Рубиновый лис
4 февраля 2025 г., 14:52
Чонгук припарковал свою машину на служебной стоянке и направился к лифтам. Он приехал чуть раньше начала рабочего дня, как и попросил его отец, и по этой причине не боялся давки в толпе офисных сотрудников, спешащих на своё рабочее место за пару минут до девяти. Но он всё же оказался не один. Двери медленно закрывались, когда он крикнул:
— Придержите лифт, пожалуйста!
Увидев руку, остановившую одну из створок, он облегчённо выдохнул и прибавил скорость. А когда заскочил в лифт, столкнулся взглядом с удивлённым мужчиной. Чертовски красивым в этот ранний час понедельника, в отличие от самого Чонгука. Настроение было прекрасное, поэтому он не отказал себе в шутке.
— Ого, вот это красавчики здесь работают! Это я удачно заскочил.
Мужчина окинул его настолько презрительным взглядом, что в голову закрались подозрения: уж не гомофоб ли он часом? В момент вспомнился тот факт, что Чонгук уже давно не в Штатах, и проявлять так открыто свои нетрадиционные взгляды к первому встречному явно не стоило. Однако холодность, с которой его встретили, и неприкрытое пренебрежение заставляли развить собственную шутку. А кто такой Чонгук, чтобы отказывать собственным душевным порывам?
— Ты чего такой угрюмый, давно секса не было? — картинно обиделся он, глядя на продолжающего молча сверлить панель лифта мужчину. — Могу устроить.
Не успел он сделать и шага в сторону напрягшегося незнакомца, как лифт издал сигнал остановки, а двери открылись, выпуская пассажиров. Толкнув Чонгука плечом, мужчина поспешил выйти первым.
Провожая его фигуру в офисном костюме, сидящем как влитой, Чонгук с сожалением покачал головой, понимая, что придётся поменять своё открытое поведение в новой обстановке. Он бы с удовольствием остался в Нью Йорке, но отец настоял на возвращении в родной Сеул, а потому он в очередной раз дал себе установку на адекватность и прошёл по указателям в приёмную директора.
Девушка с доброжелательной улыбкой встретила его приветливым взглядом, несмотря на то, что до начала рабочего дня всё ещё оставалось достаточно времени.
— Доброе утро! — начала она слишком бодро и громко, заставив Чонгука подавить желание состроить недовольную гримасу. — Господин Чон?
— Да.
— Господин Ким уже у себя и ожидает.
Встав со своего места, она вышла из-за стола и прошла к массивной двери, приоткрыв, сообщила директору о приходе Чон Чонгука и пропустила его внутрь. Чонгук вошёл и закрыл за собой дверь.
— Доброе утро, Чонгук, — услышал он приветливое.
Мужчина за столом улыбался лишь уголками губ, но его глаза выражали искреннюю доброжелательность.
— Здравствуйте, господин Ким, — поклонился он в приветствии и сел на стул, куда ему указали рукой.
— Что ж. Ваш отец был прав, образованием он вас обеспечил шикарным. — Директор указал на несколько листов перед собой, среди которых Чонгук увидел и сканы его документов об окончании Калифорнийского университета.
— Смею вас заверить, я не вёл себя, как типичный папенькин сынок, — серьёзно ответил он. — Я ответственно подошёл как к учёбе, так и к стажировке.
— Да, я вижу рекомендации, — кивнул господин Ким. — У нас есть место в отделе корпоративных клиентов. Рядовым сотрудником, если вас устроит. К сожалению, большего я не могу предложить.
— Благодарю, — кивнул Чонгук. — Я бы предпочёл влиться в рабочий ритм без лишней нервотрёпки в виде слухов и пересудов по поводу блата. На более высокой должности этого было бы не избежать.
— Рад, что вы оказались разумным и зрелым человеком, — искренне улыбнулся Ким. — Думаю, мы сработаемся.
— Надеюсь на это.
Директор Ким поднялся со своего кресла и пошёл к двери. Открыв её, обратился к секретарю:
— Сульхён, прошу тебя, проводи господина Чона до его отдела.
Снова улыбнувшись, девушка вышла из-за стола и, взяв какие-то документы, пошла вперёд по коридору, а Чон последовал за ней. Сотрудники уже постепенно начали подтягиваться в офис, встречаясь то тут, то там, но коридоры всё ещё были полупусты. Сделав пару поворотов, они остановились возле двери, и девушка повернулась к Чонгуку.
— Надеюсь, вы сработаетесь с вашей командой и начальством. Отдел корпоративных клиентов один из самых важных в нашей компании. — Толкнув дверь, она вошла первой и громко произнесла: — Господин Ким, прошу познакомиться с новым сотрудником!
И Чонгуку не нужно было дожидаться, пока мужчина, стоявший у окна, развернётся к ним лицом. Он сразу понял, что ему конец.
***
Утро Тэхёна не задалось с самого начала. Мало того, что соседская собака его чуть не укусила, так ещё и какой-то хам дважды подрезал его машину на дороге. В довершение ко всему непонятный малолетний клоун решил постендапить в лифте, предлагая секс. И как раз в тот момент, когда он хотел рассказать о своих утренних «происшествиях» другу по телефону, в кабинет вошла секретарь и представила ему нового сотрудника. Того самого, из лифта. Этого ему ещё не хватало. Развернувшись к вошедшим в отдел корпоративных клиентов секретарю и тому самому парню, Тэхён положил телефон в карман и поздоровался. — Доброе утро. — Познакомьтесь, господин Ким, это Чон Чонгук, — кивнула секретарь и передала ему бумаги. — Можете ознакомиться с копиями его документов. Директор уже подписал приказ о его зачислении в штат. — Без испытательного срока? — удивился Ким. — Да, ему было достаточно этих данных, — кивнула Сульхён и, поклонившись, вышла из кабинета, оставляя их вдвоём. — Что ж, — начал Чонгук, нервно улыбнувшись, — надеюсь, мы сработаемся. — Сработаемся, — не глядя на него, отозвался Тэхён, уходя к своему столу, — если оставите свои нелепые предложения при себе. — Это была всего лишь шутка, чтобы разрядить обстановку, — объяснился Чон. — Юмор — не ваш конёк. Не услышав возражений в ответ, Тэхён понадеялся на адекватность нового сотрудника и принялся изучать его документы. На самом деле впечатляющее резюме говорило о том, что парень явно метит в дамки. Да, он был слишком молод для того, чтобы сразу претендовать на его место, всего двадцать три, но сможет запросто обскакать его на повороте. Калифорнийский университет, год стажировки в солидной компании в Нью Йорке — теперь понятно, почему директор взял его без испытательного. Оставалось уповать на то, что они действительно сработаются. — Кхм, — услышал он и отвлёкся. Чон стоял возле его стола и вопросительно глядел на него. — Где будет моё рабочее место? Я могу, конечно, сесть… — Ни слова! — перебил его Тэхён, подняв указательный палец. Эту бородатую шутку про «на ваши колени» он не вынесет. Всё впечатление об образовании и опыте нового сотрудника будет испорчено очередной глупостью. —… На свободное место, — закончил Чонгук одновременно с его выпадом и удивлённо поднял бровь. — А вы что подумали? — Ничего. — Тэхён поспешил встать и пройти в противоположный конец их довольно большого кабинета. — Вот… — Убрал несколько папок на рядом стоящий стул и сдвинул в сторону стопку каких-то документов. — Закажем рабочий ноутбук и можете сидеть здесь. — Замечательно. Тэхёну показалось, что сказано это было не очень искренне, но задумываться не видел смысла. Что-то ему подсказывало, что этот новичок устроит ему нескучную жизнь. В кабинет начали постепенно подтягиваться сотрудники, а он пока занялся техническим вопросом оснащения нового рабочего места, краем глаза наблюдая за тем, как Чон знакомится с коллегами. Приветливый, улыбчивый, необоснованно раздражающий одного только начальника. И всему виной — дурацкая шутка в лифте. Не зря говорят, что первое впечатление — самое важное.***
И оно не обмануло. Да, он встретил нового сотрудника довольно холодно, но это всё из-за того, что он сразу понял, что их пути пересекутся не лучшим образом. С первых дней между ними начались трения. Тэхён требовал безупречности выполнения заданий, Чонгук стремился к свободе действий. Каждая утренняя планёрка превращалась в поле боя. Ким критиковал каждую идею, но и Чон не отставал, защищая своё видение. Уже на втором месяце работы Чон Чонгук начал своевольничать, решив, что не нуждается в одобрении начальства. Поняв более-менее принцип работы их отдела, он перестал присылать подробные отчёты Тэхёну. Пару раз ворчал, а однажды и прямо высказался по поводу организации работы, подвергая критике руководительские способности Кима. Это было последней каплей. Не в его правилах было давить на руководство, но в этот раз его действительно довели. — Намджун, ты должен его уволить, — сходу начал он, заходя в кабинет директора Кима. — Кого? — не понял тот. — Чон Чонгука, — устало упав на кресло, Тэхён потёр виски. — Он делает всё вразрез с моим планированием. Ты же знаешь, как я не люблю, когда приходится всё менять в последний момент. — Я не могу его уволить. — Можешь! — настаивал Тэхён. — Нет. — Намджун взглянул на него с лёгкой улыбкой. — Ни за что не поверю, что ты не справишься. Ты к любому человеку можешь найти подход. — Кроме него. — В любом случае, — вздохнул директор, — он сын Чон Сонбона и как никто заинтересован в успешности нашей компании. Ведь однажды он её возглавит. Не сейчас, но лет через пятнадцать — двадцать. — Ты шутишь, — обречённо проговорил Тэхён. — Нисколько. Сделав пару глубоких вдохов и выдохов, Тэхён попытался поймать дзен и встал с кресла. Кажется, он только что осознал, что скорее сам будет уволен, чем избавится от этого непроходимого упрямца Чон Чонгука. Но Тэхён так просто не сдастся. Он не за красивые глазки получил своё место, а значит, сможет справиться со своевольностью папенькиного сынка и заставит соблюдать субординацию.***
