Как новый год встретишь

Кто покупает ёлку 31 декабря? Либо люди очень продуманные, либо совершенно неподготовленные. Наши двое относились ко второму типу. Хотя один из них точно бы стал утверждать обратное, засыпая вас фактами статистики, выстраивая кривые стоимости и, может быть, даже нарисовал бы пару диаграмм палочкой на снегу. – Давай быстрее! А то все нормальные ёлки раскупят! – Ты даже не знаешь, как выбрать «нормальную ёлку». По статистике... – Ой, всё! Не душни! Невысокий парень в синей куртке и ярко-оранжевой шапке с помпоном тащил за руку высокого седого мужчину в коричневом пальто. Колоритная парочка приблизилась к огороженной хлипким зелёным заборчиком территории, над воротами трепетала на ветру покосившаяся растяжка с надписью «Ёлочный базар». Край её хлопал практически над самым входом. Высокий слегка пригнулся, чтобы не получить краем баннера по голове, и прошел внутрь вслед за спутником. Осмотревшись по сторонам, парень с помпоном с сожалением отметил, что ряды ёлок значительно поредели. Большинство зелёных красавиц уже стояли украшенные по домам счастливых семей, заранее озаботившихся покупкой новогоднего дерева. Сероволосый оценивающим взглядом окинул оставшиеся деревца. Было негусто. Младший суетился рядом, подгоняя спутника. И вот, когда инспекции подверглась уже третья ёлка, к колоритной парочке подошёл продавец. Мужчина в высоких валенках пятьдесят последнего размера, огромных меховых варежках и пухлой зимней куртке камуфляжной расцветки явно знал, как одеться по погоде. Образ отлично дополняла солдатская ушанка с красной звездой во лбу и болоньевые штаны, делавшие фьють-фьють при любом неверном движении. Вару, зябнущий в своих «зимних» кроссовках, даже слегка позавидовал. – Здорово, мужики! – переминаясь с ноги на ногу, поздоровался доброжелательный усач. – Добрый день, – чуть кивнув, ответил сосредоточенный на елях Куромаку. – И тебе, мужик, усы не отморозить – своеобразно, под неодобрительный взгляд своего спутника поприветствовал Вару. – Что-то вы припозднились с ёлочкой, – беззлобно заметил мужчина. – Жёнушка поздно послала? – обращался он исключительно к Куромаку, решив, что он – его покупатель, а яркое пятно рядом здесь просто за компанию. – Уз послала так послала! А то говорит: сто зе ето за Новый год, и без ёлоцьки? – прошепелявил парень, намеренно коверкая слова на манер любимого мультперсонажа. Мужчина щербато ухмыльнулся – оценил шутку. Куромаку мягко улыбнулся и покачал головой, он тоже любил этот мультик, хоть ни за что бы не признался в этом. Вару победно хмыкнул: рассмешил двух старперов – маленькая, но победа. – Нам нужна небольшая, пушистая и зелёная, – кратко и чётко обозначил главные критерии праздничного дерева седой. – Небольшие, пушистые и зелёные у дальнего забора, – продавец указал рукой в сторону, где действительно стояли деревца небольшого размера. – Выбирайте, как определитесь, я подойду, упакуем. Развернувшись к очередному позднему покупателю, усач оставил парочку, предоставив им выбор. Куро кивнул и, аккуратно ступая по выпавшему ночью снегу, обернулся в поисках яркого пятна, пришедшего с ним и исчезнувшего посреди разговора с продавцом. Нашелся он рядом с самой большой елью на базаре. – Вот это мой размерчик! Берём! – радостно оповестил Вару, обернувшись к спутнику. – Маленькая, пушистая и зелёная. Что не понятно? – в очередной за сегодня раз протирая запотевшие очки, напомнил мужчина. – О-ой, – протянул младший, – уж одним-то критерием можно и пожертвовать! Смотри, какая она! Царь-дерево! Зелёная! Пушистая! Душистая! – Нет. Она в квартиру не влезет. – Понял, – хитро улыбнувшись, активно закивал Вару. – Душистый тут только ты! А точнее, ду-ушный! – протянул шутник. Мужчина закатил глаза и, развернувшись, направился к менее амбициозным елям. Вару, понимая, что тут серый не отступит, недовольно пыхтя, нагнал его в несколько широких шагов. – Давай все-таки ту! – предпринял последнюю попытку Вару. – Нет, – решительно и твердо прервал его Куромаку. Младший показал язык, но старший на провокацию не повелся. – Ладно! Будем выбирать из этого... – он указал на ровный строй ёлок, пытаясь подобрать нужное выражение для их описания, – грустного остатка.

