Определение веса ценностей

Призрачный город утопал в красных лентах и фонариках с самого начала празднества Нового года. Демонам отчасти было всё равно на праздники человеческого мира, однако если этот праздник сопровождается вкушением множества блюд, то им только в радость закатить пиршество на более долгий срок, чем это делают смертные люди. Демоны не привязаны ко времени. Им на него всё равно настолько, что сами ставят годы жизни членов своих семей в азартных играх. Только вот ночью обитателей царства тьмы становится намного больше, ведь ночь стирает всё благочестивое и раскрывает всю свою греховную сущность во всей своей красе. А демоны отнюдь не божьи одуванчики. Градоначальник Хуа Ченджу сам настоял на том, чтобы провести этот Новый год в Призрачном городе немного дольше и по традициям человеческого мира. Ведь как он может отказать просьбе своего бога? А Се Ляню безумно интересно узнать как будет проводиться празднество в городе демонов, что он по несколько раз на дню задавал вопросы схожего характера Сань Лану, а тот только и говорил, что гэгэ следует подождать. Ведь демоны собираются устроить самый грандиозный праздник за последние 800 лет ради одного только старшего дядюшки. Самому же Се Ляню только и приходится, что немного поутихомирить пыл до поры до времени, пока он вновь под вечер или на следующий день не поинтересуется о надвигающемся празднике, а Сань Лану придётся его успокаивать. С каждым днём город становился краше настолько, что казалось ещё красивее становится ну просто невозможно. Но демоны ухищряются это сделать неведомыми богу войны силами. Конечно же Се Лянь предлагал свою помощь в подготовке к празднику, но Хуа Чен вовремя убедил его заняться другими делами, и вовсе не потому, что из-за неудачи Се Ляня демонам пришлось бы дольше украшать город, а, как сказал сам Сань Лан: «Демоны сами желают устроить тебе сюрприз и просят подождать наступления праздника». Ну а Се Ляню другого выбора и не остаётся, ведь он уважает мнение горожан. На время подготовки города сам он решил перебраться в храм Водяных Каштанов и обустроить его к наступлению праздника. Сельчане пожертвовали и яркие ленты, и красные фонарики, и бумажные надписи с новогодними пожеланиями добра и процветания для украшения входа в храм. Се Ляню было только в радость помогать хотя бы здесь, а Сань Лану оставалось всецело поддерживать все идеи своего гэгэ. Ну какой безумец откажется от такого? Дни миновали под сильный снегопад. Деревню водных каштанов накрыл толстый слой снега. Его белоснежный цвет прекрасно сочетался с красными украшениями на дверях монастыря и от такого вида появлялось настроение предстоящего праздника. Наконец призрачный город пригласил старшего дядюшку на празднество и «отворил свои двери». Изнутри он пестрел яркими огнями, большими вывесками и громкими хлопками. Так они отпугивали неудачу. В человеческих городах ещё и нечисть. Но тут эта самая нечисть только от этого раззадоривалась, кричала и визжала. Каждый дом, каждое заведение было увешано полотнами с пожеланиями и яркими флажками. Венки с цветами приковывали взгляд, а праздничные огоньки на палочках, которые были чуть ли не у каждого демона, метали искры в разные стороны. Такая атмосфера не могла не завлечь и других богов из небесных чертогов, которые прознали о задумке демонюг и для которых двери теперь тоже были открыты. Как можно не воспользоваться таким шансом увидеть первое празднество в мире демонов на человеческий манер. Возможно, в этот день собралось намного больше людей, чем за все предыдущие за 800 лет дни. Но всем было всё равно, когда цель демонов была достигнута: старый дядюшка не мог отвести глаз от этой неописуемой красоты. Се Лянь долго не мог подобрать слов восхищения и благодарностей. Он лишь шёл вдоль улицы и любовался пестротой праздничных огней. А Хуа Чен шёл рядом с ним и улыбался тому, что демоны и впрямь хорошо постарались, когда увидели, каким радостным оказался Се Лянь. Каждая лавка звала к себе гостей громче всех, а когда мимо