Чонгук задолбался. Эта заноза в заднице выводила из себя похлеще надзирателя в концлагере. Хотя он не сравнивал, но ощущения были не из приятных, когда почти на каждой планёрке его полоскали и в хвост, и в гриву. Ну а что он мог поделать со своей природной лидерской натурой? Ему всегда претило подчиняться и выполнять приказы. Хотя он старался работать на благо компании, прямых указаний всё же избегал. А ещё он был в постоянном напряжении. Видеть маячившее перед глазами совершенство в облике гомофобного начальника было выше его сил. Строгие костюмы тому шли больше, чем модели на подиуме. Какого чёрта он делал в скучном офисе, когда с его-то данными должен был покорять мир моды и гламура? Особенно он был красив в гневе, оттого и хотелось его выводить ещё больше. Глупо? Возможно. Но ему простительно. Привыкший к безотказности в Штатах, где ему удавалось уломать кого угодно, здесь он с первой же попытки столкнулся с резким неприятием. Самолюбие пострадало, и он сам признавался себе в этом. Не мог забыть о том эпизоде, как проходном. Накручивал себя с каждым мелким конфликтом на рабочей почве всё больше. В конце концов он понял, что такими темпами не сможет работать. И возможно, стоило задуматься о том, чтобы выпустить пар на стороне. В обеденный перерыв посидел на уже знакомом ему сайте одного специализированного магазина и заказал себе духи с феромонами. Ну любил он, когда от него в буквальном смысле с ума сходили. И эта маленькая помощь была не лишней. Договорившись с другом пойти в клуб, как только получит свою посылку, он заметно успокоился и продолжил работать. В пятницу ему наконец пришло уведомление о том, что его заказ готов к доставке и он радостно позвонил другу. — Всё. Сегодня мне доставят духи и вечером сразу сходим в клуб. — Только ты побрызгайся перед выходом, чтобы они хоть немного выветрились, а то помню я, что было в прошлый раз, — посмеялся друг. — Ладно, — согласился Чон. — Позвоню тебе, когда освобожусь, и там встретимся. Через час он встретил курьера и никак не мог дождаться окончания рабочего дня. В голове уже крутились мысли о шикарном вечере, а возможно, и ночи в продолжение веселья. Народ постепенно заканчивал свои недельные дела, отправлял отчёты начальнику Киму и собирался на выходные. Чонгук, щёлкнув по таблице со списком клиентов, выключил ноутбук и отправился в офисную уборную, прихватив с собой духи. Набрызгавшись с большим энтузиазмом, он собрался звонить другу, но, похлопав по карманам, осознал, что телефон, кажется, забыл на своём рабочем столе. Чертыхнувшись, помчался обратно, пока кабинет не закрыли на выходные. Широко распахнув дверь, он быстро огляделся. Коллеги уже разошлись по домам, и лишь начальник сидел с подозрительно суровым выражением на лице. Решив не попадаться ему под руку, Чонгук прошмыгнул к своему месту и, взяв телефон, быстро засунул его в карман. И только он развернулся к выходу, как ему в спину донёсся ледяной голос босса: — И куда вы собрались? — Домой? — неуверенно ответил он, повернувшись к Киму. — Угу, — кивнул тот как-то подозрительно спокойно вразрез с гневом в его прищуренных глазах. — Как только сделаете «вайбовую презентацию». — Что? — Плохое предчувствие прокатилось мурашками по позвоночнику. — Пять минут назад я узнал, что вы — снова — без моего ведома отправили «суперсовременное» предложение одному из наших ключевых клиентов, — ровно продолжал Ким, вставая со своего места. — И он выделил нам завтрашнее утро для представления предложенной презентации… вайбовой презентации. — А, да, — протянул Чонгук, пятясь к выходу. — Прекрасно. — Завтра в девять утра, — с нажимом уточнил начальник, наблюдая за тем, как Чонгук пытается незаметно добраться до двери. И Чону это почти удалось, но уже у самого выхода его схватили за плечо и резко развернули к себе. Лицо Кима было красным от злости, губы сжаты в тонкую полоску, а брови сведены к переносице. — Я приду завтра и сделаю, — попытался предложить вариант Чонгук, морщась от боли в плече, которое всё ещё держали в стальной хватке. — Идея твоя, а значит, и выступать перед клиентом будешь ты. Ты сейчас же вернёшься на своё рабочее место, сделаешь ту презентацию, которую пообещал, и не выйдешь отсюда, пока я не буду удовлетворён результатом. Впервые за месяцы работы в одном отделе Чонгук видел начальника настолько злым. Кажется, сегодня чаша его терпения была переполнена. А может, дело было не только в этой грёбаной презентации. Взгляд Кима потемнел, а дыхание сбилось. И он бы даже не удивился, если бы тот ему врезал. Стараясь говорить максимально дружелюбно, Чонгук негромко попросил: — Вы делаете мне больно, господин Ким. Отпустите, пожалуйста. Тэхён проследил за его взглядом и понял, что его пальцы до сих пор сжимали плечо Чона. Медленно разжав их, провёл по его руке, прикрыл глаза на секунду, резко развернулся и быстрыми шагами ушёл к себе за стол. Чонгук же вернулся на своё рабочее место, включил ноутбук и принялся за презентацию. Другу пришлось написать сообщение о том, что поход в клуб откладывается на неопределённый срок. Сегодня он точно туда уже не попадёт. Завтра в девять ему нужно быть свежим как огурчик.***
Тэхён сидел за компьютером, проверяя недельные отчёты, и время от времени бросал взгляды на такого раздражающего подчинённого. Тот сидел на достаточно большом расстоянии от него, но всё равно неимоверно бесил. Через полчаса он всё же вышел из кабинета, не в силах наблюдать за сосредоточенным Чонгуком, и пошёл в туалет. Умывшись холодной водой, Тэхён взглянул на себя в зеркало. Глаза уже не горели диким блеском, а пятна злости сошли. Голова тяжело упала, и Тэхён согнулся, опираясь на раковину. Нужно было срочно выговориться, поэтому он достал телефон из кармана и набрал номер на быстром дозвоне. — Ты уже уехал? — спросил он, когда вызов приняли. — Да. А ты разве нет? — донеслось из трубки удивлённое. — Нет, возникли непредвиденные трудности. — Опять с Чонгуком? — со вздохом. — Да. — Тэхён убрал пальцами упавшие на лоб волосы и прислонился бёдрами к раковине. Он был полностью обессилен и вымотан. — Я больше не могу. — Может, перевести его в другой отдел? Он прямо сильно мешает работать? — Да дело даже не в работе, — вынужденно признался. — Дело в нём самом. Я больше не вывожу. Я скоро снова сорвусь. — Быть может, не стоит так уж сильно сопротивляться самому себе? Тэхён слышал искреннюю обеспокоенность в голосе друга, но не готов был согласиться. Он уже пять лет «в завязке» и на этот раз надеялся, что окончательно остыл и принял правила игры. Но с появлением Чона-младшего в его отделе всё пошло по одному месту. Сделав глубокий вдох, он прикрыл глаза и заставил себя улыбнуться. — Всё хорошо. Скоро корпоратив, я приду туда как всегда с Сольхи, и мы чудесно проведём вечер. — Да, конечно. — Ладно, я просто немного психанул из-за его очередной выходки, — уже заметно спокойнее сказал Тэхён. — Не бери в голову. Хороших выходных, Намджун. — И тебе. Не задерживайся. Тэхён убрал телефон в карман, ещё раз взглянул на себя в зеркало и, поправив причёску, вышел из туалета уже практически полностью успокоившимся. Чонгук как раз выключал ноутбук, когда он вернулся в кабинет. И казался он уже не таким героем, каким пытался представить себя раньше, продвигая свои задумки вопреки запрету на самодеятельность. Но, увидев начальника, он снова принял безучастный и расслабленный вид. Хмыкнув, Тэхён прошёл к своему месту. — Завтра в половине девятого жду тебя на офисной парковке, поедем к клиенту в офис на моей машине. — Я подъеду сразу к его офису, — возразил тот. — Мне неудобно делать круг. Сжав зубы до скрежета, Тэхён шумно выдохнул носом и прикрыл глаза. Хватит с него злости на сегодня. Не хватало ему ещё выходить из себя из-за этого несносного выскочки. — В восемь пятьдесят и ни минутой позже, — процедил он сквозь зубы и проследил за быстро покидающим кабинет подчинённым. Сев за стол, он просмотрел пересланную ему Чонгуком презентацию и понял, что тот имел в виду под словом «вайбовая». Обычно они представляли сухую статистику, информацию в таблицах и графиках, а здесь было гораздо больше работы с искусственным интеллектом, который помогал визуально более наглядно показать то, что они могли предложить. Что ж. Допустим. Тэхён нервно передёрнул плечами, вынужденно согласившись с тем, что этот вариант ему и самому понравился больше. Оставалось посмотреть, как Чонгук это всё представит на встрече с клиентом.***