***

– Пять мину-у-ут, пять мину-у-ут! Бой часов раздастся вскоре! Пять мину-у-ут... – весело напевал стройный невысокий парень, нарезая оливье. – Как тут у тебя дела, певец? – раздалось сзади, и на его талию легли тёплые руки. – Ничего вроде, – отозвался тот, – на вот, попробуй. – Он поднёс ко рту подошедшего мужчины ложку салата с ананасом и курицей. – Фкуфно. А знаешь, что? – продолжил он, прожевав. – Ты здорово готовишь. Переезжай ко мне, а? Зонтик покраснел от удовольствия и рассмеялся. Пик поправил выбившуюся из хвоста крашеную бирюзовую прядь и мягко мазнул губами по щеке любовника. В духовке что-то зашкварчало, и Зонтик, подорвавшись из объятий, побежал проверять мясо. Буквально в ту же секунду запиликал домофон. – А вот и Куромаку со своим Гринчем, – пробухтел мужчина и пошел открывать гостям.

***

– Ну, что, очкарики, ёлку принесли? Сегодня кормим только тех, кто с ёлкой, – прохрипел домофон голосом Пика. – Как грится, у нас товар, у вас купец. А, не, подожди. У нас елец, у вас едец. Открывай, короче, хрен бумажный! У меня уже бубенцы от холода звенят. А то мы щас с Курилкой джингл бэллс дуэтом сыграем. Домофон пикнул, и дверь открылась, парень придержал её, пропуская своего спутника с ёлкой внутрь. И с громким «бр-р-р-р!» шмыгнул следом. Лифт поднял их на восьмой этаж, и низкий затрезвонил в дверь квартиры с броским номером 69. – Эй, любители синхронного минета, открывайте! Задолбались вашу лесную красавицу переть. – Технически нёс её только я, – надулся седой. – Технически и курица – динозавр. Главное, что мы дошли, – невпопад ответил парень. Из-за двери раздался нарочито противный писклявый голос: – Сам ты любитель, мы – профессионалы. И вообще, никого не ждём. Уходите. И тут же следом откуда-то из глубины квартиры донеслось: – Открывай уже. А то без ёлки останемся. И вообще, не хорошо так с гостями. – А если я открою, мы без еды останемся. Этот гоблин зелёный жрёт всё, что не приколочено... – тяжёлый вздох. – Ла-адно. Дверь отворилась. Пик в джинсах, тёмно-синей рубашке с закатанными выше локтей рукавами и кухонным полотенцем на плече возник в проёме. – Дерево к досмотру предъявите. – Господин таможенник, давайте в квартире разберемся. А то фраза про синхронный минет, кажется, произвела фурор среди соседей. Бабушка из семидесятой уже два раза выглянула, – выдал серый. Пик с недовольным лицом пропустил гостей и ёлку в квартиру. – А всё потому, что у жабы твоей айтишной нет фильтра между мозгом и языком. Куромаку промолчал. Но все присутствующие, включая Зонтика, в максимально отдаленной от коридора кухне услышали лязг упавшего забрала Вару. От бойни его удерживала только неиллюзорная угроза увольнения. Потому, что пиздить директора конторы, где ты работаешь, как бы прямой к нему путь. Когда салаты наконец были готовы (Зонтик принял волевое решение выпереть с кухни всех, кроме себя, во избежание катастрофы), а мясо аппетитно пахло на большом блюде, он позвал-таки Куро, чтобы тот помог накрыть на стол. Не переносившие друг друга на дух Вару и Пик удивительно дружно отправились курить на балкон. К этому моменту криво установленная, но украшенная ёлочка стояла в углу гостиной. Не хватало только гирлянды. Куда она делась, Зонтик понял, только когда с балкона вернулся айтишник. Он был обмотан коротеньким проводом крест-накрест через грудь. Огоньки радостно светились, заставляя странные зелёные очки блестеть абсолютно инфернально. Коробок с батарейками покоился в переднем кармане джинсов. – Чё? – уточнил он на вопросительный взгляд Зонтика, распространяя вокруг химозный мандариновый запах жидкости для вейпа. – Я персональная ёлка Курочки. Парень перевел взгляд на старшего коллегу. – Не спрашивай, – попросил тот. – Проще было сделать, чем объяснить, почему нет. – Седой красноречиво закатил глаза. Часы показывали только десять, и было решено сначала подарить подарки. Зря, что ли, они устроили тайного Санту на четверых. Пик долго пытался отмазаться от участия в этом паноптикуме, видимо, чувствуя неладное. Но предполагалось чётное количество участников, а Зонтик был о-о-очень убедителен, когда сильно хотел чего-то. Директор хитро глянул на своего парня, припомнив, как тот убеждал его прямо в кабинете в обеденный перерыв. Ничего такого. Всё было исключительно орально. В смысле, словами через рот. – Курочка, надеюсь, что тебе достался я. Очень не хочется получить носки или гель для душа, – ухмыльнулся зелёный, поглядывая на директора и его «секретаршу», как он за глаза называл Зонтика, работающего на позиции офис-менеджера. – Это