Снежная дева

      У всех вырвался вздох облегчения, когда потрёпанный «Торнадо» тяжело приземлился на маленькой, расчищенной от снега площадке возле небольшой горной деревеньки.       — Фух, приземлились, — Соник спрыгнул с крыла самолёта и с наслаждением потянулся, сбрасывая напряжение. — Молодец, Тейлз, я уж думал, не долетим.       — Я уже и сам так думал, — двухвостый пилот сдвинул на лоб лётные очки и устало откинулся на спинку сиденья. — Повезло.       — Да, нам действительно повезло с таким классным пилотом, как ты, — отстегнув страховочные ремни заднего сиденья, Эми потянулась вперёд и ободряюще похлопала лисёнка по плечу. — И даже не спорь, всё так и есть! — строго сказала розовая, заметив, как встрепенулся двухвостый для возражения.       — Согласен с Эми, — с другого крыла спрыгнул Наклз, — одного только везения мало.       Не желая впустую спорить с друзьями, Тейлз только смущённо улыбнулся, наблюдая, как Соник помогает Эми выбраться из самолёта. Спустившись следом, механик обошёл вокруг любимого детища, прикидывая объём ремонтных работ.       — Тейлз, завтра займёшься, пошли отдыхать, — позвал Соник и махнул рукой в сторону дома старосты, где они жили уже второй день.       Бросив взгляд на солнце, что уже коснулось краем верхушек окружающих гор, лисёнок последовал за друзьями. Деревня находилась в межгорной долине и темнело здесь рано, и правда, лучше сегодня отдохнуть.       День выдался достаточно утомительным. Разыскивая базу Эггмана, они забрались далеко в горы. Здесь и летом-то было не слишком жарко, а уж за десять дней до Нового года… Невероятной удачей оказалось найти в таком удалённом месте жителей во главе со старостой Иоши, приютившим команду в своём доме.       Вчера и сегодня они облетали окрестности, пытаясь с помощью сканера Тейлза засечь хоть один подозрительный сигнал, и вот наконец далеко за полдень им улыбнулась удача. База оказалась небольшой, но там обнаружился уже достроенный большой робот, которого Эггман активировал, чтобы прикрыть свой побег. Оказалось, что эта железяка ещё и летать умеет! Некоторое время робот и команда играли в догонялки среди облаков, обстреливая друг друга, а потом рискованным обманным манёвром удалось заманить противника ближе к скалам. Разогнав двигатель на полную мощность, Тейлз сумел в последний момент уйти от столкновения с ледяной вершиной, а вот робот оказался менее вёртким и врезался в скалу, а потом ещё и взорвался, что вызвало небольшую лавину и обнажило вход в пещеру, до этого скрывавшуюся подо льдом.       Убедившись, что робот уничтожен, пилот направил «Торнадо» к деревне, вот тут-то и начались перебои в двигателе и проблемы с управлением. Просто чудо, что они не свалились никому на голову!       Уставших героев в доме встретила Акеми, внучка старосты. Тёмно-рыжая тануки, одетая в ярко-жёлтое кимоно, выглядела очень нарядно, прямые чёрные волосы были аккуратно собраны в длинный хвост. Поприветствовав вернувшихся гостей вежливым поклоном, она пригласила их на ужин.       В уютной гостиной за накрытым столом друзей ждал Иоши. Старый тануки, светло-серый из-за обилия седины, улыбнулся, увидев, что все вернулись целыми и невредимыми. Он с вниманием смотрел на гостей деревни, но устраивать допрос не торопился. Отогревшись и утолив голод, Соник сам рассказал обо всём и заверил, что Эггман сюда уже вряд ли вернётся.       — А что это был за взрыв? — спросила Акеми, любопытно блестя карими глазами.       — Это взорвался робот. Он ударился о северный пик, и его боекомплект сдетонировал, — объяснил Тейлз и прикрыл ладонью зевок. — Даже лавина сошла.       — Северный пик? — в голосе Иоши послышалась тревога.       — Не беспокойтесь, лавина прошла далеко от деревни, — тут же заверил старосту Соник.       — Ага, — подтвердил Наклз, тоже зевая, — хоть взрыв и был сильным, но повредил он только пещере.       — Пещере? — в голубых глазах старосты тревога только возросла.       — Да, после схода лавины мы увидели там вход в пещеру, — кивнула Эми. — Должно быть, до этого она была завалена снегом.       — И явно давно завалена, — задумчиво сказал Тейлз. — Вряд ли снег там ежегодно тает.       — Древняя пещера — это очень интересно, но я лучше пойду спать, — встал из-за стола Наклз.       — О, да, конечно, — встрепенулся староста, — уже поздно, и вы устали.       Гости вежливо поблагодарили хозяев за ужин и удалились в выделенную им комнату.       Скоро дом затих, и только Тейлз продолжал ворочаться. Несмотря на усталость, он никак не мог заснуть — одолевали мысли о ремонте «Торнадо». Прикидывая и так и этак, что именно нужно будет сделать и с чего начать, лисёнок понял, что ему надо срочно переключиться на что-то другое.       Тихонько пробравшись в гостиную, он начал оглядывать книжную полку, выбирая что-нибудь для чтения. Внимание привлёк потрёпанный корешок. Вытащив книгу, он понял, что она очень старая. Тусклые буквы на тёмной обложке удалось разобрать с трудом: «Древние легенды и сказания». Тейлз удовлетворённо улыбнулся — самое оно, чтобы отвлечься от мыслей о современной технике.       Оглянувшись и заметив в углу старенькое кресло и торшер рядом, он решил не возвращаться в комнату и не беспокоить уставших друзей светом, а остался в гостиной. Под тихое шуршание страниц лисёнок и сам не заметил, как с головой погрузился в мир магии и мистических существ. Он с большим интересом прочитал о хитрых кицунэ, превращающихся в прекрасных девушек, о райдзю, грозных спутниках бога грозы, имеющих забавную привычку спать в человеческом пупке, о шутниках тануки, любящих выпивку…       «В одном селении жила бедная семья. Отец был дровосеком и тем зарабатывал на жизнь, мать заботилась о доме и о единственной дочери, прекрасной Юки. Девочка росла доброй, приветливой и трудолюбивой. Но однажды пришло в их дом несчастье — родители заболели и умерли от лихорадки. Оставшуюся сиротой Юки забрали к себе дальние родственники. Но мачеха невзлюбила девочку и принялась её всячески изводить. Однажды вечером под Новый год отправила она Юки в лес за хворостом. Бедная девушка не посмела ей перечить. А когда она ушла, разразилась сильная метель, и Юки домой уже не вернулась.       Но недолго радовалась мачеха, через пару дней отправилась она в гости, а когда возвращалась вечером, то снова началась метель, и её нашли мёртвой на крыльце дома. Лицо женщины было искажено от ужаса, а сама она покрыта инеем и ледяными кристаллами. Скоро и остальные члены семьи один за другим замёрзли на пороге дома, и на лицах всех мертвецов был ужас, как будто перед смертью они видели демона.       Жители деревни заметили, что ночами стало очень холодно, и часто начинались сильные метели, чего раньше не было. Они старались не выходить из дома поздним вечером, но не всегда это удавалось. И как бы тепло они не одевались, всё чаще стали находить замёрзших соседей у их домов.       Никто не понимал, что случилось, и почему боги от них отвернулись. Но однажды поздно вечером в один из домов постучался соседский мальчик и, трясясь от холода и ужаса, рассказал, что видел того, кто замораживает жителей деревни…»              — Эй, Тейлз, просыпайся!       Кто-то настойчиво тряс его за плечо. Лисёнок недовольно завозился, и тут что-то с шумом упало на пол. Испуганно подскочив, он распахнул глаза и недоумённо огляделся, пытаясь понять, где он находится. Рядом выпрямился Соник, держа в руках старинную книгу.       — Ох, я, похоже, зачитался и заснул. — Тейлз сладко зевнул, а потом попытался встать с кресла, но снова охнул — от долгого нахождения в неудобной позе всё тело затекло.       Посмеиваясь, ёж протянул руку, помогая двухвостому выбраться из «кровати». Потянувшись и хрустнув всеми суставами, лисёнок встряхнулся и забрал книгу, чтобы вернуть её на полку.       — Который час? — спросил он, заметив, что за окном уже светло, а ведь зимой светает поздно.       — Уже десять, — ответил Соник. — Пойдём, тебе надо позавтракать.       — Почему меня так поздно разбудили? — недовольно дёрнул ушами механик. — Световой день такой короткий, а дел невпроворот! — пробурчал он.       — Ты так сладко спал, — хихикнул синий, явно не испытывая мук совести, но, заметив печальный взгляд, подбодрил. — Не беспокойся, мы все будем тебе помогать. К тому же ночью началась сильная метель, которая более-менее утихла полчаса назад. Ты бы всё равно там ничего не смог сделать.       Тяжело вздохнув, Тейлз поплёлся приводить себя в порядок и завтракать.       Когда все выбрались из дома, то невольно поёжились — на улице стало гораздо холоднее. После тщательного осмотра самолёта Тейлз заключил, что фюзеляж пострадал незначительно, а вот двигатель нужно серьёзно проверить. Ругаясь себе под нос на примёрзшие болты, механик всё-таки смог отсоединить двигатель, а друзья помогли его вытащить, погрузить на тележку и дотащить до дома. Ремонтом придётся заниматься в помещении, от такого холода даже тёплый лисий мех не спасал. Пока солнце не село, Тейлз успел кое-где залатать самые крупные пробоины в корпусе и отрегулировать хвостовые рули. Потом снова поднялся пронизывающий ветер, и повалил крупный снег, и двухвостый сбежал в дом к тёплому очагу.       Отогревшись и уступив настойчивым требованиям Эми «поесть, наконец, нормально!», механик занялся двигателем. Свист и завывания снежной бури за стенами дома звучали вполне обычно, но почему-то заставляли нервно подёргивать ушами. Иногда мерещилось, будто ледяная позёмка стелется по полу и хватает за ноги. Хвосты нервно метались, а шерсть вставала дыбом от неприятного фантомного холодка, пробиравшегося вдоль позвоночника. Инструменты валились из рук, и сосредоточиться на деле никак не получалось.       Не понимая, что происходит, он решил сделать небольшую передышку. В гостиной собрались его друзья и вместе со старостой и его внучкой пили чай.       — Ну, как продвигается ремонт? — поинтересовалась Эми, вставая и наливая чай и ему.       Благодарно кивнув, он принял чашку и обхватил её ладонями, наслаждаясь теплом.       — Движется потихоньку.       Устроившись на табурете и захрустев печеньем, механик ощутил, как расслабляется его тело. Рядом с друзьями было спокойней, чем рядом с двигателем, хотя обычно он забывал обо всём, пока что-то чинил или изобретал.       — Снова метель началась, — заметила Эми, бросив взгляд на тёмное окно. Разглядеть там хоть что-нибудь не представлялось возможным — солнце уже село, а плотный снег окончательно сделал видимость нулевой.       — Часто у вас такие метели? — поинтересовался Соник.       Его можно было понять — в такую погоду не побегаешь, а длительное нахождение в четырёх стенах он переносил с трудом.       — Нечасто, я бы даже сказал — редко, — Иоши выглядел обеспокоенно и тоже бросил взгляд на темноту за окном, словно пытался там что-то разглядеть.       — Интересно, что могло послужить причиной смены погоды, — задумчиво произнёс Наклз, но ответа не дождался.       Староста тяжело вздохнул и снова перевёл встревоженный взгляд на тьму за окном.       Когда все разошлись, Тейлз задержался в гостиной, достал старую книгу с легендами, устроился в кресле и нашёл нужное место:       «…Но однажды поздно вечером в один из домов постучался соседский мальчик и, трясясь от холода и ужаса, рассказал, что видел того, кто замораживает жителей деревни. По его словам это была высокая очень красивая девушка с длинными чёрными волосами, которые развевал ледяной ветер, одетая в лёгкое белоснежное кимоно. Он видел, как она подошла к его отцу, задержавшемуся на крыльце, посмотрела ему в глаза, от чего он отшатнулся прочь и закричал от ужаса, а потом дохнула на него белым туманом. Отец упал и сразу покрылся инеем. А девушка подняла голову и взглянула жуткими чёрными глазами прямо в глаза мальчика. Он почувствовал, как по его телу начинает расползаться холод, и потерял сознание. Когда очнулся, выбежал на улицу, но отец уже совсем заледенел, а девушки нигде не было видно, и даже её следов на снегу не осталось, хотя следы отца ещё были заметны.       — Это была Юки, — дрожа, прошептал мальчик.       Жители деревни поняли, что девушка превратилась в духа снега и холода и теперь будет насылать на них морозы и снежные бури, пока не погубит всех.       Самые отчаянные смельчаки взялись выследить Юки-онну, снежную деву, как стали её называть жители. Стоило это нескольких жизней, но удалось выяснить, что днём Юки-онна прячется в горной пещере. Все жители деревни от мала до велика собрались вместе и работали не покладая рук несколько дней, заваливая вход в пещеру снегом и льдом как можно плотнее, чтобы не осталось ни единой щелочки, через которую дух мог бы выбраться наружу. После того, как вход был завален, сильные холода и метели прекратились, и Юки-онну больше никто не видел, а жители больше никогда не ходили к этой горной пещере, боясь потревожить покой снежной девы.»              Новый день радости не принёс — снега намело ещё больше, и потепления не случилось. Когда Тейлз собрался выйти проверить самолёт, его чуть не сбила в дверях взъерошенная Акеми.       — Дедушка, дедушка! — задыхаясь, позвала она и, торопливо стягивая шарф, направилась в гостиную, где заканчивал завтрак Иоши. — Митсуо замёрз!       Чашка выпала из дрогнувших рук и со звоном разбилась на множество осколков. В гостиную сбежались все обитатели дома, встревоженно глядя на Акеми и молчаливо ожидая продолжения.       — Как, замёрз? — прижав ладонь к груди, Иоши торопливо встал и шагнул к внучке. — Расскажи, что случилось.       — Я пошла в гости к подруге, а у неё дедушка Митсуо замёрз, — пытаясь отдышаться, повторила Акеми. — Она сказала, что дедушка рано утром пошёл взять дров, чтобы растопить печку, и не вернулся. Они пошли его искать, а он на крыльце лежит, уже весь инеем покрылся, хотя времени совсем немного прошло. И ещё, — Акеми понизила голос и боязливо прошептала, — Реико говорит, что на лице у дедушки был такой ужас, как будто он демона увидел.       В глаза старосты тревога сменилась страхом, старый тануки поспешно оделся и отправился к семье Митсуо. Тейлз невольно поёжился, когда услышал упоминание об ужасе на лице замёрзшего и о демонах. Уж очень это перекликалось с легендой о снежной деве, но ведь это просто легенда, снежных духов не бывает. К тому же сейчас день и метель стихла…       Поймав себя на этих боязливых мыслях, двухвостый отвесил себе мысленную оплеуху и поспешил к самолёту.       Когда солнце наполовину скрылось за горизонтом, и снова поднялся ветер, лисёнок вернулся в дом старосты.       Все вновь собрались в гостиной за ужином, и друзья заметили, что староста был очень встревожен чем-то. Осторожные попытки выяснить причину тревоги не дали результата, и тогда Соник прямо спросил, что случилось и почему староста так нервничает.       Иоши опустил глаза и начал теребить пояс от тёплого халата. С минуту царила тишина, все ждали, что ответит седой тануки, и, наконец, тот решился.       — Вы можете посчитать меня стариком, выжившим из ума, — с тяжёлым вздохом начал Иоши, — но я подозреваю, что старый Митсуо не просто так замёрз.       — Вы подозреваете, что кто-то мог его убить? — подался вперёд Соник.       На секунду их взгляды встретились, и староста снова опустил глаза.       — Подозреваю, что да. Хоть Митсуо и было много лет, но он был очень здоров и бодр для своего возраста. Дети ему, конечно, не позволяли нагружать себя тяжёлой работой, но он спокойно мог наколоть дров, принести воды… Я не верю, что он просто упал и умер…       Староста тяжело вздохнул и прижал уши.       — Кого вы подозреваете? У него были недоброжелатели? — нахмурился Наклз.       — Нет, — торопливо мотнул головой Иоши, — у нас маленькая деревня, все друг друга хорошо знают, и такую сильную вражду скрыть было бы очень сложно.       — Тогда что вы имеете в виду, говоря, что его убили, но недоброжелателей у него не было? — озадаченно переспросила Эми.       