Неделю спустя все с самого утра поздравляли друг друга с тридцатилетием компании. Настроение было праздничным и слегка расхлябанным. Работать сильно не хотелось, да и начальство смотрело на это сквозь пальцы, точно так же пребывая в приподнятом настроении. Всю эту неделю Тэхён был спокоен, и Чонгук после вполне сносно представленной презентации особо не высовывался, занимаясь текущими делами отдела. Казалось, в отделе воцарилась гармония. Ближе к вечеру все сотрудники отправились в зарезервированный специально для их корпоратива ресторан. Тэхён встретил подъехавшую на такси Сольхи, взял её под руку и направился в общий зал. Приветственные и поздравительные речи довольно быстро закончились, и всё празднование переместилось в фуршетный зал, где сотрудники пили шампанское и закусывали возле шведского стола. Коллеги поздравляли друг друга уже лично, а директор и президент компании общались с акционерами и инвесторами. В какой-то момент к Тэхёну и Сольхи подошёл президент-основатель компании вместе со своим сыном. Тэхён улыбнулся ему и отсалютовал бокалом. — Поздравляю, господин президент, — склонился он в вежливом поклоне. — Ваше детище процветает и приносит плоды. Желаю и впредь оставаться на плаву среди лидеров рынка. — Благодарю, — ответил тот и задал волнующий его вопрос: — Я бы хотел спросить вас как профессионала, которого уважаю и ценю. Как вам мой сын? Взглянув на Чонгука по правую руку от президента, Тэхён поджал губы и боролся с самим собой и собственной совестью. Именно как профессионал он должен сказать правду, но будет ли это человечно по отношению к парню. Тот стоял, глядя ему в глаза, и сложно было сказать, о чём думал в этот момент. Кажется, о том, что у Кима духу не хватит рассказать обо всех его закидонах. Тем не менее Тэхён не задержал на нём своего взгляда и решил сказать всё как есть. — Чонгук прекрасно показал себя на последней презентации. Думаю, у него есть большой потенциал, — президент расплылся в удовлетворённой улыбке. — Однако, — продолжил он, а глаза Чонгука загорелись злостью, когда он понял, что последует за этим, — вынужден признать, что у него откровенно неважно обстоят дела с субординацией. Он лезет туда, где не место рядовому сотруднику, выстраивает всё по собственным правилам, совершает действия без согласования с начальством и совершенно не приемлет команд и указаний. Я понимаю, он как сын президента компании имеет абсолютный карт бланш… — Я вас понял, господин Ким, — прервал его президент. — После выходных можно будет обсудить вопрос о переводе Чонгука в другой отдел. Менее… важный для компании, скажем так. Колл-центр, например. — Что? — возмутился Чонгук, но отец не стал его слушать, отсалютовал Тэхёну и прошёл дальше для поздравлений руководителей других отделов компании. Сжав запястье Кима, Чонгук тихо пригрозил: — Ты пожалеешь. — И ушёл вслед за ним. — С тобой всё хорошо? — спросила Сольхи, увидев заострившиеся черты лица Тэхёна и сведённые к переносице брови. — Да, — отмахнулся тот. — Думаю, мы пробыли здесь уже достаточно. Можно уезжать.***
Утром в понедельник Намджун пришёл в отдел корпоративных клиентов до начала рабочего дня. Тэхён по обыкновению уже проверял электронную почту. Присев на свободный стул, директор взглянул поверх очков на друга и без предисловий начал: — Президент дал добро на перевод Чонгука. Мне нужна служебная записка от тебя, чтобы сделать это по правилам. — Да не буду я ничего писать, — отмахнулся тот, а на удивлённый взгляд пояснил: — Просто нужно было дать ему понять, что его неприкосновенность довольно эфемерна. Как рядовой сотрудник он хорош, даже очень. Но он хочет играть по своим правилам, что вряд ли пойдёт на пользу компании. — А ты говорил с ним об этом? — Конечно, — усмехнулся Тэхён, — после первого же конфликта. Но он продолжал утверждать, что лучше знает, что нужно компании. — Так может, всё же стоит его перевести? — Ты с ума сошёл? — с искренним возмущением. — С его-то образованием? Даже не думай. — А как ты сможешь и дальше работать с ним? — с подозрением взглянул Намджун на друга. — Я прекрасно помню, в каком состоянии ты мне звонил. — Это было какое-то временное помутнение, — неуверенно пробормотал тот. — Не знаю, что на меня нашло. Может, просто устал, загнался. — Возможно, мой подарок будет кстати? — с хитрым прищуром едва ли не промурлыкал директор, доставая конверт из кармана. — Что это? — нахмурился Тэхён и открыл его. А после того, как увидел внутри чёрную картонную карточку с золотыми вензелями, тут же замер. Дыхание участилось, а глаза сами прикрылись при одной лишь мысли. — Нет, Намджун. — Не беги от себя, Тэхён, — похлопал тот друга по плечу, вставая. — Можешь не ходить, но я бы на твоём месте пошёл. С этими словами директор вышел из кабинета, а Тэхён, проводив его взглядом, встал со своего места и, нервно зачесав волосы, вышел в комнату отдыха, чтобы выпить кофе и отвлечься.***
Чонгук завалился в отдел как к себе домой с намерением отстаивать своё место. Он был абсолютно уверен, что Ким доведёт дело до конца и переведёт его в другой отдел. Колл-центр… Ещё чего не хватало. Он прекрасно справляется с корпоративными клиентами, его уже узнают и даже пишут напрямую в обход общей почты. Правда, начальник ещё об этом не знает, к счастью, иначе и это бы выдал отцу. Кто его за язык вообще тянул? Кем он себя возомнил, местным божком? Сидит тут начальником и пальцем тычет всем. Фу таким быть. А ведь он вообще-то собирался извиниться за своё поведение. Но то, какую подставу устроил Ким, всё кардинально изменило. В общем, он был настроен бороться. Однако в кабинете никого не оказалось, что было странно. Обычно Ким уже сидел в своих очках и вовсю скролил таблицы. Ладно. Проходя мимо его стола, Чонгук заметил странный золотой конверт. Природное любопытство не дало ему пройти мимо, не заглянув внутрь. Достав оттуда чёрную визитку, он быстренько сфотографировал надпись на ней, засунул обратно и ушёл на своё рабочее место. Весь день прождав вызова к директору, он так и не услышал новость о переводе. В полнейшем замешательстве вернулся домой и решил поискать в интернете фирму, которой принадлежала визитка. Спустя час безуспешных поисков он сообразил послать фото одному из своих друзей, знающему буквально всё обо всём. Спустя пять минут его телефон разорвался звонком. — Откуда фото? — заинтересованно спросил друг, когда Чон поднял трубку. — Ты знаешь, что это? — Конечно, поэтому и спрашиваю, — не дождавшись признания Чонгука, друг продолжил: — Это приглашение в закрытый клуб. В элитный клуб по интересам. — По каким? — заинтригованно уточнил Чон. — По анонимным интимным встречам, — и после многозначительной паузы: — Нетрадиционным. О как. Любопытно. — Ты можешь достать мне такое же? План мести созрел в голове моментально. Ким пожалеет о том, что выставил его таким избалованным мажором перед отцом. И сам пойдёт работать в колл-центр.***
Как иронично, что сегодня, в день всех влюблённых, Чонгук стоял возле клуба по интересам в ожидании своего начальника. Прямо свидание какое-то. С тем лишь отличием, что клуб этот был для вполне определённых целей, а любовью к боссу Чонгук не пылает. Но он вполне отдавал себе отчёт, куда направляется, а потому был готов ко всему. Ближе к девяти Чонгук заметил машину Кима и спрятался в нише возле входа. Войдя вслед за ним, он быстро показал на входе приглашение и прошмыгнул дальше. В гардеробе всем выдавали маски, которые необходимо было не снимать до конца вечера так как клуб был анонимным. Чонгук внимательно проследил за тем, какую маску ему выдали, чтобы потом узнать. Хотя, чего уж там, он и в маске узнает Тэхёна. Глупости все эти ваши мнимые анонимности. Взяв себе маску красного лиса сразу после того, как Тэхён прошёл дальше, Чонгук узнал, что ему нужно выбрать себе браслет, указывающий на предпочтения. Оу, а вот браслет у Кима он не разглядел. Что ж, оставалось взять браслет «уни» и надеяться на удачу. В следующем зале уже было многолюдно. У входа были какие-то карточки, но Тэхён прошёл мимо них, направляясь сразу за один из столиков. Девушка возле стойки с карточками взглянула на Чонгука и достала из ящика карточку с маской красного лиса. — А что это? — поинтересовался он. — Я здесь впервые. — Когда пара договаривается в зале, они подходят сюда и забирают свои карточки. Так же можно выбрать себе пару «вслепую», кому-то так даже больше нравится, — пояснила та. — Это можно