Ночью

Этот день с самого начала казался безумным. Всё началось с того момента, как Арису проснулся. Навязчивые воспоминания о прошлой ночи не давали ему покоя. Он снова и снова вспоминал, как поцеловал Чишию, а затем, захваченный стыдом, сбежал, не сказав ни слова. Эти мысли терзали его настолько, что утром, глядя на окно, открытое на проветривание, ему мелькнула абсурдная идея – исчезнуть навсегда, чтобы не объяснять свой импульсивный поступок. От мрачных раздумий его спасла Усаги. Правда, она принесла не лучшие новости: вечером им предстояло пройти пробные игры, чтобы окончательно убедить Шляпника в их преданности "Пляжу". До вечера оставалось ещё много времени, и, чтобы отвлечь Арису от переживаний, Усаги потянула его на свежий воздух. На удивление, прогулка помогла ему расслабиться. Однако Арису не покидало странное ощущение, будто кто-то за ним наблюдает. Несмотря на это, он старался сосредоточиться на отдыхе с Усаги и временно забыл о тревогах. Когда они разошлись, договорившись подготовиться к вечерним играм, Арису чувствовал себя куда лучше. Однако его лёгкость быстро исчезла, как только он подошёл к своему номеру. Возле двери, облокотившись на стену, стоял Чишия с закрытыми глазами, наушниками в ушах и плеером в руках. Арису понадобилось несколько секунд, чтобы собраться с мыслями и подойти ближе. От воспоминаний о вчерашнем его сердце начало биться быстрее. – Эм... Чишия? – неуверенно позвал он. Но тот никак не отреагировал. Казалось, он либо уснул, либо специально игнорировал его. "Не может же он просто так стоять здесь и спать... Если бы хотел что-то сказать, то давно бы сам нашёл меня", – размышлял Арису, не замечая, как объект его мыслей уже открыл глаза и наблюдает за ним с легкой ухмылкой. – Чишия, – начал снова Арису, заметно нервничая. – Я подумал, ты заснул. Ты... ждал меня? Блондин лениво вынул один наушник и, повернувшись к Арису, произнёс: – Не спал. Просто слушал музыку и видел, как ты подходишь. Чишия неожиданно наклонился ближе к уху Арису и тихо прошептал: – Я хотел пожелать тебе удачи на вечерней игре. Его голос был настолько мягким и близким, что по спине Арису пробежали мурашки. Прежде чем тот успел прийти в себя, Чишия похлопал его по плечу и направился к лестнице, оставив Арису одного. "Что это было?!" – недоумевал брюнет, стоя посреди коридора. *** Игра оказалась несложной – всего лишь четвёрка бубен. Несмотря на первоначальную нервозность, Арису справился с задачей, выбрав правильный рычаг и принеся в "копилку" Шляпника недостающую карту бубновой масти. После игры он вернулся на "Пляж" и отправился искать Усаги. Но едва он успел подойти к бассейну, как кто-то резко схватил его за руку. Это был, конечно же, Чишия. Не сказав ни слова, он быстро повёл Арису прочь от людной зоны. Брюнет, слишком ошарашенный неожиданным действием, даже не подумал вырваться. Чишия привёл его в тихий уголок, где почти не было людей, и только там отпустил руку. – Если ты хочешь спросить, зачем я тебя сюда привёл, – сказал он, опираясь плечом о стену, – сразу отвечу: я просто хотел поздравить тебя. Рад, что ты вернулся живым. Арису слегка опешил. Его взгляд невольно метнулся к лицу Чишии, пытаясь уловить хотя бы тень искренности. Но вместо этого он снова увидел лишь ту самую загадочную ухмылку, которая всегда держала его в напряжении. – Спасибо… Наверное, – ответил Арису, недоумённо морща лоб. – Но зачем было тащить меня сюда ради таких простых слов? Разве нельзя было просто сказать это в коридоре? Чишия не сразу ответил. Вместо этого он скрестил руки на груди и с явным удовольствием наблюдал за смущением Арису. – Хм… А ты всегда так всё усложняешь? – наконец проговорил он, с лёгким сарказмом в голосе. – Может, я просто хотел провести время в тишине. Тут так редко можно найти место, где нас никто не подслушает. Арису почувствовал, как покраснел. Эти слова заставили его задуматься, не стоит ли за поведением Чишии что-то большее. Но всё равно оставалось ощущение, что блондин просто играет с ним, как кошка с мышью. – Ну, если ты всё сказал, то, может, я пойду? У меня ещё дела, – пробормотал Арису, делая шаг назад. Но Чишия резко выпрямился, разорвав расстояние между ними. Его движение было настолько неожиданным, что Арису замер на месте, не в силах двинуться дальше. – Не спеши, – произнёс Чишия, его голос стал чуть тише, но от этого ещё более уверенным. – Ты ведь тоже не просто так терпишь меня, правда? Эти слова попали прямо в цель. Арису почувствовал, как его сердце бешено заколотилось. Он отвёл взгляд, пытаясь найти ответ, но его мысли спутались, а слова застряли где-то в горле. Чишия внимательно изучал его реакцию. – Видишь, – сказал он с лёгкой усмешкой. – Ты даже не знаешь, что ответить. Арису открыл рот, чтобы что-то возразить, но блондин снова прервал его, сделав ещё один шаг вперёд. Теперь они стояли так близко, что Арису чувствовал его дыхание на своей коже. – Почему ты всегда так напряжён, Арису? – шёпотом спросил Чишия, слегка склонив голову набок. Его голос был мягким, но в нём чувствовалась едва заметная насмешка. – Расслабься хоть немного. Брюнет снова попытался что-то сказать, но не успел. Чишия внезапно поднялся на носочки, его лицо оказалось всего в нескольких сантиметрах от лица Арису. Арису инстинктивно закрыл глаза, будто пытаясь спрятаться от происходящего. Он ожидал всего, что угодно – насмешки, отстранения, очередного острого замечания. Но вместо этого он почувствовал лёгкое прикосновение губ. Поцелуй был неожиданным, но уверенным, почти вызывающим. Чишия не торопился отстраняться, словно проверяя, как долго сможет держать Арису в этом состоянии. Когда он наконец прервал контакт, его губы всё же задержались на мгновение, чтобы чуть прикусить нижнюю губу брюнета. Арису резко открыл глаза, ошеломлённый происходящим. Он смотрел на Чишию, но не мог вымолвить ни слова. – Теперь можешь считать, что я окончательно поздравил тебя, – тихо сказал Чишия, его голос звучал одновременно серьёзно и с оттенком скрытого веселья. Он выпрямился и, не дав Арису времени на ответ, просто развернулся и направился к выходу из закутка. Брюнет остался стоять на месте, чувствуя, как в груди смешиваются тысячи эмоций – шок, растерянность, лёгкая злость и… что-то ещё, чему он даже не хотел давать название.