На слабо

На дворе стоял жаркий июль месяц. Солнце было в зените и словно пыталось испепелить всё государство Сяньлэ, люди попрятались по своим небольшим домам, чтобы защититься от жары. Но, как бы Му Цин ни хотел отдохнуть, обязанности, которые на него свалились с утра, надо было закончить уже к обеду. Юноша, вооруженный метлой, спокойно подметал задний двор и тихо насвистывал в такт переливам птичьих песен. Всё потихоньку налаживалось, ведь матушка стала чувствовать себя лучше, а значит, и все унижения и старания Му Цина были не зря. И ничто сегодня не могло испортить его настроение! Вдруг раздался тихий хлопок, и молодой человек поднял голову. Пройдя чуть дальше к тренировочной поляне, он увидел просто ужасную картину, от которой у него задёргался глаз, а одна бровь изогнулась в недоумении. Фэн Синь с голым торсом занимался стрельбой из лука. Его верхняя одежда была откинута в сторону и лежала недалеко, а ремешок с колчаном был надет на голое тело, по которому стекали мелкие капли пота, что поблёскивали от лучей солнца. Он доставал своими длинными пальцами стрелу из-за спины, вставлял хвостовик в гнездо на тетиве, натягивал струну и, прицелившись, отпускал. Стрела, разрезая воздух, попадала прямо в центр мишени, что вызывало у Фэн Синя уверенную ухмылку, а у Му Цина – приступ тошноты. Он какое-то время с недовольным лицом наблюдал за Фэн Синем, и вся эта картина казалась ему такой вызывающей и отвратильной, что хотелось помыть глаза с мыльным корнем. Он уже собирался уходить, но тут бесячая персона вдруг немного вскринула. -Ай…блять…. Му Цин развернулся и увидел, что лучник трясёт рукой, его лицо исказилось от боли, а стрела попала в самое крайнее кольцо мишени. Похоже, этот неумеха неправильно схватился за тетиву, и та ударила его руку. Му Цин не смог сдержать издевательский смешок. Горе-стрелок резко развернулся в его сторону, и лицо того тут же потемнело. —Какого чёрта ты там стоишь и смотришь!? - молодой человек развернулся всем корпусом, а его взгляд словно пронзал насквозь душу. — А что, тут запрещено ходить? — Му Цин, которого, словно нашкодившего кота, застали за проделками, пытался защититься любыми средствами, но выходило как-то не очень, — Что-то я не помню, чтобы этот двор вдруг резко стал твоими владениями. — Я здесь важными вещами занимаюсь, а ты ходишь и отвлекаешь! — Фэн Синь сцепил руки перед собой в замок, а его густые брови нахмурились, и между ними образовалась складка. —Ой, и какими же ты тут важными делами занимаешься? Мимо мишени стреляешь? “Или щеголяешь тут перед всеми в чем мать родила?”- хотел продолжить Му Цин, но вовремя остановил себя. — Пф… Да ты даже так не сможешь выстрелить. У тебя подметать с горем пополам выходит, а о стрельбе и боевых навыках я вообще молчу. Му Цин подошёл к нему ближе, и воздух вокруг словно заискрился от напряжения, а небо будто потемнело от их нахождения рядом с друг другом. Только юноша хотел выплеснуть весь свой словарный запас на этого вертихвоста, как вдруг по небу раскатился оглушающий звук грома. Парни подняли голову к небу, и на них упали крупные капли дождя. —Только что же было ясное небо... — с недоумением пробубнил Фэн Синь. — Просто Владыка Шеньу увидел твою неумелую стрельбу и решил утопить тебя поскорее. — А может, просто твоё кислое лицо увидел? Пока они спорили, на кого же из них Небесный Император прогневался больше, дождь быстро нарастил свою силу и обрушился на них двоих непроглядной стеной. Му Цин даже не видел, куда бежать и, прикрывая глаза от воды, пытался осмотреться, как вдруг большая горячая ладонь схватила его за руку и повела за собой. Ощущение контраста тёплой пшеничной кожи и холодного дождя заставило сердце легко затрепетать и на секунду позабыть о всех разногласиях. Юноши быстро забежали в помещение и закрыли за собой дверь. Они прислонились спинами к деревянной двери, грудь тяжело вздымалась, и, немного придя в себя, юноши заметили, что их руки всё ещё были сцеплены. Му Цин быстро оттолкнул ладонь лучника и отвернулся с надменным лицом. На этот раз была очередь Фэн Синя закатывать