сделать когда угодно? — уточнил Чонгук. — Да, — кивнули ему. — Если вы сейчас выберете рандомную карту, то должны будете незамедлительно найти её обладателя, пока тот не договорился с кем-то другим. Чонгук увидел, как чья-то рука потянулась к карточкам и, опередив незнакомца, схватил себе чёрную пантеру. — Моя, — удовлетворённо помахал он перед лицом высокого парня, который лишь пожал плечами и принялся выбирать что-нибудь другое. А теперь пришло время действовать. Не теряя драгоценных минут, он направился прямиком к столику Тэхёна. Тому уже принесли бутылку красного вина и два бокала. Встав рядом с ним, Чонгук положил на стол две карты с их масками. — Присяду? — спросил скорее из простой вежливости и чтобы произвести впечатление. И представился: — Рубиновый лис. — Да, конечно, присаживайся, — ответил тот, но как только Чонгук это сделал, слегка напрягся и приоткрыл рот. Чон даже на секунду решил, что Ким узнал его, но через мгновение босс расслабился и даже слегка улыбнулся. — Рубиновый лис, как творчески ты подошёл к определению цвета. А я всего лишь чёрная пантера. Он налил немного вина в их бокалы и откинулся на спинку стула. — С днём святого Валентина, — отсалютовал ему Чонгук. Он был впервые в таком клубе, поэтому не знал, как принято себя здесь вести, но раз это клуб для интимных встреч, он подумал, что будет не лишним сразу расставить все точки над «i». — Я вообще привык быть папочкой, но если хочешь, могу и снизу побыть. Отсосу на пять с плюсом… — Стоп, — поднял палец Тэхён. Чонгук проследил за тем, как тот гипнотизировал взглядом его губы и нервно поёрзал на стуле. — Здесь не бордель, а клуб, если ты не заметил. Это так не работает. Я не сомневаюсь в том, что этот рот прекрасно сосёт, но, быть может, он для разнообразия немного поговорит? — Поговорит? — опешил Чонгук. — Да. Именно. — То есть ты хочешь просто поговорить? — уточнил Чон. — Для начала. А там посмотрим. Чонгук почувствовал себя странно. С одной стороны, он готов был раскрыть себя и наехать на босса за то, что фактически назвал его шлюхой, хотя предмет претензий был спорный, конечно, учитывая, с каких именно слов он начал свой разговор. Но с другой — было немного неловко от понимания того, что они будут сейчас сидеть с бокалами вина и… общаться? Он? С Кимом? О чём им вообще разговаривать? Но, как выяснилось, поговорить было о чём. Тэхён оказался прекрасным собеседником, и спустя полчаса и пары бокалов красного Чонгук уже вовсю хохотал от его шуток. Да если бы Тэхён вёл себя в офисе так же, Чон ни за что бы не стал называть его говнюком и мудилой. И он не только сам что-то рассказывал о себе, но и невзначай интересовался самим Чонгуком. А тот болтал, окончательно расслабившись, и совершенно забыл о первоначальной цели своего визита. Ему было так хорошо и комфортно, как уже давно не было. Да что там, казалось, он никогда ещё не чувствовал себя так уютно и непринуждённо в такой атмосфере, которая царила вокруг. А всё потому что Тэхён каким-то магическим образом излучал свою собственную атмосферу. И вот как раз в ней хотелось раствориться полностью, отбросив всё происходящее за её пределами. И он поплыл. — Что ж, думаю, можно попробовать переместиться в более интимную обстановку, — с улыбкой предложил Ким, возвращая его в реальность. — Оу, да. — Чонгук полез в карман и достал пакетик с порошком. — Нет-нет-нет, — категорически замотал головой Тэхён. — Я не употребляю вещества. — Это не вещества, — убедительно уверял тот. — Всего лишь афродизиак из стопроцентно растительных компонентов. Я люблю такое, вот увидишь, ощущения будут ярче, а сил хватит на дольше. — Это безопасно? — Абсолютно. Тэхён налил им ещё вина, а Чонгук поделил порошок поровну. Отсалютовав, он выпил весь свой алкоголь залпом, а когда отставил пустой бокал в сторону, удивился, что у Тэхёна оставалась ещё половина. На его вопросительный взгляд тот пояснил: — Ну ты же видел, как я пью. Я люблю смаковать. Закатив глаза, Чонгук откинулся на спинку стула и начал незаинтересованно оглядывать зал. Многие и правда сидели, просто общаясь. Кто-то уже вставал и уходил дальше по коридору, судя по всему, в приватные комнаты. Что ж. Будет интересно испробовать здесь весь сервис. Наверняка в таком дорогом клубе шикарные кровати, огромные джакузи и все условия класса комфорт плюс. Задумавшись, он не сразу заметил, что температура в зале повысилась. На автомате расстегнул верхнюю пуговицу рубашки и поправил волосы над маской. Переведя взгляд на Тэхёна, заметил, с каким интересом тот за ним наблюдал поверх своего бокала. — Ну ты скоро там? — нетерпеливо спросил, понимая, что до него уже начало доходить действие порошка. — Скоро, — улыбнулся тот и сделал ещё один глоток. — А что, уже прижало? Чонгук внезапно почувствовал, как между его ступней с нажимом прошёлся ботинок Тэхёна, раздвигая их шире. Удивлённо перевёл взгляд на Кима, но тот продолжал невозмутимо пить, а нога между тем начала подниматься выше. — Давай не здесь, — нахмурился он, сдвигая ноги, но тот лишь усмехнулся в бокал. Снова протиснул ботинок, раздвигая ноги обратно. Скользнув по бёдрам, надавил на ширинку и сделал большой глоток вина, услышав, как Чонгук сдавленно простонал в ответ на это действие. Поставив опустевший бокал на стол, Тэхён наконец встал и протянул ему руку. — Вижу, ты здесь впервые, поэтому возьму инициативу на себя. — Да, веди. Чонгук послушно следовал за ним, когда Тэхён подошёл к администратору за ключом. Идя по коридору с небольшими светильниками на стенах, он снова ощутил волну жара, а под маской проступила испарина. Похоже, выпить залпом — и правда была опрометчивая идея. Они ещё даже до комнаты не дошли, а его разум уже начал туманиться лёгким дурманом. Облизывая жадным взглядом фигуру Тэхёна, он не мог дождаться, когда узнает, каким этот до невозможности принципиальный начальник бывает в постели. Наверняка таким же занудным, как и на работе, ни единого шанса импровизации. Отчасти поэтому он и предложил афродизиак, чтобы хотя бы получить удовольствие от мести. Тэхён открыл дверь нужной им комнаты и пропустил его вперёд. Чонгук бегло оглядел помещение — действительно шикарно. Ни вульгарности, ни вычурности. Всё стильно, красиво, качественно и явно очень дорого. Услышав щелчок замка за спиной, он обернулся и взглянул на Тэхёна. Глаза в глубине маски поблёскивали от алкоголя и темнели от действия добавки. В воздухе витала напряжённость, смешанная с нарастающим желанием. Жёлтая подсветка под потолком оттеняла открытые участки кожи Тэхёна, которых хотелось коснуться. Чонгук взглядом проследил за каплей пота, стекающей по его шее и решил не тратить зря время. Под пристальным взглядом Тэхёна он медленно опустился на колени и принялся расстёгивать его брюки. Ну говорил же, что отсосёт на пять с плюсом. Теперь просто необходимо доказать, что не преувеличивал. Ощущая пальцами эрегированный член, он нервно теребил ремень, пытаясь вытянуть его из пряжки. Выдержка летела к чертям с бешеной скоростью, и сознание размывалось возбуждением. Наконец с брюками удалось разобраться, и во рту Чонгука начала стремительно скапливаться слюна, едва его взгляду предстал член Тэхёна. Сквозь тонкую ткань белья прекрасно угадывались все очертания, но созерцать было недостаточно. Спешно стянув до колен последнюю преграду, Чонгук обхватил пальцами напряжённый орган и направил в рот. Идеальная головка, тяжесть, ощущающаяся так правильно на языке, и запах, что кружил голову посильнее купленных недавно феромонов. Несдержанно простонав, он посмотрел вверх, столкнувшись с прожигающим его взглядом Тэхёна. Будто под гипнозом не мог оторваться и глядел непрерывно в чёрную бездну. Напряг губы и скользнул по члену от основания до головки, выбивая приглушённое мычание. Рука Тэхёна легла на его голову, направляя, заставляя взять глубже. И Чонгук не сопротивлялся, с готовностью подчиняясь. Двигаясь размеренно, с каждым разом опускался всё ниже и полностью расслабил горло, позволяя Тэхёну толкнуться внутрь. Слёзы текли, слюна хлюпала, воздуха не хватало, но Чонгуку это было неважно. Его уже полностью охватило желание, и всё, что он сейчас видел — это окончательно поплывший Тэхён. Его тяжёлое дыхание и рваные движения бёдрами заставляли возбуждаться с новой силой и не думать о собственном самосохранении. И только когда Тэхён внезапно вышел, Чонгук осознал, насколько ему не хватало кислорода. Закашлявшись до ещё больших слёз, он хватал ртом воздух, пытаясь отдышаться. — Пять с плюсом, — услышал он сверху и усмехнулся. — Я же говорил, — прохрипел в ответ. — С ума меня сводишь, — с тяжёлым выдохом признался Тэхён и начал расстёгивать рубашку. — Нам нужен душ? — спросил на всякий случай Чонгук, вставая. Сам тоже уже, откровенно говоря, сгорал от нетерпения и взял бы Тэхёна прямо в