я идиот

Субон стал отдаляться. Намгю это заметил ещё там, в парке, когда они как обычно сидели на лавочке и ели сухарики. При каких бы странных обстоятельствах это не произошло — он увидел это. Незаинтересованность Субона в разговоре, его холодные ответы и странная реакция на тактильность — всё это не было похоже на обычно весёлого, готового всегда быть рядом Субона. Надоел? Слишком навязываюсь? Субон устал от нашей дружбы? Ну мог бы и в лицо сказать, ссыкло. На самом деле Намгю разрывало от обиды. Что-то больно кололо внутри, или это только показалось? Не показалось. Через пару дней Намгю вовсе заигнорили и их "диалоги" выглядели так, слово он фанаточка Субона, желающая получить фотографию на свой телефон. Намгю просто смирился и перестал предпринимать что-либо. Он постарался просто принять тот факт, что Субон не хочет общаться. Просто принять, конечно же, не получилось. Непонимание всей ситуации — вот что больше всего раздражало Намгю. Он ненавидел не понимать. Обидно до глубины души. И Намгю понимал, почему. Он влюбился, когда... Не помнил, когда. Просто в один момент, когда рисовал за своим письменным столом, пришло осознание. Я люблю Субона. Он просто смирился. Смирился с тем, что не может смотреть в красивые до боли глаза подольше дозволенного. Смирился с тем, что никогда не прикоснётся к тёплой щеке губами. Смирился с тем, что не сможет сжимать его руку в своей дольше двадцати секунд. Смирился с болью. — Придурок. Не дозвонишься, не допишешься. Не достучишься... Любить — тяжело. С другой стороны: а чего он ожидал? Что Субон тоже его полюбит и они будут жить долго и счастливо в общем доме с тремя кошками? Намгю был прямолинейным. Он никогда не врал. Мог не договаривать, но врать — нет. Прямолинейность — это важно. Она идёт рука об руку с правдой. Ведь правда — это прямолинейность в другом виде. Если красивый — Намгю говорил, что красивый. Если тупой — Намгю говорил, что тупой. Вот и сейчас он в пустоту говорил, что Субон — мудачьё. Не врал.

nam-gyu☆:

ну и что это?

какого хуя происходит, субон?

мог бы и напрямую сказать, если хочешь перестать общаться со мной, что за детский сад?

Прочитано. Прочитано. Прочитано. Да пошёл он. Чтоб еще хоть слово я ему написал. На следующий день Намгю и не ждал, чтобы Субон заговорил с ним. Было ожидаемо, что теперь он даже в его сторону не будет смотреть. *** Наверное, я влюбился. И это пиздец. Я так жить не могу. Надо прекращать это всё. Если я сделаю вид, что его не существует, смогу ли я затоптать эти чувства? Хотелось закопать их куда поглубже, чтобы они даже не думали высовываться наружу. Но как их закопать, когда причина всех проблем была всегда рядом? Когда ловишь её взгляд на себе, чувствуешь спиной, будто она стоит сзади и дышит в шею. Я, наверное, схожу с ума. Зачем он пишет? Да невозможно так существовать. Наверное, будет только хуже из-за моего игнора. Хуже не только мне, но и ему. А Субон ведь даже не задумался, что он уже сделал больно. Тем, что родился. Тем, что начал дружить с Намгю. Это больно. Боль, словно кровь, растекалась по организму. Они ощущали это будто физически. Субон накинул куртку и выбежал из квартиры. *** На улице холодно, гололёд и пасмурно. На душе у Намгю холоднее, чем на улице, градусов так на 100. Тук-тук. Послышалось. Стук повторился и Намгю, спрыгнув с подоконника, направился к двери. Посмотрел в глазок. Как бы он не хотел сейчас развернуться и уйти в комнату, как бы он не хотел не открывать, он открыл дверь. — Привет. — Субон поджал губы. Его дурацкая привычка. — Как ты, man? Намгю изумлённо смотрел, кажется, вечность. В конце концов послышался негромкий голос. — Скажи мне... ты идиот? — Намгю старался не показывать своих переживаний. Делал вид, будто ему всё равно. Но как же всё внутри болело, кипело и разрывалось. Его будто захлестнули все эмоции сразу: и злость, и обида, и разочарование. Но он был рад видеть Субона, несмотря на сложившуюся ситуацию. Намгю в голову пришла мысль о том, что хочется застрелиться прямо у него на глазах. Это всё было так странно. Интересно, он бы заплакал? — Yep. Я идиот. — Субон опустил взгляд и стал перебирать свои пальцы. — Да что с тобой не так? — глаза сами заслезились, но Намгю поспешно вытер их рукавом. Рука потянулась к дверной ручке. Пошёл он. Субон перехватил руку, сжав её. Не до боли, но крепко. Так, будто не отпустит её и не намерен этого делать. — ...Я люблю тебя. Внутри что-то треснуло и стало теплее. Будто лёд стал таять. Странное ощущение. В висках запульсировало, в глазах поплыло. Что этот придурок со мной делает? Он меня доведёт когда-нибудь. Намгю раскрыл дверь полностью, а Субон подошёл поближе, переминаясь с ноги на ногу, всё же взяв руки Намгю в свои. Холодные. Он, наверное, замёрз. Вот же дурачьё. — Ты сможешь простить меня? Я действительно идиот. Намгю что-то заставило улыбнуться и он расхохотался, уткнувшись парню в плечо. — Вполне себе идиот. Рад, что ты это признал. Но я тебя тоже люблю, так что тебе чисто повезло.