала в страхе и избегала долгие года? Даже сейчас приходилось бороться с желанием убежать в чащу и поселиться здесь. Авось и не пересекутся. — Я знаю о твоей потере Марка. Мне... Жаль. Замужем. Она была тогда замужем. До той роковой встречи с ее Светлостью ей всегда казалось, что она очень любила своего мужа. Души в нем не чаяла. Всегда старалась возвращаться домой по раньше, всегда думала о нем. К его ногам она готова была положить любой кусочек вселенной, но увидев лишь раз глаза цвет весеннего ветра… Только тогда она поняла насколько мизерная была это любовь. Как же больно было от осознания той растекающейся теплоты лишь от одного упоминания о, тогда еще, принцессе Кэтлин; как же часто она заставляла себя не думать о ней; как же хотелось вырвать из себя ту часть, которая хотела быть с ней ближе. Это было неправильно. Неприемлемо. И совершенно не честно по отношению к Марку. Все года она вдалбливала себе: «Я люблю мужа и только его». И это работало, пусть и со скрипом на душе. Она была счастлива с ним, но каждый раз слыша отдаленный аромат клубники внутри что-то трескалось и ломалось. — У меня есть кое-что… Готовила на праздник, но думаю туда уже не попаду… Сначала она достала карманные часы, кивнула, снова залезла в сумочку и достала совсем маленькую бутылку шампанского. Не выдержав Канра гоготнула, словно ворон. — Зря смеешься. Из самой Авелика! Каждый глоток новый вкус. Такое не то что стоит неописуемо дорого… Его даже не найдешь почти. Женщина два раза стукнула по горлышку и пробка с громким хлопком вылетела. Содержимое не вылилось, только пошел легкий дымок. Кэтлин сделала глоток и улыбнулась: — Клубника. — Кто бы сомневался, Кэтлин Вонхоиде. — Перестань меня так называть, ее Греховство Канра Фурфанте! — насупилась та, но протянула заветную бутылку. Тьма помедлила, но взяла ее, принюхалась — воняло только чем-то сладким — и сделала глоток. — Какой вкус? — Кэтлин придвинулась настолько близко, что на щеке чувствовалось дыхание. Сердце начало биться быстрее, а щеки покраснели, но уже не от холода. — Вкус? Шоколад. — Моя очередь… — она говорила почти шепотом. Канра прислушалась: вокруг было тихо, даже ветер стих, костер лишь время от времени трещал. Громче всего было слышно сердце, которое никак не могло успокоиться. Кэтлин отпила так и не отодвинувшись ни на миллиметр и прошептала: — Мармелад. И снова протянула бутылку. — Мясо? — поморщилась Канра сделав свой глоток. — Черепашье? — Ты пробовала черепаху? — тихо рассмеялась женщина. — Запах и вкус почти одно и тоже. Ты же знаешь какой на вкус асфальт? — Даже не подозреваю. — Фантазия у вас отсутствует, Кэтлин Вонхоиде. Королева Добра снова вытянула карманные часы из сумки и посмотрела на время. — Сколько часов до нового года? — догадалась Канра. — Не часов, а минут. Три. — Минут?! Три?! Разве не было два часа до нового года? Ох, смерть меня убьет… — Ты вообще слышишь, что говоришь? — нежно рассмеялась Кэтлин и положила часы перед ними. — Смерть, убьет. — Мы договорились сыграть в гау-дзы. Игра такая, с камушками, — женщина принялась следить за быстрой секундной стрелкой параллельно задумываясь, что время в этом мире медленнее, и предположим, пятнадцать минут здесь равняется часу в их мирах. А может разница еще больше, чем черт не шутит. — А потом пойти выпить с Даймуром… — Генералом? — Генералом Даймуром, — поправилась она и почувствовала, как Кэтлин легла ей на плечо. Что-то теплое приятно разлилось по телу, а от того противный ком сдавил го. — Наверное, как только выберемся меня ждет длинный монолог о том какая я мразь, — осталась минута, — как обманываю честных людей, насколько я подтверждаю свой статус такими поступками и нет мне веры. Она отметила это детское волнение: тридцать секунд и новый год. Сердце билось вместо с движение секундной стрелки. — Кэтлин, будешь загадывать желание? — Канра аккуратно потрясла бутылкой, проверяя есть ли там еще какие-то остатки. — В моей мире есть традиция, пить в новый год и загадывать одно самое заветное желание. Законное разрешение бухать, люблю свой мир. Но ответа не последовало. Уснула? Взгляд был прикован к часам. Оставалось всего нечего. Три. Интересно, действительно ли она уснула? Два. Встретятся ли они когда-то еще? Один. В новом году. Канра уже подняла руку, чтобы сделать глоток, как перед самим костром появилась дверь. Самая обычная, из темного дерева и с золотой ручкой. Видимо владелец ловушки все-таки просчитал выход и самый «достойный» (если он дожил до этого момента) может выйти только в новом году. Она сморщилась вспомнив о своей коллекции: разворовали, суки, сто процентов разворовали. На ходу придумывая желания, она одним махом допивает содержимое и недоуменно застывает. На губах была клубника. Можно ли это считать это знаком? — С новым годом, Кэтти…