них проходили градоначальник со своим спутником, то старались пригласить их к себе, предлагая неимоверно лучшие условия и предложения. Вкусные блюда украшали их столы, а между перекусами покупали немного мелочи в лавках с сувенирами. Одна такая привлекла к себе внимание Се Ляня своей необычайной простотой в украшениях и вывеской над дверью: «Оставит ценность всяк сюда входящий и получит исполнение мечты просящий». Бог задумался на мгновение, словно что-то взвешивая и посмотрел на Сань Лана, внимание которого привлекла лавочка со сладостями, куда он наверняка хотел привести своего гэгэ. — Сань Лан, я бы хотел немного сладостей и вон той лавки, — указал он на рассматриваемую ранее Хуа Ченом лавку. — Ты пока иди, а я чуть позже подойду. — У тебя что-то случилось, Гэгэ? — взволнованно уточнил Хуа Чен, которому показалось, словно его спроваживают из места, где что-то собирается происходить. — Отнюдь. Я куплю одну вещицу и сразу же к тебе подойду. Можешь не беспокоиться обо мне, — Се Лянь убедительно посмотрел на своего спутника и, дождавшись, пока тот отойдёт на приличное расстояние после некоторого времени старательного убеждения, сам зашёл в двери неприметного заведения. Внутри было очень просторно, чего не скажешь, находясь снаружи заведения. Красивые бардовые полотна украшали стены, аккуратно обтёсанные ветки деревьев располагались на небольших столиках вдоль полотен, а на полках сверкали белоснежные чашки, отражающие, казалось бы, исходящий свет из центра комнаты, где за низким столиком сидела красивая миловидная девушка в свободных белоснежных одеяниях с завязанными белой лентой глазами. Эта лента — первое, что привлекло взгляд бога, и, подумалось ему, что про эту деталь образа она слышит от посетителей чаще, чем казалось на первый взгляд. Хотел он было спросить об этом месте, как девушка обратилась первой. — Вижу, господин здесь впервые, — как бы первое произнесённое слово не подходило к внешнему виду девушки, бог решил промолчать на этот счёт. — Ваша вывеска очень заманчива, госпожа… Мм… — Зовите меня А-Лу. Проходите, присаживайтесь, — указала она рукой на подушку напротив её стола, которую, как мог поклясться Се Лянь, минуту назад там не было, и мягко улыбнулась гостю. — Благодарю, госпожа А-Лу, — он присел за столик и стал рассматривать помещение чуть пристальнее. — Это место так не похоже на другие лавочки. — Я лишь скромная госпожа, которая живёт размеренной жизнью в этом замечательном городе и не стремится выделяться своей работой из толпы. — Не стоит так говорить, госпожа А-Лу. Я уверен, что ваше заведение привлекло бы больше внимания с красивыми украшениями, — мягко улыбнулся Се Лянь собеседнице. — Имеет ли в виду этот даочжан, что данное заведение блеклое и не привлекательное? — улыбнулась девушка в ответ. Се Лянь немного стушевался. — О…отнюдь, госпожа, — чутка нервно замахал руками бог войны, — я вовсе не это имел в виду. Я хотел сказать, что… Его слова прервал негромкий и ласковый смех красавицы, которая подловила собеседника и явно получила от этого удовольствие. Будь здесь Хуа Чен, он наверняка немного бы свёл скулу, что не смогло бы не привлечь внимание Се Ляня. — Прошу прощения, даочжан. Вы пришли сюда явно не для того, чтобы поболтать. Вы упомянули, что вас привлекла вывеска, так? — она подняла руки с колен и положила на стол перед собой, сложив пальцы в замок. — Значит у вас есть желание? Се Лянь немного замялся, посмотрел в стороны, словно бы хотел убедиться в том, что его никто кроме девушки не услышит, и, почувствовав, как кровь прилила немного к щекам, продолжил. — У меня есть… возлюбленный, который мне очень дорог, — начал он, понижая с каждым словом громкость своего голоса от волнения. — И, поскольку я мужчина, я не могу… ммм… Я бы очень хотел… Девушка слушала его, не прерывая, но в конце, когда поняла, что господин не может справится с тем, чтобы озвучить своё желание, она произнесла: — Смею предположить, что этот даочжан хочет завести полноценную семью со своим любимым, но не в