Пособие по убийству

      Со следующего дня, как и обещал, он и вправду начал меня тренировать. Каждое чертово утро начиналось в 7, обязательно завтрак, пробежка по парку, под его курящим надзором, гонения по спортплощадке. Это была только разминка. Основное, чему он меня учил - рукопашный бой и владение ножом. Несмотря на то, что он подыхал и вечно дымил, как паровоз, дрался он сносно. Болело после такого утра абсолютно все, меня он не жалел от слова совсем, хотя… Будь это действительно так, я бы был мертв. Но, помимо прочего, мы еще и говорили. Ублюдок оказался достаточно общительным, стоило найти точки пересечений.       Из таких разговоров удавалось узнать какие-то куски его жизни. Так я прознал, что с моим отцом он познакомился в армии и сдружился на всю жизнь. Долго служили вместе и после. Как оказалось, что он, что мой папаша работали в органах Гос. безопасности и какое-то время были инструкторами по рукопашке. Но если мой отец спустил свою жизнь в унитаз, Андрей устроился в частную охрану и дослужился до начальника одного из объектов. Проработал там дохера и получил некоторые поблажки в виде возможности таскать бороду и подыхать от кашля, вместо сдачи нормативов.       Рассказал он и про моего отца. Со своей пассией он давно не жил, но и не развелся. Миша, его приемный сынок, снаркоманился к чертям и чуть не прикончил свою мать, этот конченый ублюдок всегда был мразью. Так что, все было намного хуже, чем когда я видел его в последний раз. По итогу папаша мой подписался на какую-то авантюру наемником. Я проследил этот момент по фоткам на его страничке в соц. сетях. Там он и помер с шальной пули. Совсем крышей поехал к тому моменту и только с Андреем и общался. Не знаю врал ли старикан или нет, но он часто говорил о том, что отец по мне очень скучал. И считал, что мне лучше без него. Хотя намного интереснее было то, что похоже он скучал по моему отцу не меньше. Но это все лирика.       Очередной день. Очередная тренировка. И тут дело наконец полноценно дошло до оружия. Пока мы шли к нужной площадке Андрей чиркал зажигалкой и рассказывал. - Огнестрелы это не твой вариант. Он работает не на тебя, а с помощью тебя. А в нашем случае и вовсе огнестрел - враг.  Оружие просто так не достать, патроны тоже. Даже если добудешь обходным путем и без отслеживания - толку от этого, как от зубов в заднице.       Я ухмыльнулся на это сравнение. - Нож в твое случае гораздо лучше. Легче в использовании, проще в обучении, опаснее. Любому дураку дай в руки нож и вероятность, что он тебя прирежет выше, чем если бы он застрелил с пистолета.       Мы дошли до нужного места. Он достал из кармана олимпийки мой нож, который забрал в тот вечер и помахал перед моим лицом. - Вот его я отдам, когда научишься базе, а если будешь хорошим мальчиком, подарю что получше. - Тц... Мне, по-твоему, 15?       Он с ухмылкой глянул на меня, скинул рюкзак с вещами возле скамейки и достал уже 2 резиновых ножа. Один из них был кинут мне в руки. - На мой взгляд, с учетом, что времени не так много, уже можно параллельно таскать тебя на рукопашку обычную и с ножом. - Приму за комплимент в строну моей скорости обучения. - Не выеживайся. Пропустим про выбор конкретного орудия, тебе это не так сильно нужно. Начнем с базы. Во-первых, хват ножа. Есть много видов, но в основном он бывает прямой, диагональный и обратный. Ты, как я видел, используешь обратный и режешь, по сути, снизу вверх. Надо понимать, у каждого хвата своя особенность и задача. От этого будет зависеть какие приемы ты сможешь использовать. Во-вторых, нож — это всегда ближний бой. Если тебя когда-нибудь занесет в бой на ножах, не пытайся отбивать нож - ножом. Останешься без пальцев. И не швыряйся, потому что почти наверняка промахнешься и будешь идиотом. Усек? - Усек, усек. - Бить надо резко и быстро. Быстрее, чем тебя. И желательно прикончить или сильно задеть с одного удара. Если, конечно, ты не захочешь сделать подчерк истерички или извращенца, аля Чикатило, с 20 ножевыми на труп.       Я старался внимательно слушать его, подкидывая в руке выданный мне муляж. Он говорил и наблюдал за моей рукой с легким прищуром. По итогу я получил по руке за такую выходку. - Не играй с ножом. Никогда.       Выдал он с максимально серьёзным тоном. Пришлось прекратить и уставиться на него. А руки так и чешутся чем-то себя занять. - В-третьих, для быстрого и четкого смертельного удара ты должен до автоматизма довести свой навык. Скорость, точность и простота — вот твои главные друзья. - А что по хвату. Да, я использую обратный и какой лучший?       