Ты спас меня

Бойня. 

Кто бы мог подумать, что самое кровожадная ситуация будет ждать участников не на очередной игре, а в самом обычном мужском туалете.   Разразилась настоящая битва, где каждый сантиметр пространства был заполнен звуками ярости и отчаяния. Зеркала трескались от ударов, а стены покрывались следами борьбы. Громкие крики и звуки столкновений смешивались с эхом капающей воды из крана, создавая атмосферу хаоса. Слева парень с короткой стрижкой, стиснув зубы, бросился вперед, нанося мощный удар кулаком в живот своему противнику. Тот, охнув от боли, отшатнулся к унитазу, но быстро собрался и, используя свои силы, попытался схватить его за руку, чтобы провести контратаку. Справа на вид хрупкий парень, уклоняясь от удара, ловко обошел своего противника и, используя стену как опору, нанес резкий удар локтем в бок. Противник закричал от неожиданности и попытался отступить, но в этот момент другой участник драки врезался в него, и они оба рухнули на пол. Вокруг царила неразбериха. Каждый удар, каждый крик создавал атмосферу безумия. Нам Гю отбивался как мог. Он был не из крепких качков, но далеко не хилый. Он дрался с каким-то парнем из команды крестиков, нанося удары и уворачиваясь от ответных. Но от одного не смог. Ему прилетел сильный удар по колену. Когда он упал, он заметил своего приятеля Таноса. Тот избивал номер 333, который смирно лежал и пытался защититься. Отбившись от своего врага, Нам Гю осмотрелся и увидел, как Лим Сиван доставал из кармана что-то блестящее, похожее на нож. Без страха и сомнений парень бросился к ним и выхватил металлический предмет, который оказался вилкой. Он воспользовался оружием парня против него самого, воткнув его ему в горло. Провернув несколько раз, он увидел, как угасает жизнь в глазах врага.  Нам Гю крепко схватил своего друга за руку и потянул на выход из этого хаоса. Вылетев отсюда, они молча дошли до своих кроватей под удивленными взглядами других игроков. Кто-то спросил, что там произошло, но оба этого не услышали. Им сейчас было не до этого. Спустя минут десять остальные участники бойни тоже вышли из туалета и кричали, что на них напала другая команда. Танос, обычно участвующий в подобных разборках, сейчас молча сидел на кровати Нам Гю, прижав колени к груди. Не было привычных бесят в его глазах. В таких ситуациях он всегда закидывался парой таблеток, но сейчас он напрочь забыл о своем крестике. Неизвестно о чем он думал. Никто из здесь сидящих никогда не видел его таким. Еще немного поругавшись, командам пришлось разойтись, так как был объявлен отбой. Лишь эти двое молча сидели рядом. Нам Гю пытался прочитать мысли своего друга по глазам, но ничего в них не видел. Пустые. И очень красивые.       — Ты спас меня, — неожиданно для обоих произнес Танос, голос его был ниже обычного, почти шёпот. Он избегал смотреть Нам Гю в глаза, словно боясь увидеть там что-то, что могло бы его испугать. Парень нервно теребил пальцами край своей одежды. Он явно не привык к таким откровениям. Нам Гю не знал, что на это сказать. Так и было. Еще чуть-чуть и Лим Сован бы вонзил вилку ему в горло. Парню удалось его спасти в последний момент.  Но он прекрасно понимал, что Танос и спасибо ему не скажет, на следующий день уже забудет. Продолжит дальше заигрывать с Се Ми и вспоминать товарища, только когда ему будет скучно. Нам Гю уже успел привыкнуть к этому.       — Я тебе за это должен, — продолжил парень.       — Да нет, все нормально,  — пробормотал Нам Гю, отстукивая какой-то ритм по кровати. — Просто… повезло.       — Повезло? — Танос поднимает взгляд, который еле можно разглядеть в темноте, и впервые по-настоящему рассматривает своего спасителя, — Ты рисковал собой, Нам Гю. Парень хотел в очередной раз исправить свое имя, но понял, что Танос, впервые за все это время, произнес его правильно. Все-таки помнит. Издевался мерзавец. Воздух вокруг них стал гуще, тяжелее. Оба чувствовали себя странно, неловко. Танос подвинулся ближе, сокращая и без того небольшое расстояние между ними. Его дыхание коснулось уха Нам Гю, вызывая мурашки на коже. Он резко его обнимает. Вроде простые объятия, а Нам Гю уже не дышит, и сердце пропустило удар. Немного придя в себя, он кладет руки на спину парня и обнимает еще крепче, положив голову ему на плечо. Самым странным для него было то, что Танос сейчас точно не под таблетками, и он сделал это осознанно. Время шло странно. Неизвестно сколько прошло: то ли несколько секунд, то ли час. Они, наконец, отстранились друг от друга, и посмотрели друг другу в глаза. Нам Гю не мог дышать. Он не решался даже пошевелиться. Чувство, которое переполняло его, было таким же сильным и непонятным, как и у Таноса. В этот момент все слова стали лишними. Нам Гю не в силах отвести взгляд от Таноса. Он видит в них что-то совершенно новое и незнакомое. В них прятался не привычный холод, а что-то глубокое и нежное, что-то, чего он никогда не ожидал увидеть. Сердце бешено колотится в груди. Он и представить себе не мог, что Танос способен на такую искренность.  Пока он летал в своих мыслях и пытался удержать свое сердце внутри, Танос медленно, осторожно поднял руку и нежно коснулся щеки Нам Гю, словно боясь его спугнуть, как котенка. Только сейчас он осознал, насколько хрупок этот парень. Прикосновение легкое, как перышко, но от него по телу Нам Гю пробегает заметная дрожь. Они все еще сохраняют зрительный контакт, пытаясь найти у друг друга в глазах, зеркалах души, ответы на все вопросы. Воздух между ними вибрирует от несказанных слов, от нахлынувших чувств. Тишина, прерываемая лишь учащённым дыханием, становится ещё более напряжённой, ещё более значимой. И наконец, Танос, преодолевая невидимый барьер, медленно приближается к Нам Гю и аккуратно касается его губ.  Поцелуй невероятно нежный, осторожный, но полон скрытых чувств. В них чувствуется благодарность, признание и что-то… большее, чем просто дружба. Это осознание обволакивает обоих, растворяя последние сомнения и страхи. И в этом молчаливом признании, рождается нечто новое, невероятное, чего они не ожидали – начало чего-то прекрасного и удивительного.  Неохотно разрывая поцелуй, они смотрели друг другу в глаза и улыбались.       — Я люблю тебя, — прошептал Нам Гю, не побоявшись сказать это первым. На что Танос снова притягивает его в поцелуй, но на этот раз в более страстный и чувственный. Спустя где-то минуту он отдаляется и произносит давно желанные для Нам Гю слова:       — Я тебя тоже. На лицах обоих сияли счастливые улыбки. В их глазах отражался весь мир — мир, который теперь принадлежал только им двоим. Они молчали, наслаждаясь близостью и теплом, исходящим от прикосновения друг к другу. Затем, переплетя пальцы, они медленно легли на кровать. Их тела соприкасались, будто две половинки одного целого.  Никого из них сейчас совершенно не волновало то, что утром их заметят. Теперь это все совершенно неважно. В тишине комнаты слышалось только тихое дыхание, и легкое биение их сердец, сливающихся в единый ритм. Заснули они в объятиях друг друга, чувствуя себя невероятно счастливыми.