глаза. — Почему ты всегда себя так ведёшь? — Как? — усмехнулся парень и прошёл вглубь комнаты. Она было небольшой, предназначенной для отдыха Его Высочества: обставлена дорогой мебелью, цветами и позолоченной посудой. Обычно в этой комнате Его Высочество после тренировки мог расслабиться и почитать что-нибудь, а сейчас в ней накалялся очередной конфликт его самых приближённых слуг. — Как!? Будто ты сам не понимаешь. Постоянно находишь причину со мной ругаться! Вот даже сейчас на стрельбе, не мог просто мимо пройти? — Не мог пройти мимо такого нелепого представления, — съехидничал Му Цин. — Говоришь так, будто лучше меня стреляешь, если вообще лук держать правильно в руках умеешь! — раздражение Фэн Синя росло в геометрической прогрессии, как и желание хорошенько приложить черноволосую бестию обо что-нибудь твердое. — Ха! Да у меня серой жидкости в пальце намного больше, чем во всей твоей пустоголовой башке. Готов поспорить, что научился бы стрельбе намного быстрее и делал бы это куда лучше тебя. Да что уж там лук правильно держать, я уверен в том, что ты даже в самоудовлетворении полный ноль, потому что правильно взяться за член попросту не додумаешься! Еще бы девственнику что-то об этом знать а-ха! — Что!? Да ты сам ещё чёртов девственник! — Возмутился Фэн Синь и, повышая голос, подошёл ближе к своей причине стремительно назревающей мигрени. Му Цин всегда был как заноза. В заднице. Стоило забыть про него, как он тут же давал о себе знать острой ноющей болью и раздражением, — И все у меня нормально с самоудовлетворением, спасибо за заботу. — Ага, а чем докажешь? Или мне тебе на слово поверить? — Му Цин даже не смотрел ему в глаза, но в его голосе звучал вызов. — Доказать? — Фэн Синь снял с себя колчан и тот с грохотом упал на пол. Му Цин обернулся, но не успел ничего сказать, как его нагло толкнули в грудь, он споткнулся и упал прямо на широкий диван, а сверху него уже залез Фэн Синь. —Какого!? Ты что творишь!? — возмутился парень и выставил руки вперёд, упираясь прямо в крепкие грудные мышцы. — Раз тебе всё нужно на практике доказать, то давай, дерзай. Или что, ты испугался, что проиграешь? — Ха!? — Му Цин не знал какие слова подобрать на такую наглость. Он, конечно, специально выводил на эмоции этого дурня, но не думал, что всё случится так быстро. И как они вообще оказались в такой ситуации? — Тебе, похоже, голову припекло на солнце, или ты действительно думаешь, что я прикоснусь к тебе подобным образом? Ухмылка напротив лишь набирала силы, а янтарные глаза искрились от адреналина и веселья. —Струсил, значит? Только трепаться и умееешь! А как за слова свои отвечать, так на попятную, да, Му Цин? Их бёдра были слишком близки, от Фэн Синя слишком несло теплом и жарким полуденным солнцем. Все это вызывало раздражение, панику и желание засунуть свою гордость куда поглубже, лишь бы всё это прекратилось. Иначе быть беде. Точно быть беде, думал Му Цин. Но вот незадача: единственное, что не умел Му Цин, — это не вестись на провокации этого придурошного. — Ладно! — резко выкрикнул юноша, чем не на шутку удивил Фэн Синя. Щеки Му Цина покрылись злым румянцем, а глаза заблестели от обиды, - Раз уж ты так сильно горишь желанием проебаться на моих глаза — по рукам, но если ты вдруг сделаешь что-то не так или кончишь быстрее, чем я успею сказать «идиот», то…— Фэн синь не веряще уставился на Му цина, будто и не думал, что тот действительно согласится, — ...неделю будешь стирать вещи Его Высочества и подметать полы! И пока Фэн Синь обдумывал, как они, собствено, вообще оказались в данной ситуации и что здесь происходит, Му Цин в знак скрепления спора резко положил свободную руку прямо на пах парня и, к его радости, заметил, что Фэн Синь был уже возбуждён. Это вызвало лишь уверенную улыбку, которая в ту же минуту пропала от того, что широкая мозолистая рука полезла прямо в его нижние одеяния и коснулась чувствительной плоти. Му Цин шумно вздохнул, а Фэн Синь уже приспустил его штаны, и ему оставалось только принять судьбу, их общий идиотизм на двоих и действовать так, чтобы точно не