Игра
8 января 2025 г., 22:05
Вечер выдался тихим. В астрономической башне, куда Лиам Малфой и Кассиопея Блэк пробрались после отбоя, слышался только звук завывающего ветра и редкое потрескивание магических факелов. На круглом столике между ними стояла шахматная доска. Фигуры были старинными, с золотистым отливом — подарок Лиам от матери.
— И зачем ты заставила меня подняться сюда? — спросила Лиам, медленно перемещая ладью.
— Потому что я хотела играть в шахматы, — улыбнулась Кассиопея, скрестив ноги на стуле и с ленивым видом держа в руках пешку. — Здесь же атмосфера лучше, чем в твоем подземелье.
— А тебе не кажется, что ты, как всегда, не продумываешь свои ходы? — сухо заметила Лиам, поднимая взгляд на свою подругу.
Кассиопея наигранно вздохнула.
— Ли, это же просто игра. Не будь такой серьёзной.
Малфой молча наблюдала, как её подруга переставила коня, нарушив изящную цепочку защиты.
— Тебя когда-нибудь учили думать наперёд? — поинтересовалась она с лёгкой насмешкой.
— А тебя когда-нибудь учили веселиться? — парировала Кассиопея, прищурив свои зелёные глаза.
Через полчаса Лиам решила, что пора закончить игру.
— Шах и мат, — спокойно сказала она, передвигая ферзя.
Кассиопея шумно откинулась на спинку стула, драматично заломив руки.
— Ты безжалостна, Лиам Малфой.
— И это из уст человека, который угрожал выцарапать мои глаза и хранить их в банке с формалином, — сдержанно заметила Лиам, складывая фигуры обратно в коробку.
Кассиопея усмехнулась, её глаза загорелись весельем.
— Я не угрожала, это было любовное признание.
Лиам скептически подняла бровь.
— У тебя странное представление о романтике, Кассиопея.
— Странное, но честное, — ответила та, подперев подбородок рукой.
На какое-то мгновение между ними повисла тишина. Лиам, которая уже собиралась встать, вдруг почувствовала на себе пристальный взгляд Кассиопеи.
— Что? — спросила она, слегка нахмурившись.
— Ничего, — протянула Блэк, её голос стал неожиданно мягким. — Просто ты иногда слишком идеальная, знаешь? Это даже пугает.
Лиам отвела взгляд, вернувшись к шахматной доске.
— Никто не идеален.
— А вот это неправда, — улыбнулась Кассиопея. — Иначе я бы не играла с тобой.
Малфой замерла на мгновение, но быстро скрыла свои эмоции за привычной маской невозмутимости.
— Следующий раз не жалуйся, если проиграешь, — сказала она, поднимаясь.
Кассиопея только рассмеялась.
— А я не жалуюсь. Мне нравится проигрывать тебе, Ли.