душе, не в силах ждать. Нервные пальцы дрожали, расстёгивая пуговицы на джинсах. — К чёрту душ, — не задумываясь, ответил Тэхён, сгрёб со столика смазку и презервативы и бросил их на кровать. Одежда улетела на небольшой диванчик у стены, и они оба повалились на мягкую постель. Шёлковые простыни приятно холодили вспотевшую кожу, но этого было недостаточно. Чонгуку хотелось сорвать маску, под которой уже наверняка был и сам такой же красный, как этот рубиновый лис. Но открываться перед Тэхёном было сродни самоубийству. Оставшись неудовлетворённым в таком состоянии, он надолго отобьёт себе желание от секса. А потому он принял решение немного потерпеть, но довести дело до конца. Возбуждённый до предела член нуждался в разрядке, Чонгук нетерпеливо схватил смазку и распределил её между ладонями, чуть согревая. Тэхён, увидев это, тяжело вздохнул и перевернулся на живот. Чонгук был слишком сосредоточен на своём изнывающем члене, чтобы думать о чём-то другом, но всё же постарался быть аккуратнее, проверяя, достаточно ли хорошо подготовился Тэхён. Медленно растягивая его пальцами, он кусал губы до боли, отвлекаясь и заставляя себя не торопиться. Но член уже пульсировал и истекал смазкой, а возбуждение отдавало неприятным давлением. — Ну, давай уже, — поторопил его Тэхён, нетерпеливо переминаясь коленями. Надеть презерватив удалось не с первого раза — пальцы скользили и немного дрожали. С ругательством вытерев ладони о собственные бока, он попробовал ещё раз и снова добавил лубрикант, не жалея. Красная от перевозбуждения головка вошла с трудом, но, казалось, Тэхён не чувствовал боли. Возможно, его чувства немного притуплялись сильным возбуждением, и он не меньше Чонгука хотел разрядки. Почувствовав, что мышцы расслабились достаточно, он качнул бёдрами и услышал низкий и просто срывающий крышу стон Тэхёна. По всему телу проходили электрические разряды при каждом движении, и он был на грани оргазма, но особенности добавки, которые он так любил, заключались ещё и в том, что так просто это у него вряд ли получится. Убедившись в том, что Тэхёну хорошо, он решил приступить к своей основной цели. Обернувшись, дотянулся до спрятанного в складках постели телефона и включил камеру. Взглянув на покрытое испариной тело ненавистного начальника через экран телефона, Чонгук не смог оторвать взгляда от его сияющей кожи. Продолжая двигаться, он как заворожённый смотрел на то, как его член скрывается между ягодицами, такими упругими и просто идеальными. Это выглядело настолько умопомрачительно, что рука с телефоном в какой-то момент задрожала и выронила гаджет, так и не сделав запись. Взявшись обеими руками за талию Тэхёна, он сжал пальцы до красных отметин и начал вбиваться быстро и резко в погоне за наслаждением, которое томилось внизу живота, желая вырваться на свободу. Стоны сводили с ума, он уже жалел о своём решении прийти сюда, ведь был абсолютно уверен, что теперь не сможет ни развидеть эту картину, ни забыть то, каким умопомрачительным может быть господин Ким в таком уязвимом и разбитом виде. Собственное удовлетворённое мычание в ушах, сливающееся с осипшими уже полукриками Тэхёна, шлепки тел друг о друга, шорох простыней — всё добавляло остроты ощущений, и движения становились дёрганными и неконтролируемыми. На грани сознания он услышал расслабленный и одновременно с этим измученный стон Тэхёна, что задрожал всем телом, долгожданно изливаясь на постель. Зажмурившись до ярких пятен перед глазами, он из последних сил двигал бёдрами, ощущая, что его член готов взорваться в любую секунду, но старательно оттягивая этот момент. — Сейчас, подожди, — запыхавшись прошептал он, видя, как Тэхён обессиленно упал грудью на кровать, а ноги его начали разъезжаться по скользкой простыне. — Ещё немного. И на последнем слове он всё же не выдержал и упал грудью на его спину, толчками кончая в презерватив. Его будто выключило на эти несколько секунд. Пропали звуки, свет и все остальные ощущения. Реальность размылась, всё сосредоточилось лишь на ощущении полного блаженства, что окутало его с головы до ног. С неохотой выйдя из Тэхёна, он стянул презерватив и выбросил его куда-то, не глядя. Упал на спину рядом с приходящим в себя боссом и не понимал, что ему теперь делать. Казалось, разумные мысли нет-нет да пробивались сквозь дымку наслаждения, но оформить их в какую-то конкретную идею — было всё ещё не под силу. Ну, во-первых, ему понравилось. Здесь не было никаких сомнений. Во-вторых, он так и не записал видео-компромат, ради которого всё это и затевалось. В-третьих, ему настолько понравился сам Тэхён вне рабочего кабинета, что становилось страшно за свою адекватность. Этого не должно быть. Этого ни в коему случае нельзя было допускать. От невесёлых мыслей его отвлёк голос Тэхёна. — Надеюсь, ты не собираешься уходить? — Что? — не понял он. — Потому что я тебя отпускать не собирался. У меня на тебя планы. — Какие? Тэхён приподнялся и навис над ним. Под этим ракурсом он выглядел как чёртово совершенство. Грудь всё ещё поблёскивала от испарины, острые ключицы притягивали взгляд, а волевой подбородок заставлял заранее согласиться на всё, что будет дальше. Возбуждение снова начало скапливаться внизу живота, заставляя нетерпеливо поёрзать на месте. — Я ненавижу тебя, ты разрушил мою жизнь, ты разрушил меня, Чон Чонгук.***
Внутри Тэхёна полыхала смесь ярости, желания и разочарования. Он узнал Чонгука, едва увидев его рядом со своим столиком. Сначала испугался, а после решил, что к этому всё и шло. Этот парень, так внезапно появившийся в их офисе, сразу вызвал у него тревогу и ожидание катастрофы. Но он искренне надеялся, что это лишь паранойя, хотя и несвойственная ему, но проявившаяся на подсознательном уровне. И сейчас он на самом деле ощущал, что разрушился до основания вместе со стенами, которые тщательно выстраивал вокруг себя долгие восемь лет. А тот замер в полнейшем ужасе и шоке, услышав своё имя. — Как… как вы узнали? Коротко усмехнувшись, Тэхён с нажимом провёл подушечкой большого пальца по его нижней губе и признался: — С тех пор, как я увидел эти губы бантиком… ещё тогда, в лифте, я уже не мог отделаться от желания… сожрать их к чёртовой матери. Скинув с себя нервным движением маску, он стянул с Чонгука этого надоевшего уже красного лиса, что скрывал под собой знакомое лицо своенравного подчинённого. И в ту же секунду впился в его губы злым, кусачим, мстительным поцелуем. И нескольких секунд не прошло, как Чонгук опомнился и начал отвечать. Тэхён был уверен, что его оттолкнут, но оказался неправ. Напротив, обвили руками, притянули ближе, запустили пальцы в волосы, а ногами обхватили талию, полностью заваливая на себя. Голову кружило, и сознание будто сквозь туман одержимости улавливало довольное мычание, что распаляло ещё сильнее. У Тэхёна не было ни шанса, ни желания останавливаться. Отстранившись от зацелованных губ, он спустился к шее, слизывая солёный привкус, такой дурманящий и возбуждающий. Переместился ниже, покрывая поцелуями ключицы и тяжело вздымающуюся грудь. Чонгук выгибался ему навстречу, наслаждаясь ласками, и, нисколько не стесняясь, показывал, как ему хорошо. Тэхёна это отчего-то злило. И он оставил мстительный укус возле пупка, заставляя вскрикнуть и поджать мышцы живота. Однако член его при этом дёрнулся, вызывая ухмылку. «Вы делаете мне больно, господин Ким», ага. Так это было не плохо? Это было как надо. Оставив ещё один укус на бедре, он обхватил пальцами член Чонгука. Тот был снова возбуждён до предела. Пунцовая головка сочилась предэякулятом, вены вздулись, но разрядки не происходило. А парень-то, похоже, мазохист, раз любит такое. Тэхён мучительно медленно провёл языком от основания члена до головки и обхватил её губами. Выпустил изо рта и услышал разочарованное мычание. Снова насадился ртом, на этот раз наполовину, и не спеша поднялся, изводя Чонгука. Не переставая скользить вверх и вниз по возбуждённой плоти, он нежно помассировал мошонку, после чего надавил ладонями на внутреннюю сторону бёдер, раздвигая его ноги шире. Нащупав валяющуюся на постели смазку, он не глядя размазал её в ладони и налил немного прямо на промежность Чонгука. Пальцем сильнее увлажнил вход и скользнул на одну фалангу, растягивая мышцы. И тут же от досады напряг губы, выбивая очередной стон Чонгука, когда понял, что тот уже растянут. Но он всё равно не стал отказывать себе в удовольствии и протолкнул в него два пальца. Развернув кисть ладонью кверху, согнул их и уже через пару попыток попал по простате. — Да, пожалуйста, ещё, — простонал Чонгук, стискивая пальцами простыни. Тэхён быстро двигал пальцами, безостановочно стимулируя, подводя к краю и сводя с ума. Член во рту начал пульсировать, а Чонгук откинул голову назад и вымученно простонал, кончая. Но даже после этого