проиграть спор. Они соединили ладони, и, стоило соприкоснуться головками, как по телу парней побежала дрожь. Ладно, стоило признать. Му Цин мухлевал. Конечно, он был девственником! И никогда женщину даже пальцем не трогал, а мужчину — тем более! Но с того момента, как в его жизни появилась одна надоедливая особа, которая в данный момент дрочит вместе с ним, он начал слишком часто представлять его в неприглядных видах. Всё это было ужасно... Стыдным. Сначала это его испугало, он считал себя отвратительным, он отталкивал от себя Фэн Синя так далеко, как мог, а со временем смирился и закопал чувства так глубоко, чтобы ни единая душа не смогла разглядеть их, а в особенности Фэн Синь. Проще было оттолкнуть колкими фразами и спрятаться за надменной ухмылкой, чем признаться. А тоска и боль разъедали внутри, но будто ему впервые такое ощущать. Время пройдёт, и он избавится от этого, а пока будет наслаждаться моментом небольшой, но близости. — Блять…— с каждым неловким движением Му Цина Фэн Синь дышал все более прерывисто, а его щеки, кажется, плавились от горячего дыхания напротив. Их члены были такими горячими и липкими от выделяющейся смазки, что рано или поздно они начали издавать характерный хлюпающий звук, которым будто заполнилась вся комната. Это было слишком. —Что? Всё? Сдался? — Му Цин хотел поиздеваться, но Фэн Синь крепче сжал руку и юноша вздрогнул. —Заткнись…Или иначе это сделаю я… — с придыханием шептал лучник. —Пх, и как же? Похоже, у Фэн Синя лопнуло терпение, и он заткнул болтуна самым нетривиальным образом. Горячие и немного сухие губы впились с огромной силой в рот Му Цина. Поцелуй был неумелый, грубоватый и такой спонтанный, но от этого голову ещё больше плавило. Му Цин неосознанно простонал во время поцелуя, что вызвало у Фэн Синя ещё большее возбуждение – его член стал совсем каменным. Свободная загорелая рука проникла под одежду и начала ласкать грудь и живот. Темп обоих ускорился, и стоны уже не сдерживал никто. Небольшое помещение заполнилось влажными звуками и тихими вздохами. Все это было таким спонтанным и глупым. Они ведь оба были просто двумя до одури упертыми девственниками, что не могли уступить друг другу ни в чем. Молодому и неопытному парню было очень тяжело держать себя в руках, чтобы не кончить первым. Он крепко сжимал спинку дивана, а другой рукой пытался удовлетворить Фэн Синя. И всё шло по его плану, пока горячее дыхание не обдало его его ухо и тихий, бархатистый голос не прошептал его имя. — А-Цин… Юноша громко ахнул и со стоном его семя вылилось наружу. —Я… Победил, — с этими словами Фэн Синь и сам закончил и обмяк прямо на Му Цине. Они тяжело дышали, а в глазах взрывались фейерверки. Спустя пару минут, немного придя в себя, Му Цин просто смотрел в потолок и поглаживал Фэн Синя, который уткнулся ему в шею, по голове. Дождь на улице успокоился, и лишь удары капель, стекающих с крыши, напоминали, что недавно прошла гроза. Приведя мысли в порядок, Му Цин решил начать разговор. —Фэн Синь… — с несвойственной робостью сказал юноша. А ответом ему стало уставшее вопросительное мычание. Ситуация просто невозможная. Он лежит под Фэн Синем, весь в своей и чужой сперме, и собирается признаться в чувствах тому, кого 10 минут назад был готов покрыть матом, — Я хотел тебе сказать… Что… Я… Он никак не мог вымолвить эти проклятые слова. Они словно заставляли в горле, и язык онемел. Будто бы это был яд, а не просто набор иероглифов(?или всё-таки букв?). Только он хотел закончить фразу, как во дворе послышались чьи-то быстрые шаги и раздался знакомый мелодичный голос. —Фэн Синь? — звал лучника он, — Фэн Синь, ты здесь? Сердце ушло в пятки. Се Лянь, возвращаясь с тренировки с наставником, был застигнут врасплох внезапной грозой. Он договорился с Фэн Синем, что до обеда они вместе постреляют из лука, но дождь задержал его, и теперь он волновался, что Фэн Синь куда-нибудь ушёл. Проходя мимо дворика для тренировок, принц приметил одежду, валяющуюся на траве, несколько стрел, торчащих из мишени. Фэн Синь тут явно был, но где он сейчас? Тут на него из-за двери вылетела