Он взял муляж в своей руке и начал показывать одновременно с тем, как говорил. От прямого и обратного шли в основном вспарывающие и режущие удары. А диагональный больше подходил для тычков и неглубоких порезов. Я уже мысленно подмечал, его движения резкие и четкие, годами отработанные. Мои удары на его фоне - детский сад. - Ну, допустим, я понял суть. А что по точкам? Куда бить?       Он подошел ко мне. Муляж у него лежал в левой руке, правой же он стал показывать. Уткнув указательным пальцем мне в лоб, он говорил и спускался ниже, шея, ключицы, грудь, в области живота, где были органы, руки, и дальше лишь указывая кивков головы, останови собственную руку на мое запястье с муляжом ножа. Внутри все сжималось от животного страха, пока я следил за его пальцами и слушал его слова. Он смотрел на меня неотрывно и, кажется, не моргая. Будучи шире, выше и сильнее меня, по факту он мог прикончить меня одной рукой. Почему-то только сейчас, слушая как лучше убивать, я не просто предположил его превосходство. Я ощутил и испугался. Блять. - Пошли сверху в низ. Голова - не бей никогда. Ты скорее всего не пробьёшь череп или не попадешь в нужную точку. Шея - самое уязвимое место, в этом месте легче убить, чем ранить. Сонная артерия, яремная вена или попросту глубоко перерезанная глотка. Ключицы, тут есть ключичная впадина, бить надо сверху вниз, с твоим обратным хватом это не плохо, но надо еще ухитриться попасть. Лучше, чем голова, хуже, чем шея. Грудная клетка - не рискуй, если сопротивляются. Только если много ударов сразу. Скорее всего будешь попадать в ребра. Будет больно, но не смертельно. А вот если ты ухитришься попасть в солнечное сплетение - труп тебе обеспечен. Печень, справа в брюшной полости. Она тоже защищена ребрами, можешь попробовать, бить надо снизу вверх. Ущерб будет довольно неплохой. А вот живот в принципе - бесполезен. Да, больно, но с большой вероятностью выживет, да еще и запомнит твою рожу. Если будешь бить в руки - не убьешь, но сильно ранишь, это если ты влезешь в драку. Лучше резать с внутренней стороны запястья или локтевого сгиба. Если оказался на полу - бей в бедра, режь. Если ударишь в верхнюю часть бедра, с внутренней стороны, может повести попасть в артерию. - По итогу, бить примерно в эти места, но ориентироваться по ситуации?       Он кивнул и убрал руку. - Как я и говорил. Будешь меня почерк. Но помни, если будешь имитировать истеричку - первый удар не должен быть добивающим и последний тоже. Это должен быть «случайный удар». А если профессионала- один удар и все. Захочешь побыть садюгой, добивающий- последний, но там по ситуации о его точности.              Я понимающе угукнул. - Начнем со стоек.       Дальше я несколько часов провел за повторением его действий. Стойки, простейшие удары и упражнения. Мне так интересно чему-то учиться не было с начальных классов. Страх отступил и хоть мышцы ныли, я с большим удовольствием погрузился в это с головой. Разве что Андрей иногда закашливался, что слегка выбивало из колеи.       Так прошел весь август. Постепенно я влился в это на столько, что начинал забывать о том, кто конкретно рядом со мной. Мои успехи явно пошли в гору и к этому моменту я уж отрабатывал удары на нем. Хотя в рукопашке он все равно ухитрился укладывать меня на лопатки, а следом закуривать и дохнуть в приступах кашля. Мое же тело все покрылось синяками, но было как-то плевать, мне даже начало нравится ощущение ноющих мышц.       Все это вошло в привычку. Когда под конец лета он вышел из отпуска, уже и без него я выползал ранним утром на пробежку, разминку и отработку того, чему научился. Честно говоря, мне стало казаться, что ему это тоже приносило удовольствие. Конечно, он преследовал свои эгоистичные цели на мой счет и не скрывал. И все же, он гораздо чаще шутил, даже иногда улыбался и посмеивался, пока раздавал мне тумаков на спарринге.       Приходя домой после таких занятий его гонения не прекращались. Постепенно мой с ним быт и вовсе это все чем-то стало напоминать армейский порядок. Слушать его наставления и команды тоже начало входить в привычку.       Я забывал обо всем. Мы начинали походить на подобие семейки со своей ебанцой. Все работало как часы, тренировки, готовка, уборка, взаимопомощь. Он начал учить меня не только чему-то безумному, что нужно лишь для наших страстей, но и тому, что необходимо в быту. Никто и никогда не учил меня чинить мебель, менять проводку или чему-то подобному, я всегда пытался овладеть всем сам, но Андрей каждый раз фыркал на мои неумелые попытки и показывал, как надо. Это сильно помогало отвлечься от жажды крови, проблем с родителями и, конечно же, Славы. Однако, на горизонте маячили сентябрь, учеба и будущая работа.  