Обещание

      Сергей несколько часов вертелся в постели, пытаясь уснуть. Он то проваливался в короткий беспокойный сон, то вздрагивал от липкого страха и просыпался на скомканной постели. В груди поселилась неясная тревога, сердце бешено колотилось. Наконец молодой колдун не выдержал и, встав с кровати и надев халат, вышел из комнаты. Проходя мимо больших резных часов, висящих в прихожей, Мончинский на мгновение задержал на них взгляд - почти пять часов утра.       "Великолепно, можно уже и не ложиться," — горько усмехнулся колдун.       На кухне, налив воды в стакан, Сергей сел за стол и подпёр рукой голову. Мысли были спутаны в клубок, так что Мончинский даже не пытался в них разобраться.       — Вы не спите, — раздался за спиной тихий голос.       Колдун чуть вздрогнул и повернул голову. В дверном проёме стоял Владимир, одетый в халат и, скрестив руки на груди, смотрел прямо на Мончинского. Слабый свет фонаря из окна освещал его силуэт и пронзительные голубые глаза.       — Да, что-то уснуть не получается. Мысли все спутались... — не стал отпираться Сергей и указал рукой диву на стул рядом с собой. — А ты почему не спишь, Владимир?       — Дивам не нужен сон в таком количестве как людям, — сказал див, аккуратно присев. — Да и я почувствовал ваше беспокойство, поэтому решил проверить.       Мончинский чуть улыбнулся.       — Спасибо. Сам не знаю что на меня нашло.       — Сделать мятный чай? Он обычно помогает.       — Да, давай. И имбирные пряники достань с верхней полки, пожалуйста.       Пока Владимир хлопотал над ранним перекусом, Сергей вновь устремил взгляд в окно. Вдалеке уже было видно занимающуюся полоску розовой зари. Светало. Скоро отключат фонари. Владимир поставил перед колдуном чашку с горячим чаем, тарелку с печеньем и замер, облокотившись спиной на столешницу. Мончинский сделал осторожный глоток и с наслаждением выдохнул, после чего повернулся к диву.       — Садись, Владимир. Раз уж мы оба не спим, то я бы хотел с тобой кое о чём поговорить.       Тот сел напротив хозяина, смотря прямо ему в глаза. Див чувствовал тревогу и волнение своего колдуна, но решил дождаться когда тот сам заговорит. О теме он уже догадался.       Сергей сделал ещё глоток, немного побарабанил пальцами по столу, собираясь с мыслями, и начал говорить:       — Ты ведь знаешь, что всего через несколько дней тебя передадут другому колдуну, согласно правилу Управления о привязке дива только на один год?       Владимир молча кивнул и чуть подался вперёд, мотивируя хозяина продолжить. Тот не заставил себя долго ждать.       — Скажи, а ты... хочешь этого? И не надо говорить про соблюдение правил, я знаю уже, что ты ходячий свод законов, — сразу добавил Сергей, чуть нахмурившись. — Я спрашиваю именно о твоём личном желании. Ты хочешь менять хозяина?       — Нет. Не хочу, — почти сразу же ответил Владимир, а его зрачки сузились. — Но мне придётся, Сергей Дмитриевич.       Мончинский чуть улыбнулся и снова сделал глоток.       — Знаю. Уверен, что это будет не слишком приятно, особенно когда у нас установилась неплохая связь. Не хотелось бы её разрывать, тем более сейчас, когда она стала ещё сильнее.       — Вы можете подать прошение о том, чтобы снова привязать меня к себе через некоторое время, — заметил див. — Кто знает, может быть тогда вы уже сдадите экзамен на высшую категорию.       — Хех, звучит как что-то сказочное. Я не настолько хорош, — усмехнулся колдун, откусывая пряник. — Но я бы сделал всё, чтобы ты остался.       — Что? — переспросил Владимир, чуть приподняв бровь.       — Что? — тоже изумился Сергей, широко распахнув глаза. — Ой, прости. Я это вслух сказал?       — Вы бы правда хотели, чтобы я остался? — Владимир не стал отводить взгляд, хотя это и было нарушением субординации.       — Ну да, — Мончинский тоже посмотрел диву в глаза. — Мне с тобой нравится работать и дружить, наша связь стала крепче. Так почему мы должны всё это терять? Было бы проще и вовсе не расставаться, но увы, правила никто не отменял.       Владимир ничего не ответил, но взгляд отвёл. Сергей слегка побарабанил пальцами по столу, а потом добавил негромко:       — А ещё я боюсь того, что тебя передадут князю Кантемирову.       — Он не сможет мне серьёзно навредить.       — Это не отменяет того факта, что я буду за тебя волноваться. Сильно волноваться, если уж быть совсем честным.       Див негромко хмыкнул и внезапно вперил в хозяина серьёзный взгляд. Зрачки в глазах сузились, а голубая радужка будто светилась изнутри.       — Пообещайте мне, что выдержите, Сергей Дмитриевич. Выдержите и дождётесь меня. Вы сильный, и я точно знаю, что вы сможете с этим справиться. Никакой Кантемиров и ему подобные не должны поколебать вашей уверенности. Пообещайте мне это, прошу вас.       Мончинский едва заметно вздрогнул и посмотрел Владимиру прямо в глаза. Затем накрыл его руку своей и твёрдо произнёс:       — Обещаю, Владимир. Обещаю, что не сломаюсь и не поддамся на провокации. Я тебе доверяю, надеюсь, что ты мне - тоже.       Див без раздумий склонил голову. На его лице на несколько секунд мелькнула искренняя, почти человеческая улыбка. В глубине квартиры зазвонил будильник.