фигура. — Му Цин? — недоумённо посмотрел на приятеля Се Лянь. Тот был весь мокрый и красный, как помидор. Он даже не посмотрел принцу в глаза, а лишь пробурчал. — Ваше Высочество… Прошу меня простить. Му Цин убежал, успев схватить только метлу, что валялась неподалёку, а Се Лянь проводил его взглядом, а после из комнаты вышел такой же мокрый, ещё и полуголый, красный и с явным следом от пощёчины на лице, Фэн Синь. —Фэн Синь? Почему ты голый? И что с Му Цином? Вы что, опять подрались? У Се Ляня было слишком много вопросов к обоим, но Фэн Синь пожал плечи. — Да…Точнее нет… В целом, не важно, Ваше Высочество. Мы попали под дождь, и мне надо сменить одежду, поэтому подождите тут немного, а я быстро переоденусь, и мы приступим к тренировке. Фэн Синь почему-то выглядел немного грустным, но Се Лянь решил не вмешиваться в его дела, поэтому кивнул. Он уже развернулся и сделал несколько шагов, как тут же оборотился к принцу. — И, Ваше Высочество, прошу, не заходите в комнату… эээ там грязно… Короче не надо… — Что? — похлопал глазами Се Лянь. —Пожалуйста, не заходите туда, пока я там не приберу, а то ваши одежды испачкаются, — Фэн Синь устало улыбнулся, а Се Лянь не нашёл, что ему ответить, и лишь кивнул с коротким “Хорошо”. *** Му Цин аккуратно протирал свою небольшую коллекцию мечей, чтобы они блестели. Он только недавно навёл порядок и обжился в новом дворце. После той разрухи и бардака, что творился в небесной столице и в его душе, прийти в норму было очень сложно. Сзади него двери распахнулись, и боковым зрением Бог войны увидел знакомую фигуру. Гость подошёл ближе и нежно обхватил его за талию сзади. —Что ты делаешь?— приподнял Му Цин в вопросительном жесте свою тонкую бровь. —Как что? Обнимаю своего возлюбленного, — Фэн Синь уткнулся поцелуем в холку Сюаньчженя. Сердце Му Цина, кажется, пропустило удар, потому что он до сих пор не привык к ласкам со стороны Фэн Синя. После восьмисот лет непонятных отношений, недомолвок, грубостей и ссор такое выражение чувств было в диковинку. —Тошнит от твоих нежностей, — ляпнул Му Цин, не подумав, и в ту же секунду про себя пожалел, но, на удивление, на его фразу Фэн Синь лишь немного посмеялся. Тошнит от нежностей, но ты стоишь и не убираешь рук с моих ладоней, а прижимаешь их к себе крепче. — Я тут вспомнил кое-что… — прошептал на ухо Цзюйян, — Ты помнишь, что ты мне задолжал? —Что? — Му Цин с недоумением повернулся и встретился с довольным лицом Фэн Синя. Он выглядит, как сытый кот, объевшийся мясом. Он не выпускал из объятий Му Цина и тихо посмеивался, чем вызывал у партнёра вопросы. — В каком это смысле задолжал? — А в таком, — прищурился Фэн Синь, — Помнишь, когда мы были ещё в Сяньлэ, у нас возник спор? Кто же быстрее кончит. Припоминаешь? В эту минуту Му Цин понял всё. Он прикрыл глаза и нахмурил брови, а из груди вырвался тяжёлый вздох. Это был ужасный момент. Их тогда чуть не поймал Се Лянь за дрочкой. Му Цин так испугался быть раскрытым, что, когда Фэн Синь попытался остановить его от побега, он вмазал ему звонкую пощёчину, а потом ещё и врезался в Се Ляня. Как бы он хотел забыть тот момент, но идиот Фэн Синь снова напомнил ему старую стыдную историю. —Агх! И зачем ты это вспомнил!? — возмутился Му Цин. — Затем, что ты проиграл мне спор и теперь должен уже как восемьсот лет желание! Му Цин закатил глаза и тяжело вздохнул. ”Боже, а как же ты мог не забыть о моём проигрыше, ”- подумал он. — И что же ты хочешь? — хмуро спросил Му Цин. Фэн Синь сразу встрепенулся, прижал любимого к себе поближе и с ухмылкой тихо что-то прошептал. Это что-то заставило Му Цина округлить свои глаза и густо покраснеть. —Ладно… Твоя взяла… — после минуты обдумывания пробубнил Му Цин. —Отлично! — с этими словами он подхватил Сюаньчженя на руки и с улыбкой понёс шокированного в другой зал, — Тогда отдашь свой долг прямо сейчас! — Что!? Цзюйян, ты что совсем одурел! А ну поставь меня обратно! Ты! Кусок дерьма!!! С этими словами дверь в опочивальню всеми любимого совершенного владыки Сюаньчженя с громким стуком закрылась, но за ней всё только начиналось.