ещё не худший вариант для тебя, морда зелёная, – ухмыльнулся Пик, поглаживая по руке сидящего рядом молодого человека, обмотавшегося мишурой на манер шарфа. – Давайте я начну, пока вы друг друга не загрызли. – Куромаку принес из коридора подарочный пакетик с забавным снеговиком и протянул его Зонтику. – С наступающим. Парень с интересом заглянул в пакетик и извлёк на свет небольшую свечку в форме ёлочки. Принюхался. Пахло вкусно – цитрусом и хвоей. – Запах такой новогодний, – улыбаясь, похвалил получатель. Пакет с громким стуком шлепнулся с его коленей на пол. – Ой, а там что-то ещё? Он поднял пакет и извлёк на свет толстенькую книжку «Полезные рецепты на каждый день». Увидев обложку, Вару хохотнул. – Всё, хрен бумажный, переходишь на ПП. Фитоняшки, блядь. – Закройся, плесень. Завидуй молча. Ты даже яичницу не пожаришь, не устроив катастрофу. – Да я… Да ты… пошёл нафиг! – возмущённо запыхтел зелёный. Крыть было нечем. – Я продолжу, если никто не против, – мягко сказал Зонтик и взял зелёный пакет, стоявший всё это время с боку от дивана. – С новым годом, Вару. Пакет был довольно увесистый. Айтишник с любопытством енота тут же в него залез и вытащил подарочный стаканчик с бантиком. Внутри в несколько слоёв лежал мармелад разных оттенков зелёного. Ягодки, дольки, змейки, лягушки. И всё это великолепие венчал огромный черно-зеленый паук. Наклейка на стакане гласила «!СУПЕР! кислый». У зеленого аж слюноотделение началось от этой надписи. Он сглотнул и с довольной улыбкой хлопнул дарителя по плечу. Еда и сладости для Вару всегда были беспроигрышным вариантом. – Спасибо, угодил. Или угадал. Круто, в общем. Вару уже впился в гигантского паука, когда Куромаку прокашлялся, привлекая его внимание. Зелёный поднял глаза и уставился на любовника. – Ну фто? – Паучьи лапки забавно свисали изо рта. – Твоя очередь. – А, да? Ну ок. – Он втянул мармеладные лапки в рот, привстал со стула и, пошарив в заднем кармане джинсов, извлек на свет немного мятый конверт с логотипом аптеки. – Вот тебе, старикан, на мазь от геморроя. Ну, или от боли в спине. Или на гондоны. Не знаю, что там пенсионерам нужнее. С новым годом. Он протянул конвертик Пику и на всякий случай отполз за диван в сторону Куромаку. – Тц, – цокну языком директор, – ты можешь лучше. Я так думал до этого момента. – Могу, конечно. Но с тобой даже шутки выходят пенсионерские и занудные. Ты дурно на меня влияешь. А ещё потому, что меня не кормят. – Ну слушай, я ж могу тебе помочь, – оживился директор, – давай я тебя уволю на хер. И никакого влияния. – Да чё ты сразу так радикально? Меня можно просто покормить для начала. – Да на тебя жратвы не напасёшься, – ухмыльнулся Пик. – Удивляюсь, как Куромаку тебя ещё не выпер. Слушай, может, тебе его на комбикорм перевести? – обратился он к сероволосому. – Я обдумаю, – скупо улыбнулся тот. – Эй! – запротестовал Вару. Наблюдавший за происходящим Зонтик прыснул от смеха, прикрыв рот ладонью. Сердитый айтишник в гирлянде выглядел очень комично. – Всё, молчи уже, трепло. А то мужик твой без подарка останется. Пик протянул другу нечто плоское, завернутое в темную бумагу с ярко-синими блестящими снежинками. Куромаку повертел подарок в руках, надорвал обёртку и извлёк на свет упаковку с виниловой пластинкой «Dire Straits». – Угодил, спасибо. – Куромаку сдержанно пожал директору руку. Но эта сдержанность никого из присутствующих не обманула: глаза у серого довольно блестели. После, уже за столом, Вару ржал в голос, когда старшие на полном серьёзе слушали речь президента по телевизору, а потом откупорили бутылку шампанского под бой курантов, едва не залив все салаты и закуски. Наконец наевшийся зелёный прибывал в благостном расположении духа. И пока Пик со своей «секретаршей» танцевали под «Let it snow», нашептывая друг другу ласковую чепуху, Вару, устроив голову на остром плече, поглаживал своего мужика по тощей коленке. – М-м-м, Курочка моя, – мягко протянул парень. – С новым годом, Вару, – протянул Куромаку, целуя любовника в макушку. – Ты пьяный уже. Пойдём домой. – Ничего я не пьяный. Два бокала всего, – уперся айтишник. – Хотел сказать, что люблю тебя. Но теперь не скажу из вредности. Зеленый убрал руку с коленки, обтянутой брюками, и попытался отстраниться. Куромаку поймал его за ворот рубашки, посмотрел в хитро блестяще глаза над сползшими зелёными очками. – И я тебя, – ответил он и мягко чмокнул любовника в губы. – Поехали домой. Там подарок под ёлочкой. От такого зелёный однозначно отказаться не мог. Новый год начинался замечательно.