Староста снова потеребил пояс, поджал губы, тяжело вздохнул и поднял голову, твёрдо глядя в глаза внимательно слушающих друзей.       — Я подозреваю, что его убила снежная дева.       — Юки-онна?! — невольно воскликнул Тейлз.       Все удивлённо обернулись к нему, и двухвостый нервно задёргал хвостами, чувствуя, что начинает краснеть.       — Я вижу, вы знаете наши легенды, — чуть улыбнулся староста.       — Ну, ещё бы Тейлзу их не знать, он ведь у нас кицунэ, — задорно подмигнул ему Соник.       Механик недовольно посмотрел на названого брата, посчитав эту шутку неуместной. Они тут, между прочим, убийство обсуждают.       — У кицунэ число хвостов всегда кратно трём: три, шесть, девять, двенадцать, — смущённо улыбнулась Акеми, — так что Тейлз пусть и не совсем обычный, но всё же мобианец, а не демон.       — Э-э… Я не мог заснуть и взял почитать одну из ваших книг, — лисёнок неловко взмахнул рукой в сторону полки, решив прервать смущающее его обсуждение.       — Да, я имел в виду Юки-онну, снежную деву, духа снега и метели, что, согласно древней легенде, много лет спала в запечатанной горной пещере.       — Вы говорите про пещеру, которая открылась после взрыва? — удивился Наклз.       — Но разве духа можно запереть в пещере? — перебил его Соник.       — Древняя легенда говорит, что это возможно, — печально вздохнул Иоши.       — Расскажите нам эту легенду, — попросила Эми.       — И вы мне так просто поверите? — удивился староста.       — Ну, мне доводилось сталкиваться с множеством разных необычных существ, — беспечно пожал плечами синий ёж.       — Легенды возникают не на пустом месте, — торжественно кивнул Наклз. — Уж я-то это точно знаю.       — И если эта легенда поможет справиться с проблемой, то мы просто обязаны её выслушать, — уверенно заявила Эми.       Несколько секунд староста с внучкой внимательно смотрели на них, словно ожидая какого-то подвоха. Но герои остались серьёзны, терпеливо ожидая продолжения.       — Ну что ж, слушайте, — начал рассказ Иоши.       После окончания рассказа все некоторое время молчали, обдумывая полученную информацию. Первым встрепенулся Соник.       — Значит, если это действительно дело рук снежной девы, то можно всё исправить, снова замуровав её в этой пещере.       — Если она всё ещё там находится, — скептично отметила Эми.       — Духи привязываются к определённым местам, — заверил староста.       —Нужно будет завтра сходить и посмотреть на эту пещеру поближе. Ведь днём этот дух спит? — начал разрабатывать план Наклз.       — Да, её видели только по ночам, — подтвердил старый тануки.       — Хорошо, — хлопнул в ладоши Соник, — тогда мы с Наклзом завтра сходим к пещере, а ты, Тейлз, подумай, как нам быстро и эффективно замуровать проход.       — Ладно, — лисёнок тут же начал прикидывать в уме варианты.       — А сейчас всем пора отдыхать, — скомандовала ежиха.       Спорить никто не стал.              Тейлз так и не понял, что же его разбудило. То ли ветер за окном взвыл особенно пронзительно, то ли это был чей-то крик. Поёжившись от бодрящей прохлады, он решил попить воды и направился на кухню. Осторожно пробираясь в темноте по спящему дому, он добрёл до нужной двери и уже взялся за ручку, но вдруг почувствовал, что его ногам очень холодно. Пол был просто ледяным! Удивившись, он осторожно приоткрыл дверь и уже всем телом почувствовал поток холодного ветра.       В кухне была ещё одна дверь, которая вела на задний двор. И она была распахнута настежь. Спросонья Тейлз замер, глядя на эту дверь и переминаясь с ноги на ногу от холода, пытаясь понять: а зачем её вообще понадобилось открывать? Чем можно заниматься на заднем дворе посреди ночи?       Очередной порыв ветра бросил ему в лицо горсть снега, и лисёнок недовольно фыркнул и мотнул головой, выходя из ступора. Он и забыл, что здесь нужно топить печь, а запас дров как раз на заднем дворе.       «— Она сказала, что дедушка рано утром пошёл взять дров, чтобы растопить печку, и не вернулся. Они пошли его искать, а он на крыльце лежит, уже весь инеем покрылся…» — вдруг зазвучал в его голове голос Акеми.       