продолжай смотреть на меня

      Хёнджин держал в руках снежный шар, который медленно таял. Он недоуменно наблюдал за тем, как из этого маленького предмета исходило тусклое свечение. Внезапно яркая вспышка ослепила его, заставив зажмуриться и отойти на пару шагов назад. — Что за фигня?       Хван уставился на свое отражение в зеркале: его волосы были тёмными и длинными. Он осторожно дотронулся до них, имея возможность с такой длиной сделать хвост. Хёнджин нахмурился, не понимая, как такое вообще возможно. Последние пять лет он стригся только коротко под машинку. Чаще всего он красил свои волосы в блонд, но это никогда не было чем-то постоянным. — Да что за фигня? — повторил Хван, оглядываясь по сторонам.       Он не сразу понял, что находился в другой в квартире. Они вместе с Чанбином снимали её тогда, когда встречались и жили вместе. Но с тех просто прошла половина десятилетия! Хёнджин не то чтобы верил в магию, но другого объяснения у него не было. Либо магия, либо он просто медленно сходил с ума. Может быть, оба варианта одновременно.       Хван продолжал рассматривать своё отражение в зеркале: его бровь не была проколота. Он приподнял свою футболку: его парная татуировка, которую они сделали с Джисоном, тоже исчезла. Неужели в это время тату «Рэпуй лучше» и «Танцуй лучше» не существовали? Это даже в каком-то роде огорчало. Хёнджин отошёл от зеркала, продолжая всё жадно рассматривать, как будто он ожидал, что исчезнет в какой-то момент. — Эй, Джинни, — Чанбин вошёл в комнату, намереваясь что-то спросить, но прервал себя, как будто бы заметил что-то странное. — Почему ты так на меня смотришь, детка? Что-то случилось?       Хёнджин сглотнул, осознавая всю ситуацию: он точно путешествовал во времени. Другого объяснения быть и не могло. Чанбин стоял перед ним такой красивый и такой живой. Хван не хотел вспоминать, насколько сильно смерть возлюбленного подкосила его. Простыми словами, он был в отвратительном состоянии. Удивительно, но во многом ему помог Джисон. Этот придурок каким-то образом справлялся лучше, чем остальные его друзья.       Раньше они плохо ладили. Всегда находилась какая-то несущественная деталь, которая их раздражала друг в друге. А потом всё перевернулось с ног на голову. И вот уже Хан являлся неотъемлемой частью его жизни. Чанбину бы это понравилось, по правде говоря. Хёнджин только начинал осознавать, что сейчас он мог обнять Чанбина, быть с Чанбином и всё остальное прочее. — Хёнджин? — его парень подошёл ближе и осторожно взять его за плечи. — Всё хорошо, — его голос прозвучал хрипло. — Кажется, я просто надышался краской и лаком. — Идём тогда отсюда. Я же говорил, чтобы ты открывал окна. — Я как-то потерял счёт времени.       Хёнджин был выше Чанбина, но каким-то образом он вжался в него, не желая отпускать. Он ненавидел себя, что вёл себя настолько отчаянно, но а как ему было вести себя иначе? Его посадили на их диван, который Хван не видел уже несколько лет. Он испытывал какую-то ностальгию и желание, чтобы эти моменты никогда не прекращались. — Ты уверен, что дело только в этом? — Чанбин сел рядом с ним, кладя свою ладонь на его колено.       Хёнджину не хватало такой романтической близости. После Со у него никого не было. Иногда он задумывался о сексе по дружбе с Джисоном, но тот был слишком увлечён Минхо, чтобы вообще смотреть на кого-то ещё в таком плане. Хван просто чувствовал, что не готов был впустить кого-то ещё в свою жизнь. Он всё ещё любил Чанбина и даже спустя столько лет не мог его отпустить. — Всё в порядке, — Хёнджин положил голову на его плечо. — Сейчас уже всё в порядке. — Вы опять поцапались с Джисоном? — он погладил его по голове.       Хван отвык от ощущения длинных волос, но не был против прикосновений. И всё же было странно взять и вернуться в то время, когда всё было сломано по-другому. — Мы не ссорились с Ханни, не волнуйся. Просто у меня вот такое настроение. Лучше скажи, ты поцелуешь меня?       Долго ждать не пришлось. Чанбин никогда не заставлял его ждать. Их губы слились в поцелуе, заставляя полностью прочувствовать, насколько этот момент казался реальным, насколько это момент был реальным. Со гладил его по затылку, нежно пальцами дотрагиваясь до его обнажённой шеи. Хёнджин закрыл глаза и приоткрыл рот, ощущая, как соприкасались их языки.       Слишком легко вернуться к прошлому. К тому, когда они были обычными студентами, а их главной проблемой было сдать все задания в срок. В будущем Хёнджин работал татуировщиком, при этом делая Хана своим первым и самым частым клиентом. Наверное, ему будет непривычно видеть его чистую и нетронутую кожу. Себя ему тоже было непривычно видеть. Он уже как-то отвык ощущать себя любимым.       Чанбин прервал поцелуй, спускаясь чуть ниже и целуя его челюсть. Его руки переместились к нему на талию, и он слегка сжал её, рывком усаживая Хёнджина к себе на колени. На секунду Хван забыл, как дышать, чуть откидываясь назад. Со поцеловал его в шею, и от этого ему хотелось продолжать задыхаться. Это было так нежно, так, как он любил. Хёнджин держал своего парня за плечи, практически впиваясь в него своими пальцами. — И всё-таки тебя что-то тревожит, — дыхание Чанбина обжигало его кожу. — Мне было без тебя одиноко.       Хёнджин неосознанно прижался к нему ближе, обхватывая руками шею Чанбина. В глубине души он всё ещё верил, что в какой-то момент это всё прекратиться, что ему придётся остаться в одиночестве, самостоятельно собирая собственные осколки. — Прости, если я на этой неделе много времени проводил с Чаном и Ханом, — Чанбин поцеловал его в плечо. — Хан просто всё ещё страдает от своей любви с первого взгляда. — Думаю, что Минхо влюбился в него со второго взгляда. — О, ты тоже так думаешь? А почему не с первого? — Он тогда ещё не услышал, что наш забывчивый Ханни запомнил имена всех его котов.       Хёнджин всегда считал, что отношения Хана и Минхо были удивительными. Он помнил, как они сблизились, как смотрели друг на друга, как смущали всех вокруг своим поведением. Их, в отличие от него и Чанбина, смерть не разлучила. Хотя сейчас же всё налаживалось, верно? Хёнджин был готов в это верить до самого конца. — Это похоже на правду, — Со улыбнулся. — В любом случае, я весь твой. Давай сходим на свидание. Куда ты хочешь пойти?       Хван давно не ходил на свидания. Да и с кем вообще ему было ходить, если его сердце было отдано одному человеку. Иногда он забывал, что только он пережил чужую смерть. — Давай лучше останемся дома. — Хорошо, — Чанбин немного отодвинул его от себя, чтобы нежно провести ладонью по щеке. — Тогда чего ты хочешь? — он заправил его черную прядь за ухо. — Хочу, чтобы ты продолжал смотреть на меня, — Хёнджин распахнул глаза, моргая неожиданно влажными от слёз ресницами. — Я буду всегда смотреть на тебя. И я буду всегда тебя любить. Тебя невозможно не любить, Джинни.       Хёнджин улыбнулся. Ему оставалось лишь надеяться, что в этот раз их ничто не сможет разлучить.