возбуждение ушло не до конца. Медленно собирая языком сперму, растекающуюся по члену и мошонке, Тэхён заставлял себя держаться и не набрасываться на него. Но это было сложно, особенно сейчас, видя, как загнанно тот дышит после очередного оргазма. Ощущая, как стенки сжимаются, а бёдра слегка подрагивают. Поднявшись, он взглянул на распластавшегося на кровати Чонгука и в очередной раз усмехнулся. То ли нервно, то ли раздосадовано. Он и сам не понимал своих чувств. Разочарование в самом себе, злость на своего подчинённого, таким наглым образом влезшего в его жизнь, и ощущение какой-то безысходности не давали ему полностью насладиться моментом. Несмотря на то, что внизу живота горело томление, по позвоночнику уже стекали капли пота из-за сильнейшего жара и дурманящего возбуждения. Член пульсировал, хотелось кончить неимоверно, но желание продлить этот момент было всё же сильнее. Надев презерватив, он обхватил своими ладонями Чонгука за талию и притянул к себе. — А? — Взглянул он снизу расфокусировано, но увидев горящие глаза босса, тяжело выдохнул. — Боже, вы такой… убийственный. — Думаю, мы уже перешли ту грань, где уместны формальности, — ответил на это Тэхён и, приставив головку к растянутому входу, толкнулся в Чонгука. Сосредоточившись на собственных ощущениях, Тэхён прикрыл глаза и откинул голову. Все чувства разом обострились, обволакивая и утягивая в безумную временную петлю, где ты вот-вот кончишь, но тебя снова откидывает на пару секунд назад. Сжав губы, он двигался быстро и резко, чтобы пружина, закручивающаяся внутри, не успела выстрелить тщательно сдерживаемым оргазмом. Изводил и себя, и Чонгука, растягивая процесс. А тот потянулся уже было к собственному члену, что тяжело раскачивался от каждого движения, болезненно ударяясь о живот, но Тэхён перехватил его руки и придавил к кровати по бокам от его головы. Нависнув сверху, продолжал двигаться и в притворном удивлении спросил: — А что такое? Ты же любитель ощущать острее — вот и ощущай. Кончишь тогда, когда уже сил не останется. — Да, — простонал тот в ответ и обхватил ногами его талию, прижимая к себе. Член от этого оказался зажат между их животами, и он облегчённо улыбнулся. — Читер, — фыркнул Тэхён и ускорился. В ушах шумело, мышцы едва ли не сводило от перенапряжения, член давило снаружи и изнутри одновременно, и оглушительный оргазм наконец накрыл его, как волной цунами. Продолжая двигаться, он ощутил всем телом дрожь Чонгука под собой и услышал его срывающийся стон. И только когда тот замер, облегчённо выдохнув, вышел из него и устроился рядом. Не слишком близко, чтобы не ощущалось интимной атмосферы, но и не далеко, чтобы не показаться истеричным. Они лежали молча, восстанавливая силы. Действие афродизиаков, кажется, окончательно отпустило их. Сердца успокаивались, дыхание выравнивалось. С этим и возвращалось понимание ситуации. В воздухе повисло напряжение и чувство неловкости. Чонгук первым потянулся за своей маской, вставая с постели. Спешно одевшись, даже не глядя на Тэхёна, он бросил у выхода: — Ну, я пойду. Извините, что я так… ну. В общем, я сглупил. — Сглупил, — эхом отозвался Тэхён, без каких-то видимых эмоций наблюдая за ним через зеркало на стене. Как только дверь за ним закрылась, Тэхён отчаянно взвыл и поднялся с кровати, чтобы пойти в душ. Он возлагал большие надежды на то, что вода смоет не только следы близости, но и ненужные переживания. Старался себя не накручивать, но всё же не сдержался и пару раз со всей силы ударил кулаком в стену. Физическая боль на некоторое время заглушила его мысли, но помогло это не сильно. Твою ж мать…***
В понедельник Чонгук шёл в офис, как на эшафот. Он даже не представлял, что сделает с ним начальник. Сразу напишет служебную записку на увольнение? Или ограничится переводом в клининг? Расскажет о его неподобающем поведении отцу? Он знал Тэхёна недостаточно, чтобы быть уверенным в том, как тот поступит. Время тянулось мучительно медленно. Он сидел на парковке в своём автомобиле, намереваясь прийти в офис за минуту до начала рабочего дня. Была надежда, что Ким хотя бы оставит его в живых и не будет членовредительствовать при полном кабинете сотрудников. Однако, когда он вошёл в отдел, там находились уже все его коллеги, а вот начальник отсутствовал. Удивлённо взглянув на его стол, он направился на своё рабочее место, когда в дверях показалась секретарь директора. — Господин Чон, зайдите к директору, — попросила она и, проводив его взглядом, осталась в кабинете. Ну, вот и всё. Сейчас Тэхён разоблачит его при директоре. Чонгук не строил догадок, решив, что и так узнает всё уже через пару минут. Постучав в дверь, он вошёл к директору Киму, но Тэхёна там не обнаружил. Намджун сидел за своим столом с хмурым видом и перебирал какие-то бумаги в руках. Дождавшись, когда вызванный сотрудник сядет на стул напротив него, заговорил: — Господин Чон, ознакомьтесь с приказом. «Перевод? Увольнение?» По спине пробежал холодок, а руки моментально вспотели. Пальцы немного дрожали, когда он взял лист из руки директора. Быстро пробежавшись взглядом по тексту, он мотнул головой, не понимая, правильно ли понял написанное. Вчитавшись внимательнее, убедился, что всё было именно так, как он понял с первого раза. — Как это понимать? — удивлённо спросил он Кима. — Так и понимать, — безэмоционально ответил тот, передавая ему ручку. — Подпишите приказ о вашем назначении начальником отдела корпоративных клиентов и приступайте к работе. — А как же господин Ким? — непонимающе глядел на директора Чонгук. — Ну очевидно, что он уволился. — Когда? Он ещё в пятницу был на работе и прощался до понедельника, — ошарашенно лепетал Чон скорее самому себе, пытаясь осознать происходящее. — Сегодня утром, — пояснил директор. — С президентом вопрос решён, ваша кандидатура утверждена как предложенная самим господином Кимом. — Самим? — глупо повторил Чонгук. — Да, — всё так же равнодушно. — Вот список некоторых изменений, которые он одобрил перед уходом. Если вы сочтёте нужным, реализуете какие-то из них. Если нет — то нет. Теперь это в вашей компетенции, господин Чон. Чонгук взял бумаги, переданные ему, и прочитал список. Хотя ему и необязательно было это делать, каждое из этих изменений он знал. Сам это всё делал и настаивал на переменах, но Тэхён отклонял их, а всё из-за того, что они не обсуждались и не согласовывались с начальством. Но он их запомнил. Записал. И всё же одобрил. — А если я не соглашусь и скажу, что господин Ким должен вернуться на своё место? — Взглянул на директора Чонгук и заметил, как взгляд у того стал острым и, казалось, даже злым. — Возвращение господина Кима не рассматривается, — отчеканил он. — Если вы не согласитесь принять его дела, как он рекомендовал в своём заявлении, компания созовёт собрание и обсудит другую кандидатуру на его должность. Возможно, придётся открывать вакансию… — Нет, — прервал его Чон. — В таком случае я согласен. С этими словами он быстро подписал приказ и, взяв все бумаги, спешно вышел из кабинета директора. В приёмной уже сидела секретарь и, увидев его озадаченное лицо, произнесла с ободряющей улыбкой: — Сотрудникам отдела я уже сказала о кадровых перестановках. Поздравляю с повышением, господин Чон. — Спасибо, — на автомате ответил тот, но до сих пор пребывал в смешанных чувствах. Выйдя в коридор, Чонгук задумался. Это что же получается, Тэхён уволился из-за него? То есть, по идее, его план удался? И сейчас он должен радоваться. Но почему же тогда внутри ощущал себя так мерзко? И ни капли удовлетворения. А скорее, наоборот, разочарование в себе, в том, что для Кима их встреча была чем-то таким, из-за чего он теперь даже видеть Чонгука не хотел. И острое желание извиниться — вот что он чувствовал сильнее всего. Но он не знал ни личного телефона, ни адреса бывшего начальника. Раньше с ним можно было связаться только по корпоративному номеру, который он очевидно оставил теперь для Чонгука. Остановившись у окна в конце коридора, он достал телефон и позвонил отцу. — Слушаю? — Папа, зачем ты одобрил увольнение господина Кима? — без предисловий начал он. — Попроси его вернуться, я обещаю больше не нарушать правил и не действовать в обход его согласований. — Ну, во-первых, жизнь вокруг тебя не крутится, — ровно ответил тот. — Он уволился по каким-то своим причинам, ты не имеешь к этому никакого отношения. — Как не имею? — возмутился Чонгук. — Ты же помнишь, что он говорил на корпоративе. — Я разговаривал с ним вчера, — продолжил отец. — Он заверил меня, что причина такого поведения не в твоей незрелости, разбалованности или безнаказанности, а в том, что твои амбиции слишком велики и тебе тесно в должности обычного сотрудника. Его уверенность в том, что ты справишься с должностью начальника отдела, казалась мне обоснованной, он всё же