Они явно внесут коррективы в мой график, да и Андрей уже вышел из отпуска. Как мы будем жить в таком темпе я понятия не имел, но уживаться у нас получалось уже в разы лучше. Иногда, в конце особо тяжелого дня, он предлагал пропустить с ним по стаканчику виски. В первый раз мне было крайне странно выпивать с ним и это было даже по-своему раздражительно, но потом… Мне понравилось. Обычно такие посиделки сопровождался его вечным курением, попытками подбить меня на это и разговорами. Таким был и последний вечер августа. Мы сидели на кухне, он, как всегда, дымил на всю квартиру, а второй рукой разливал виски по стаканам. Сам он пил чистый, я разбавлял себе колой. Не так важно, о чем мы говорили до того момента, как выйдя из раздумий я перебил его болтовню. - Как ты живешь с этим?       Я прокручивал этот вопрос в голове последние несколько лет и только сейчас понял, что у меня есть кого спросить об этом. Андрей отставил бутылку, стряхнул пепел и, подняв бокал, сделал глоток. - Довольно неплохо. Мог бы и получше, но как есть. Не жалуюсь.       Теперь отпил уже я. Он окинул меня взглядом, явно зацепился за что-то, что я не смог скрыть на своем лице. - Тебя это вправду так беспокоит, щенок?       Я слегка улыбнулся и помотал головой. Не хотелось признавать свои слабости. Но ему этого и не надо было. - Ты когда пытаешься что-то скрыть - улыбаешься. И я не только о вранье, обрати внимание.       Старикан откинулся на стуле и продолжил, сверля при этом меня взглядом. - Я живу с этим столь спокойно, потому что мне плевать. Этот мир сильно задолжал мне, так что не вижу ничего плохого в том, что беру от жизни то, чего хочу. И потому, что для меня бессмысленно все, кроме того, чему я сам решил давать смысл.       В непонимании уставился на него. Рука со стаканом зависла в воздухе возле моего рта. - Бессмысленно? Зачем же ты тогда убиваешь? Зачем натаскиваешь меня, делая еще одного убийцу? Если это бессмысленно, то зачем? - Потому что хочу. Люди примитивные до ужаса. Все эти людские мотивы, их вера во что-то. Якобы любовь, якобы ненависть. Праведные домыслы и поступки. Можно сколько угодно перечислять банальные вещи, которые каждый день кто-то наделяет смыслом, а другие лишают. И это все сводиться к ничему. Все всегда по итогу хотят одного и того же. Но искажают, усложняют, ведут не туда, осуждают друг друга, ненавидят, пепелище из бессмысленной боли, которая копиться тысячелетиями, а люди те же, и поступки те же. И мы с тобой, мой мальчик, такие же банальные. Просто хотим жить счастливо. Вот то единственное, что хочет каждый. Удовлетворение своих потребностей.       Я наконец отпил, пытаясь переварить его слова. - Тогда смысл в поиске счастья? - Нет, ты не понял. Смысла вообще нет, но человеку надо чем-то упиваться, обычно этим чем-то называют то, что делает нас счастливыми. - Пф и как это связано с тем, что тебя совесть не мучает убивать маленьких девочек.       Андрей издал смешок и затушил бычок. - А если ничего не имеет смысла, то с какого хера я должен наделять им жизнь какой-то малявки? Особенно, если лично для меня гораздо предпочтительнее ее смерть.       Я не нашел что на это ответить, знал, что в этом было что-то до ужаса неправильное, но при этом, понимал, через эту призму жизнь вправду становилась легче. Молча сделал еще пару глотков и уставился в стол. - Щенок, живи в свое удовольствие, уж я-то знаю, что ты заслужил. Миру не станет проще, если ты вскроешься и парочку будущих трупов останутся жить. Йоперный театр, таких как ты - дохера. Просто они не так поехали крышей, чтобы перейти черту. Прекрати ставить себя на место других, никто ведь не сделал так с тобой. Верно?       Я поднял взгляд на последней фразе. Внутри все сжалось, захотелось выплюнуть виски обратно в стакан. То ли от того, что он понимал какие мысли крутились в моей голове, то ли... Он знает? Он видел? Просто догадывается? Андрей же, залпом осушив стакан, уже не смотрел на меня, а вытаскивал очередную сигарету из пачки. Какого черта я не могу ничего о нем вспомнить? Этот ублюдок, кажется, знал о моей жизни больше, чем я сам и бил он в самую точку. Я не мог с ним не согласиться. Никто не поставил себя на мое место, меня никто не жалел, никто не замечал.       Не успело все это улечься в моей голове, как дымящаяся сигарета, зажатая в чужих пальцах, оказалась передо мной. - Затянись.       Я молча сделал то, что он просил. Вдохнул дым сквозь фильтр, едва касаясь губами кончиков чужих пальцев, затягивался так, будто это была не сигарета, а кислород, необходимый для жизни. Горло едва обжигало, на языке оседала горечь, а мозг начинало окутывать легким туманом. Еле ощутимая волна расслабления пробежалась по всему телу. И я понял, что сделал бы все, что он попросил. Все, что он бы сказал.