Сорвавшись с места, Тейлз кинулся к двери. На ступенях лежал сжавшийся Иоши, а над ним склонилась белая фигура. Машинально схватив стоявшую рядом с дверью метлу, лисёнок прыгнул к старосте.       — Не трогай его! — хриплый крик даже ему самому показался тихим, но его услышали.       Незнакомец выпрямился и повернулся в его сторону. Это оказалась очень высокая девушка-обезьяна с белоснежным мехом и длинными чёрными волосами, одетая в белое кимоно. Лицо поражало тонкостью и гармоничность черт, но всю красоту портили глаза — громадные чёрные провалы, бездонные и ледяные, как космос, и такие же бездушные. Перед ним была снежная дева из легенды.       Лисёнок почувствовал, как его начинает трясти от холода и мистического ужаса, источаемого высокой фигурой. Холод словно разливался у него внутри, промораживая мышцы, охлаждая и замедляя кровь. Юки-онна скользнула ближе, и Тейлз увидел, как из приоткрытого рта духа вырываются белые клубы. Похоже, это было то самое леденящее дыхание, которым она замораживала своих жертв.       Ощущая, что ещё чуть-чуть — и он превратится в ещё одну ледяную статую, Тейлз хватанул ртом колючий морозный воздух, крепче сжал рукоять метлы и замахнулся на снежную деву, не совсем понимая, что он может сделать духу своим смехотворным оружием.       — Нет! Уходи! — снова закричал он, делая шаг навстречу. — Убирайся отсюда!       Белая фигура, окутанная метелью, застыла на месте. И тут сзади послышались торопливые шаги.       — Тейлз! — встревоженный голос Соника ободрил лисёнка — он теперь не один.       — Ах ты! — Эми не стала тратить время на причитания. Почти одновременно с её возгласом мимо головы Тейлза свистнул молот. Как и ожидалось, он пролетел сквозь Юки-онну, не встретив препятствия, но белая фигура заколебалась, а потом стремительно рассыпалась горстью снежинок и белого тумана.       Пару секунд все удивлённо смотрели на место, где только что был противник, а потом встрепенулись и подбежали к замерзающим. Наклз подхватил на руки Иоши, Соник — Тейлза, перед этим кое-как разжав заледеневшие пальцы, чтобы забрать метлу, и все быстро вернулись в дом, плотно закрыв дверь. В гостиную вбежала испуганная Акеми.       — Скорее, разожги огонь, — скомандовал Наклз, осторожно опуская старосту у очага и пытаясь нащупать у него пульс.       Рядом Соник усадил Тейлза, продолжая придерживать, потому что лисёнка всё ещё сильно трясло. Молодая тануки быстро разожгла огонь, и двухвостый потянулся к теплу. Наклзу, убедившись, что староста жив, принялся растирать его руки и ноги, восстанавливая кровообращение. На кухне шумела Эми, готовя горячий напиток, и Акеми отправилась ей помогать. В кухонной печи загудел огонь, нанесённый в открытую дверь снег быстро вымели обратно, и скоро молодая хозяйка вернулась с кружками, над которыми поднимался пар. Как раз очнулся Иоши, и внучка, всхлипывая, придерживала чашку, отпаивая его горячим чаем. Из второй кружки Соник поил Тейлза.       Когда зубы у лисёнка перестали стучать, он смог, наконец, рассказать о случившемся.       — Ах, дедушка! Зачем ты пошёл за дровами? — упрекала внучка, дрожащими руками обнимая Иоши.       — Дрова быстро прогорели, и их запаса не хватило бы. Все могли замёрзнуть, — вздохнул старик и обернулся к друзьям. — Спасибо вам за моё спасение.       — Всегда пожалуйста, — откликнулся Соник.       Как только солнце осветило долину, Акеми под присмотром ежихи побежала предупреждать жителей деревни об опасности, а Соник и Наклз отправились осмотреть пещеру. Ничего интересного они там не нашли: покрытые льдом стены и потолок, на полу слой наметённого снега. Никаких следов того, что в этой пещере кто-то обитал, они не нашли, но ведь и следов незнакомки возле дома они не видели — только свои, Тейлза и старосты.       