несколько месяцев работал бок о бок с тобой. — Папа, скажи ему вернуться! — настаивал на своём Чонгук. — Что за истерики? — не понял господин Чон. — Так вот, во-вторых. Я всего лишь владелец компании, а не рабовладелец. Если господин Ким решил уйти, моё дело его отпустить и пожелать удачи. А что, ты считаешь, что не готов? Тогда нужно искать другого начальника. — Я готов, — сдался Чонгук и положил трубку. Вернувшись в отдел, он оглядел сотрудников и прокашлялся. Когда все обратили на него внимание, объявил: — Как вам уже сообщили, господин Ким уволился. С сегодняшнего дня я — начальник отдела. Увидев лишь лёгкие кивки, показывающие, что все в курсе и не имеют ничего против, он едва заметно вздохнул и хотел было по привычке пройти к своему столу, но вовремя опомнился и прошёл в противоположный конец к рабочему месту начальника. Включив компьютер, взял ручку и приготовился делать заметки на ближайший день. Когда экран загорелся, он увидел открытый текстовый документ, в котором было всего два слова: «Прости, Чонгук». Прости, Чонгук? Прости, мать твою, Чонгук? За что он извиняется? За то, что потерял работу из-за него? Разрушил собственную карьеру? В голове всплыли фразы Кима «Ты разрушил мою жизнь. Ты разрушил меня». Отшвырнув ручку, он резко встал, чем напугал сидящую ближе всего к нему сотрудницу, и спешно вышел из кабинета. Практически добежал до приёмной директора и после короткого нервного стука вошёл к Киму. — Господин директор, я знаю, что вы его друг, — запыхавшись начал он, а тот лишь криво усмехнулся. — Свяжитесь с ним и попросите вернуться. А я уволюсь. — Он не вернётся, я же уже сказал. — Он не хочет работать вместе со мной. Но если меня здесь не будет, то согласится, — не сдавался Чонгук. — А чего ж ты так беспокоишься? — прищурив глаза, поинтересовался директор, отбросив формальности. — Что, месть пошла не по плану? — Он… рассказал вам? — В общих чертах, — презрительно глядя на него, фыркнул Намджун. — Твой отец — владелец компании, куда ты пойдёшь увольняться, к конкурентам? — Я… — Не перебивай, — жёстко осадил его директор. — Твоя задача не похерить то, что сделал для отдела Тэхён и аккуратно внедрить свои изменения, ради которых ты сотворил такую дичь. Надеюсь, оно того стоило. Больше я не желаю разговаривать с тобой на эту тему. Идите, господин Чон, работайте. — Я понял, — кивнул Чонгук, развернулся и вышел из кабинета директора.***
Сначала подчинённые отнеслись к Чонгуку, как своему начальнику, довольно настороженно. Тэхён и сам был одним из самых молодых начальников отдела в компании, а теперь Чонгук был и вовсе новичком. Никто не смотрел ни на его образование, ни на стажировку, ни на лидерские качества. Единственное, что его спасало от саботажа, а то и вовсе доносов — его прямое родство с владельцем компании. Но из-за него же его считали просто «поставленным на должность лично папочкой». Ему же было глубоко плевать на все эти пересуды и шёпот за спиной. Всё, что его волновало — это продолжение стратегии Тэхёна. Он не хотел подводить его. Плавно внедрял нововведения, консультируясь с директором Кимом, который и правда больше не поднимал эту тему, общаясь с ним сугубо в рабочей плоскости. Через несколько месяцев ему удалось заработать репутацию толкового руководителя, уважаемого подчинёнными, коллегами и клиентами. Отец им гордился. Только вот он сам — не очень. Возвращаясь домой, он погружался в тоску и уныние. Чем больше думал о Киме, тем яснее понимал, что с радостью отказался бы от своего места, если бы встал перед выбором. Глупо закусившись с Тэхёном в лифте в первый же день, слишком остро отреагировал на его неприятие шутки и действовал принципиально вразрез его требованиям. А то, что ему пришло в голову отомстить Тэхёну за то, что ткнул носом в его поведение перед отцом, вообще выходило за всякие рамки приличия и морали. Едва ли не каждый вечер он мечтал повернуть время вспять и не видеть это приглашение. Однако вынужден был признаваться себе в том, что иначе он не узнал бы, каким его начальник может быть в другой обстановке. И с каждым днём он понимал всё отчётливее, что потерял что-то такое, чего у него никогда не было, но всегда хотелось иметь. Одинокими вечерами прокручивал их разговор за бутылкой вина, такой согревающий, обволакивающий пониманием, заботой и комфортом. Ну почему, почему он такой идиот? Надо было не сбегать тогда. Надо было прямо там попросить прощения за то, как отвратительно выводил его из себя ни за что. Умолять простить его за мстительный характер, который помешал ему спокойно принять отказ и вполне себе справедливые слова о нём как о подчинённом. И слава богу, ему хватило ума всё же не делать ту запись, иначе он не простил бы себя за то, как низко опустился. Но всё равно уже ничего не изменить — он потерял то, что едва успел получить. И в конце концов он вынужденно признался самому себе, что влюбился. В того Тэхёна, которого имел счастье узнать там, в клубе — свободного, расслабленного, искреннего, настоящего. Заметив как-то одну из своих подчинённых, мило болтающую по телефону со своим парнем во время перерыва на обед, он понял, что больше не выдержит. Развернулся и прошёл к кабинету директора. Секретаря в приёмной не было, поэтому он сразу же вошёл к Киму, постучав пару раз в дверь. Тот сидел за своим столом с чашкой кофе и просматривал что-то в компьютере. Подняв на него свой взгляд, немного удивился, но кивнул на кресло напротив. — Господин директор, — начал Чонгук, — мне нужен номер телефона Тэхёна. — Зачем? — спокойно спросил тот, не выказывая злости на то, что снова поднята эта тема. — Хочу извиниться, прояснить все вопросы и… ещё раз извиниться, — пояснил Чонгук. — И извиняться до тех пор, пока он не простит. Потому что… Для меня это важно. — Я не могу тебе дать его номер. — Намджун взглянул на него из-под очков и понял, что тот так просто не сдастся. Парень сжал губы и продумывал доводы, которые ещё может привести, чтобы добиться своего. — Могу только подсказать, что по утрам в субботу он любит прогуливаться по пляжу. — По какому? — тут же загорелся Чонгук. Кажется, директор пошёл навстречу. Неужели ему повезёт увидеть Тэхёна? — В Инчоне. Возле южного выезда из города. — Спасибо, господин Ким! — радостно вскочил Чонгук и поспешил к себе, чтобы не отвлекать директора ещё больше в загруженную как обычно пятницу.***
Тэхён стоял в тени дерева и наблюдал за чайками, кружащими над столиками на берегу неподалёку от него. Те громко кричали, но он не слышал ни птиц, ни шума волн, ни музыки, доносящейся из колонки кафе. Он уже полчаса прокручивал в голове мысли, пытаясь привести голову в порядок. Когда Намджун позвонил ему и сообщил, что Чонгук попросил помочь с ним связаться, он даже слегка удивился. Признаться честно, уже давно перестал ждать. При увольнении он сказал другу, что если Чонгук будет настойчиво просить у него номер телефона, смотреть по обстоятельствам и самостоятельно решать, действительно ли ему так нужно встретиться с Тэхёном. Намджун как никто другой знал друга и то, насколько в его голове всё сложно. В университете он не задумывался о влиянии личной жизни на карьеру. У него было много связей как с девушками, так и с парнями, но все они были несерьёзными. И только ближе к выпуску он решил начать встречаться с одним неплохим парнем. Однако этим отношениям суждено было продлиться недолго. После получения дипломов выпускники пошли в клуб, где много фотографировались. Фото, естественно, тут же появлялись в социальных сетях. И вот, на одном из них был весьма любопытный задний план, запечатлевший поцелуй Тэхёна с парнем. Слова отца, услышанные на следующий день, он не забудет никогда. «Как вполне толерантный человек, а главное, твой отец, я полностью принимаю тебя. Но, пожалуйста, только представь. Вот ты учился, не спал ночами, подрабатывал по вечерам и выбивал себе место под солнцем. Добился высокого положения спустя много лет работы без выходных и отпуска. Получил то, что действительно заслуживаешь. И в какой-то момент твой босс или твой важный клиент, возможно, акционер, неважно, узнаёт о том, что ты — гей. Не забывай, насколько консервативные люди занимают всю верхушку общества. И реши для себя сейчас, стоит ли оно того, чтобы потерять всё то, ради чего ты так старался. Стоит ли разрушать свою карьеру, репутацию, положение. К сожалению, мы живём не в идеальном мире, и чем-то всегда приходится жертвовать.» Первой реакцией был категорический протест. Потому что любовь, свобода и всё в этом духе. А потом пришло понимание того, что отец прав. Как раз тогда ему предложили стажировку в компании, которую тогда ещё возглавлял Чон Сонбон. Тот увидел в нём потенциал и сказал, что его ждёт блестящая карьера. И пришло время задуматься о том, чем жертвовать. С головой окунувшись в