силах это сделать? — прозвучало негромко, но от этих слов лицо бога войны запунцевело, и он лишь подтвердил её слова коротким мычанием. — Этот господин очень ценит и любит того демона, так? Я в силах исполнить ваше желание. Но, как господин знает, оно требует своей безвозмездной цены, — девушка замолчала на некоторое время, дав собеседнику переварить информацию. — Что ценное даочжан готов предложить взамен на исполнение своего заветного желания? Се Лянь крепко задумался. Увидев вывеску, он подумал, что легко справится с выбором, однако после разговора с девушкой не мог определиться с выбором. Всё ценное для него было… ценно. Сань Лан был для него неимоверно ценен, но также ценен был и его прах. И Жоё была ценна. Се Лянь немного порылся в своём рукаве, нащупав кусочек булочки и игральные кости, которые когда-то преподнёс ему Сань Лань, чтобы они могли увидеться в любой момент. Эти кости были ценны, ведь в них заключались воспоминания первой встречи. Но с того момента прошло много времени. Сейчас он может прийти к Сань Лану в любой момент, но к этому моменту тот уже окажется рядом с ним, ведь сам соскучится по своему гэгэ немного раньше, чем сам гэгэ соскучится по своему Сань Лану. Се Лянь долго смотрел на кости в его руках, вспоминая все прожитые моменты рядом с непревзойдённым демоном и, сжав напоследок их крепко в кулаке, аккуратно положил их на стол, улыбаясь своим мыслям. — Вам пришлось сильно задуматься в своём выборе. — Я просто вспомнил кое-что, госпоже не стоит волноваться об этом — А я и не волновалась, — она улыбнулась всё так же легко и мило, когда почувствовала беспокоящее чувство в её собеседнике, который через секунду расслабился, поняв, что вновь попался на её слова. Девушка встала из-за столика и спряталась за ширмой, откуда появилась вновь только через пару минут с маленькой шкатулкой в руке. — Отринув одну ценность, другая вещь приобретает её в большем размере, — она протянула предмет ближе к собеседнику и спрятала руки под столом, вновь сложив и на коленях. — Примите её на апогее единения. И впредь цените своё новое сокровище. Се Лянь улыбнулся уголком губ, спрятал приобретенную вещь в глубине кармана своих одеяний и благодарно поклонился перед тем, как покинуть это поразительное место. Выйдя на пестрящую улицу и вздохнув свежий воздух, он обернулся, чтобы вновь рассмотреть странную лавочку. Но на том месте уже ничего не напоминало о неприметном заведении. Теперь перед взором Сё Ляня располагался вход в один из многих ярких сувенирных магазинов. — Гэгэ, вот ты где. Тебя долго не было. Покупал ещё сувениров? Надеюсь, брал для себя, а не в дар тем небесным прохиндеям. — Сань Лан, не говори так о небесных богах. Они мне много помогли в прошлый раз и я непременно их отблагодарю за это, — не удержался от нравоучений, по мнению самого Хуа Чена, Се Лянь, ведь как можно было говорить о небесных богах, когда они ничего толком и не сделали, а лишь мешались под ногами гэгэ. — Они ведь ничем не помогли тебе и лезли куда их не просили. — Мой Сань Лан так хочет услышать слова благодарности, что помог мне больше всех, в отличие от небесных богов? — Я этого не говорил, гэгэ. Я лишь хотел сказать… — Сань Лану не стоит беспокоиться. Этой ночью он сполна почувствует всю мою благодарность к нему и получит новогодний подарок. — А… Гэгэ не… гэгэ не стоило… Се Лянь подошёл вплотную к демону и, положив теплые руки на прохладные щеки, притянул к себе в мягком и чувственном поцелуе. Хотел было демон обнять бога войны в ответ, однако тот отстранился раньше и направился вперед по улице к той самой лавочке со сладостями. — Сань Лан не желает продолжить составлять компанию на этой замечательной прогулке? Впереди ещё весь вечер и долгая ночь, — ухмыльнулся он демону и пошёл дальше, не дожидаясь, пока Хуа Чен вникнет в смысл произнесенных Се Лянем слов. И хорошо, что он не видел осознавшее, что ждёт демона, лицо. Ведь появились внезапные риски того, что эта самая ночь могла начаться намного раньше, чем задумывал на то Се Лянь.