До отбоя тринадцать минут

— Думаешь, мир действительно станет лучше без таких, как мы? Танос не понимает вопроса и лениво поворачивает голову, чтобы видеть товарища. Они с Нам Гю одинаково распластались на матрасах и наблюдали за временем – до отбоя тринадцать минут. Остальные копошились на своих маленьких территориях, обсуждали что-то вполголоса, кто-то даже смеялся и явно радовался компании, в которой находился. Их компания была так себе. В конечном итоге остались вдвоём. — Ты это о чём? — Сам ведь слышал, — перекатившись на живот, Нам Гю убирает руки под подбородок, улыбаясь глазами. — Мы не счастливчики. Мы здесь не из-за того, что повезло. Субон пока не улавливает суть разговора, глядя на вытянутые перед собой руки, и зачем-то кивает. — Но, если подумать... Какой же идиотизм, да? — Нам Гю тоже навеселе, сквозь слова прорываются смешки. Немного нервные, но смешки. — Ну сдохнем мы тут, и что? Придут другие, собрать и истребить весь сброд они не могут. Такие люди рождаются каждый день, даже сейчас, возможно. — Перед тобой великий Танос, Нам Гю, — тон игрока становится наигранно серьёзным, он приподнимается на локтях и задирает голову. — По твоему сюда придёт кто-то лучше меня? Кто-то займёт моё место? Нет, чувак. Это работает не так. В широких зрачках отражается целый космос. Чтобы изучить его, Нам Гю потребовалось бы смотреть в эти глаза вечность, а то и больше. Но он видит даже издалека: переливающиеся лучи, кометы, мерцающие звёзды... Им удалось скопиться в одном только взгляде, которым Субон смотрит, наклонив голову. Он из тех, кто звучит уверенно. Такому человеку сложно не верить. И хоть Нам Гю понимает, что никакой Танос не великий... он верит, что тот возвёл свою империю. Мысленно, на периферии сознания. Забывшись, Нам Гю не замечает, как быстро Танос оказывается рядом и падает спиной прямо на его спину. Он даже вскрикивает от неожиданности и лёгкой боли. — Куда понесло, великий? Уже совсем котёл не варит? — пытается повернуть голову так, чтобы хоть немного посмотреть на парня. — Если мы здесь, Нам Гю, — так же резко Танос падает рядом и показывает руку, — значит так было суждено. Видишь эти линии? — Чего? — Дай сюда, — вместо своей руки раскрывает руку Нам Гю, обнажив ладонь. — Вот они, линии. Палец щекотливым движением чертит невидимые полосы, а Нам Гю, не сдерживаясь, хохочет: даже если это наигранно, Таносу не идёт. Чересчур серьёзный. — Смеёшься надо мной, а? — толкает друга в плечо. — Эй, прекращай, ясно? Я пытаюсь прочесть твою судьбу, которая расписана прямо на ладони, а ты смеёшься? — Всё ещё обдолбан, да? — спрашивает так, будто сам абсолютно трезв. — Заканчивай. Нет никакой судьбы. — Значит, считаешь это всё случайностью? Ну ты и придурок. — Завались. Десять минут до отбоя. Нам Гю рассматривает черты лица сидящего рядом, наблюдает за дёргающейся бровью, за слегка покачивающейся головой. Танос напевает что-то под нос и выглядит забавнее обычного. Словно сидит один. А потом на секунду похож на нормального, когда вновь ложится на спину. — Не бывает случайностей. Я здесь, ты здесь, все эти мудаки здесь... Именно сегодня, в этом году, мы все встретились. И не смей говорить, что я сдохну. — Конечно, — покусывает кончик пальца, пробежавшись взглядом по игрокам. — Мы выйдем отсюда. — Выйдем вместе. И знаешь, что потом произойдёт? — Ну? — Мы захватим самый шумный клуб и нажрёмся там до потери сознания, — столько энтузиазма, что Нам Гю почти представляет подобное, улыбаясь и кусая губу. Безумно интересно, что ещё скажет этот недоумок. — До потери сознания? — Представь лицо каждой здешней сучки, когда они узнают, кто мы такие. — Чего? — Король Танос и Безумец Нам Гю, вот мы кто! — резко выкрикивает парень, снова заставляя рассмеяться. Люди покосились на них с недовольством, показывая пальцами. — Эй, вы! Вы ещё узнаете! — Да хорош кричать, всё, я понял, — сквозь смех пытается затянуть подскочившего Субона обратно вниз. — Ну и идиотские прозвища. Когда тот снова улёгся, Нам Гю незаметно старается приблизиться, пока не кладёт подбородок на чужое плечо. Этот парень – абсолютный псих. И то ли всегда был таким, то ли дело в этом месте. Это завораживает, это привлекает так, что его взгляд меняется всякий раз, когда задерживается на Таносе дольше обычного. Нам Гю становится задумчивее. Ему интересно, чем друг живёт на самом деле, какие у него на самом деле планы. Но это не то, о чём он спросит. Это то, о чём он будет думать, прикидывая собственные варианты и смеясь с них. — Завтра с утра ещё по одной, да? — Танос показывает крест, и Нам Гю тянется, чтобы прижаться к нему губами. Эта вещь – нечто, Танос не соврал. — Ещё по одной. — И как же будем делить, если останется одна? — задумчиво поднимает голову. — Уступишь мне, — пожимает плечами. Субон молчит минуту, переваривая ответ, но потом резко начинает мотать головой. Нам Гю сжимает крест и подтягивает ближе к себе, вместе с тем и чужое лицо почему-то становится ближе. Он облизывает губы и смотрит куда-то вниз, продолжая: — Так будет правильнее. — Да ты разводишь меня, — снова начинает говорить громче. — Ну нет. Я похож на крысу? — Ты упырь, Нам Гю, — тыкает пальцем в лоб, отодвигая. — Вот ты кто. — А линии? Линии на наших ладонях... Для вида Нам Гю начинает вести по одной из них, ловя заинтересованный взгляд юноши. — Ты что, тоже умеешь читать по линиям на ладонях? — Конечно. Знаешь, что сказано на этой? — для интриги выдерживает паузу, глядя в глаза. — Что я нужен тебе. А мне нужны таблетки. — Чего-о? — Забудь, Танос, — хмыкает, снова утыкаясь в плечо. — Просто забудь. До отбоя семь минут. Что произойдёт завтра – неизвестно. Единственное, что Нам Гю знает наперёд – они не сделают ни шагу друг от друга. И, возможно, их линиям суждено было пересечься и всё это не бред. А может это просто... пьяные разговоры. Пусть многое, что говорит Танос – ерунда, но эту ерунду Нам Гю готов слушать. Не просто слушать, а прислушиваться, впитывать. Они же всё ещё вместе. Не упуская возможности прижаться – в этот раз Нам Гю наглее обычного – он просит мимолётной, ответной ласки, но Субон никогда не обращал внимания. Всегда игнорировал. Вот и сейчас: выражение его лица дурацкое, тупое, и он не замечает, как Нам Гю уже тычет носом в щёку. Как при своей гадкой и мерзкой натуре Танос может быть таким привлекательным? — Наверное, завтра будет трудный день. Неожиданно Субон приподнимается и стискивает его в объятиях, отчего-то радостно смеясь. Непонятно, что происходит, но Нам Гю не думает сопротивляться, только посмеиваясь в ответ. — Завтра будет улётный день, друг. Я обещаю.