работу, он вернулся к редким непостоянным связям исключительно с девушками, убеждая себя в том, что так будет лучше. Но через несколько лет сорвался, когда в одном из баров оказался очарован парнем, который привёл его в анонимный клуб просто потому, что он ему нравился своей атмосферой таинственности. Выходя оттуда после полуночи, столкнулся с Намджуном, заместителем директора его компании на тот момент. И понял, что всего одна ошибка перечеркнула все его труды. Отец оказался прав, а репутация Тэхёна в компании уже никогда не будет восстановлена. С Намджуном у них за эти годы сложились довольно неплохие, даже дружеские отношения, но он всё равно не был уверен в надёжности своего положения. На следующий день они поговорили начистоту и договорились строго разграничить личное и профессиональное. Именно поэтому он так отреагировал на свободное проявление Чонгуком своей заинтересованности, пусть и в шутку. Именно поэтому раздражался на него по любому пустяку. Именно по этой самой причине после проведённой совместной ночи понял, что не сможет работать с ним в одной компании. Первое время он ругал себя за то, что не раскрылся сразу. Но он просто не смог отказать себе в такой возможности. Хотя практически сразу осознал, что она, скорее всего, будет единственной. И вот сейчас стоял здесь и думал, для чего Чонгук захотел его найти спустя столько месяцев. Время уже близилось к полудню, поэтому, решив, что тот сегодня не придёт, Тэхён собрался уходить, как вдруг заметил знакомый силуэт вдали. Возможно, это окажется кто-то просто похожий на Чонгука, но сердце предательски забилось в горле, почувствовав раньше, чем мозг осознал, что встреча всё-таки состоится. Отчего-то стало страшно. Прикрыв глаза, он сделал глубокий вдох и постарался успокоиться. Всё будет хорошо. Они просто поговорят. Возможно, извинятся друг перед другом. Всего лишь из вежливости. Да скорее бы уже… Тем временем Чонгук — теперь уже стало очевидно, что это он — заметил его и чуть сменил первоначальную траекторию, спеша в тень дерева. Ладони Тэхёна вспотели. «Конечно же, из-за жары. Всего лишь жарко, да», — успокаивал он себя, но нервничал всё больше с каждым шагом Чонгука, что стремительно сокращал расстояние между ними. — Привет, — поздоровался он первым. — Привет. — Чонгук улыбнулся так обезоруживающе, что волнение понемногу стало отступать. — Ты не выглядишь удивлённым. Намджун предупредил? — Конечно. — Значит, ты готов поговорить, раз не сбежал, — настороженно уточнил Чонгук. — Готов послушать, пожалуй, — признался Тэхён. — Мне было интересно, зачем ты снимал это на телефон. — Что? — Чонгук изменился в лице. Побледнел, улыбка помрачнела, а взгляд остекленел. — Я видел через зеркало на стене, — пояснил Тэхён с невесёлой улыбкой. — Нет! — отчаянно замотал головой Чонгук и полез в карман за телефоном. — Вот, можешь посмотреть галерею, я ничего не записал. Я передумал. — Передумал? — вскинул брови Тэхён. — Вот как? Отчего же? — Я… — Чонгук прокашлялся. — Я не хотел больше мстить, потому что понял, что те твои слова моему отцу были правдой. Я глупо себя вёл и незрело. Пакостил по мелочи и серьёзно не соблюдал субординацию, подвергая твой авторитет сомнению. Это было непрофессионально. Меня действительно стоило проучить и перевести в колл-центр. — А почему ты так поступал? Я же видел, что ты хорош в работе и за несколько месяцев сделал едва ли не больше, чем некоторые сотрудники за год. — По личным мотивам, — пришлось признаться. — Я злился за то, что ты меня отшил в первый же день. Это задело мою гордость. Тэхён вздохнул. Вот оно, то самое — личное против профессионального. Намджун оказался как никогда прав — нельзя это смешивать. Но к чему он ведёт, так и непонятно. — Ладно, раз ты не записал видео, то, в принципе, ничего страшного не произошло, — сделал он вывод. — Если ты пришёл извиниться, то извинения приняты. — Спасибо, — настороженно улыбнулся Чонгук. — Но я хотел не только это. Ты вернёшься? Раз ты простил меня, то мы сможем работать вместе, как раньше. — Не сможем, — отрезал Тэхён. — Почему? — Долгая история. — Настроение летело вниз с огромной скоростью, и становилось очевидно, что их разговор ничем хорошим не закончится. — Пойдём в кафе, — предложил Чонгук, махнув рукой на столики на пляже. — Посидим, поговорим. Ты расскажешь, что мне сделать, чтобы ты на самом деле простил меня. Потому что мне кажется, что это всего лишь слова, но в душе ты всё ещё затаил на меня обиду. Я готов сделать что угодно. Тэхён боролся с самим собой. Он видел искреннее раскаяние в глазах парня. Намджун был прав — он уже не тот выскочка, приехавший из Штатов. Руководящая должность заставила его собраться и отбросить ребячество. Он казался более собранным и уже не таким импульсивным, как в тот день, когда они только познакомились. Тяжело вздохнув, он кивнул и направился в сторону кафе. Чонгук послушно шёл рядом, не нарушая его личного пространства. После того, как они заказали напитки и закуски, Тэхён решил сказать всё, как есть. А там будь, что будет. — Я общался с Намджуном, и он сказал мне, что ты переживал из-за того, что виноват в моём увольнении. Хочу объяснить, зачем я это сделал. Не из-за того, что испугался компромата на твоём телефоне. А из-за того, что находиться рядом с тобой в офисе после того, что между нами было, я бы в любом случае не смог. — Почему? — Нельзя смешивать рабочие и личные отношения, — пояснил он. — Тем более было бы сложно сдерживать свои чувства и эмоции при посторонних. — Прости, — поник Чонгук. — Ты прав. Я испортил твою жизнь. Да ещё и наверняка отношения с той девушкой, что была с тобой на корпоративе. — Эта девушка — «борода», — усмехнулся Тэхён. — Нам удобно проводить время вдвоём, когда нужно выйти в общество. Да и вообще, мы неплохо проводим время вместе. Так что проблем с ней ты мне не доставил, не переживай. — Это хорошо, — облегчённо выдохнул Чонгук. — Но работа…всё же. Ты её потерял. — Если бы ты был более настойчивым, мог бы спросить у того же Намджуна, что со мной случилось после увольнения. Тогда бы тебя не грызли муки совести. Не переживай, и он, и твой отец дали мне прекрасные рекомендации, и я уже несколько месяцев работаю в той же сфере, но в компании чуть поменьше. Я заместитель директора по развитию. Так что прекращай грызть себя из-за этого. — Ты даже не представляешь себе, как я рад за тебя. — Чонгук положил ладонь на его руку и прикрыл глаза, боясь, что тот сразу же уберёт её. — Скажи мне, — спустя, казалось, вечность в молчании, начал Тэхён, всё же медленно вытаскивая свою руку. — Зачем ты искал меня? — Если я скажу всё, как на духу, ты пообещаешь не прогонять меня так сразу? — с надеждой взглянул на него Чонгук. — Хорошо. — Я думаю, — начал он, обдумывая каждое слово, — может, это судьба, что мы были в том клубе именно в день святого Валентина? Я узнал тебя там впервые с другой стороны, с тобой оказалось безумно приятно общаться, слушать твои забавные истории и то, как ты смеёшься над моими шутками. Ты очаровал меня. И я понял, хотя и слишком поздно, что безнадёжно влюбился в тебя в день всех влюблённых. И стал одним из тех, кто хочет готовить утром вместе завтрак, смотреть семейные дорамы, разделывать тушку кабана. — От такого внезапного поворота Тэхён прыснул, не удержав серьёзного выражения лица. А Чонгук тепло улыбнулся и невозмутимо продолжил: — Я просто проверял, слушаешь ли ты мой влюблённый бред. — Знаешь, — задумчиво протянул Тэхён, — там, в клубе, я сразу тебя узнал. На самом деле, там и правда обычно сразу переходят к делу без лишнего трёпа. Я знал, что совпадения быть не могло и ты всё подстроил, но всё равно решил дать тебе шанс. — Почему? — Потому что хотел. Тэхён залез рукой в вырез своего лёгкого кардигана и вытащил оттуда цепочку с кулоном. Чонгук потянулся к нему, чтобы взглянуть поближе. Небольшая золотая голова лисы была инкрустирована ярко-красными рубинами, делая её похожей на ту маску, что была на Чонгуке в тот вечер в клубе. Подняв удивлённый взгляд на Тэхёна, он не знал, что сказать. А тот улыбнулся как-то уж слишком нежно, ласково и тепло. — Так… ты простишь меня за то, какой я идиот? — боясь ответа, всё же спросил Чонгук. — Подумываю дать тебе шанс доказать мне, что ты уже не идиот. — То есть… — протянул Чон, не веря, что понял правильно, — мы можем… попробовать…господи, начать встречаться? — Давай попробуем, — кивнул Тэхён и совершенно поплыл, глядя на то, как глаза Чонгука загорелись неподдельным счастьем. Кажется, он и правда не сможет убежать от себя. Если постоянно думать о том, как его личная жизнь повлияет на карьеру, можно и вовсе упустить саму жизнь. И он уверен, что Чонгук заслуживает шанс на то, чтобы показать ему, как может быть хорошо не с тем, кого советует общество, а с тем, кто тебе на самом деле нужен.
