Детские привычки

      Одной рукой Гиа отпихнул подальше от выхода Йотаро, мнущегося рядом с ноги на ногу. Второй же недовольный оборотень резко захлопнул деревянную дверь, которая удивительнейшим образом от такого грубого и бесцеремонного отношения не разлетелась в щепки. Наверное, её изначально не стоило открывать. За пределами церковных стен металась и, словно дикий лесной зверь, одичало ревела редкая в здешних краях метель. Белой пеленой она покрывала дома и запирала бедолаг, которым не посчастливилось в данный час оказаться на улице, в импровизированных снежных лабиринтах.       Дребезжали витражные старинные окна. Не смазываемые веками железные петли едва сдерживали страстные попытки бури ворваться в и без того промозглое помещение. Лучший вариант в сложившейся ситуации – скорее вернуться в убежище…        – Сегодня я остаюсь с тобой? – просиял мальчик, даже не собираясь скрывать торжественное ликование на лице. Гиа обречённо прикрыл золотистые глаза и цокнул языком.        – С самого начала не нужно было приходить сюда, – беспристрастно ворчал Нойгиа. Убедившись, что дверь с горизонтальными пометками от ручки прочно закрыта, Хативелт развернулся и направился к люку, скрытому под прожжённым солнцем ковром.        – Тогда как мне добраться домой? – нервно сжимая лямки детского рюкзачка, нахмурился юный Тсумуги. Издалека видно, как он обиженно надул губки. – Замёрзну и не смогу приносить тебе новые диски с играми.       Мужчина покосился на грозного и умелого шантажиста. И когда этот наглый ребёнок, не знающий ещё множества сложных слов, успел научиться правильно расставлять приоритеты?        – Я не говорил такого, – выдохнул Хативелт, отворяя люк. – Будешь заходить или тебе понравилось здесь мёрзнуть?       Юный гость резко встрепенулся, заметно обрадовавшись. Он, не теряя ни минуты и хорошего расположения хозяина, проскользнул в тайную комнату раньше друга. Спустившись следом, мужчина подобрал с пола курточку и рюкзак, сброшенные на ходу у подножья винтовой лестницы, и повесил вещи на специальные крючки.        – Связь вряд ли работает. Предупредить родителей о своём местонахождении не сможешь, – оборотень в последнюю очередь желал лицезреть здесь толпу перепуганных жителей, помогающих семье мальчика в поисках.        – Мама и бабушка знают, что я пошёл к другу, – Йотаро уже успел повиснуть на подлокотнике мягкого кресла, совершенно игнорируя пустующий рядом высокий табурет.       Младший член семейства Тсумуги никогда не рассказывал родным про Гиа. Ему, конечно, не терпелось похвастаться таким крутым и таинственным лучшим другом. Но тайны на то и тайны, чтобы хранить их в строжайшем секрете. Если он поведает про него, то мальчику определённо запретят навещать Хативелта. А такой несправедливости допускать ни в коем случае нельзя!        – Предупреждаю: лишнего футона для тебя нет, – Нойгиа присел на своё законное место и взялся за джойстик. Мужчина намеривался всю ночь напролёт проходить запутанные уровни, а не следить за чьим-то режимом сна.        – Я посплю с тобой, – обычно именно бесцеремонность люди выставляли за детскую непосредственность. Гиа цокнул языком, но промолчал. Если малыш заболеет, ещё больше проблем навалится на его многовековые плечи. Оставалось надеяться, что милосердие в очередной раз не посмеет обернуться оборотню боком.       Тсумуги бесстыдно залез на колени друга и нежно прильнул к тёплой груди. Мальчик обожал липнуть к Гиа. Последний эту любовь не разделял. Мужчина силился с желанием скинуть приставучего ребёнка с себя. Но так ничего и не сделал, ведь поза, в которой они находились, странным образом не мешала продолжать играть. А другого Хативелту не требовалось.       Через полчаса Нойгиа различил тихое сопение. Йотаро крепко уснул. Ему не мешали ни яркий свет, исходящий от экрана, ни громкие звуки, которые издавали пиксельные враги в игре. Отложив ненадолго джойстик, оборотень попытался осторожно подняться, чтобы аккуратно перенести малыша в соседнюю комнату. Однако спящий тут же начал спросонья кряхтеть и хныкать. Мужчина вздохнул. Ночь ожидалась непростой.

***

      Гиа сонно и недовольно моргал. Даже крепкое тело оборотня не выносило спать в одной и той же позе несколько часов к ряду. Перевернуться возможности не было. Причиной тому отнюдь не увесистые одеяла для лёгкого засыпания. Нет, виновник скверной ситуации – проникнувший в очередной раз в чужую кровать Йотаро. Хативелту не составило труда догадаться, что ночью Лондон накрыла очередная вьюга.       Молодой человек обнимал мужчину со спины, словно тот являлся любимой плюшевой игрушкой, отгоняющей дурные сны. Нойгиа всё-таки попытался хотя бы немного освободиться, однако парень прижался к нему ещё крепче. Повзрослевший проказник явно уже не спал.        – Ещё чуть-чуть, – прохрипел Тсумуги, зарывшись носом в тёмную макушку оборотня. – Прошу, давай полежим так ещё немного, и я пойду готовить нам завтрак.       Гиа убеждён, что в любой момент мог разорвать связь между ними. Когда Йоторо всё-таки узнал о мистическом происхождении старшего друга. Или когда тот, несмотря ни на что, продолжал следовать за ним хвостиком. И особенно, когда он нашёл парную серёжку к той, что неизменно носил оборотень, и упорно делал вид, что она всегда весела на его левой мочке.       Иногда мужчина обнаруживал себя за долгими размышлениями о скоротечности человеческой жизни. Будет ли он безнадёжно скучать по самому светлому человеку, которого он только встречал за всё время своего существования на земле, когда придёт пора прощаться?.. Ни один ответ его не устраивал. Он однозначно будет обманывать или себя, или Йотаро. Третьего варианта не дано.       Хативелт накрыл своими горячими руками прохладные ладони юноши. И когда этот шкет успел так вымахать?..        – Я не выгонял тебя, – не зря ведь Нойгиа годами учился мириться со всеми возможными и невозможными выходками Тсумуги. А в особенности с невинными и детскими привычками.