Love Story

Любит ли он его так же сильно, как любит музыку..? Сможет ли когда-нибудь коснуться его рук так же трепетно, как касается грубых тонких струн гитары? Сможет ли когда-нибудь он увидеть смысл своей жизни в нем, в Минхо? Сможет ли сам Минхо когда-нибудь сказать, насколько же он влюблен...? – Хани.. Джисон отрывает глаза от струн гитары и улыбается снова солнечно, как и всегда. В глазах какое-то непонятное раскаяние и Минхо до звёзд перед глазами хочется узнать, откуда же оно берется? – Прости. Я снова мешаю тебе читать? Минхо качает головой, бросает взгляд на вдаль, где солнце уже садится за тонкую линию горизонта, и закрывает книгу. Становится уже слишком темно для чтения. – Нет, но может пойдем домой..? Уже закат. Джисон снова улыбается, и убирает инструмент в чехол, подползая по песку к Минхо, чуть толкается плечом и выдыхает, направляя свой взгляд туда, где последние лучи солнца словно уходят под землю. – Закаты очень красивые. Они всегда вдохновляют творческих людей. Думаю, Хенджин смог бы красиво нарисовать его сейчас... Минхо отрывает глаза от мягких черт лица Джисона и снова переводит взгляд кошачьих глаз туда же, куда обращён взор Хана. В голове словно плотный туман и дышать как-то слишком душно. Наверное это виновато майское солнце, что греет уже несколько дней, заставляя верить в лучшее. На языке десятки вопросов о многом, о важном, или наоборот, о ничтожно незначительном, но задаёт Минхо только один, самый безобидный на его взгляд. – А что вдохновляет тебя? Джисон улыбается чертовски знакомой, всезнающей улыбкой, что бесит временами. Он так самодоволен, словно он правильно ответил на задание в тесте, словно изначально ждал подобного вопроса, словно знает все слова Минхо наперед. Неужели он настолько предсказуем для него? Может поэтому он никогда не станет кем-то сильно особенным, просто потому что предсказуем, прост и скучен.. – Меня много чего вдохновляет. Например... Твои глаза... Минхо выныривает из собственных мыслей как-то слишком внезапно, оглушенный подобными откровенными словами. Джисон смотрит теперь уже на него открыто, солнце скрылось уже где-то на другой стороне планеты, Минхо пропустил момент последнего луча, слишком поглощённый собственными чувствами и беспорядком в мыслях. – Что? Мои.. Мои глаза? – смотрит растерянно, эти самые глаза широко раскрывает и подаётся вперёд. – Что в них вдохновляющего? Они же... Обычные. Джисон тушуется, качает головой и смеётся тихонько, слегка хрипло, словно в горле у него такой же ком, как в груди у Минхо. – В тебе нет совершенно ничего обычного, Минхо-хен..  Хан встаёт с песка, отряхивается, делая вид, что не обращает внимание на словно приросшего к пляжу Минхо. Осторожно подхватывает чехол с  гитарой и как-то неуверенно пинает мелкий камешек в сторону. – Ну что? Пойдем? Минхо в очередной раз выныривает из своих мыслей и встаёт, чувствует, как теплый ветер гуляет в отросших волосах, вздыхает и трясет головой, поднимая голову к небу. Он светлое и прозрачное, такое бывает крайне редко. Солнце только недавно село, а где-то там, далеко и высоко уже сверкают первые, самые ярки точки далёких звёзд. Хан берет привычно за руку и помогает подняться по крутому спуску вверх, туда, где покачивается и тихонько поскрипывает на ветру старый деревянный мост. Минхо идёт, следом, сжимает руку Джисона крепче, и вдруг словно по наитию замирает на середине моста, вскидывая большие блестящие глаза к небу, ловит краем глаза сверкающий хвост упавшего светила... И успевает подумать о нем, своем заветном желании... – Ты чего? – Загадал желание. – Что? Это что, волшебный мост? И ты  молчал!? Минхо улыбается и качает головой. – Нет. Звезда упала.. Джисон громко возмущается тому, что не видел, тому, что Минхо не сказал ему, а потом напряжённо останавливается и серьезно спрашивает. – Что ты загадал? – Почитать хотя бы один вечер в тишине! – Минхо смеётся с обиженного лица Джисона и тянет за руку сам. А в мыслях все ещё на повторе, как мантра, крутится заветное желание... «Я хочу однажды на закате, сказать насколько я влюблен...»