Я устал...

Я устал...

Ло решил подольше обдумать предложение JDH. Новое приключение? Нужно ли это ему? Звучит завораживающее, но как же его друзья..? Они так старались, чтобы невозможный мироходец вернулся обратно, чтобы он вспомнил все приятные времена, которые были с Райей, Окетрой, Джодахом... Но...

Я так не могу...

... Но зачем они хотели, чтобы Лололошка всё вспомнил? То, что он величайший преступник всей мультивселенной? то, что это он создал маски для междумирцев ( первых )? то, что это он создал отправление? то, что его детство... Да не важно! Он так больше не может... не хочет... Не хочет абсолютно ничего... ничего...

Я не хочу...

Хватит...

У остальных всё просто прекрасно! Всё, кроме Джона, думают, что сделали правильный выбор, дав Ло-шке вкусить те самые воспоминания, которые были заблокированы в его голове. Молодцы! Они ведь не думали, вдруг Ло не хочет ничего вспоминать! Райя готовит ночной праздничный ужин в месте, подобном поселении Ло во времена путешествия в Аллотере, а Окетра погружена в свои мысли, думая, как она со своим видом будет путешествовать по мирам вместе. Не переговариваясь с Лололошкой. Думая только о своих предпочтениях. Джодах ушёл по делам в другой мир. Как было понятно, кто-то вновь создаёт временные парадоксы. Джона не покидает чувство, что что-то не то. Что-то не то...

Отпусти...

Всё готово. Стол накрыт, но никто не может найти человека, который вспомнил. Куда он делся? Неужели ушёл? Нет, невозможно..! Хех... Джон Дейви Харрис решил пойти на его поиски. Он чувствовал свою искру, свое сердце. Они, будто сговорились между собой, стучат по грудной клетке, показывая нужный путь. Маленькая капля пота ползёт по лбу учёного. Он волнуется?

Отстань...

Итак, Джонни прошёлся везде и никого не нашёл. Но осталось лишь пойти за Отправление, которое выглядело чуть хуже, чем отправление в Мире.

Я не мальчик на побегушках...

Я вольная птица...

Вольная...

За отправлением находился найдёныш. Выглядел он не очень, если честно. Он что, царапал свою кожу ногтями? А обуви не было на ногах, они мирно лежали на полу рядом с мироходцев. Осенняя куртка была чуть расстёгнута. Ему жарко? Шарф вместе с его очками лежали рядом с обувью. Да что с ним не так? — Не боишься, что появляться морщинки? — в ответ тишина. Лишь маленькое вздрагивание тельца, которое, похоже, было чуть истощено, — Ну что ты, не игнорируй меня! Это могу делать только я! — Только ты..? Ну да... Только ты... — Что с тобой? Не узнаю своего альтер-эго, у которого чересчур много энергии! — и вдруг, будто дятел постучался до самой нужной невидимой папки в лабиринте знаний Джона. Идея, — Покажи своё лицо. — Не хочу... Да и тем более, что оно тебе даст? — он всё ещё отнекивается. — Намного больше нужной информации для меня на данный момент. Показывай лицо. И он показывает. И, о Боже... Никакой улыбки или ребяческого лица, лишь одна усталость. Внизу глаз видны блестящие немаленькие дорожки от слёз. Сколько он плачет? И никто не подумал его поискать заранее? Неужто только у Харриса было чувство, что что-то не так? Ло поднимается. Он не хочет, чтобы его видели таким. Если бы Джодах узрел эту картину, то сказал бы ”Жалкое зрелище, не так ли?”... Если б Лололошка не пошатывался, то спокойно бы убежал, но нет. Его схватили за куртку, а потом переместили в совсем другое место...

***

— Зачем...? — Я не могу оставить свою глупую версию себя там – за Отправлением. — две версии самих себя находились в временной комнате Джона. Всё же эта база создана была для возвращения Лололошки, а так как он на месте, то скоро все переместятся в новый, наверное, постоянный дом. По крайней мере об этом раскладе событий думают только тройка спасателей. Комната Джона была похожа на коморку нестандартно-больших размеров. В нём находился стол, заполненный случайно-разбросанными бумагами с подсчётами и зарисовками того самого собранного Отправления. Кровать двухспальная, ведь Джон Дейви Харрис может себе позволить расплавиться на огромной мягкой кровати! А также были тумбочки, мягкий ковер... и так далее. Насчёт кровати. Джон мягко и аккуратно вёл Ло к ней. Эти мешки под глазами мироходца совсем не нравились Хариссу, поэтому, взяв с помощью магии плед и укрыв, уже лежащего Лололошку им, хотел уйти, но... — Погоди... — за халат вцепилась лёгкой хваткой, показывая слабость, рука лежащего. Он не хотел, чтобы другой он уходил, но признаваться в этом было бы кое-кому стыдно. Вырваться из хватки – значит оставить себя страдать, буквально. А оранжевому надо идти и придумывать оговорки без вранья о том, куда пропал Лололошка. Мимолётно подойдя к Ло-шке Харрис также мимолётно поцеловал его в щёку. — Теперь отпустишь? — не хотелось вырывать руку из хватки нуждающегося человека. Как ни странно тот не отпускал, будто говоря о своём тактильном голоде и о том, как же ему хочется получить ещё один поцелуй. И так и произошло. Джон на все 100% знал, что если также поцеловать Ло, то он не отстанет, поэтому, подавив все отрицания, Джон взял и поцеловал Лололошку в губы. Не так страстно,, ибо одному надо отдыхать, а другому работать. Но этого было на тот момент достаточно. На этот момент нам не надо разбираться с будущими чужими проблемами от страстного поцелуя. Не сейчас. Чуть попозже. Наверное... А я спать... Просто спать... Я устал... Но кое с кем я буду живой...