Наследник Мракс

      — Умолкни, уродливый головастик! — гневно выкрикнули на лестнице, и лорд Мракс, сильнее качнувшись в своём кресле, вздрогнул и открыл глаза. Голова отдалась болью, сон как рукой сняло.       С противным скрипом то ли кресла, то ли позвоночника старик тяжело поднялся на ноги. Половицы натужно затрещали под его тщедушным телом, из щелей между досками дом чихнул облачком пыли. Мэнор разваливался быстрее хозяина и рисковал не дожить до его похорон.       — Что за мерзкие звуки? — гаркнул старый Марволо, толкнув завывшую петлями дверь спальни. — Что ты опять притащил в дом, Морфин?       — Ты будешь рад, отец, — отозвался Морфин, осторожно забираясь на второй этаж по ветхим ступенькам. — Гадёныш послужит хорошую службу нашему дому, а то крыша того и гляди рухнет тебе на голову. Да не вопи ты!       Нахмурив кустистые седые брови, Марволо двинулся сыну навстречу и коршуном навис над свёртком, который мужчина держал в руках. Завёрнутый в тряпьё младенец покраснел от плача и отчаянно размахивал свободной от пут маленькой ручкой.       — Где ты его взял? — раздражённо спросил лорд Мракс, прищурив злые чёрные глаза. — Тащи обратно, эту развалюху уже не спасти никакими жертвоприношениями, даже младенцы бессильны.       — Он маг, полукровка, — заверил Морфин, неловко перехватывая надрывающегося ребёнка.       — «Полукровка», да хоть чистокровка, — с досадой отмахнулся Марволо, ёжась от озноба. За последние недели его лёгкие стали совсем уж плохи, а ведь ему ещё не исполнилось и шестидесяти! Род Мракс загибался после отречения Меропы, а Морфин в наследники не годился, и магия гнила, как старое дерево. Марволо, для волшебника ещё преступно молодой, гнил вместе с ней, а вот Морфин был тошнотворно полон сил. Жаль, мозгов ему это не прибавляло. — Говоришь так, будто мы не пытались. Этих младенцев тут… Весь алтарь в крови, хоть бы отмыл, лентяй. Плевать магия хотела на этих детёнышей.       — Но не на детёныша Меропы, — осклабился Морфин, и под потолком раздался такой раскат грома, что поднялась пыль. Плач затих, ребёнок испуганно заканючил, скривив крошечное личико.       Прошло несколько секунд, наполненных звенящей тишиной.       — Что?! — вскричал Марволо, отдёрнув костлявую руку, и Морфин довольно ухмыльнулся.       — Как тебе мой подарок, отец? Реддл отказался от него, теперь мальчишка чист перед маггловским законом и перед магией, как любой другой полукровка, никто даже не будет его искать, а камень рода, возможно…       — «Любой полукровка»?! — почти завизжал Марволо, наскочив на сына и цепкими пальцами сжимая засаленные одеяла, обвивающие тельце младенца. — Да ты хоть понимаешь, идиот, что это за дитя?!       — Сын Меропы…       Когда отец вырвал свёрток у него из рук, Морфин слегка опешил.       — Вот именно, — прошипел старик, и даже свечи на первом этаже, казалось, разгорелись ярче. — Сын Меропы! Он Мракс! — его каркающий голос отразился от стен. Ребёночек утих окончательно и взирал мимо деда мутными синими глазами. — Мракс… — прошептал Марволо иссохшими губами, обдав наследника зловонным от болезни дыханием. Впрочем, он уже, кажется, чувствовал себя намного лучше. По крайней мере желание придушить младшего сыночка снова стало необычайно сильным, как в старые добрые. — Выметайся, — велел он, грозно сверкнув глазами, и пошаркал обратно в хозяйскую спальню. — Займись делами, сходи в банк и позаботься о том, чтобы имя моего внука проявилось на нашем гобелене. Заплатишь гоблину из остатков. И найди, Мерлина ради, себе хоть какую-нибудь работу, не мозоль мне глаза…       — Ничего не понимаю, — пробормотал Морфин, брезгливо отирая ладони о рубашку. — И зачем нам этот крикливый комок? Ты что, хочешь откормить его, прежде чем попробовать принести жертву?       Отец и сестра не зря звали его идиотом, но теперь, когда роду Мракс больше не угрожало вымирание, идиот-наследник не угрожал ему тоже. Посмаковав эту мысль немного дольше приличного, Марволо магией захлопнул за собой чуть менее жалобно затрещавшую дверь и сухо скомандовал:       — Тибби, подготовь наследнику какую-нибудь из комнат, что поцелее. И найди домовуху-няньку! Хотя нет, нет… Повременим с этим. Пока что я сам за ним присмотрю.       Седой, немой и хромоватый Тибби, последний, на кого хватало магии угасающего рода, радостно скрутил свои уши костлявыми пальцами и, покивав, исчез в тучке пыли. Марволо заглянул в свёрток снова, подумав, очистил тряпки крохами накопленной на лечение больной спины магии и медленно опустился обратно в кресло.       Внук жалобно пискнул, но, стоило креслу с тихим скрипом качнуться в первый раз, тут же притих и прижался щёчкой к жёсткому сюртуку старика. Осторожно погладив жиденькие чёрные волосики, Марволо пробормотал:       — Как там звали твоего недоумка-папашу, кажется, Том? Пусть будет Том, с магией не поспоришь… А уж первое имя моё забирай, изволь, положено так, молодой человек. Что, спишь уже? Ну спи, спи.       Устроив малыша на локте, Марволо довольно покачивался в кресле, прислушиваясь к тихим шорохам старых половиц. Дом потихоньку отживал, магия распускалась в стенах несмелыми цветами, выжигая пятна плесени.       Марволо Мракс-младший сопел на руках у деда и, в отличие от последнего, ещё не знал, что его ожидает великое будущее.