Весть разнеслась быстро, и уже к обеду в доме Иоши собрались соседи, чтобы обсудить, как справляться с напастью. К удивлению друзей, никто из местных ни на секунду не усомнился в реальности снежной девы, все были серьёзны, собраны и готовы к совместной работе. В итоге план был такой: одна часть местных жителей вместе с Соником, Наклзом и Эми займутся добыванием и доставкой снега и льда к входу в пещеру, другая часть будет строить из больших кусков льда стену, а Тейлз с помощью уже спроектированной машины будет перемалывать лёд и получившимся «цементом» начнёт скреплять эти «кирпичи». Работать придётся быстро, так как светлое время суток зимой короткое, а продолжать строительство в темноте опасно.       Тейлзу пришлось слегка переделать двигатель «Торнадо» для дробилки. Очень большой удачей оказалось то, что горная деревня была достаточно автономна — вдали от благ цивилизации жители привыкли во всём полагаться на себя — и здесь даже действовала настоящая кузница, и был хороший запас металла, так что все недостающие детали сделали прямо там. Ещё день ушёл на сборку и отладку агрегата.       Четыре дня все трудились, позволяя себе отдыхать только после захода солнца за крепко запертыми дверями домов. Каждую ночь метель бушевала всё яростнее, а воздух становился всё холоднее, ставя новые рекорды низких температур. К счастью, все прислушались к совету и не покидали своих домов ночью. Больше замёрзших не было. Ледяная защита росла медленно, но верно. Мало было просто накидать кусков льда и залить их смесью измельчённого льда и воды, нужно было дождаться, чтобы слои хорошо замерзли, а то всё могло развалиться от малейшего чиха.       И вот к окончанию четвёртого дня вход в пещеру был полностью перекрыт. Тейлз ещё разок залил всё сооружение сверху донизу своим «цементом» для надёжности, и все отправились отдыхать, очень надеясь, что этого будет достаточно.       Ночью было непривычно тихо, а утро порадовало потеплением. Все вздохнули с осторожным облегчением и принялись готовиться к празднику. Соник и Тейлз проверили вход в пещеру — там всё было в порядке — и, вернувшись к обеду, оказались привлечены к общественно полезным работам — украшению площади для новогоднего гуляния.       Починить «Торнадо» до праздника лисёнок уже не успевал, поэтому друзья решили праздновать здесь, что жители деревни только одобрили.       На площади Эми уже командовала Наклзу, как расставить столы, и названые братья, усмехнувшись, присоединились к ехидне.       Ближе к вечеру жители стали собираться на праздник. Они приносили на столы угощения, кто-то начал наигрывать на музыкальных инструментах. В центре площади разожгли большой костёр. Иоши с внучкой тоже пришли. Два дня староста провёл в кровати с лихорадкой, любящая внучка постоянно находилась возле него, следя за состоянием старого тануки, но всё обошлось. Иоши и гостей деревни усадили во главе стола и произнесли тост за их здоровье, а потом ещё долго благодарили за помощь. Потом начались песни и танцы у костра.       Несмотря на заход солнца, погода была тёплой и безветренной. С подёрнутого лёгкой дымкой облаков неба медленно падали пушистые снежинки, легонько щекоча нос и уши. После мистического буйства стихий природа отдыхала и приходила в себя. Больше не было тревожного напряжения, и Тейлз довольно выдохнул, грея ладони о чашку с горячим напитком и наблюдая, как Соник с Эми танцуют под медленную мелодию вместе с другими парочками. Наклз решил померяться силами с местными парнями, и от их стола доносились шутки и взрывы хохота.       Удивительно уютная атмосфера праздника среди тех, с кем ты успел хорошо сработаться всего за несколько дней. Здесь Тейлз чувствовал себя очень комфортно. Эта деревня, затерянная среди величественных гор, веками хранящих тайны, как нельзя лучше подходила для того, чтобы отметить волшебный момент перехода из старого года в новый. Здесь появилась возможность почувствовать себя героем сказки. И пусть сказка оказалась страшной, но конец у неё был счастливый.       Отпив из кружки горячего ароматного чая, Тейлз с легкой улыбкой наблюдал за полётом снежинок.